Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дни Юрмалы в Москве


Виталий Портников: В российской столице как раз на этой неделе прошли Дни Юрмалы – фактически первое такое мероприятие, напомнившее россиянам о некогда популярном балтийском курорте, который был не только местом отдыха многих жителей России и других бывших советских республик, но и важным центром культурной жизни, важным центром, связанным с литературными, музыкальными, эстрадными традициями. Собственно, у каждого человека, который хоть раз в Юрмале побывал, свое представление о том, какой это город, какой это курорт. И это представление даже, наверное, не столько связано с отдыхом, сколько оно цивилизационного плана. Юрмала пытается, таким образом, проведя эти Дни Юрмалы, вернуть ту былую память, былую славу и напомнить о себе уже новой, изменяющейся в изменяющемся мире рядом с российскими границами.


Беседуем мы сегодня обо всем этом с председателем Юрмальской городской Думы Инесе Айзстраута и политологом Армандсом Гутманисом.


Итак, начнем мы, собственно, с самих Дней Юрмалы. Какое у вас ощущение, госпожа мэр, как вообще прошло это все? Оправдали ли все эти встречи с москвичами, с руководством Москвы, с посетителями этих Дней Юрмалы ваши надежды на то, что о Юрмале вспомнят, и вспомнят в позитивном плане прежде всего?



Инесе Айзстраута: Прежде всего, я хочу поблагодарить Радио Свобода, что мне теперь удалось поговорить и с радиослушателями, и рассказать о том, чем сейчас богата Юрмала и как мы сейчас живем.


Во-первых, мы сделали большой проект. У нас были Дни Юрмалы в Москве, которые проходили с 10 по 13 апреля. И мы в течение Дней Юрмалы показали очень интересную выставку, которая сейчас открыта в библиотеке Зарубежной литературы. И я всех приглашаю посетить эту выставку. Вы узнаете об очень многих интересных событиях, которые произошли в нашем городе до настоящего времени. И вообще это история. Там рассказывается о знаменитых людях, которые занимались творчеством в нашем городе, которые выступали в концертном зале «Дзинтари», которые творили, которые рисовали и писали стихи.


Во-вторых, у нас был концерт, на котором выступали наши уче ник и-музыканты и группа «Космос», которая получила первое место на фестивале «Новая волна» в 2004 году, и которая будет выступать в этом году на фестивале «Евровидение». Это были два представления, которые мы показали москвичам.


И, конечно, нам было очень интересно встретиться и посмотреть все то, что нам показали москвичи.



Виталий Портников: Господин Гутманис, вот к вам у меня такой вопрос. В течение практически последних, наверное, 15 лет, можно сказать, о Юрмале особенно ничего не было слышно в Москве и в России. В то время как другие балтийские курорты других стран, такие как Паланга, они весьма активно рекламировались, на них приглашались туристы, активно работали соответствующие туристические компании. А ведь в советское время, я бы сказал, Паланга значительно уступала Юрмале в популярности. Это субъективное мнение, но было такое ощущение, что, по крайней мере, Юрмалу знали больше, ну, Юрмала и территориально больше. Почему же, скажем так, Латвии пришлось уйти в тень? Было ли это желание самой Латвии или так сложились обстоятельства, что балтийские курорты оказались не востребованными так, как они могли бы быть востребованы?



Армандс Гутманис: Я думаю, что Паланга во многих аспектах уступает Юрмале. Но вы правы, что за 15 лет есть какое-то изломанное отношение в Юрмале и в Латвии по отношению к туристам из Москвы и других городов России в Юрмалу. Их было очень много в советское время, и сейчас их меньше, гораздо меньше. Если мы сравним Палангу с Юрмалой, то мы увидим, что в Юрмале живут очень многие богатые и влиятельные люди Латвии. И я думаю, что им не особо нужны какие-то дополнительные туристы в Юрмале, где они живут.


Во-вторых, действительно, очень изломаны отношения. Многие латыши и латышская элита понимают, что Россия – это сосед, это давнишний знакомый, и, в общем-то, все мы друзья, и как бы это хорошо. С другой стороны, вот политика изменилась, и как бы это плохо тоже. Это изломанное отношение, я думаю, тоже мешает косвенно или прямо как-то выявить какую-то туристическую опцию, туристическую альтернативу и для Юрмалы в том числе.



Виталий Портников: Госпожа мэр, вот господин Гутманис говорит о том, что в вашем городе сейчас живут богатые люди. Это новое, наверное, качество, да? И любой человек, который приезжает в Юрмалу, он тоже видит какие там особняки за заборами, какие яхты стоят в яхт-клубе в Лиелупе. Насколько удается использовать, скажем так, энергию этих богатых людей в мирных целях?



Инесе Айзстраута: Юрмала, вообще-то, с давних времен была городом, в котором отдыхали богатые люди всей Латвии и, в том числе, богатые люди из других стран. Это было и в свободной Латвии, это было и в советские времена, и сегодня это тоже продолжается.


Как они действуют на политику? Знаете, они живут в этом городе. И если они здесь живут, значит, они довольны нами.



Виталий Портников: Я имел в виду, прежде всего, есть ли какие-то конфликты между собствен ник ом и курортом. Потому что ведь собственность – это всегда граница, это всегда невозможность куда-то пройти, что-то посетить. Или, наоборот, может быть. Есть примеры, когда люди, которые имеют у вас эту собственность, живут в городе, и стараются делать так, чтобы город был комфортабельнее для всех его жителей.



Инесе Айзстраута: Я бы не сказала, что для кого-то это не комфортабельно. Потому что территорию всего города регулирует план развития. И там у нас отдельные зоны – где зона для жилья, где зона для отдыха, где зона для общественной застройки и так далее. Так что, вообще-то, зоны у нас разделены. И там, где отдыхают, там и надо отдыхать. А там, где живут, там мы не разрешаем строить дома отдыха или санатории, гостиницы, чтобы, действительно, не мешали тем людям, которые просто живут в нашем городе. А для тех, кто отдыхают, для них есть гостиницы в том месте, где им положено быть.



Виталий Портников: Выставка, о которой говорила госпожа Айзстраута, - это выставка, посвященная русским в Юрмале. В советское время, собственно, очень многие русские, которые жили в Латвии, они в Юрмале и селились. Это можно было увидеть по этническому составу города, по тому, кто работал во всех санаториях и так далее. И там была достаточно большая концентрация того, что называется русским населением. Как, по вашему мнению, господин Гутманис, эти люди сейчас себя чувствуют? Или, может быть, изменился состав города, может быть, кто оттуда уехал.



Армандс Гутманис: Я думаю, что город очень... если мы посмотрим, то мы увидим, что город очень разный. Есть районы очень богатые, поближе к Риге, с хорошим транспортным сообщением и с хорошей местностью. Есть более отдаленные районы, дальняя Юрмала, можно было бы назвать так, глядя от Риги, где сохранились старые, еще советского стиля постройки, и там живут люди, которым очень нелегко. Потому что заводов там уже не стало. Там были некоторые заводы, но они закрылись. И теперь этим людям в Каугури, например, а это далеко, и им очень сложно...



Виталий Портников: И там нет железнодорожного сообщения, да?



Армандс Гутманис: Да, и с транспортом хуже, и до Риги добраться тяжелее. То есть эта социальная проблема сохраняется там. И, наверное, пройдет некоторое время, прежде чем эту проблему удастся решить.



Виталий Портников: Скажите, госпожа мэр, можно ли совмещать решение социальных проблем и развитие курорта одновременно? Не каждому курорту, согласитесь, приходится решать вот те проблемы, о которых говорил господин Гутманис.



Инесе Айзстраута: Да, в этом плане, действительно, у нас в городе есть сложности. Потому что заводы закрылись и у нас большой процент безработицы. Но сейчас, когда восстанавливаются дома отдыха, гостиницы, в основном наши жители работают в сфере обслуживания – в гостиницах, в ресторанах, в магазинах. Ну, это основная работа для жителей Юрмалы.



Виталий Портников: А скажите, вот что произошло с собственностью? Была в Юрмале собственность различных, насколько я помню, организаций советских, союзных республик и так далее. Вот что с этой собственностью произошло? Она оказалась на балансе у города или что-то, наоборот, осталось в собственности прежних собствен ник ов? Как вообще все это урегулировалось в результате?



Инесе Айзстраута: Та собственность, которая принадлежала семьям, они получили назад свои дома.



Виталий Портников: Да, это я понимаю.



Инесе Айзстраута: А те большие гостиницы, которые были построены в советские времена, они прошли через приватизацию по всем латвийским законам.



Виталий Портников: Я вот что имею в виду. Я просто вспомнил, в Лиелупе, например, был большой Дом отдыха «Беларусь», который принадлежал белорусскому правительству в советской Белоруссии. Вот что произошло с этим объектом, например? Он в белорусской собственности или нет?



Инесе Айзстраута: Да, он в белорусской собственности.



Виталий Портников: А земля?



Инесе Айзстраута: А земля осталась у тех, которые... они получили ее назад. Теперь они заключают договор. Частично это государственная земля, а частично она в собственности.



Виталий Портников: И это же не единственный такой объект, правильно?



Инесе Айзстраута: Не единственный.



Виталий Портников: Вот как вы урегулируете отношения вот с этими собствен ник ами, вот с этими санаториями из других стран?



Инесе Айзстраута: Да, я понимаю. Они заключают договор на аренду земли. Собственники могли уже отказаться от этой земли, получить сертификат или получить компенсацию – землю в других местах. Но они выбрали такой путь. Это было по закону. И они желали свою землю получить назад. И они получили, а теперь заключают договоры, она платят деньги за аренду.



Виталий Портников: Я бы тоже, честно говоря, сохранил за собой землю под санаторием «Беларусь», если бы она мне принадлежала. И вы бы, наверное, тоже, да? Кто бы из нас отказался от этой земли?!



Инесе Айзстраута: Конечно.



Виталий Портников: Так что это как раз вполне логично.


Но вот смотрите, господин Гутманис, по идее, вот эти все объекты, которые остались в прежней собственности, а я имею в виду, если не брать землю, они составляют хороший плацдарм для того, чтобы Юрмала как курорт могла развиваться не только к Западу, но и в восточном направлении.



Армандс Гутманис: Это правда. Если мы посмотрим по количеству виз, выданных Латвийским посольством, то мы увидим, что, слава Богу, ичезли очереди. Потому что был увеличен штат сотруд ник ов, которые работают в консульском отделе нашего посольства, в пять раз. То есть их было очень мало, а теперь в пять раз увеличили. То есть это свидетельствует о том, что людей-то приезжающих очень много.


И здесь мы сталкиваемся с двумя феноменами. С одной стороны, многие латыши знают: да, это хорошо, вот люди приезжают из Москвы и из других городов России, оставляют деньги в Латвии, и это хорошо – это и для экономики хорошо, и как бы это все нормально. С другой стороны, то, что не приятно, - это отношение... ну, не всех, конечно, россиян или москвичей к Юрмале и к Латвии в целом, но, скажем, части из них. И это отношение время от времени проскакивает тоже во время этих фестивалей - «Новая волна» и так далее. Что, мол, «в общем-то, все это наше как бы», и что «благодаря России, в общем-то, и Юрмала, и Латвия...». Даже если в этом утверждении и есть какая-то доля правды, что всегда спорно, то высказывать это так явно – это не совсем прилично. Ведь все-таки Россия – это большое государство, и не нужно вот такие эмоции выплескивать. Это задевает такое маленькое государство, как Латвия. Вот эта противоположность вот таких ощущений, что, с одной стороны, это хорошо, что богатые туристы приезжают – они оставляют много денег, и это хорошо. Но с другой стороны, их отношение не очень приятно. И я бы сказал о себе, что я бы ожидал от таких российских туристов... они все-таки люди большие, они владеют большими предприятиями, и, очевидно, должны иметь большое мировоззрение, чтобы они воздерживались от проявления таких, в общем-то, мелких эмоций.



Виталий Портников: Госпожа мэр, вот по большому счету, сейчас серьезного диалога между Латвией и Россией на политическом уровне, скажем так, не просматривается. Вот вам приходилось здесь встречаться в мэрии с вашими коллегами. Какой был климат именно вот этих переговоров, самого общения?



Инесе Айзстраута: Климат переговоров, которые были у нас в эти дни?



Виталий Портников: Да-да.



Инесе Айзстраута: Климат был, вообще-то, хороший. Я ни разу не почувствовала, что как-то разговоры не пошли бы. Потому что мы заключили договор по сотрудничеству с Юго-Западным округом города Москвы. То есть не только заключили, но и продолжали этот договор – он уже был заключен три года назад. А теперь мы обговорили все сферы, в которых мы можем сотрудничать, и будем продолжать сотрудничество.



Виталий Портников: И вот такой политический вопрос, господин Гутманис. Может ли, кстати говоря, вот такой диалог местных властей, местного самоуправления подменить, заменить в какой-то хотя бы мере политический диалог? Может быть, когда мэры городов между собой встречаются, то это позволяет и министрам, и премьер-министрам потом более примирительно друг к другу относиться?



Армандс Гутманис: Трудный вопрос. Я думаю, что все-таки должна быть параллельность.



Виталий Портников: Должна быть, но ее нет?



Армандс Гутманис: Я думаю, что это параллельность. Вот диалог местных органов власти – мэров и прочих структур – это хорошо. То есть это без политики. Ведь диалог таких самоуправлений может быть и с российской, и с латвийской стороны только на темы не политические. Экономика, культурный обмен, спорт, молодежь – это все имеет место. Там не будет политических тем, потому что политические темы – это национальный уровень – это Государственная Дума, правительство с нашей и с российской стороны. Поэтому здесь мы должны говорить о параллельности.


Другое дело, что если мы посмотрим на уровень самоуправления, то мы увидим, что с латвийской стороны время от времени совершаются визиты к самоуправлениям в России. А на национальном уровне, конечно, визиты и встречи достаточно редки, и здесь атмосфера очень напряженная.



Виталий Портников: Скажите, госпожа мэр, в принципе, Юрмалу можно считать, наверное, городом-спут ник ом Риги, так или иначе. Рига вам мешает или помогает, вот это соседство?



Инесе Айзстраута: Конечно же, Рига нам помогает. В том числе и в том, что наши жители получают работу в Риге. Это же недалеко – 15 километров до Риги.



Виталий Портников: Да, это совсем недалеко, конечно.



Инесе Айзстраута: И они довольны тем, что можно поездом поехать в Ригу и там работать, а вечером вернуться в город, где хороший воздух, где пляж, где солнце, где сосны. Так что Рига, конечно, нам помогает. И не только в этом. Даже летом, когда у нас большой наплыв гостей, тогда мы не можем разместить всех – у нас не хватает мест в гостиницах, особенно тогда, когда проходят большие фестивали, например, как «Новая волна». Тогда нам опять Рига помогает. Потому что гости этого фестиваля могут располагаться и в гостиницах Риги – это же очень близко.



Виталий Портников: Послушаем Геннадия из Ленинградской области. Здравствуйте, Геннадий.



Слушатель: Здравствуйте. Хотел бы спросить следующее. Есть ли задумки проведения Дней Юрмалы в Санкт-Петербурге? Спасибо.



Виталий Портников: Вот хороший вопрос. Госпожа Айзстраута, прошу вас.



Инесе Айзстраута: Мы уже планируем, что будем организовывать Дни Юрмалы и в Санкт-Петербурге. И выставка, которая сейчас проводится в Москве, она будет отвезена и в Санкт-Петербург. Пока не могу конкретно по числам сказать, но думаю, что это будет уже в начале лета.



Армандс Гутманис: Я бы еще дополнил, что вот это сотрудничество самоуправлений, оно выгодно и как бы уютно обеим сторонам, и я думаю, что поэтому оно тоже будет продолжаться.



Виталий Портников: Послушаем Виктора из Москвы. Здравствуйте, Виктор.



Слушатель: Добрый вечер. У меня большая просьба, могут ли ваши гости из Юрмалы назвать время и длину волны, на которой можно слушать латышское радио, радио на латышском языке?



Виталий Портников: Это интересный вопрос, на который, я боюсь, вот так сразу никто не ответит. Или вы ответите?



Армандс Гутманис: Пожалуйста, в Интернете надо набрать... есть несколько латышских радиостанций, и, наверное, также и русских в Латвии, которые можно слушать в прямом эфире в Интернете. « Latvias radio . org . lv » и « S V H radio . lv » - это два адреса, которые я помню наизусть.



Виталий Портников: Кстати говоря, на этих сайтах есть и на русском языке, и фреквенции волн на средних и на коротких волнах вот той всемирной службы, которая существует.


Но иногда бывают такие вопросы, на которые, конечно, так сразу и легко не ответить.


И вот еще такой вопрос весьма был бы интересен. Госпожа Айзстраута, в принципе, интересно, что вы обратили внимание на Москву, прежде всего, в то время как есть соседние с Ригой регионы России. А сколько из этих соседних регионов к вам приезжает сейчас туристов? Либо все-таки вы считаете, что Юрмала должна делать ставку на москвичей и на петербуржцев?



Инесе Айзстраута: Нет. Вообще-то, русский туризм у нас только на четвертом месте. Первое место занимают сами латыши, которые приезжают в Юрмалу. На втором месте литовцы, которые приезжают в Юрмалу. И побережье, если сравнить Латвию и Литву, то у нас оно намного больше. И поэтому они приезжают к нам. На третьем месте финны. И только на четвертом месте у нас русские.



Виталий Портников: Ага, то есть практически финские туристы – это те туристы, которых в советское время не было, да? Можно сказать, что вы вот этот рынок сейчас получили, да?



Инесе Айзстраута: Да, это как бы новые туристы – финны.



Виталий Портников: Ну, это, кстати, очень интересно, потому что у финнов ведь свое большое побережье морское. И вот то, что они приезжают в Юрмалу, нужно даже проанализировать, как это произошло, что их привлекло в городе. Может быть, это то, что привлечет сейчас и новых, так сказать, российских туристов в ваш город.


Дадим слово Ревеке Евсеевне из Петербурга. Здравствуйте, Ревека Евсеевна.



Слушатель: Добрый вечер. Я отдыхала в 2004 году в Юрмале в пансионате «Виктория». Это было великолепно! Там было большое количество москвичей. Прекрасные условия для отдыха. Никакого шума, никаких оркестров вокруг, ничего не грохочет. Великолепная еда в любом кафе. И так же, как в США, масса особняков, но все дорожки к пляжу свободны.



Виталий Портников: Ну, это особенности латвийского законодательства, между прочим, что свободные ресурсы принадлежат всему населению.


Но скажите, Ревека Евсеевна, вы же не в первый раз там отдыхали?



Слушатель: Ну, я отдыхала, к сожалению, до этого 10 лет назад.



Виталий Портников: И вот вы можете тогда сравнить. Как вы считаете, что-нибудь изменилось?



Слушатель: Сейчас лучше, конечно. Ну, мне и тогда нравилось. Там было много друзей, мы часто туда ездили. А сейчас... Ну, там тоже у друзей есть свой особняк. Но я хотела отдыхать в пансионате – и это было совершенно великолепно. И очень было много москвичей. И те, с кем я сидела за столом, они говорят: «Мы сюда уже четыре года подряд ездим».



Виталий Портников: Вот видите, вот такой пример интереса к Юрмале.



Слушатель: Все великолепно! Единственно, немножко дорогая дорога от Петербурга до...



Виталий Портников: А вы ехали поездом?



Слушатель: Я ехала поездом, хотя можно было ехать автобусом. Ну, ничего, это не так важно. Кто хочет, тот может ехать автобусом комфортабельным, который идет по маршруту Таллин - Амстердам. Очень хороший автобус.



Виталий Портников: Но в Таллин и Амстердам это потом, естественно, после Юрмалы и Риги.



Слушатель: Да, конечно. Но он идет так: Санкт-Петербург – Рига – Таллин – Амстердам. Два года назад это стоило всего 600 рублей. Но я ехала поездом.



Виталий Портников: Понятно. Спасибо, Ревека Евсеевна.


Я, кстати, в таком автобусе ехал в Таллин из Петербурга. Действительно, очень неплохая линия.


Вот у меня такой к вам вопрос, госпожа Айзстраута, вопрос о Кемери, потому что это совершенно особое место в Юрмале. Известный бальнеологический курорт. И такое было ощущение, что он в самом сложном состоянии из всех известных курортных станций в Юрмале. Вот что там сейчас происходит?



Инесе Айзстраута: У нас в Кемери есть два санатория. Старый санаторий, который построен в латвийские времена, там сейчас производится большой ремонт, капитальный, и реставрация этого здания. Но там мы пока не принимаем гостей. И второй санаторий, который в Яункемери, он занимается тем же лечением, чем он занимался и прежде. И все время он работает с полной загрузкой - и зимой, и летом. В Яункемери лечат грязями. Лечат туберкулезные заболевания, заболевания легких. И люди с удовольствием приезжают сюда.



Виталий Портников: А есть какой-то план развития именно этого курорта? Вы собираетесь там строить, ремонтировать?



Инесе Айзстраута: Да, сейчас хотят строить новый корпус и спортивный комплекс.



Виталий Портников: Послушаем Сергея из Петербурга. Здравствуйте, Сергей.



Слушатель: Добрый вечер, господа. У меня вот такие воспоминания о Юрмале. Конечно, советская власть приложила все усилия для того, чтобы там был не курорт, а черт знает что. Я помню бумажную фабрику...



Виталий Портников: Это в Слоке.



Слушатель: Да. И я бы хотел сказать, что мне очень не нравится во всех этих наших фестивалях, конечно, то, что это как фантомные бури. Вот какое-то чувство превосходства, гонор. И это, конечно, очень неприятно.


И в Вентспилсе мои родствен ник и живут, к сожалению, они совершенно не знают латышского языка. Все мои попытки как-то их вразумить, они натыкаются на непонимание старших. Они очень агрессивно относятся к этому делу. Конечно, это очень неприятно. Представьте себе, что в Питере будет жить человек, который не знает русского языка. Вот такие у меня впечатления.



Виталий Портников: Понятно ваше замечание, Сергей.


Но, кстати говоря, о языке можно поговорить. И мы не раз говорили об этом в других программах, посвященных, собственно, российско-латвийским отношениям, ситуации в Латвии. А тут, оказывается, очень интересное замечание. Потому что мы поговорили о Кемери, и есть возможность поговорить о Слоке. Ведь на самом деле... это чтобы тем нашим радиослушателям, кто не бывал в Юрмале, стало понятно, ведь Юрмала состоит из целого ряда поселков, объединившихся в один город. И Слока – это не совсем курортный всегда был поселок, а это был такой градообразующий поселок с градообразующим предприятием – целлюлозно-бумажным комбинатом. И многие годы... кстати говоря, перестройка во многом в Латвии началась с борьбы экологов против этого целлюлозно-бумажного комбината.


А что сейчас, госпожа Айзстраута, происходит с комбинатом в Слоке?



Инесе Айзстраута: Хочу сказать, что Слока в прошлом году отпраздновала 750-летие.



Виталий Портников: Как самостоятельный город, да.



Инесе Айзстраута: Так что уже с давних времен Слока была городом.


А насчет целлюлозного завода, который был в Слоке, да, он действительно закрыт. Потому и нет рабочих мест. Жители поселка Каугури, который был построен для работников этого комбината, они действительно остались без работы. Сейчас на его месте расположены маленькие предприятия, которые занимаются абсолютно разными вещами, - там и перевозка древесины, и переработка металла. Но вся территория требует детальной планировки, чтобы использовать ее всю в целом. Пока там немножко не так, как нам бы хотелось.



Виталий Портников: Понятно. Господин Гутманис, давайте попробуем ответить на замечание нашего слушателя о языке. Потому что тут интересная была мысль. У слушателя родственники живут в Вентспилсе. А мне всегда казалось, что в Вентспилсе очень тяжело прожить без знания латышского языка. Это же не Рига, не Юрмала.



Армандс Гутманис: Это верно. Ну, прожить, наверное, можно.



Виталий Портников: Но с трудом.



Армандс Гутманис: Ведь с банкоматом вы общаетесь без языка. В супермаркете вы можете обходиться без языка вообще. Но с другой стороны, конечно, с людьми как-то общаться нужно. И все-таки хотя бы отчасти, наверное, надо было бы знать латышский язык.


Поскольку я преподаю в двух университетах в Риге, то я постоянно сталкиваюсь и вижу разные поколения студентов. Вы знаете, эта проблема, во всяком случае, у студенческой молодежи решена. У меня постоянно группы латышские, а состав студентов смешанный. И я чувствую по акценту, что это не латыши, но они учатся в латышской группе. В отдельных случаях бывали даже лучшие студенты. Хотя у них родной язык русский, но они абсолютно справляются с экзаменом, и все у них очень хорошо. Конечно, это не единственная группа населения в Латвии. Конечно, есть менее образованные, может быть, люди. Но это уже более социальная проблема, как этих людей вовлечь в рабочий рынок потом. Это социальная проблема. Может быть, новых микрорайонов в отдельных городах. Но вот что касается более продвинутых групп населения, я хотел бы сказать, элиты русской или не латышской в целом, то здесь проблемы языка, в общем-то, не существует. Все эти люди более-менее знают латышский язык. И я бы сказал, что проблема решена.



Виталий Портников: Господин из Петербурга, который нам звонил, он сказал еще и о Юрмале фестивальной. Но у него было такое интересное замечание о том, что... Ведь фестивали были в Юрмале и в советское время, потом ушли из нее, потом вернулись. Вы можете, госпожа Айзстраута, согласиться с тем, что что-то во время этих фестивалей происходит такое, что как бы возвращает нас к прошлому, а не к будущему?



Инесе Айзстраута: Я бы не думала только о прошлом. И будущее тоже мы ощущаем. Да, фестивали в Юрмале происходят летом, когда три месяца у нас курортный сезон. И тогда концертный зал «Дзинтари» работает, где проводятся эти фестивали. И мы радуемся, когда эти залы заполнены, когда проходят большие фестивали. Но особенно в том случае, когда проходит фестиваль «Новая волна».



Виталий Портников: Да, вот когда «Новая волна». Вот вы говорите, что русские туристы на четвертом месте, и получается, что этот фестиваль должен интересовать и туристов из других стран, которые к вам приезжают.



Инесе Айзстраута: Конечно, приезжают туристы и из других стран. Потому что солисты же тоже приезжают из других стран, а не только из России. Так и слушатели приезжают из других стран. Но в основном это, действительно, русские, которые смотрят этот фестиваль и чувствуют себя очень близко с ними.



Виталий Портников: Послушаем звонок. Дмитрий Семенович из Петербурга. Здравствуйте, Дмитрий Семенович.



Слушатель: Здравствуйте. Я человек в возрасте, и воспитывался в то время, когда уважающие себя люди не ездили в страны апартеида.



Виталий Портников: Это как? Это когда?



Слушатель: Когда в Южной Африке, знаете, тогда туда не ездили...



Виталий Портников: А, вы в Южную Африку не ездили?



Слушатель: Нет, я не об этом. Я воспитывался в то время, когда считалось неприличным ездить туда, где апартеид.



Виталий Портников: А вы представляете себе в Южной Африке, в Йоханнесбурге фестиваль негритянской культуры?



Слушатель: Я не хочу даже сравнивать. Я говорю об апартеиде, как о явлении. А конкретные особенности, проявления... Конечно, негры в Африке немножко отличаются от русских в Прибалтике.



Виталий Портников: Да, конечно, отличаются.



Слушатель: И внешне, и антропологически.



Виталий Портников: Да, конечно. И слушатели отличаются друг от друга, Дмитрий Семенович. Можно сказать, что вы были корректны в этом своем звонке.


Но вот этот звонок нашего слушателя, кстати говоря, господин Гутманис, показал, что политические мотивации, которые очень часто используются российскими средствами массовой информации, они нередко влияют вот на какие-то простые жизненные вещи, о которых мы говорим. Да? И на репутацию курортов в том числе.



Армандс Гутманис: Безусловно. 15 лет этническая тема довольно высоко находится в Латвии среди политиков, и в России среди политиков, и среди медиа в наших обеих странах. Поэтому не удивительно, что люди вспоминают эту тему. Это нормально. Конечно, мы должны все-таки понимать, что есть разница. То, что говорится в политике, - это политические игры. Это часть нашей жизни. И мы должны с этим жить. А другая плоскость нашей жизни – это повседневная жизнь – наши соседи, друзья, коллеги по работе. Эти две вещи отличаются в Латвии, к сожалению или к счастью.



Виталий Портников: Скажите, госпожа Айзстраута, вот если бы вы оценили потенциал как бы районов Юрмалы, туристический потенциал, что, вы считаете, сейчас уже удалось развить до европейского уровня, что сейчас требует особых подходов города, возможно, инвестиций?



Инесе Айзстраута: Особые требования – это спрос комплексов S P A , и такие у нас теперь восстанавливаются. У нас есть новый аквапарк, который расположен при въезде в Юрмалу. Он очень интересный. И он считается одним из больших аквапарков Европы. В Майори восстановлена старая гостиница, которая была на улице Йомас, а теперь это комплекс « Jurmala Spa» . Его восстанавливали эстонские инвесторы. Если ехать дальше, то есть большой отель «Baltic Beach Hotel», который тоже раньше был санаторием, а теперь он адаптирован к требованиям сегодняшнего дня. В основном люди спрашивают, чтобы был комплекс S P A во всех гостиницах.



Виталий Портников: А что с визовым режимом в этом смысле, господин Гутманис? Будет ли изменяться, по вашему мнению, визовый режим? Кстати, ваши эстонские соседи сейчас облегчили визовый режим для туристов из России. Литва давно его уже облегчила. А Латвия сейчас остается фактически единственной балтийской страной, не предпринимающей никаких таких мер. Вы говорили об увеличении штата – это да. Но процедура не изменена. И это, кстати, вопрос проигрыша в конкуренции. Потому что у обеих этих стран есть балтийские курорты.



Армандс Гутманис: Да, это верно. Это, очевидно, вопрос к Министерству иностранных дел Латвии.


Но я хочу другое сказать, что визовый режим будет изменяться. Тут вы совершенно правы в вашем вопросе. Он уже изменяется. И уже известно, что до конца этого года Евросоюз и Россия предпримут (что уже, в общем-то, ясно) пути облегчения ряду категорий людей – бизнесменам, спортсменам, родственникам, студентам, ученикам и ряду других – то есть все эти группы получат более свободный доступ к визам. Часть этих групп получит бесплатную визу. То есть будут облегчения, но общеевропейские, общеевросоюзовские, так скажем. Этот диалог с Россией начался пару лет тому назад, как мы помним. Он, очевидно, будет продолжаться, и это уже как бы ясная тенденция. И поэтому изменения в визовом режиме Евросоюза к России и с Россией будут. И эти изменения еще усилятся, когда Латвия и другие страны, как Литва и Эстония, присоединятся к Шенгенской зоне. И что еще важнее, когда Россия будет готовиться к стандартам Шенгенской зоны, тогда эти изменения еще будут развиваться а дальше.



Виталий Портников: Послушаем звонок. Владимир Иван ович из Москвы. Здравствуйте, Владимир Иванович.



Слушатель: Здравствуйте. Как вы смотрите на то, что для начала отменить визовый режим между Белоруссией, Украиной и прибалтийскими республиками? Как ваши гости смотрят на этот процесс? Спасибо.



Виталий Портников: Граждане Украины, по-моему, получают бесплатную визу в Латвию, насколько я помню. Да, это наверняка. Но насколько вообще возможно для граждан Украины и Белоруссии... По-моему, они ведут самостоятельные переговоры, с Украиной по крайней мере, если я не ошибаюсь?



Армандс Гутманис: Я не могу сейчас точно сказать, потому что я деталей не знаю.



Виталий Портников: Но это, наверное, тоже часть европейского визового процесса?



Армандс Гутманис: Да, абсолютно. Тут мы не ошибемся, если скажем, что Евросоюз... это опять вопрос Евросоюза.



Виталий Портников: Кстати, госпожа Айзстраута, приезжают туристы из других бывших советских республик в Юрмалу? Есть такая статистика?



Инесе Айзстраута: Статистика есть, но я не знаю точных цифр сейчас, чтобы сказать, сколько процентов туристов из Белоруссии. Из Белоруссии много туристов, потому что как вы уже сказали вначале...



Виталий Портников: Да, у них есть санаторий.



Инесе Айзстраута: Да. И санаторий «Беларусь» до сих пор принадлежит белорусам. И этот санаторий заполнен отдыхающими круглый год – и зимой, и летом. Но и из Украины тоже много туристов. А вот остальные... я точно не знаю.



Виталий Портников: Ну, Украина, Белоруссия и Россия просто ближе всего к Латвии территориально. Так что понятно, что тут проще добраться, чем из других стран.


Юрий из Москвы. Здравствуйте, Юрий.



Слушатель: Здравствуйте, господа. Хотелось бы узнать, позволяет ли ваше законодательство приобрести землю или домик, так сказать, в собственность или в аренду, и на сколько, и сколько это стоит? Спасибо.



Виталий Портников: Вы можете на этот вопрос ответить, госпожа Айзстраута?



Инесе Айзстраута: Могу сказать, что есть возможность у любого гражданина, у которого есть на это желание, купить землю или домик, или квартиру. Конечно, по закону есть специальная процедура, но просто для того, чтобы не продавалась земля там, где нельзя вести застройку. Нельзя покупать сельскохозяйственные земли или на основании природных показателей, там, где невозможно строительство. А где по плану развития возможно строительство, просто соответствующие работники посмотрят и дадут свое согласие. И мэр подписывает бумаги, что разрешено покупать землю и домик для жилья.


А сколько это стоит... Ну, цены растут каждый день. И трудно назвать одну цифру, потому что в зависимости от расстояния до моря, они меняются.



Виталий Портников: Ну, по крайней мере, понятно, что иностранец может купить...



Армандс Гутманис: Может, да.



Виталий Портников: ...и построить, собственно, там такое количество сейчас домиков, мягко говоря... домиками их даже не назовешь, принадлежащих известным россиянам, которые не являются гражданами Латвии, что если бы наш слушатель все это увидел, он бы понял, что тут гражданство не является ник аким ограничением для покупки чего угодно, а только количество денег, можно сказать так. Вот опять-таки очень важно, чтобы эти люди участвовали в развитии инфраструктуры курорта, а не только в защите своих вилл от туристической экспансии, как это, кстати, бывает во многих курортных городах мира. Юрмала тут совершенно не является исключением.


Кстати говоря, вот тоже интересный вопрос. Многие курортные города, они ведут активную риэлтерскую деятельность на российском рынке. Кипрские предложения по недвижимости вы можете легко в Москве найти. Я не уверен, что Юрмала вот сейчас – это тот город, который предлагает собственность россиянам.



Армандс Гутманис: Меньше – это начало. Это будет понемногу развиваться.



Виталий Портников: Вот вы говорили, госпожа мэр, о том, что продолжается сотрудничество с Юго-Западным округом Москвы. Какие, в принципе, программы, которые могут, по вашему мнению, позитивное значение иметь для развития курорта и как-то быть связанными с российскими туристами, вы еще предполагаете?



Инесе Айзстраута: В основном это три пункта, по которым я могу ответить. Первое – это туризм, который мы будем развивать совместно. Второе – это образование. У нас уже одна школа была и раньше в Москве, она дружит с одной из школ Юго-Западного округа. И я думаю, что это сотрудничество будет продолжаться. Нам предлагали наших лучших уче ник ов из Юрмалы отправить на Олимпиады. И мы будем использовать эту возможность. И третье – это, конечно, культура.



Виталий Портников: Давайте, кстати, попробуем о культуре поговорить подробнее. Потому что были такие большие культурные традиции, связанные с тем, что в Юрмале традиционно, я думаю, что со времен еще Российской империи, когда появились первые дачи... собственно, первая дача была у фельдмаршала Михаила Барклая де Толли в Юрмале на самом деле, а потом были дачи интеллигенции. И вот эта интеллигенция, она отдыхала в Юрмале все советские годы, и это известно. Такой был фактически культовый курорт. Эти традиции сейчас, может быть, утеряны, может быть, они возвращаются?



Инесе Айзстраута: В какой-то мере, конечно, они утеряны. Потому что у нас были специальные Дома творчества – Дом композиторов, Дом писателей, Дом художников, Дом архитекторов. Я точно знаю, что они были в советские времена.



Виталий Портников: Да. А еще был Дом журналистов.



Инесе Айзстраута: Да, Дом журналистов, конечно. Но от них ничего не осталось. Дом композиторов, к сожалению, теперь представляет собой многоквартирный жилой дом. Остальные, которые мы назвали, они тоже ждут своей очереди, когда будет изменяться их статус. Но они уже сегодня не существуют в таком статусе...



Виталий Портников: А что с Домом писателей? Был большой вокруг него разговор.



Инесе Айзстраута: Да. Вместо Дома писателей... там тоже получают сейчас квартиры, и как маленькая гостиница он существует. Но он ждет своей очереди, когда будет капитальный ремонт. Потому что эти помещения требуют ремонта.



Виталий Портников: Кстати говоря, вот Дом писателей и его прошлое – это еще такая тема, наверное, для культурного сотрудничества между Россией и Латвией. Потому что там было очень много всего написано важного для литературы многих стран, кстати говоря.



Армандс Гутманис: Это верно.



Виталий Портников: Вот я помню, навскидку, что Константин Паустовский написал в Юрмале «Золотую розу» - самый известный роман.



Армандс Гутманис: Да, это верно.



Виталий Портников: Поэтому когда мы говорили о выставке «Русские в Латвии», то, может быть, такие музейные экспозиции в Юрмале, они могли бы стать дополнительным стимулом для привлечения русских туристов в Латвию, как когда-то Музей Райниса и Аспазии в Юрмале открывал русским туристам латвийскую культуру.


Но давайте попробуем уже подводить итоги нашего сегодняшнего диалога. Господин Гутманис, как вы считаете, будет ли продолжение этой курортной инициативы сегодняшней, как по этим Дням Юрмалы вам показалось, насколько это все перспективно?



Армандс Гутманис: Я думаю, что дни разных городов Латвии в России будут проходить, как в Москве, так и в других городах. Я думаю, что эта тенденция новая, ну, или не очень новая, когда представители наших городов приезжают в города России, она будет продолжаться. Потому что это позволяет избегать политически острых тем, которые, в общем-то, малопродуктивны. Как показывает уже 15-летняя практика, в этих политических темах ничего не удается достичь. Поэтому лучше их избегать пока. И вот этот уровень самоуправления позволяет очень удобно, в общем-то, не касаться тех тем, по которым мало что возможно, а концентрироваться, наоборот, на темах, где, в общем-то, возможен нормальный, человеческий диалог – диалог бизнесменов, диалог культур, молодежи и так далее. И поэтому я думаю, что это имеет определенное положительное будущее. И я думаю, что этот подход очень уютен нам и, так сказать, российскому руководству.



Виталий Портников: А у вас, госпожа мэр, появилось желание вернуться еще в Москву? И появилась ли у вас уверенность, что россияне вернутся в Юрмалу после вот этих событий?



Инесе Айзстраута: Я уверена, что они вернутся обязательно. Они все уже ждут того момента, когда будет их дни у нас в Юрмале.



Виталий Портников: А будут Дни Москвы в Юрмале, да?



Инесе Айзстраута: Они так говорят, они этого хотят. Но соберутся ли они – это, конечно, от москвичей зависит. Но мы готовы их принимать у нас в Юрмале на таких же Днях Москвы в Юрмале, как мы делали в Москве.



Виталий Портников: Насколько, по вашему мнению, интерес к Юрмале может, действительно, отразиться на количестве туристов? И вообще, какие у вас прогнозы о том, сколько туристов из России могло бы отдыхать в Юрмале в будущем, если так говорить?



Инесе Айзстраута: Ну, таких конкретных прогнозов у меня нет. Но это будет зависеть от того, какие гостиницы мы построим. И если будут гостиницы, то будут и гости.



Виталий Портников: Да. Вот я, собственно, это и имею в виду. Насколько развивается эта гостиничная база? Может быть, появляются какие-то западные гостиницы, кто-то инвестирует что-то?



Инесе Айзстраута: Одна западная гостиница появилась. Раньше это была гостиница «Юрмала», а теперь это « Jurmala Spa», которую купили эстонские бизнесмены, и они построили заново эту гостиницу. Но таких немного. Такие большие гостиницы строиться не будут. Но гостиницы поменьше строиться будут.



Виталий Портников: Понятно. Собственно, мы видим, что это не простой путь - развитие курорта, естественно, как и любого постсоветского курорта, который привык к одним стандартам, к одним туристам. А сейчас то, что рассказала нам госпожа мэр о том, что появляются туристы из других стран в Юрмале, и уже финские туристы опережают российских, в то время как россияне сейчас – это одна из главных туристических групп в Финляндии, это говорит о том, что люди более мобильны, что они начинают рассредоточиваться по всему берегу Балтийского моря. И нужно приложить очень большие усилия для того, чтобы выиграть эту конкуренцию между балтийскими городами, в которой, естественно, и российские курорты участвуют. Курорты Калининградской области теперь, кстати, тоже привлекают огромное количество россиян, чего не было раньше. И это тоже надо учитывать. Но это отдельная тема и для другого диалога.


Но, в любом случае, те люди, которые отдыхали в Юрмале – и мы это слышали по реакции радиослушателей – они ее помнят, и помнят с благодарностью. И никакие политические споры не мешают этой памяти и этому желанию в Юрмалу вновь вернуться.


Спасибо, уважаемые гости.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG