Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Телевидение и "вечные ценности"


Анна Качкаева: На минувшей неделе телевизор показал, как президент нахмурился в сторону коррумпированных чиновников от строительства жилья. Все итоговые программы откликнулись в срочном порядке и пошумели, показали разоблачительные кадры о взяточниках в отдельно взятой Орловской области. Кадры до боли напоминали развернутую когда-то на глазах телезрителей кампанию про «оборотней» в погонах. Нынче и при «оборотней» забыли, как будто все они перевелись, и про беспризорников. Помните, такая кампания на экранах тоже года два назад прошумела. В выходные в главных вечерних программах случился бенефис Дмитрия Медведева, поскольку национальное достояние «Газпром» добился впечатляющих успехов на мировых рынках. На воздухе среди сосен возможный преемник смотрелся лучше, чем в помещении, где невольно обращаешь внимание на посадку собеседников. Руки ведущего Позднякова на НТВ, естественно, лежали на подлокотниках, а над креслом напротив возвышалась только голова высокопоставленного чиновника Медведева. В общем, бедные журналисты и операторы: мало того, что персонаж пока никак не пробивает экран, излагает гладко, монотонно, без пауз, ни головы не наклонит, ни улыбнется тебе, так еще все время нужно думать о ракурсе и крупном плане. Вот показывать президента во весь рост телевизионщики уже не боятся. Валентин Гафт на полторы головы выше Владимира Путина, но эту сцену в «Современнике» стране предъявляют. Просто Путину уже давно комфортно перед телевизионными камерами, а Медведев все еще ежится. Ну, это, как говорится, дело привычки.


Но не о главных политических персонажах сегодня наш разговор, а о Телевидении вечных ценностей – так до недавних пор расшифровывалась аббревиатура канала ТВЦ. Уже четыре месяца на канале, чуть меньше, новый генеральный директор, человек опытный, аккуратный, не революционер, как он сам про себя говорит и кивает. Александр Пономарев, здравствуйте, сегодня в студии со мной. И мы ждем еще моего коллегу Евгения Кузина из газеты «Известия», который должен придти с большого мероприятия, посвященного Общественному телевидению, где выступает, как предполагается, Герман Греф, Владимир Познер и еще некоторое количество включенных в проект обсуждения Общественного телевидения людей. Я надеюсь, что Евгений приедет и расскажет нам о том, что там происходило.


Итак, Александр Пономарев. У Александра довольно серьезный опыт телевизионный: знаменитая редакция Молодежного вещания Центрального телевидения, потом развлекательный канал «ТВ-6», кто еще не забыл. То есть судьба Александра переплетена с отмечаемым пятилетием разгона НТВ, потому что когда ушли журналисты с канала НТВ и перешли на канал «ТВ-6», Александр Пономарев покинул канал «ТВ-6», перешел на канал «Культура». В общем, развитие канала «Культура» в минувшие года три связано с именем Пономарева. И, пожалуй, на канале ТВЦ впервые Александр – человек номер один на канале. Над ним нет больше Эдуарда Сагалаева, как на «ТВ-6», или Олега Добродеева, как в холдинге ВГТРК. Разумеется, есть московское правительство, но разговор отдельный, мы про это еще вспомним. Так что мы сегодня с вами и с Александром попробуем поговорить о том, каких перемен ждете вы на канале, и каких изменений добивается сам Александр Пономарев.


В общем, здравствуйте, Александр, долго я вас представляла.



Александр Пономарев: Здравствуйте.



Анна Качкаева: Вам, уважаемые слушатели, мы задаем такой вопрос: что бы вы хотели изменить на канале ТВЦ?


У этого канала московского всегда была непростая судьба. Он бесконечно колебался между страной и Москвой, между крупным мегаполисом и желанием стать национальным. Но тем не менее, вне зависимости от начальников, у него было много наименований. Называли его «ТВ-Центр» при Лысенко и Телевидением вечных ценностей при Попцове. Так вот, ТВЦ времен Пономарева – это что?



Александр Пономарев: Ну, о временах Пономарева говорить рано.



Анна Качкаева: Но тем не менее, вы же для себя его как-нибудь определяете?




Александр Пономарев

Александр Пономарев:Все-таки это «ТВ-Центр» прежде всего, и ударение мы будем делать на слове «центр». Мы – центр географический, поскольку вещаем из сердца родины. Надеемся быть центром внимания для своих зрителей. И перед новым сезоном представим публике наш новый принципиальный, определяющий суть нашего вещания и внутреннего позиционирования слогана.



Анна Качкаева: Которого пока еще нет.



Александр Пономарев: Он есть, но я еще пока не хочу говорить.



Анна Качкаева: Не хотите с ним торопиться. Тогда, может быть, с другой стороны зайду. Смотрите, ваша задача, потому что из тех немногочисленных интервью, которые вы уже дали в новом качестве, из того, что мы наблюдаем в эфире, понятно, что у вас задача привлечь молодую аудиторию, чуть-чуть подновить старомодный по стилистике канал, сохранить социальную направленность, усилить новости и публицистику, также начать зарабатывать, разместить сериальный продукт. Все это вместе, Александр, не мне вам рассказывать, - задача почти неразрешимая.



Александр Пономарев: Не простая во всяком случае задача.



Анна Качкаева: Вот что же это будет за канал? Может быть, с этой стороны вы легче расскажете, куда вы идете и к чему стремитесь.



Александр Пономарев: Для начала мы все-таки стремимся к тому, чтобы нас больше смотрели. Что касается о вложении публики, я очень трепетно отношусь к той публике, которая сегодня есть у канала. Это ядро нашей аудитории, это достаточно взрослые люди, 45+. И мы ни в коем случае не хотим терять эту нынешнюю нашу аудиторию. Но вот прирастить к ней более молодую аудиторию… Молодежным канал не будет при всем при том. Во всяком случае такого ни в планах, ни в намерениях нет. Но привлечь более молодую, более социально активную аудиторию мы намерены. Каким образом это сделать? Понятно, что нужно предложить более привлекательный продукт. Как ни странно, все более и более привлекательным для публики, это, кстати, видно и по эксперименту на больших каналах, становится документальное кино и аналитическая публицистика. Вот эти жанры телевизионные привлекают все больше и больше внимания и собирают, кстати говоря, достойные рейтинги. Они даже начинают спорить с так называемыми криминальными новостями по цифрам и рейтингам. И у Москвы, и московского телеканала есть, по-моему, все возможности для того, чтобы этот жанр развивать. И материала много такового, и кадры, слава Богу, еще есть. Так что на этом будем привлекать внимание публики.


Что касается сериального продукта. Очевидно, что публика с большим интересом относится к многосерийным телевизионным фильмам, она с большим интересом относится к телевизионным историям. И мы тоже не хотим стоять в стороне и производить сами свои истории. Понятно, что если мы – московский канал, будет правильно, если эти истории будут связаны с Москвой, это будут истории и самих москвичей, и на фоне того, что происходит в Москве. Если все получится, то это будут истории достаточно актуальные, длинные, история нескольких московских семей.



Анна Качкаева: В общем, тема «Московские окна» и дальше один, два, три, четыре. Не обязательно этот сериал, но принцип.



Александр Пономарев: Принцип – да, некая московская сага. Понятно, что мы хотим сделать и юмористический сериал. И мы его предложим тоже публике, и он тоже будет основан на московском материале.



Анна Качкаева: Вот узнаю Пономарева, все-таки такое развлечение в корнях оно говорит о приоритетах.


К нам присоединился мой коллега, обозреватель «Известий» Евгений Кузин. Евгений слушал Грефа и сагу об Общественном телевидении. Что там произошло, и что это было за событие, до чего договорились?




Евгений Кузин

Евгений Кузин:Как я понял, это группа заинтересованных людей, которые мечтают создать в России Общественное телевидение. В нее входят, например, председатель Союза журналистов Всеволод Богданов, член ФКК Даниил Дондурей (Федеральная конкурсная комиссия, распределяющая телечастоты), был там Владимир Познер, президент Академии, депутаты были, представители местных властей. Но главный герой, ради которого, похоже, сегодня все и собирались, - это был министр экономразвития Герман Греф, от которого я лично ждал, что он, наконец, объявит что-то конкретное. Напомню, он в декабре проговорился, сказал, в ближайший год-полтора один из государственных каналов будет преобразован в Общественное телевидение – то есть телевидение, которое контролируется народом.



Анна Качкаева: То есть вы думали, что сейчас назначат Первый канал или Второй Общественным.



Евгений Кузин: Как наивный человек я ждал, что назовут все-таки, где и когда государство признает, власть скажет: «Люди, берите, управляйте, делайте то, что хотите». К сожалению, этого не произошло. Но само по себе его появление, конечно, означает, что государство в этом активно теперь будет участвовать.



Анна Качкаева: То есть он это продекларировал еще раз?



Евгений Кузин: Да, он сказал, что без свободы и СМИ, и Общественного телевидения невозможно нормальное экономическое развитие России. Создание Общественного телевидения включено в среднесрочную программу на 2006-2008 год. Не знаю, сколько денег (к сожалению, я не смог дослушать до конца, иначе бы не попал сюда) выделено. Пока объявлено не было, и выделено ли вообще.



Анна Качкаева: Ну, да, если не подо что, так под что же?



Евгений Кузин: Все эксперименты, судя по всему, начнутся в регионах, как в Томской области уже создали. Там были представители Томской области, купили камеру, наняли журналистов, и теперь навязывают телеканалам свои программы под видом Общественного телевидения. Герман Греф сказал, что его очень удивило в этой схеме, что судебные органы участвуют в попечительском совете.



Анна Качкаева: Ой, какая прелесть!



Евгений Кузин: Назвал это российской аномалией, но сказал, что ничего страшного в этом не видит. Это из таких смешных вещей.



Анна Качкаева: Александр, вы выслушали, как впечатление? Перспективы есть у этого начинания?



Александр Пономарев: Я, честно говоря, не очень пока понимаю, сложилось ли некое общее представление о том, каким должно быть Общественное телевидение и что это такое? Есть несколько разных точек зрения. Я считаю очень полезной дискуссию на эту тему. Но к каким-то практическим шагам, мне кажется, не готовы ни медиа-сообщество, ни общество, ни государство. Но перспективы есть, надо это обсуждать. Может быть, и найдется некий замечательный рецепт.



Евгений Кузин: Скажите, Александр Сергеевич, Герман Греф сказал, что уже вброшен на обсуждение в медиа-сообщество законопроект об Общественном телевидении. Видели ли вы его? Он рассчитывает, что до конца года может даже дойти до обсуждения на заседании Госдумы? Если вы видели, насколько серьезен этот документ? Или он тоже такой же сырой, как пока вся ситуация с этим проектом?



Александр Пономарев: Вы знаете, я его видел, но не вглядывался. Я не увидел там никаких революций, никаких серьезных, концептуальных идей. Мне кажется, что надо еще много-много вокруг этого говорить. Ну, здорово, что умные и авторитетные люди уже этим начинают заниматься.



Анна Качкаева: Ну, например, московское правительство так с барского плеча не могло бы сказать: вот сделаем, ведь есть идея в этом законопроекте о том, что в регионах должны быть общественные каналы. Не обсуждали, нет?



Александр Пономарев: Мы, вообще-то, не обсуждали, но и плечо московского правительства я как барское не воспринимаю. С него не так много просто сбрасывается.



Анна Качкаева: Понятно. Мы возвращаемся к теме канала ТВЦ. Жене скажу, что Александр, перед тем, как вы пришли, сказал, что рассчитывает запустить развлекательные, скорее всего, сериалы, связанные с Москвой, это некая такая московская сага, и рассчитывает, что лучшие рейтинги на его канале принесет документальное кино и публицистическая аналитика. Так очень широко и в то же время по-новому обозначил Александр то, что мы подразумеваем не столько под итоговыми программами, сколько под публицистикой старого, наверное, образца.



Александр Пономарев: Давайте поправим, не старого, а классического.



Анна Качкаева: Классического, безусловно, образца. В этой связи этих вопросов не избежать. В программах Пушкова и Караулова вы как-то все время чего-то, у меня такое ощущение, не договариваете. Вы аккуратно говорите, что они должны вписаться в программную концепцию. С Пушковы, кстати, вопросов меньше. Объясняете, что эти программы особенные. Может быть, вы скажете, наконец, это что – особые зоны на вашем канале, которые находятся под чьим-то покровительством, или это некая идеологическая федеральная нагрузка на московский канал?



Александр Пономарев: Вы знаете, прежде всего, я все больше и больше убеждаюсь, что это чрезвычайно популярные среди журналистов пишущих передачи.



Анна Качкаева: Да и среди зрителей, я вас уверяю. Вот сейчас половина пейджеров приходит ровно про это.



Александр Пономарев: Судя по цифрам, и зрители смотрят эти передачи. Но никаких установок по поводу того, что этого не трожь, действительно ни от кого я не получал. Расставаться с этими программами никаких внутренних побуждений у меня нет. Зритель их смотрит. Работать с авторами непросто. Во-первых, если говорить о программе Караулова, она достаточно часто носит довольно оперативный характер. Это авторская программа, безусловно. И поэтому здесь нужно и рыбку съесть, и косточкой не подавиться. И не наступить на горло авторской песне, и при всем при том не допустить того, что программа и ее автор решает свои задачи, а у канала задачи могут быть совсем другие. Это, мне кажется, достаточно очевидно, что любой руководитель любого канала с любой авторской программой испытывает такие проблемы, если их можно назвать проблемами. Поэтому давайте следить за развитием событий.



Анна Качкаева: То есть во всяком случае в новом сезоне они остаются, можно сказать так?



Александр Пономарев: Во всяком случае, в новом сезоне место в сетке для них есть.



Анна Качкаева: А вот что касается развлечения. Я не случайно акцентирую на этом внимание, потому что вы, Александр, всегда говорили, что вам в общем не очень интересны новости, и всегда некоторое желание отстраниться от всей этой журналистской истории присутствовало в вашем отношении к телевидению.



Александр Пономарев: Хорошая рекомендация руководителю канала, который хочет отстраниться от журналистской истории.



Анна Качкаева: Правда же. На «ТВ-6» вы старались думать все-таки о том, чтобы телевидение было прежде всего зрелищем, развлечением, много думали о популярной музыке. Вспомните и «нанайцев» своих и оркестр «ТВ-6».



Александр Пономарев: Это две разные вещи. Одно дело – попса, а оркестр «ТВ-6» - это был все-таки большой симфонический оркестр.



Анна Качкаева: Ну, конечно, никто же не умаляет ваших заслуг.



Александр Пономарев: Я не считаю это заслугой.



Анна Качкаева: «Культуре» вы добавили некоторую популяризаторскую зрелищность. Это означает, что вы попытаетесь то, что вам интересно как человеку привнести в канал? Или именно потому, что задача так сформулирована?



Александр Пономарев: Это означает, что я попытаюсь привнести то, что мне интересно, в канал. Ну, например, если удастся, я попытаюсь реализовать некие свои представления о том, как представлять классическую музыку широкой аудитории. Я попытаюсь.



Анна Качкаева: Еще один оркестр?



Александр Пономарев: Зачем? Я же говорю о телевизионной форме. И мир достаточно сильно продвинулся в этом направлении. Если вы включите такие замечательные каналы, как «Музей» или «Меццо», вы увидите такие роскошные программы классической музыки, которые при всем при том чрезвычайно демократичны по форме и яркие по содержанию и обращены к широкой аудитории.



Анна Качкаева: Это будет «линейка» или специальные проекты?



Александр Пономарев: Для начала, я думаю, что это будет специальные проекты. Если мое желание, чтобы публика получила от этого удовольствие, совпадет с продемонстрированным интересом публики, то, может быть, это будет и «линейка».



Евгений Кузин: А не боитесь ли вы конфликта с нынешней аудиторией канала, которая в случае с классической музыкой, наверняка, посмотрит, а в случае с какими-то развлекательными экспериментами (вы всегда славились именно более молодежной ориентированностью своих идей)?



Александр Пономарев: Мы сейчас с вами запутаемся, чем я славился.



Анна Качкаева: Мы просто вспоминаем все, что вы делали на телевидении.



Александр Пономарев: Я до этого уже упоминал, что я очень дорожу той публикой, которая есть сегодня. И поэтому в наших экспериментах по поводу развлечений мы ни в коем случае не будем делать так, чтобы сегодняшняя наша публика отвернулась от экрана.



Евгений Кузин: Я бы хотел сразу поблагодарить как зритель за смену очень тяжелого логотипа. Это, наверное, первое такое для меня самое заметное изменение.



Александр Пономарев: Скорее, не смена, а изменение.



Евгений Кузин: Да, видно, что выдержано в том же стиле. И хотелось уточнить, о какой документалистике вы мечтаете на канале? Потому что я услышал в кратком сообщении Ани некое противоречие с тем, что я вижу в сетке. Вы ставите фестиваль «Настоящее документальное кино», где как раз не коммерчески ориентированные, не созданные по лекало, придуманному на крупных каналах, фильмы раньше шли по субботам в более смотрибельное время в районе пяти часов, вы поставили на понедельник на одиннадцать, то есть не противоречие ли это вашей идее? Или же вы мечтаете о другом кино?



Александр Пономарев: Не противоречие. Я говорю прежде всего о публицистических программах. Публицистические программы, которые очень часто трудно отделить от такого жанра, как документальный фильм, который сейчас называется документальным фильмом на телевидении. Но жанр преимущественно журналистское расследование. Но журналистское расследование не криминальных разборок, а журналистское расследование некой проблемы, с которой сталкиваются живущие в Москве и не только. Журналистское расследование неких человеческих судеб и их переплетений. И это будет постоянной линией канала, выраженной и очень четко прочерченной в программной сетке.



Анна Качкаева: Вы так настойчиво говорите о нежелании думать на криминальные темы. А как же быть с уникальным предложением Владимира Кулистикова на НТВ, которое востребовано прекрасно, его можно коротко сформулировать «зарежем или задушим красиво, и посмакуем еще красиво». Цифры потрясающие.



Александр Пономарев: Может быть, именно поэтому я так и подчеркиваю, что у нас другая позиция. Потому что сейчас если произносят «журналистское расследование», то моментально всплывает образ таких журналистских расследований, которые предлагает, в частности, канал НТВ.



Анна Качкаева: Там не только расследования. Все эти людоеды, дети в клетках.



Александр Пономарев: Поэтому я так и акцентирую, потому что у нас немножко другой акцент другой будет. Я и хочу сломать этот стереотип, что журналистское расследование это не обязательно сильная криминальная составляющая, и не только, и не столько. У нас во всяком случае. Что касается экспериментов коллег на НТВ, то давайте не будем спешить с резкими оценками. Мне кажется, что уже изменения тоже начали происходить. Произошло некое насыщение, и сейчас количество будет переходить в качество, в другое качество.



Анна Качкаева: Ну, как? Владимир Кулистиков только что на той неделе нашей коллеге Арине Бородиной сказал, что это общемировой тренд – агрессивная расследовательская журналистика. Нужно показывать сытым проблемы человеческой жизни. Это и есть постановка проблемы – показать кошмар, ужас и подробности жестокости.



Александр Пономарев: Я не вижу никаких противоречий в том, что сказал Кулистиков, я этого не слышал.



Анна Качкаева: Ну, я вам практически точно пересказала.



Александр Пономарев: Я не вижу никаких противоречий между тем, что он сказал, и той тенденцией, которую, например, замечаю я. Да, нужно показывать очень тяжелые проблемы, которые есть в обществе. Но наступает, как мне кажется, и настаиваю, переход от количества в качество.



Анна Качкаева: То есть все-таки вы настаиваете на том, что постановка проблемы должна обсуждаться и анализироваться?



Александр Пономарев: Да. И думаю, что это и будет происходить на НТВ.



Анна Качкаева: На НТВ тоже?



Александр Пономарев: И на НТВ тоже будет происходить в их области. Они, мне кажется, неизбежно, и уже сейчас начинают, будут отходить от таких каннибалистских пугалок, они будут переходить к более серьезному, глубокому и широкому взгляду на происходящее.



Анна Качкаева: У вас то площадок достаточно много для этого. Просто стилистика немножечко старомодная. И «Солнечный круг» - блестящая акция, на мой взгляд. Нет нигде, ни на одном канале программы, которая бы так всерьез занималась проблемами детей. И программы Авторского телевидения, которые, конечно же, эти лучшие классические образцы публицистики в себя вбирают. Но вот у всего этого удивительно нет того, что и называется этим современным зрелищем почему-то.



Александр Пономарев: Мне кажется, что на поверхности лежащая проблема – это так расставить продукт, чтобы он был более заметен для зрителя. Вот этим мы уже и сейчас занимаемся и займемся в дальнейшем. И, во-вторых, сделать более внятной логику нашего эфира. Я, например, могу сказать, что на канале ТВЦ до последнего времени в эфире жило 89 наименований программ.



Анна Качкаева: Лоскутное одеяло, да.



Александр Пономарев: И среди этих передач было очень много достойных. Но для того, чтобы у публики было целостное восприятие, наверное, количество таких вот передач, количество названий во всяком случае должно быть сокращено, чтобы человек мог лучше ориентироваться.



Анна Качкаева: Ну, а вы уже можете сказать, на какие лица вы будете делать ставку? Потому что всегда, как человек, все-таки пришедший из коммерческого телевидения, вы знаете, что должны быть у канала лица, с которыми он ассоциируется. Вот кто они сейчас?



Александр Пономарев: Сейчас?



Анна Качкаева: Ну, на кого вы ориентируетесь?



Александр Пономарев: На сегодняшний день, как мне кажется, это ведущие ночной информационной программы, которая называется «25-й час», Аня Прохорова и Илья Колосов. Мне кажется, что это интересные и по энергетике, и по мысли, и по манере персонажи. Это Пушков со своим «Постскриптумом», это Караулов со своим «Моментом истины», это Борис Норкин. Так что лиц у нас достаточно много. Я сразу хочу извиниться перед теми, кого не назвал.



Анна Качкаева: Ну, а в перспективе что ожидается?



Александр Пономарев: В перспективе появятся новые лица, безусловно.



Анна Качкаева: Но какие – еще не знаете?



Александр Пономарев: И в информационном вещании, и в публицистическом вещании появятся новые лица.



Анна Качкаева: Я начну читать пейджер.


«Хотелось бы вместо передачи об элитных собаках и таких же хозяевах с ведущей Вайкуле видеть передачи, где решаются вопросы о больных и беспризорных детях, которые, когда подрастут, открутят головы таким героям. Побольше социалки и побольше ведущих – славян». Так хорошо начинали вы, Наталья. Почему же только славян то? У нас страна многонациональная.


Олег Борисович: «Я не вижу никакого смысла в приглашении крупных чиновников в ваши программы. Вы от них ничего не слышите, кроме общих рассуждений. Считаю беспардонным цинизмом использовать в рекламе песни Эдит Пиаф и классические мелодии». Это, наверное, по поводу рекламы, которая сейчас идет не только на вашем канале.


«Каналу ТВЦ очень благодарна за недавний повтор довольно пожилых многосерийных фильмов «Самозванцы», «Времена не выбирают». Это настоящие фильмы. Майоровы». Видите, слова то сегодня все звучат: «пожилые», «старомодные». В общем, ничего, наверное, дурного нет, на самом деле. Может, и такой канал должен быть.



Евгений Кузин: Людей то много.



Анна Качкаева: Людей много, и может быть, кто-то работал ровно на эту аудиторию, а вы ее опять омолаживаете.


«Пономарев Александр, просьба вернуть на прежнее время по понедельникам передачу «Версты», так как новое время совпадает с передачей «Тем временем» на канале «Культура». А это очень неудобно», - пишет Светлана Дмитриевна из Москвы.


«Канал вещает на Белоруссию. Возможно ли появление в эфире любой персоны, которая не любила бы Лукашенко? Если да, сделайте это в ближайшее время. Тогда и докажете, что вы – демократический канал», - Илья Рассолов.


«Как вы относитесь к передаче Пушкова лично?» - спрашивает Раиса. В общем, Александр на это уже ответил.


«Хочется, чтобы у ТВЦ был телефон связи со зрителями, чтобы шел постоянный разговор о проблемах, отравляющих жизнь, о московских безобразиях и нарушениях закона, например, о стройке в заповеднике напротив Останкинского пруда», - Виктор.


Ну вот, реагируйте пока на это.



Александр Пономарев: В общем, мне нравится реакция. Это означает, что, во-первых, смотрят, во-вторых, смотрят заинтересованно, и в-третьих, очень много нравится.



Анна Качкаева: Ну да, только хотят, чтобы «Версты» обратно вернули. Наверное, я так подозреваю, что Александр Пономарев переставил их специально, чтобы вы выбирали между Архангельским и Млечиным.



Александр Пономарев: На самом деле не так. На самом деле, потому что мы оказались в ситуации, у нас нет запаса сериального продукта, и с этим в основном связаны изменения в сетке. Если вы заметили, в 20:20 у нас все дни будние, кроме вторника, стоят художественные фильмы, поскольку у нас нет ни сил, ни возможностей, да и свободных на рынке сериалов нет. В связи с этим «Версты» и оказались выходящими в то время, в какое они выходят. Что касается начала нашего вечернего вещания в 19:50 выпуском новостей, я считаю это правильным. Я считаю, что это правильно, - выходить вечером в эфир с новостной программы. И не вижу никакого противоречия в том, что мы выходим сразу после «Московии», потому что новости «Московии» и те новости, которые мы предлагаем, - это все-таки несколько разные новости.



Анна Качкаева: «Почему из программы «Московские события» исчез опрос зрителей на актуальные темы? Это результат давления высших чиновников или инициатива нового руководства? Хотелось бы, чтобы вы опрос восстановили».



Александр Пономарев: Исключительно инициатива нового руководства. Я принципиально против этих опросов в новостных программах. Потому что если вы внимательно проанализируете, ответ практически предсказуем всегда. И мне кажется, когда на экране сюжет некий, а на пол-экрана вопрос, который абсолютно не связан с этим сюжетом, это создает какую-то странную кашу.



Анна Качкаева: «Довольны ли вы культурным наполнением канала? Что, по вашему мнению, можно изменить или дополнить, особенно после канала «Культура», которым вы руководили, это особенно заметно, наверное», - Борис вас спрашивает.



Александр Пономарев: Не очень доволен тем, что Борис называет культурным наполнением канала. Но я уже раньше говорил, что есть несколько идей, каким образом это культурное наполнение изменить.



Евгений Кузин: А можно тут же уточнить, а количество всяких коммерческих игр, которых в эфире много, будет сокращаться, или это все-таки способ заработать, без которого ТВЦ не может?



Александр Пономарев: Какое количество? Она одна осталась, это коммерческая игра, которая называется «Алло, ТВ». Это программа, которая делается по лицензии «Эндемола». Сейчас мы ее пустили в более приемлемое для этой передачи время. Если говорить о том, будет ли жить она, честно говоря, не знаю. В новом сезоне, может быть, и ее не останется. Но то, что игра некая должна появиться или может появиться на канале, это безусловно. Мы сейчас рассматриваем несколько проектов, связанных с играми.



Анна Качкаева: Наталья Петровна, вы в эфире, здравствуйте.



Слушатель: Я – поклонница Третьего канала, всегда его смотрю, все передачи мне нравятся, и мне не хотелось бы каких-то (может быть, я консерватор, конечно) кардинальных перемен на этом канале. Если будут развлекательные, то, пожалуйста, не такого типа, как «Аншлаг» или Петросян. А пожелания такие: мне хотелось бы больше знать о жизни нашей российской глубинки, о провинции, как положительные, так и отрицательные стороны, которые происходят в настоящее время.



Анна Качкаева: Из Кемеровской области Владимира Александровича послушаем.



Слушатель: А почему «25-й час» последние три месяца не транслируется на Кемеровскую область?



Анна Качкаева: Хороший вопрос. Почему? Вы не знаете. Александр изумился просто.



Александр Пономарев: И я не знаю, почему на Кемеровскую область он не транслируется. Приеду – выясню.



Анна Качкаева: Там, наверное, в связи с орбитами.



Александр Пономарев: Ничего не могу сказать, потому что, наоборот, «25-1 час» обрел постоянное время в эфире, он теперь не плавает по эфиру, а в Москве выходит ровно в ноли каждый день. А что там случилось в Кемеровской области, я просто не готов сейчас ответить.



Анна Качкаева: Зоя Николаевна из Москвы, вы в эфире.



Слушатель: В целом мне канал очень нравится. Вот то, что вы перечислили, это аналитические программы очень интересные. Многовато рекламы, особенно медицинского направления, и раздражает передача Прошутинской, темы поднимаются интересные, или надо времени больше отвести, потому что только слышишь крик: «одна минута осталась, две минуты осталось». Слово как следует не дают сказать, сжатость немного раздражает. А так большое вам спасибо.



Александр Пономарев: Спасибо вам большое. Что касается той проблемы, о которой вы сказали, по передаче «Народ хочет знать», она сравнительно недавно стала выходить в живой эфир.



Анна Качкаева: Что замечательно. Наконец-то, просто прорыв! За полтора года у нас публицистическая программа, общественно-политическая в прямом эфире, в вечернем причем.



Александр Пономарев: И авторы это понимают, и ведущие понимают. И на канале мы понимаем, что нужно каким-то образом выработать правильную технологию, чтобы не создавалось такого ощущения, которое схоже с ощущениями от передачи Малахова на Первом канале.



Анна Качкаева: Абсолютно, гама такого. Все говорят и все говорят, и пусть говорят. Нина Сергеевна из Москвы, вы в эфире.



Слушатель: Я ради экономии времени сразу перехожу к цели. Недавно в программе Галкина золотая медалистка не могла ответить на вопрос, что такое тангенс 45 градусов. Вопрос мой сводится вот к чему: телевидение очень отстает от насущных проблем, которые нужно в обществе решать. Слишком много развлекаемся. На Третьем канале пытаются и «Очевидное невероятное»… Но этого так мало, это такая асимметрия создалась, что люди уже потеряли, поле знаний выпало из информации вообще. Нельзя ли, Тарасов там пытался что-то устроить… Понимаете, сейчас будет праздник, и не дай Бог, Лужков опять будет воздействовать на погоду! Где наука заканчивается, и где начинаются фантазии приватизаторов науки?



Анна Качкаева: Короче говоря, где заканчивается наука? Надо, чтобы Лужкову вопрос задали: может, не надо бесконечно облака разгонять, видимо, в том числе.



Александр Пономарев: Я не готов отвечать ни за облака, ни за Лужкова сейчас. Просто имею версию, что когда десятки тысяч людей выходят 9 мая на улицы города, то всем хочется, чтобы погода была хорошая. Как это влияет на самочувствие, не в теме я, не готов. Давайте будем надеяться, что в этот раз на 9 мая погода будет замечательная без разгона облаков.



Анна Качкаева: Это я почему к Лужкову? Потому что несколько пейджеров пришло. «Лицом к городу» не интерактивна. А уж если вы хотите общаться с мэром, пусть она будет интерактивна. Это плохо», - вот Александр, аспирант МИЭМа нам пишет.



Александр Пономарев: В каком смысле она не интерактивна?



Анна Качкаева: Ну, люди хотят, наверное, просто прямого эфира.



Александр Пономарев: «Лицом к городу» выходит исключительно только в прямом эфире.



Анна Качкаева: И народ задает вопросы?



Александр Пономарев: И народ задает вопросы, и все это происходит только в прямом эфире. Другой вопрос, что, как мне кажется, в этой передаче может принимать участие большее количество простых москвичей, может быть, хотя чем больше народа, чем больше вопросов, тем менее обстоятельно мэр может на них ответить. Тут в общем не просто. То, что форма этой передачи может быть изменена, и не исключаю, что будет изменена, для меня это несомненно. Но передача выходит в прямом эфире. Мэр и другие руководители правительства московского отвечают на все вопросы, которые задают люди, собравшиеся на другом конце телемоста.



Анна Качкаева: «Почему ваш канал не показал вчера митинг на Пушкинской?» - Инна Ивановна вас спрашивает.



Александр Пономарев: Вы знаете, наш канал, наверное, так много еще чего не показал, что произошло в таком огромном городе, как Москва, что таких вопросов может быть еще очень много. Я мечтаю вообще о том, чтобы у нас было столько техники, столько журналистских кадров, столько возможностей, столько эфира, столько мастерства, чтобы показать все, что происходит в городе. Но пока у нас такой возможности нет.



Евгений Кузин: У меня скорее мировоззренчески личный вопрос. И вы, и многие другие телеруководители сейчас стали все чаще говорить о том, что они делают то телевидение, которое они себе представляют, которое они хотят, то есть наступила, видимо, эра личных творений топ-менеджеров.



Александр Пономарев: Лукавят сильно.



Евгений Кузин: Вы все примерно одного возраста, примерно одного замеса, что называется, выросли из одних и тех же компаний, из одной шинели. Могут ли эти люди сделать разные каналы, или именно этим объясняется то, что у нас главные каналы близко очень напоминают друг друга, и строятся все примерно по одной схеме. Вы сейчас в общем подтверждаете это же опасение, что ТВЦ будет построен по привычной схеме:



Анна Качкаева: :универсального канала для всех.



Евгений Кузин: Не случайно посетовали, что нет сериалов пока у вас, сейчас у вас нечего показывать, а так бы с удовольствием и их поставили. И не вредит ли это телевидению?



Анна Качкаева: Эта калькированность.



Александр Пономарев: Такой вопрос для салонной дискуссии, честно говоря, потому что можно много рассуждать о том, какие идеи продвигаются на телевидении вперед как искусство. Хотя странное для меня сочетание – телевидение и искусство. Каналы при всем при том отличаются один от другого, но у телевидения для широкой аудитории, для массовой аудитории, открытого эфирного телевидения, очевидно, все-таки есть тоже свои законы, нарушить которые весьма небезопасно, если ты хочешь не терять, а приращивать аудиторию. Есть принцип, по которому новости являются структурообразующим элементом, есть принцип, по которому телевизионный сериал – это специальный продукт, который создан для привлечения внимания широкой аудитории к каналу именно в это время, а не в другое. И поэтому то, что все каналы следуют этой телевизионной технологии, мне кажется, что это нормально и естественно. Есть нишевые каналы, такой, например, как канал «Культура», или как канал MTV , или как канал «Спорт», которые строятся по другой, своей технологии. Но, например, любимый канал «Культура» свободен от необходимости зарабатывать деньги на эфире. И в этом его главное отличие.


Что касается личных пристрастий топ-менеджеров, то у топ-менеджеров (я, очевидно, их всех знаю) разные личные пристрастия, и они все чрезвычайно рады, если удается им то, что им особенно нравится, представить на своем канале, но это для каждого из них, безусловно, не самоцель. Для каждого из них самоцель – сделать интересный для публики канал.



Анна Качкаева: Александр из Нижегородской области, пожалуйста.



Слушатель: Скажите, пожалуйста, будет ли транслироваться чемпионат мира по хоккею?



Анна Качкаева: Хоккей не показывают, потому что у нас трансляции принадлежат другим каналам.



Александр Пономарев: Чемпионат мира по хоккею… Мы пытались получить права на чемпионат мира по хоккею, потому что, вообще говоря, ТВЦ имел такую традицию. В этом году пока нам не удается получить эти права. Что касается Ильи Колосова…



Анна Качкаева: Что программу закрыли «Завтра, послезавтра…»



Александр Пономарев: Я считаю, что правильное принято решение, поскольку название программы абсолютно не соответствовало форме и содержанию.



Анна Качкаева: Александр, если можно, все-таки коротко, мы из вас тянем жилы, но никак не получается, все-таки в коротких прилагательных, какой канал вы хотите сделать?



Александр Пономарев: Интересный.



Анна Качкаева: Все?



Александр Пономарев: Московский, обращенный ко всей стране.



Анна Качкаева: Посмотрим, что получится у него и у канала ТВЦ. Слоган нам обещают уже в новом сезоне и новую сетку, конечно же.


XS
SM
MD
LG