Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Вильнюсе прошла конференция "Наследие КГБ: политика, люстрации, история"


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Вильнюсе Ирина Петерс.



Андрей Шарый: В странах Балтии обсуждают вопрос об ответственности перед ныне независимыми республиками бывших сотрудников и агентов советских спецслужб. В Литве, в отличие от соседних Латвии и Эстонии, это обсуждение вылилось в принятие в принятие в свое время закона о люстрации – частичном ограничении прав бывших руководителей и активных сотрудников КГБ. Целиком проблему это, конечно, не решило, однако уроки накопленного опыта ученые шести европейских стран, среди которых, кстати, нет представителей России, изучают в ходе проходящей в Вильнюсе конференции «Наследие КГБ: политика, люстрации, история».



Ирина Петерс: Гостей конференции из других стран интересует практика Литвы в вопросах люстрации. Вступивший в силу в 2000 году соответствующий закон предусматривает, что бывшие сотрудники КГБ и других советских спецслужб должны были сделать признание об этой стороне их жизни и зарегистрироваться в специальной комиссии. А комиссия эта представляет собой межведомственную организацию. Данные о сделавших признание ею засекречены, а тех, кто скрыл свое прошлое, связанное с КГБ, ждет придание огласке этих фактов и некоторые профессиональные ограничения. За установленный полуторагодовой срок в комиссию по люстрации обратилось около 1,5 тысяч бывших сотрудников и агентов КГБ, их фамилии огласке не подлежат. Часть решений люстрационной комиссии были обжалованы в суде, но только по одному из них суд отменил решение комиссии.


Существует предположение, что советские спецслужбы в Литве оставили более тысячи кадровых сотрудников КГБ, а около 4 тысяч могут квалифицировать по этим предположениям как тайные агенты. Сам закон о люстрации ограничивает право бывших сотрудников КГБ работать в определенных сферах, имеющих государственное значение. Эти ограничения не касаются лиц, которые в срок сделали признание комиссии и не совершали преступлений. Люстрация подразумевает запрет функционерам высокого ранга в течение определенного времени занимать должность в государственном аппарате, избираться в представительных органах, быть судьями и тому подобное. Люстрация стала возможной в Литве потому, что КГБ был признан здесь преступной организацией, действия которой привели к многочисленным жертвам. Кстати, и коммунистическая партия в Литве запрещен законом. Жертвой политического очищения чуть было ни стали министр иностранных дел Литвы Антанас Валенис и не кто иной, как глава Департамента госбезопасности Литвы Арвидас Поцюс. Оказалось, что в прошлом они были включены в списки резервистов КГБ как военнообязанные. Однако комиссия констатировала, что этот факт не представляет угрозы для национальной безопасности страны.


Процесс люстрации осложнен тем, что скрытые в архивах факты нередко становятся предметом политического шантажа и манипулирования, используется в современной политике в качестве средства нажима на оппонентов. Парламентская оппозиция – консерваторы – по этой причине предлагали рассекретить данные, поставить все точки над i и успокоить общество. Однако из-за того, что большая часть архива КГБ была вывезена в свое время из Литвы в Россию, вопрос остался открытым и политизированным.


Участники конференции из соседней Латвии утверждают, что в их республике, где люстрации не было, положение еще сложнее.



Риторс Сенсонс: Я представляю Центр по документации тоталитаризма в Латвии. В Латвии нет закона о люстрации. Сейчас, в мае этого года, парламент будет голосовать за опубликование всех агентов КГБ в документальном списке по это агентурной картотеке, которая имеется в Латвии. Но это не полностью все агенты КГБ. У нас имеется только информация, агентные карточки примерно 4,5 тысяч человек. Конечно, Литва впереди по линии люстрации, по этой проблематике. Нам надо было люстрацию делать в начале 90-х годов. Сейчас это невозможно, сейчас это политизировано. Многие люди не будут довольны, что их фамилии публикуют, это будут судебные процессы, это будет очень сложная юридическая ситуация.



Ирина Петерс: Сегодня участники конференции в Вильнюсе посетили приуроченную к ней новую экспозицию в литовском Музее геноцида и резистенции. Говорит его сотрудник Ричардас Подвайскас.



Ричардас Подвайскас: Можем представить деятельность КГБ как 60-70-е годы, а также о депортации, о том страшном времени, когда были депортированы люди из Литвы всех национальностей. Пострадали они очень страшно, люди были увезены в далекие места, им приходилось страшно работать, они умирали. И воспоминания, письма были сделаны даже не на бумаге, потому что было трудно найти бумагу, писали на бересте либо на каких-то клочках от мешков картофельных. Также у нас экспозиция – реставрированная комната прослушивания телефонов, которая работала в КГБ, и также о тех людях, которые сопровождали наших гостей в 60-70-е годы, то есть зарубежных туристов. Это была контрразведывательная работа. Мы отчасти понимаем, но не понимаем, как, например, преследовались люди за свои религиозные убеждения, за свои устремления жить свободно. И молодежное движение, которое было уже в конце 60-х, очень сильно преследовалось со стороны КГБ.



Ирина Петерс: Что касается советской оккупации, цифры следующие. Подвергались арестам 200 тысяч человек. Были депортированы 132 тысячи, из них умерли в депортации 30 тысяч. Погибли в ходе партизанских действий 22 тысячи. Были заключены в лагеря и тюрьмы 25 тысяч человек. Приблизительно каждый третий житель Литвы в свое время так или иначе пострадал от советских репрессий, поэтому до сих пор слово «советский» у литовцев первым делом ассоциируется с КГБ. Однако люди четко разделяют «советский» и «русский», что подтверждают и современные опросы. Что касается опросов по поводу отношения к сотрудничавшим в свое время с КГБ, то здесь мнения разделяются примерно пополам. Одни считают их предателями и выступают за продолжение работы люстрационной комиссии. Другие – это в основном 30-40-летние – говорят, что неблаговидное прошлое человека следует забыть, самого его простить. Однако при этом большинство опрошенных выступают за то, чтобы ответственные государственные посты такие люди все-таки не занимали.


XS
SM
MD
LG