Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Израиле проходят досрочные парламентские выборы


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие журналист и политический аналитик Александр Гольд.

Андрей Шарый: Сейчас в прямом эфире по телефону из Тель-Авива известный в Израиле журналист и политический аналитик Александр Гольд.
Александр, добрый вечер! Понятно, что каждая предвыборная кампания, каждые выборы по-своему важны. Однако бывают какие-то принципиальные, ключевые для страны выборы, а бывают более или менее такие проходные. Вот эти выборы важны чем-то специально для Израиля?

Александр Гольд: Я не думаю, что они специально чем-то важны для Израиля. Я полагаю, что различия между главными партиями, между крупнейшими партиями, каждая из которых может прийти к власти и сформировать коалицию, не столь велики, как это представляется снаружи, как это представляется взгляду из Европы или из Америки. Фактически все эти партии понимают необходимость мирного урегулирования израильско-арабского конфликта. Практически все понимают необходимость каких-то срочных экономических мер. Различия в экономических программах тоже невелики. Кроме того, не будет забывать, что Израиль все-таки в своей внешней политике, в своей политике, скажем, в сфере безопасности во многом ориентируется на позицию Америки. Это тоже, в общем, объединяет практически всех кандидатов на пост главы правительства. Они все будут, в конечном счете, прислушиваться, конечно, к тому, что будут говорить в Вашингтоне.

Андрей Шарый: Вот фактически все обозреватели вне зависимости оттого, как они прогнозируют, собственно, конкретный исход выборов (кто, сколько мандатов получит), все предсказывают успех партии "Наш дом - Израиль" во главе с Авигдором Либерманом. За счет чего эта партия смогла прибавить? Что такое они придумали?

Александр Гольд: Что они придумали? Давайте скажем так, Авигдор Либерман - гениальный администратор. Он очень здорово умеет организовать работу в любой сфере - и в качестве главы партии, и в качестве министра (он ведь уже побывал министром - и министром инфраструктуры был, и министром транспорта). Практически и все его противники, и все его сторонники говорят о том, что он был блестящим просто министром. В качестве политика он, может быть, не столь гибкий политик, как хотелось бы, излишне прямолинеен, зато человек слова. Конечно, он никакой не расист, как его пытаются представить политические противники и слева, и справа. Его успех я бы отнес, скорее, к тому, что он очень точно почувствовал настроение в обществе, очень точно почувствовал ту волну возмущения, которая возникла в Израиле среди еврейского населения, поведением израильских арабов во время военной операции в Газе, во время операции "Литой свинец". Есть очень много претензий к арабскому населению. И Авигдор Либерман просто озвучил, как сейчас говорят, эти претензии.

Андрей Шарый: Алекандр, а он популист-политик или нет?

Александр Гольд: Ну, в какой-то мере - да, как и всякий политик. Вы знаете хотя бы одного политика, который не является популистом?

Андрей Шарый: Вы правы, пожалуй. Но я тогда немножко по-другому поставлю этот вопрос. Смотрите, традиционно говорят, что выходцы из бывшего Советского Союза, где бы они не оказывались, это традиционно такой консервативный правый электорат. По опросам общественного мнения, за "Наш дом - Израиль" собирается голосовать много молодежи. Молодежь традиционно чуть более левая. Тут нет противоречия никакого?

Александр Гольд: Нет, я думаю, что нет противоречия никакого. Потому что, во-первых, Либермана нельзя отнести к крайне правым партиям. Эта все-таки партия тяготеет к центру. У Либермана достаточно оригинальные идеи в политическом плане. Не будем сейчас углубляться в их анализ, но в любом случае, вовсе нельзя его назвать каким-то правым экстремистом. Так что, даже если за него голосует левонастроенная молодежь, то это, мне кажется, вполне логично, если учесть то, что они связывают с пребыванием Либермана в правительстве некие надежды на ту светскую революцию в Израиле, которую когда-то еще в 1999 году обещал Эхуд Барак и не выполнил. Скажем, введение институтов светских браков, например, в Израиле, то, что входит в программу Либермана, или, скажем, реорганизация системы государственного правления. Ведь в программе у Либермана есть переход к президентской форме правления. Это все очень нравится молодому электорату. Я не вижу в этом противоречий.

Андрей Шарый: Израиль - это еврейское государство. Но вот сами вы упомянули сейчас о проблеме или о существовании израильских арабов. Есть ли партии, которые на этих выборах участвуют, которые представляют их интересы, или за кого они голосуют? Ведь много живет, собственно говоря, на территории самого Израиля, а не в Палестинской автономии, арабов.

Александр Гольд: Да, да, конечно. Есть три партии. Есть некая партия, которая называется ХАДАШ. Это, в общем, коммунистическая партия. "Фронт за мир и равенство", кажется, так расшифровывается эта аббревиатура. Это вполне влиятельная партия, которая объединяет и арабов, и евреев, хотя бы чисто формально. Потому что, конечно, 99 процентов ее электората, кстати говоря, ее представителей в Кнессете - это арабы. Эта партия, как правило, набирает где-то 3-4 мандата в Кнессете. Есть еще, например, партия, которая называется "Баллад". Я, к сожалению, не помню, как расшифровывается эта аббревиатура, но это более радикальная, скажем так, партия. Ее характерный представитель, скажем, такой бывший парламентарий Мухаммад Бареке, бывший лидер этой партии, который был обвинен в шпионаже в пользу "Хезболлах". После этого он избежал из Израиля, сейчас живет в какой-то из арабских стран и работает обозревателем на канале "Аль Джазира". Есть еще какая-то партия, представляющая израильских арабов. Их три. В общем, их программы ничем особенно друг от друга не отличаются. В целом они набирают порядка где-то 9 мандатов.

Андрей Шарый: Спасибо, Александр!
XS
SM
MD
LG