Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Молодые мастера французского кинематографа






Дмитрий Волчек: В первой части нашей программы уже прозвучало имя Жана-Шарля Фитусси. Рассказ об этом режиссере и других молодых мастерах французского кинематографа подготовил кинокритик Борису Нелепо.

Борис Нелепо: В фильме французского режиссера Эжена Грина «Мост искусств» есть одна очень любопытная сцена. Паскаля, главного героя, приятель зовет с собой на спектакль театра Но. В театре камера, как и подобает камере в образцовом фильме Грина, показывает не актеров на сцене, а скользит по лицам зрителей. Этот на первый взгляд незамысловатый проезд камерой в киноманской среде окрестили «тревеллингом настоящих синефилов». Причина проста – среди этих 18 зрителей нет ни одного случайного человека, каждый, так или иначе, причастен к кинематографу. Эти люди – это, прежде всего, окружение знаменитой киношколы FEMIS, в которой преподает сам Эжен Грин и с которой связаны многие выдающиеся режиссеры, будь то Филипп Гаррель или Клер Дени. У каждого из зрителей театра Но, за парой исключений, за плечами есть, как минимум, один свой фильм, помимо их деятельности в качестве кинокритиков, продюсеров и актеров. Я подумал, что этот трехминутный тревеллинг может служить лучшим гидом по новейшему французскому кино, наглядной демонстрацией лиц молодого кино.

Это очень тесный коллектив, связанный дружескими отношениями; они все снимаются друг у друга и помогают друг другу в создании фильмов. Тем не менее, не так просто найти какой-то общий знаменатель, под который можно было бы подвести эти фильмы. Разумеется, кто-то обращается к классической литературе, подбирая для неё новую форму. Так, недавно на фестивале «Завтра» показывали фильм «Идиот» Пьера Леона, родившегося в Москве. Этот часовой фильм – экранизация Достоевского, точнее, кульминационной сцены его романа – вечера у Настасьи Филипповны, которую утонченно и спокойно играет Жанна Балибар. Достаточно отметить то, что деньги у Леона сжигают не в камине, а – очень скромно – на свечке. Как выразилась обозревательница журнала «Искусство кино» Инна Кушнарева, Леон экранизирует не Достоевского, а перевод Достоевского на французский, оказывающийся деконструкцией текста.

Пьер Леон вообще интересен тем, что, несмотря на свою интеграцию в среду французских интеллектуалов – так, он работал в «Liberation» и писал для «Trafic» - он существует на стыке русской и французской культуры. Можно, например, натолкнуться на его исполнение песни Вертинского.


Менее удачная, на мой взгляд, попытка обратиться к классическому произведению – это «Полиевкт» Кристофа Атабекяна, поставленный по одноименной пьесе Пьера Корнеля. В этом фильме принцип do it yourself доведен до предела: Атабекян не только снял этот фильм, но и сам сыграл все роли. А Ева Трюффо, ещё один настоящий синефил, занималась монтажом. Использование цифровой камеры легко позволило размножить его до нескольких персонажей, появляющихся одновременно в кадре. Выбор Корнеля обусловлен во многом его любовью к одному из фильмов Штрауба-Юйе по пьесе «Отон». Сам Атабекян в кадре почти всё время появляется с акустической гитарой, посвящая свой фильм другому своему кумиру – Нейлу Янгу. В одной из сцен фигурирует сразу целый бэнд размноженных Атабекянов, играющих на губной гармошке, скрипке, аккордеоне и гитаре:


Жан-Шарль Фитусси тоже неравнодушен к фильмам Штраубов. C 1997-года он работает у них помощником режиссера и даже снял небольшой документальный фильм о работе над фильмом «Сицилия!». Неудивительно, что некоторые кадры его дебютного фильма «Дни, когда меня не существует» отсылают именно к кинематографу этих режиссеров. Фитусси вдохновил один из рассказов Марселя Эме, к прозе которого, действительно, близок его фильм. Главный герой, Антуан, страдает от странного неудобства – он живет только через день, исчезая между ними ровно на сутки.

Диктор: «Он ощущал, что лег спать не два дня назад, а день назад, и у него обрывалось всё внутри от мысли об этом дне, в течение которого он не жил. Слушая о том, что говорят прохожие, он воображал, чем был занят мир без него. Слово «вчера», услышанное им, смешивало в нем любопытство, страстное желание и печаль. Для него это было самое болезненное время дня. Иногда он чувствовал себя подавленным, не зная ничего, кроме того дня, который он проживал, без вчера и завтра, что казалось ему самой страшной из всех пыток».

Борис Нелепо:
Однажды он встречает женщину, в которую влюбляется, но их отношениям суждено закончиться очень грустно. У Фитусси получилась изящная и литературная история, которая особенно хороша в первой половине фильме, когда Антуан с потерянным видом бродит по городу, а камера медленно запечатлевает виды природы. Любопытно, что следующий свой фильм - «Ноктюрны для короля Рима» - он снял на мобильный телефон. Его радикализм оценили в Канне и включили этот фильм в «Неделю критики».

Многие из тех, о ком я рассказываю, в той или иной степени экспериментирует с формой и киноязыком. Есть и более традиционные режиссеры. «Путешествия» Эмманюэля Финкеля, ранее выступавшего ассистентом Кесьлевского, Тавернье и Годара – это такое классическое фестивальное кино, разбитое на три новеллы, собравшее по всему миру ворох престижных наград, начиная от упоминаний в Канне и Вене и заканчивая «Сезаром» за лучший дебют. В «Путешествиях» рассказывается о последнем поколении, пережившем Холокост; герои фильма – женщины, разбросанные по всему миру. Географический охват – от Москвы и Польши до Парижа и Тель-Авива. Финкель снимал непрофессиональных актеров. Так, исполнительница одной из главных ролей Эстер Горентен дебютировала в кино, благодаря ему, в 85 лет. Сейчас ей 96, и она продолжает сниматься, сыграв у Амальрика, Лунгина и Корно. Это деликатное и ровное кино, но я всегда с некоторым скепсисом отношусь к делению фильмов на сегменты и новеллы. Зато Финкель из съемок кастинга разных пожилых людей, приходивших к нему на пробы и рассказывавших свои, невыдуманные, истории, сделал отдельный документальный фильм. Он, думаю, должен оказаться куда интереснее его дебюта.

Напротив, достаточно прохладно был встречен во Франции фильм Эмманюэля Бурдьё «Пагубная дружба». Бурдьё – постоянный соавтор Арно Деплешена, пишущий сценарии к его фильмам с 1996-го года. Кроме того, он сын известнейшего французского социолога Пьера Бурдьё, автора «Социологии политики». Видимо, его фильм в некотором роде автобиографичен, поскольку и у главного героя, студента лингвистики в Сорбонне, мать – известная писательница. Ведущий сайта filmref.com Акварелло так пишет об этом фильме:

Диктор: «Запечатлевая точку пересечения между конформизмом юности и независимостью, приходящей со взрослением, фильм Эмманюэля Бурдьё оказывается умным и проницательным. Это странным образом стерильная и пройденная на собственном опыте хроника студенческой жизни, увиденной глазами нескольких студентов, которые начинают освобождаться от своих всегда бесплодных союзов и зоны комфорта внутри социального круга и вырываться в своё собственное пространство, переходя от групповой самоидентификации к индивидуальной».


Борис Нелепо: Элуа и другие однокурсники собираются вокруг обаятельного Андре Морни, перспективного студента и несомненного лидера. Он всё время цитирует афоризм Карла Крауса: «Почему некоторые люди пишут? Потому что они слишком слабы, чтобы не писать», высмеивая всех своих ровесников, в тайне сочиняющих свои произведения. Его друзья безоговорочно ему верят – выбрасывая в мусорное ведро свои рукописи, сжигая любовные письма и переставая общаться с одним из своих друзей, предавших их идеалы и тайком опубликовавшегося в престижном литературном журнале.

Бурдьё представляет собой чуть облегченную и, возможно, необязательную версию Деплешена, но я бы не сказал, что это негативная характеристика. Мне очень понравился этот фильм, в нём представлена отличная фиксация студенческой жизни молодых парижских интеллектуалов, а герой Андре по-настоящему врезается в память. Ну и очень интересно наблюдать изнутри за реалиями этой жизни. Так, например, во Франции очень почитают писателя Джеймса Эллроя, автора «Черной орхидеи» и «Секретов Лос-Анджелеса». Буквально, Элуа приходит к своему профессору, у которого он собирается писать диссертацию со словами: «Первоначально я собирался писать о Фолкнере, но затем прочитал вашу работу и решил изучать Эллроя».

Другой фильм, который можно было бы иллюстрировать афоризмом Крауса – это «Уимблдонский стадион» Матьё Амальрика. Амальрик – один из самых востребованных и талантливых актеров во Франции, слава которого потихоньку доходит уже и до нас. Менее известен он в другой – режиссерской – ипостаси. А оба его полнометражных фильма, между тем, выпустили «Cahiers du cinema» в своей серии. В «Уимблдонском стадионе» женщина, в исполнении Жанны Балибар, совершает путешествие в Триест, а затем в Лондон, пытаясь разгадать тайну некоего писателя, из-под пера которого не вышло ни одного произведения. Фильм основан на одноименной книге Даниеле Дель Джудиче, только в ней фигурировал молодой человек и заинтригован он был не абстрактным, а настоящим итальянским литературоведом Роберто Базленом, который говорил:

Диктор: «Думаю, писать книги стало уже делом невозможным. Вот я и не пишу книг. Почти все книги – это не более чем постраничные комментарии, растянутые на целые тома. Поэтому я пишу только постраничные комментарии».

Борис Нелепо: Фильм Амальрика не похож на кино, снятое актёром, в нём немного разговоров, оно всё построено на движении – Балибар ищет разных людей, перемещается из одной страны в другую. Амальрик снял кино о литературе, которое сложно назвать литературным – в нём почти ничего не происходит в плане развития сюжета, драматургии или диалогов. Меня подкупила в нём недосказанность. И мне кажется очень правильным, что ни разу не всплывает имя Базлена, поскольку Амальрик выходит в пространство литературы, не ограничиваясь определенной личностью. Ведь ещё Пазолини говорил: «Самая чистая форма искусства – полное молчание поэтов, которые не пишут». В связи с фильмом Амальрика на ум приходит множество художественных персонажей и людей – от Бартлби до Жака Ваше. К слову, наиболее полную подборку таких писателей, бросивших писать, составил испанский писатель Энрике Вила-Матас в своей книге «Бартлби и компания».

Если в разговоре о предыдущих режиссерах мы, так или иначе, вспоминали о литературе, то Серж Бозон и его сценаристка Аксель Ропер в своих фильмах идут от музыки; они – образцовые меломаны. В одном из лучших фильмов 2007-го года – «Франция» Бозона солдаты Первой мировой войны поют песни в жанре sunshine pop. Завершим передачу песней «Gospel Lane» Робби Кёртиса и Тома Пейна.
XS
SM
MD
LG