Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Есть ли будущее у педиатрии в России


Программу ведет Татьяна Валович. Принимают участие руководитель Петербургского медико-консультационного центра "Врач плюс" Георгий Болотовский и корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская.



Татьяна Валович: «Три главных года» - так называется книга, в которой собранопыт лучших педиатров Москвы и Петербурга. Особенностью данной книги, представленной 20 апреляв пресс-центре информационного агентства «Интерфакс-Северо-Запад», является то, что она может быть полезна не только родителям, но и педиатрам, детским врачам различных профилей, а также семейным врачам.



Татьяна Вольтская: Книга делится на две части: первая - 12 главных месяцев, где рассматривается период жизни ребенка от рождения до года, и вторая - «Маленькими шажками в большой мир» - от года до трех лет. Автор книги Георгий Болотовский говорит, что главной его целью было, во-первых, собрать ответы на те вопросы, которые чаще всего задают врачу родители, а во-вторых, научить родителей, что делать в экстренных случаях, пока не пришел врач или не приехала «скорая помощь». Это касается различных травм - ожогов, переломов, а также отравлений, судорог и прочих неприятностей, пытаясь справиться с которыми, родители часто по незнанию наносят ребенку серьезный вред. Кроме того, книга «Три главных года» претендует на то, чтобы стать заменой знаменитым книгам доктора Спока, написанным около полувека назад и, по словам Георгия Болотовского, безнадежно устаревшим. Один из соавторов книги - врач Вера Самарина.



Вера Самарина: Сейчас мы переживаем кризис и трагедию. Мы воспитаны в системе, когда были детские поликлиники. Но до этого была система лучшая, более человечная, были детские консультации. Ты приходишь и консультируешься не обязательно по поводу болезни, а как вырастить, как накормить и так далее. Детские консультации исчезли, вместо них остались только какие-то рудименты, апендиксы. Это комнаты по воспитанию здорового ребенка. И в результате ребенок приходит в поликлинику, которая рассчитана на больных детей, а где здоровым спросить, как ему жить, как кормиться, как гулять, как спать, какой водой обливать? И спросить не у кого. И вот эта книжка фактически заменяет работу детской поликлиники.



Татьяна Вольтская: Вера Самарина сожалеет об одном - что в книге не нашлось места для еще одного раздела - посвященного внутриутробному развитию ребенка. Очень важно, что книга должна дойти до каждого педиатра страны, говорит президент фонда охраны здоровья «Млечный путь» Владимир Брунман.



Владимир Брунман: В Москве и в других городах страны это делается через Московский НИИ педиатрии и детской хирургии, с которым совместно мы организовали этот выпуск книги и распространение. В Петербурге это будет идти черезодну из ассоциаций врачей городских на базе 51-й поликлиники.



Татьяна Вольтская: Автор книги «Три главных года» не собирается останавливаться на достигнутом: он планирует написать продолжение о развитии ребенка после трех лет.



Татьяна Валович: Сегодня у нас в гостях один из авторов книги "Три главных года" врач-педиатр и руководитель медико-консультационного центра "Врач плюс" Георгий Болотовский. Я думаю, что Георгий Вульфович хорошо знаком многим петербуржцам, поскольку каждую неделю в прямом эфире одного из городских каналов отвечает на вопросы телезрителей. Чем, по вашему мнению, устарели книги Спока?



Георгий Болотовский: Психологическая часть - великолепная и до сих пор, но, кроме психологии, существует очень много маленьких нюансов. Например, в книгах Спока описаны смеси, как кормить ребенка, если грудного молока нет. Но эти смеси на сегодняшний день... Вот описание: возьмите сухое молоко, добавьте туда воды и две столовых ложки, если я правильно помню, кукурузного сиропа. Ну, на сегодняшний день...



Татьяна Валович: Такого нет вообще, все заменили искусственной, уже готовой смесью.



Георгий Болотовский: Да. И самые простенькие смеси. Да, в Петербурге и в Москве можно купить любую смесь, у нас есть все смеси всех стран мира. Это не так плохо - выбор большой.



Татьяна Валович: Но только в Москве и в Петербурге.



Георгий Болотовский: Да. А вот отъехать буквально 100 километров от Петербурга - выбор становится очень даже значительно меньшим. Но все-таки даже при небольшом выборе те смеси, которые предлагаются на сегодня, они в лучшую сторону очень-очень сильно отличаются. Кроме того, в этой книге, разумеется, у Спока не было прививочного календаря, которые есть на сегодняшний день, а прививки - важная часть нашей жизни. И много маленьких-маленьких моментов, которые необходимо знать родителям.



Татьяна Валович: Но все-таки, наверное, российский менталитет тоже накладывает какой-то отпечаток, ведь нужно, чтобы было адресовано именно к тем людям, которые будут читать, а специфика-то, наверное, тоже существует.



Георгий Болотовский: Абсолютно верно. Когда писалась эта книга, писалась она не только мною, большим коллективом авторов, который, в общем-то, мною объединялся, но коллектив авторов большой, учитывать именно то, что повседневно спрашивают. Вот если у Спока описано, как стерилизовать бутылочки после того, как покормил ребенка, вот 30 лет работаю, ни разу никто у меня не спросил, как они стерилизуются. Значит, это люди все-таки знают. Акцент делается на те вещи, которые человек не знает или недостаточно хорошо знает, а они могут иметь очень большое значение для воспитания, для развития ребенка.



Татьяна Валович: Я, пролистав вашу книгу, обратила внимание на то, что здесь даны не только советы и рекомендации по уходу, но даже лекарственные средства. Вы не боитесь, что подменит для многих, ведь сейчас самолечением кто только не занимается, что родители будут лечить по вашей книге, а не пойдут к доктору. Хотя я заметила, что у вас есть и сноски: обратитесь обязательно за консультацией к врачу. Но ведь многие-то могут эту строчку как раз и игнорировать: зачем идти к врачу, вот у меня тут написано - парацетамол, еще что-то, еще что-то.



Георгий Болотовский: Разумеется, такие вещи даны, потому что человек, вот, экстренно... Парацетамол - значит, высокая температура, значит, нужно принять решение сразу. А ведь книга распространяется не только среди городских жителей, но и среди сельских, а врача-то, может, в поселке нет вообще или до него 70 километров. Разумеется, какое-то решение мама должна принять самостоятельно. То есть те решения, которые родители могут принять самостоятельно, они здесь описываются. Схемы назначения антибактериальной терапии или еще более серьезных препаратов, разумеется, здесь нет, и упоминаний даже о них нет.



Татьяна Валович: Как вы относитесь к тому валу рекламы, который сейчас наблюдается во всех средствах массовой информации, как печатных, так и электронных, по поводу лекарственных средств?



Георгий Болотовский: Понимаете, реклама - очень такая интересная штука. Я хорошо отношусь к рекламе, когда приходит представитель фирмы и рассказывает врачам о своих препаратах. Врачи должны знать...



Татьяна Валович: Это внутрикорпоративно.



Георгий Болотовский: Да, это абсолютно правильно. Я очень люблю, когда ко мне тоже приходят представители каких-то компаний и рассказывают, что у них новенького появилось. А может быть, я еще этого не знаю и с удовольствием выслушаю. Но когда это выплескивается на головы бедных родителей, они не знают, куда кидаться, потому что сегодня рекламируется один препарат, завтра – другой… А, как ни странно, между прочим, у нас очень доверчивые люди, они, послушав рекламу, при этом сказав, что нет, это все чушь, это реклама, но на следующий день обязательно идут и покупают то, что им рекламировали вчера. Ну, не все средства хороши для всех. Выбор средств - очень индивидуальное дело. Причем, надо учитывать, что даже многие одинаковые средства производственные разных фирм действуют немножечко по-разному. Знаете, это о парацетамоле тоже. Он выпускается под различными названиями различными фирмами. И что интересно, что на одного ребенка действует, например, один препарат, а на другого - другой. Вроде парацетамол и там, и там - действующее вещество, но вот есть индивидуальная чувствительность. Подбирать это надо. А родители, к сожалению, просто не имеют возможности подобрать сами. Это нормально.



Слушатель: Меня зовут Александра. Я живу в Петербурге, бабушка. Где в Петербурге можно было бы купить книгу вашу?



Георгий Болотовский: Ну, во-первых, эта книга только-только вышла из типографии, поэтому, разумеется, ее еще нигде нет, еще должны развести. Она будет и в книжных магазинах. Но в распространении этой книжки применено такое небольшое ноу-хау, которое до сих пор используют только интернет-магазины. То есть служба, которые развозит книжки и не только книжки, а какие-то ценные отправления по всей стране, имеющая 120 филиалов по России, там можно будет тоже заказать эту книжечку, и она будет доставлена прямо до дверей, причем за ту же розничную цену, не больше.



Татьяна Валович: Каков тираж?



Георгий Болотовский: На сегодняшний день уже вышло из типографии 20 тысяч экземпляров, а вообще, мы планируем значительно больше, потом что первый выпуск книжечки, половинки этой книжки, "12 главных месяцев", который был в 2003 году (он спонсировался правительством Санкт-Петербурга) показал, что заинтересованность в книжке достаточно большая, и положительных отзывов, ну, подавляющее большинство, она помогла многим родителям. Поэтому по необходимости это будет допечатываться. Вообще, мы планируем несколько миллионов экземпляров, то есть, чтобы каждая мама, которая интересуется, каждый папа, бабушка, дедушка, которые интересуются здоровьем своего ребенка, они могли приобрести эту книжку, и она помогала бы им. Разумеется, книжка не претендует на то, чтобы быть единственной. Где-то что-то в каждой книжке, которые сейчас выпускаются, я смотрел их очень много, но где-то что-то какая-то глава получше, какая-то похуже, а мы стараемся сделать, чтобы вся книжка была ровной и все главы помогали людям.



Слушатель: Георгий, Санкт-Петербург. Встречаются ли в вашей практике фальшивые детские лекарства, то есть пустышки? Находятся ли они под контролем государства?



Георгий Болотовский: Вопрос очень интересный. К сожалению, встречаются и в детской практике, и родители рассказывают. У меня несколько примеров, когда абсолютно четко понятно, что там были пустышки, то есть человек принимает лекарственные средства, все хорошо, оно помогает, потом пачка заканчивается - и звонок от родителей: ужас, перестал работать препарат, все вернулось, как будто ничего не было. К счастью, в тот момент я спросил: а что изменилось? Выяснилось, что закончилась старая пачка. Попробуйте купить еще одну. Родители покупают еще одну пачку препарата, такого же внешне, и, оказывается, он работает, все сразу возвращается.



Татьяна Валович: То есть нужно до мельчайших подробностей, как рассказывали мне те, кто занимается как раз поддельными лекарствами, до буковки, до штриха проверять вот эти...



Татьяна Валович: А вы понимаете, в этом случае как раз до каждого штриха имама проверяла, и мне показала, но я никаких отличий не нашел.



Татьяна Валович: То есть только экспериментальным путем.



Георгий Болотовский: Один препарат действует, другой не действует. Разумеется, государство старается такие вещи отловить, но, по-видимому, недостаточно эффективно, потому что на прилавки аптек... Причем, я считаю, что аптеки тут не причем, они получают тоже от кого-то. Но, но, но...



Татьяна Валович: В вашей практике вы уже заметили, какие лекарства подделываются чаще всего?



Георгий Болотовский: К сожалению, чаще всего подделываются те лекарства, которые пользуются максимальным спросом, то есть в моей практике это антибактериальные препараты и антигистаминные препараты. Они нужны, они, в общем-то, не просто так назначаются ребенку; и каждый раз, если вдруг лекарство не подействовало, начинаешь думать: либо ты чего-то неправильно додумал, либо вместо препарата пустышка. Я не могу сказать, что подавляющее большинство лекарственных средств у нас фальсифицировано. Ни в коем случае. Но встречаются.



Татьяна Валович: Как вы оцениваете лекарственное наполнение рынка именно детского? Потому что совсем недавно, я знаю, что французские педиатры как раз обсуждали дозировку, насколько обеспечены дети правильной дозировкой?



Георгий Болотовский: Дозировку-то подобрать можно, а вот лекарственные формы, которые предназначены именно детям, найти достаточно сложно, к сожалению.



Татьяна Валович: Сейчас достаточно утихли, можно сказать, разговоры о ликвидации педиатрии как таковой в Российской Федерации, которые появились некоторое время назад. Вы считаете, что это свидетельство того, что правительство России от этого проекта отступилось, или просто стихли разговоры?



Георгий Болотовский: Пока правительство России решило все-таки педиатрию, по-моему, сохранить. К этому все шаги ведут, которые проводятся именно сейчас. Но нет никакой гарантии, что через некоторое время опять кто-то, что-то не придумает. А на самом деле педиатрия очень нужная наука. Та же самая семейная медицина во многих странах подразумевает под собой, что семейный врач, который ведет группу пациентов, все-таки периодически обращается не сам, а через своих пациентов к педиатру, к кардиологу, другим специалистам.



Татьяна Валович: Правильно, пока ребенок здоров, он ходит к семейному врачу, как только родители видят, что что-то не так, они бегут к педиатру.



Георгий Болотовский: Да, хотя в разных странах по-разному. В некоторых странах, наоборот, педиатр занимается только здоровыми детьми, а если ребенок заболел, он идет к семейному доктору. Но до сегодняшнего дня наша медицина, на самом деле, несмотря на то, что у каждого человека есть свое мнение, к сожалению, не всегда хорошее, накоплен очень большой опыт. На сегодняшний день младенческая смертность снижается и по России, а Петербургу тем более (он в числе лидеров по снижению смертности), за счет хорошо поставленной работы. Главное, чтобы эту работу не разрушали.



Татьяна Валович: И было кому передавать, а-то я даже не знаю – молодежь идет сейчас в педиатры?



Георгий Болотовский: Идет, правда, молодежь, на мой взгляд, немножечко к этому легкомысленно относится на сегодняшний день. Но кто его знает, может быть, когда я начинал, тоже все так считали. Хотя где-то через месяц после того, как я начал работу уже самостоятельно, меня очень удивило, что врачи с 20-30-летним стажем стали задавать мне вопросы, а не я им. Но все меняется, у каждого свое.



Татьяна Валович: Очень часто можно достаточно справедливо слышать упреки в адрес средств массовой информации о том, что они падки на сенсацию. Что касается здравоохранения, освещают одномоментно какие-то вопросы. Скажем, был случай в «Институте Отто» работала медсестра, оказалось, что она больна туберкулезом. Естественно, вопиющий случай. Об этом все поговорили, но не стали вскрывать дальше корни этой проблемы. Вам, как врачу, каких программ, обсуждений не хватает, или это все-таки должно быть узкопрофессиональное что-то?



Георгий Болотовский: Сначала все-таки, я считаю, что обсуждение должно быть узкопрофессиональное. Но некоторые вопиющие случаи, разумеется, должны освещаться. Дело в том, что если все пустить на обсуждение чисто такое узкопрофессиональное, то многие случаи, конечно, будут замалчиваться. Вопиющие случаи есть. Есть они, в первую очередь, оттого, что в медицине есть проблемы, большие проблемы. Самая главная проблема, на мой взгляд, на сегодняшний день – это нехватка квалифицированных кадров. Поэтому иногда медицинское учреждение, садик хватается за первого попавшегося специалиста, чтобы хоть как-то заткнуть образовавшуюся дыру. Не всегда эти первые попавшиеся оказываются сами лучшими.



Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Пожалуйста, вы в эфире.



Слушатель: Здравствуйте, это Подмосковье Нина Павловна. У меня внуку уже 15 лет. Я его вырастила. У него что-то с нервной системой. Занимается, занимается, у него что-то не получается, и потом кулаком по столу. Подхожу, с ним разговариваю. Врач выписала успокаивающее лекарство, но оно почему-то ему не помогает. Это одни вопрос.


Второй доктору вопрос. Были ли подделки лекарств в советское время?



Георгий Болотовский: Вопросы очень интересные – и первый, и второй. С первым вопросом, кстати, все очень просто. Нужен совет, на самом деле, психолога. Здесь психологическая проблема. Между прочим, когда у меня что-то не получается, я тоже могу что-то с удовольствием разбить.



Татьяна Валович: Это свойство характера, может быть, - холерик.



Георгий Болотовский: Нет, на самом деле я не холерик. Но вот, когда что-то не получается, но ужасно хочется. Подошел, сам успокоился – и все. Японцы для этого ставят на производствах бюсты начальника резиновые. Колоти его сколько хочешь – и успокоился. Это нормальное свойств человеческой натуры.



Татьяна Валович: А надо ли в этом случае тогда назначать какие-то лекарства? Ведь сейчас вообще тенденция идет с назначением даже психоторопных препаратов и маленьким детям. Достаточно такой распространенный сейчас синдром «отсутствие внимания с гиперактивностью».



Георгий Болотовский: Да, да.



Татьяна Валович: Кстати, у вас в книге он тоже есть.



Георгий Болотовский: Да, есть.



Татьяна Валович: Я бы хотела поговорить об этом. Вы, действительно, считаете, что это диагноз?



Георгий Болотовский: Это, действительно диагноз. Дело в том, что гиперактивные дети с синдромом дефицита внимания, это дети особенные. У них даже сам мозг сформирован немножечко по-другому. С ними совсем другое воспитание должно быть. Родители должны знать, как это делать. Потому что если с обычным ребенком можно в конце концов строго сказать – сядь на место! – то если вот так сказать, то вы получите обратную негативную реакцию. Причем гарантированно, что ребенок вас не послушает, а сделает все наоборот. Соответственно, к ним особый подход, и психологический подход. Методика общения с этими детьми разрабатывается в Институте мозга в Питерском. Это очень большая проблема. Причем это проблема не России, это общемировая проблема. Таких детей становится все больше. Так что, это особенный случай.


Другой разговор, что давать этому ребенку успокаивающие средства можно, но толку от этого не будет никогда. Там особое лечение.



Татьяна Валович: То есть панацею в таблетке, прежде всего, родителю не надо искать.



Георгий Болотовский: Ни в коем случае.



Татьяна Валович: Тут нужно уже, чтобы родитель понимал, что это твоя задача и не отталкивать этого ребенка, а уделить ему больше внимание.



Георгий Болотовский: Именно.



Татьяна Валович: Мне очень понравился один психолог, когда рассказывал мне об этом диагнозе. Он говорил, что когда «я первый раз встретился с таким термином, я подумал, что отсутствие внимания со стороны родителей к ребенку». Наверное, самое главное, чтобы не было отсутствия внимания со стороны родителей.



Георгий Болотовский: Безусловно. Но синдром, на самом деле, не только это подразумевает. Здесь и особенная диета, на самом деле. Эти дети любят, например, шоколад, и практически всегда это противопоказано. Потому что они становятся эмоционально неустойчивыми. И вот этот дефицит внимания усиливается. Очень много таких нюансов есть. Мы даже специальную книжку с Институтом мозга издали.


Кроме того, родители должны понимать, что лучше изменить питание, образ жизни, психологическую какую-то направленность, и только в последнюю очередь, если почему-то это все не дало нужного эффекта, нужно обращаться к таблеткам. Потому что таблетки, действительно не панацея. Я предпочитаю именно консультацию психолога или при бронхите массаж, а уже в последнюю очередь какой-то таблетированный препарат. Они тоже нужны, но они не должны стоять во главе угла.



Татьяна Валович: Это зависит еще и от врача. Потому что зачастую очень часто сразу начинают давать какие-то таблетки, что должно насторожить родителя.



Георгий Болотовский: На то и врач, чтобы что-то назначить. Вопрос только – что и как!



Татьяна Валович: Иногда бывает вопрос – а почему вы мне ничего не назначили?



Георгий Болотовский: Да, особенно этот вопрос сейчас, где есть службы, куда люди приходят и ничего не платят, а есть службы, куда люди приходят и платят. Если к платному врачу человек пришел, он обязательно должен что-то назначить. Но есть такая заповедь – не вреди. Большинство врачей ее соблюдают.


Я очень люблю средства, которые поддерживают состояние здоровья, и меньше люблю средства, которые изменяют это состояние. Конечно, другой разговор, если там пневмония и ангина. Естественно, я без таблеток не отпущу. А вот если это просто какое-то состояние, если это дисбактериз кишечника, например, то тут можно найти препараты и не таблетированного плана, которые помогут, и достаточно хорошо помогут.


Насчет вопроса подделки лекарственных средств в советское время. Вопрос там был немножко по-другому – как бы достать эти самые средства. Потому что, работая в больнице в Сургуте в конце 70-х – начале 80-х годов, у меня болела голова только об одном – хоть что-то было бы. Потому что лежит ребенок, у него температура, у него идет пневмония, причем тяжелейшая пневмония с расплавлением легкого, а я пытаюсь где-то выбить хоть какое-то лекарство, чтобы это остановить. Я знаю – как, но нечем.



Татьяна Валович: У нас есть телефонный звонок. Пожалуйста, мы слушаем ваш вопрос.



Слушатель: Меня зовут Николай. Буквально не так давно прошел фильм, где рассказывалось о вреде витамина А, что он очень сильно влияет на костную систему, формирование и вызывает серьезные болезни костей. Как вы считаете, все-таки этот витамин так ли опасен? Почему нигде не слышно у нас в России, что его вообще не нужно употреблять, имеется в виду, наверное, химические формулы?


И еще. 3 года подряд у нас по телевидению рассказывают о том, что постоянно идет отравление детей на молочных кухнях. 20-30 человек сразу. А прошлый год кончился тем, что сразу 600 человек детей, которые были награждены поездкой в Сочи на «Кинотаврик», были отравлены непонятно чем. Ни о каких выводах не было сказано. Чем закончится этот год? Опять несколько сот отравленных детей. У нас нет никакой ответственности за отравление детей?



Георгий Болотовский: Насчет витаминов. К счастью, для россиян недостаток витаминов в их крови настолько велик, что сделать переизбыток сильно сложно.



Татьяна Валович: Хотя хочется напомнить старинную истину, по-моему, Гиппократ сказал, что все есть лекарство и все есть яд. И то, и другое делает доза.



Георгий Болотовский: Абсолютно верно. Я хотел бы сейчас привести такой четкий пример клинический, правда, он касается витамина D . Недостаток витамина D – рахит, избыток витамина D – это смерть, если говорить об огромных количествах. Ведь известны случаи, когда еще люди не знали, какое количество этого витамина содержится в печени белых медведей, когда еще охота была разрешена. Как-то полярники разделали медведя, съели печень и практически все погибли. Потому что переизбыток витамина, который помогает, в данном случае способствует тяжелейшим вещам. Тоже самое с витамином А. Вообще жирорастворимые витамины – A и D – при переизбытке намного опаснее, чем другие.



Татьяна Валович: Как вы вообще относитесь к употреблению синтетических витаминов? Очень многие врачи говорят, что один витамин принимать не стоит, нужен комплекс.



Георгий Болотовский: Абсолютно верно. Потому что один витамин можно принимать при какой-то узкой проблеме, если насыщенность организма другими витаминами уже полноценная. Как правило, используется комплекс витаминов. Обожаю препараты не синтетические, а сделанные из природного сырья. Это могут быть водоросли – у нас есть такие препараты. Это могут быть препараты… У финнов очень много, например, препаратов, которые, правда, к нам не привозятся, но видел, из хвои. Вот эти естественные витаминные препараты никогда не привнесут… Там меньше витаминов, но усвояемости больше.



Татьяна Валович: А биодобавки?



Георгий Болотовский: А какая разница как назвать? Главное – как сделать. Вот к биодобавкам у меня отношение двоякое. С одной стороны, их количество такое, что не то, что мои пациенты, я сам уже в ужасе – их же 50 тысяч на сегодняшний день. Ни один человек на сегодняшний день их охватить не сможет. С другой стороны, они очень разного качества. Сейчас именно все разговоры идут из-за того, что контролировать такое огромное количество биодобавок чрезвычайно сложно. Где-то они делаются достаточно прилично, многие биодобавки, названные не лекарственными средствами, а биодобавками, они не прошли всех испытаний у фирм, которые их изготавливают. Нет таких колоссальных денег, чтобы все это пройти. А некоторые просто делаются халтурно. Здесь нужно разбираться. Поэтому некоторые я с удовольствием использую, зная, как они делаются, зная результат их использования, а некоторые, где я не совсем уверен, просто стараюсь не использовать.



Татьяна Валович: Вернемся к детям. Сейчас – весна. Очень часто говорят о витаминозах. Нужно обязательно что-то попить, чтобы продержаться до июня, до хорошего солнышка, теплой погоды.



Георгий Болотовский: Обязательно.



Татьяна Валович: Что рекомендуете?



Георгий Болотовский: Именно весной как раз я начинаю рекомендовать синтетические препараты. Почему? Потому что фрукты, которые у нас на сегодняшний день есть круглый год, как и во всем мире, они сильно-сильно привозные. Пока они к нам ехали, пока они хранились, содержание витаминов в них резко снижается. Даже использование яблок, которые сняли где-то осенью, там содержание витаминов просто ничтожно. Поэтому синтетические витамины на сегодняшний день весной нельзя игнорировать.


Вопрос в том, что разные препараты. У меня есть пристрастие к одним, потому что некоторые препараты, я считаю, что они в основном красиво упакованы, красивая реклама, но я не вижу действия.



Татьяна Валович: Кроме того, некоторые могут вызвать у детей аллергию. Это тоже большая проблема.



Георгий Болотовский: Это не некоторые. Это большинство витаминных препаратов. Дело в том, что витамины являются очень сильными аллергенами. Почему детям, которые страдают аллергией, запрещают есть все красное? Потому что там много аскорбинки. Вот аскорбинка как раз и вызывает эту самую аллергию. Но это в избыточных дозах, это не значит, что ее не надо использовать. Вот избыточные дозы не нужны.


Витамины группы В. Очень многие из них вызывают аллергию. Потому что если у ребенка есть атопический дерматит, или бронхиальная астма, или что-то другое аллергическое, то поливитаминный препарат полностью я не назначу. Я уже буду подбирать комбинацию витаминов. И то я буду подбирать, а родителям говорить – вы смотрите, если вдруг на что-то реакция будет, мы все равно будем подбирать заново.



Татьяна Валович: У нас есть еще вопрос от слушателя. Пожалуйста, вы в эфире.



Слушатель: Здравствуйте. Скажите, доктор, а есть у нас регион страны, где со здоровьем детей все благополучно?



Георгий Болотовский: Дело в том, что во всем мире найти регион, в котором все было бы идеально, невозможно. Этот регион называется рай. Там, наверное, все хорошо. Но пока мы там не были, никто там еще лично не побывал и не вернулся обратно…



Татьяна Валович: Скорее можно спросить в каком регион или регионах наиболее остра проблема с детским здоровьем?



Георгий Болотовский: В общем-то, да. Как правило, это регионы, сильно удаленные от центров. Вот в Москве и Петербурге все-таки медицинская помощь на достаточно высоком уровне. А вот…



Татьяна Валович: Но, вы знаете, вот отъехать от Петербурга 50-60 километров и уже очень большие проблемы.



Георгий Болотовский: Да, знаю. Потому что дети летом возвращаются, экстренно возвращаются. Смотришь на некоторые заключения, которые они привозят с собой, и нехорошо становится. Но, тем не менее, на мой взгляд, я общался с детьми из различных регионов, хуже всего где-то в районе Урала. По-моему, там экология самая интересная. Поэтому у детей очень много проблем, хотя проблем везде много.



Татьяна Валович: Хотелось бы спросить, вы чего-то лично ждете от того национального проекта «Здоровье», которое так громогласно объявлено в России?



Георгий Болотовский: В первую очередь, внимание к медицине резко стало больше. Это уже хорошо. А дальше – посмотрим. Потому что все зависит, на самом деле, от конкретных людей – кто, как воспринимает все эти программы. Кто-то формально, а кто-то пытается привнести что-то свое. Если количество людей, мыслящих неформально, будет больше, то эффект какой-то будет.



Татьяна Валович: Скажем, России необходимо почти в два раза больше врачей, чем работают сейчас. Это как раз то, что написано в преамбуле к проекту «Здоровье». Как вы считаете, какова нынешняя подготовка врачей?



Георгий Болотовский: Как вам сказать. Стараются готовить хорошо. Но когда проезжаешь мимо Педиатрической академии, которая находится в Санкт-Петербурге, смотришь на здание, которое у тебя на глазах то ли рухнет сейчас, то ли рухнет через полгода, как-то не верится, что там хорошая материальная база. Когда разговариваешь с докторами, они говорят – давайте мы лучше посмотрим где-нибудь в консультативной поликлинике, а не у нас на отделении, а то там дыры в потолке, родители могут испугаться.



Татьяна Валович: Не дай бог, что это еще упадет во время осмотра.



Георгий Болотовский: Да, да. Такое материально-техническое снабжение приводит к некоторым даже ошибкам. Потому что ведь врач хорошо лечит, если он хорошо все знает. Обследование должно быть на современном уровне. Многие считают, что сделали УЗИ и все. А каким аппаратом сделали – хороший он, или он устарел еще 20 лет назад, а кто работает за этим аппаратом? Это все имеет значение.



Татьяна Валович: Как вы считаете, те изменения, которые должны как раз произойти в результате внедрения этого проекта «Здоровье», поможет наладить хотя бы материально-техническую базу?



Георгий Болотовский: Немножко – да. То, что я вижу, потихонечку все же положение меняется. В поликлиниках, с которыми я общаюсь очень часто, во многих количество врачей укомплектовано даже на 100 процентов. Этого раньше не было. Это очень хорошо.



Татьяна Валович: Поверили обещаниям то, что участковым врачам будут платить хорошие деньги?



Георгий Болотовский: Да. Материально-техническая база, разумеется, очень важна, для пациентов очень важна. Она изменяется не так, как хотелось бы. Потому что даже те аппараты, которые стоят, они в основном несовременные, но, тем не менее, идет.



Татьяна Валович: Спасибо.


XS
SM
MD
LG