Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Как может изменить политическую ситуацию на Ближнем Востоке и в мире появление у Ирана собственной ядерной программы


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Любовь Чижова.



Андрей Шарый : Президент Ирана Махмуд Ахмадинеджад официально объявил, что его страна успешно завершила полный цикл производства обогащенного урана. Менее двух недель назад Совет Безопасности ООН единогласно призвал Тегеран отказаться от продолжения исследований в ядерной области.


Шагом в неверном направлении назвал действия Тегерана представитель Министерства иностранных дел России. Вот цитата из этого заявления: "Надеемся, что Иран правильно воспримет озабоченность мирового сообщества и предпримет шаги по выполнению на практике документов МАГАТЭ". Эти решения включают призыв к приостановке всех работ по обогащению урана, в том числе научных исследований. Тегеран, однако, уже отверг призывы Москвы. "Ядерная деятельность Ирана подобна водопаду, ее не остановить", - заявил высокопоставленный представитель иранских властей. О том, как может изменить политическую ситуацию на Ближнем Востоке и в мире появление у Ирана собственной плодотворной ядерной программы, корреспондент Радио Свобода Любовь Чижова беседовала с профессором Института Востоковедения, доктором исторических наук Ириной Звягельской.



Ирина Звягельская: Хотя нельзя исключить в перспективе появление у Ирана такой ядерной программы, его реальный выход на производство ядерного оружия, тем не менее, то, что происходит сейчас, скорее напоминает политический блеф. Судя по другим заявлениям иранского президента, порой очень агрессивным, порой раздражающим, это вполне вписывается в его нынешний подход к международным делам. Иран должны уважать. Иран должны бояться. Необходимо сплачивать население внутри страны. Иран должен иметь серьезное влияние в мусульманском мире. Мне кажется, что вот это основные параметры, которые определяют сделанные заявления.



Любовь Чижова: Чем вызвана такая позиция Ирана?



Ирина Звягельская: Все иранские руководители относятся к религиозной корпорации. Иран в таком виде, Иран, где доминирующие позиции принадлежат религиозникам, он никогда не устроит Запад. Он никогда не будет интегрирован в полном смысле в международное сообщество. Как мне представляется, переход такой радикальной политики он как раз поможет Ирану, как могут считать там, решиться на ряд задач, о которых я уже говорила. Во-первых, сплотить население, а, во-вторых, застолбить на такой агрессивной волне свою роль среди радикалов в мусульманском мире.



Любовь Чижова: Почему ядерная программа Ирана вызывает опасение и раздражение у США?



Ирина Звягельская: Это вполне понятно. Если считать, что Иран, действительно, имеет реальные возможности в обозримом будущем обрести ядерное оружие, то в условиях, когда в Иране у власти находятся люди, достаточно непредсказуемые (как раз нынешний президент Ирана это лишний раз доказывает), в условиях, когда непонятно, когда и при каких условиях это оружие может быть использовано, конечно, сама идея того, что у такого рода режимов появляется ядерное оружие не может не вызвать беспокойство у всех, между прочим, а не только у США.



Любовь Чижова: Насколько серьезна угроза Ирана в адрес Израиля?



Ирина Звягельская: Мне все представляется, что то, что происходит это такое, своего рода, балансирование на грани. Это тоже блеф, но, вообще, блеф политический очень опасен. Потому что никогда неизвестно, когда ты скатишься к настоящей войне. Но в то же время сейчас ситуация иная. Хотя, безусловно, в Израиле озабочены перспективной появления в Иране ядерного оружия (как я сказала, все озабочены, тут нельзя ткнуть в одну страну и сказать, что они больше, другие меньше), то в этих условиях, конечно, нельзя полностью исключить того, что если Израиль будет оценивать выход на ядерное оружие как вещь вполне реальную и достаточно быструю, то он тоже может принять какие-то меры.



Любовь Чижова: Что должно произойти? Какое должно быть оказано давление на Иран, чтобы он отказался от собственной ядерной программы?



Ирина Звягельская: Мне кажется, что здесь вопрос не только в давлении. Мне кажется, что здесь, как не странно, вопрос заключается в том, чтобы помочь Ирану выйти из известной изоляции, в которую он сам себя загнал, и в том, чтобы больше, может быть, развивать с ним сотрудничестве, в том числе и по этим направлениям. Кстати, на это был в свое время направлен российский план, когда совместное обогащение на российской территории. То есть сделать его программу максимально прозрачной.


Что касается просто непосредственного давления, угроз и так далее. Мне кажется, что это будет только прибавлять радикализма иранскому президенту и усиливать его позиции в Иране.




XS
SM
MD
LG