Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новый архитектурный облик российских городов - сторонники и противники


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Любовь Чижова.



Кирилл Кобрин : Облик крупнейших российских мегаполисов год от года стремительно меняется. Здания старинной архитектуры постепенно вытесняются современными новостройками. Иногда их пытаются стилизовать под старину, как в Москве, иногда, как в Санкт-Петербурге, просто вычеркивают из списка охранных зон. Горожане пытаются протестовать против политики местных властей, но это ничего не дает. Тему продолжит наш корреспондент Любовь Чижова.



Любовь Чижова : Дискуссии по поводу архитектурного облика Москвы ведутся уже давно. Часть москвичей совершенно не устраивает политика Юрия Лужкова и его команды, которые бесстрашно меняют внешний вид российской столицы, уничтожая памятники старины, строя на их месте торгово-деловые центры с куполами и башенками и подземными автостоянками. Власти объясняют, что исторический облик города и должен меняться со временем, и что все новые здания строятся для удобства москвичей. А несколько негармоничный вид новой Москвы принято называть эклектикой.


Теперь жителей исторического центра российской столицы ожидает новое испытание - реконструкция Пушкинской площади. Корреспондент Радио Свобода Юрий Багров познакомился с новым генеральным планом строительства и реконструкции Москвы и узнал, как к нему относятся жители столицы.



Юрий Багров: Согласно новому Генеральному плану строительства, Москва не будет расти вширь, акцент сделан на улучшение внутренней территории. Об этом рассказал главный архитектор столицы Александр Кузьмин.



Александр Кузьмин: Москва - это замкнутый регион, и главный его дефицит - это территории. На сегодняшний день территориальные резервы города практически исчерпаны.



Юрий Багров: Москва является крупнейшей в стране транспортной развязкой. Железные дороги с прилегающими станциями и товарными дворами занимают до 5 процентов территорий города. Для такого мегаполиса это очень много, утверждает Александр Кузьмин. Эту территорию можно использовать более разумно. В настоящее время существует несколько проектов реконструкции Белорусского вокзала и прилегающей площади.


Однако не все жители города разделяют оптимизм столичного архитектора по поводу реконструкции Москвы. Люди, проживающие на Тверской улице и в прилегающих переулках, намерены в ближайшие дни провести пикет, протестуя против планов мэрии изменить центр города. Ольга Сичкова - одна из организаторов пикета - рассказала, почему москвичи негативно относятся к подобным инициативам московских властей.



Ольга Сичкова: Принцип нашего пикетирования - сохранение старой Москвы, против точечной застройки и против реконструкции Пушкинской площади и Тверской улицы в том числе. Вся Тверская или часть Тверской улицы входит в архитектурный ансамбль Кремля. Народ, проживающий на Тверской улице, очень обеспокоен состоянием своей среды обитания.



Любовь Чижова: Реконструкция коснулась не только российской столицы, но и Санкт-Петербурга - города со сложившимся к началу ХХ века историческим архитектурным обликом. Все чаще говорится о том, что строительные корпорации, развернувшие в Санкт-Петербурге бурную деятельность, разрушают исторический центр. По новому Генеральному плану, территория охранных зон в центре Петербурга значительно уменьшилась. Об этом рассказывает моя коллега Татьяна Вольтская.



Татьяна Вольтская: Против новой концепции охранных зон в Петербурге было много протестов. Главные нарекания вызывало то, что территория, включенная в Список объектов всемирного наследия и находящаяся под защитой ЮНЕСКО, сокращается. Говорилось даже, что ЮНЕСКО может поставить под сомнение дальнейшее пребывание Петербурга в числе особо охраняемых городов. Впрочем, эти слухи сразу после принятия нового Генплана опроверг главный архитектор города Александр Викторов.



Александр Викторов: Что касается вопроса о конфликте с ЮНЕСКО, то пока я никакого конфликта не вижу, потому что в составе Генерального плана утверждены границы зоны охраны памятников.



Татьяна Вольтская: Новый Генплан был принят с рекордным количеством поправок, но все же защитники старого города говорят, что цель чиновников состояла в том, чтобы снять с себя ответственность за нарушения при новом строительстве в историческом центре и любой ценой повысить капитализацию регионального строительного рынка. Облик города может разрушаться разными способами. 18 «шедевров современного зодчества», среди которых многоэтажное здание на Шпалерной улице, испортившее вид на Смольный собор, теперь сами чиновники признают вопиющими ошибками. Но есть вещи менее очевидные, например, новые реставрационные технологии, о которых говорит член Общества охраны памятников Юрий Шутый.



Юрий Шутый: Строгановский дворец на Невском проспекте - была уничтожена вся штукатурка. Создание Публичной библиотеки, корпус Соколова и Росси - уничтожено все. И последний пример - ценнейший памятник середины XVIII века, так называемый дворец Петра II на Университетской набережной.



Татьяна Вольтская: Сегодня защитники города говорят о том, что новым строительством могут быть непоправимо изуродованы Таврический и Лопухинский сады и даже Михайловский сад в самом центре Петербурга.



Любовь Чижова: Но было бы неправильно полагать, что подобная ситуация характерна только для Москвы и Санкт-Петербурга. Пышно отпраздновав тысячелетие, с проблемой сохранности старой архитектуры столкнулась и Казань. Как передает наш корреспондент Олег Павлов, новые дома, появившиеся на месте старинных зданий в центре, никак не могут их заменить. А те, что еще остались, находятся в плачевном состоянии.



Олег Павлов: В Казани, как нигде, много старинных зданий. Один белокаменный кремль чего стоит. Многих архитектурных памятников уже нет, а вместе с ними уходит и дух старой Казани. Эти уголки легко себе представить, если вспомнить кадры из фильма Станислава Говорухина "Россия, которую мы потеряли". Журналист Наталья Топал, много лет занимающаяся данной проблемой, заверяет, что кроме дома Софьи Губайдуллиной, в той части города ничего не осталось.



Наталья Топал: Там есть один дом, который даже поджигали, его разрушали, но он не сдавался, такой был уютный теремок, но раз уж не сдается один дом, можно его было отреставрировать. И я думаю, что если бы эти дома сохранились, действительно, большие вложения материальные нужны были туда, но если бы их сохранили, эти дома, то они бы окупили себя сторицей. А сейчас там интересно, я посмотрела, настроили… вот такие домишки стоят небольшие, офисные и все мне напоминает почему-то детский пластилин: они все разноцветные, квадратные такие.



Олег Павлов: Городская общественность встрепенулась только тогда, когда стали появляться яркие, но все же безликие новострои.



Наталья Топал: А очнулись когда? Когда был полностью уничтожен, разрушен дом Велимира Хлебникова, который прославил нашу Казань на весь мир, когда был разрушен дом Вероники Тушновой, когда были разрушены генеральские дома по проекту Петонди, а это ведь, извините меня, архитектор с мировым именем, это история не только Казани, это мировая история.



Олег Павлов: Журналист Наталья Топал надеются, что обществу удастся сохранить как можно больше памятников, и тогда внуки смогут узнать, какой прежде была Казань, просто выйдя на улицу, а не отыскивая в архивах пыльные фотографии и старые телерепортажи.



Любовь Чижова: Большинству людей, полагают современные архитектурные чиновники, на самом деле все равно - будет ли исторический центр города состоять из старинных зданий или на их месте появятся современных сооружения из стекла и бетона в стиле хай-тек. Старая архитектура привлекает разве что иностранцев, а вот площади новых офисных зданий можно выгодно продать или сдать в аренду. А борцов за сохранение зданий старой архитектуры и их бережную реставрацию власти обычно причисляют к городским сумасшедшим.



XS
SM
MD
LG