Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В ходе «плавной девальвации» рубля компании и банки приобрели 110 млд долларов из резервов ЦБ


Программу ведет Марк Крутов. Принимает участие экономический обозреватель Радио Свобода Сергей Сенинский.

Марк Крутов: В минувший вторник короткое сообщение в японской деловой газете со ссылкой на руководителя Ассоциации региональных банков России обрушило курс евро на международных рынках: он подешевел к доллару почти на 1,5 цента. Правда, через несколько часов, после серии прозвучавших из Москвы опровержений и официальных заявлений, курс евро вернулся на прежний уровень.
Сообщение японской газеты было воспринято на финансовых рынках как сигнал о том, что Россия, не исключено, может потребовать от зарубежных банков отсрочки по возвращению кредитов, которые эти банки ранее предоставили российским компаниям.

Сергей Сенинский: Еще осенью прошлого года правительство России объявило, что предоставит российским компаниям и банкам - не всем, но соответствующим определенным критериям - 50 миллиардов долларов именно для того, чтобы помочь им провести в 2009 году необходимые платежи в счет обслуживания своего текущего внешнего долга.
Из этих денег компании и банки получили лишь 11 миллиардов, после чего правительство фактически свернуло программу. Более того, финансовые власти подсчитали, что в ходе длившейся 2,5 месяца «плавной девальвации» рубля российские компании и банки приобрели 85-90 миллиардов долларов, которые продавал из своих резервов Центральный банк... Из Москвы - аналитик инвестиционной компании «Ренессанс-Капитал» Алексей Моисеев...

Алексей Моисеев: Действительно, если мы говорим про цифры, так оно и есть, даже более того, наша оценка, что это не 90, а 110 миллиардов долларов в распоряжении сейчас у банков и компаний. Но я думаю, что основной причиной, почему все-таки эта линия, 50 миллиардов долларов, о которой вы сказали, была прекращена, связана с тем, что, если представить себе, что вот, есть некое предприятие, которое что-то должно иностранным инвесторам или иностранным банкам и у него нет денег, в нормальных условиях оно пойдет и будет договаривать о реструктуризации или о чем угодно другом, но так или иначе попытается договориться. Если можно просто прийти к государству и получить деньги по номиналу, зачем вы будете стараться это делать?

Сергей Сенинский: Аналитик «МДМ-Банка» Михаил Галкин...

Михаил Галкин: Как мне видится, государство, конечно же, хочет, чтобы российские корпоративные заемщики кредитовались у коммерческих банков, то есть пользовались традиционным каналом доступа к заемным средствам, а не, скажем, напрямую кредитовались каким-то государственным институтом специализированным или Центробанком, например. В банковскую систему было направлено достаточно большой объем средств, это были в основном рублевые инъекции, и параллельно шла девальвация, в ходе которой население, корпорации, банки накопили валютные значительные резервы. В целом правительство, наверное, справедливо считает, что проблема найти деньги и перевести их в нужную валюту в значительной степени решена, во всяком случае, для крупнейших заемщиков российских.

Сергей Сенинский: В минувший вторник, когда сообщение в японской газете Nikkei со ссылкой на руководителя Ассоциации региональных банков России Анатолия Аксакова попало на ленты ведущих информационных агентств, курс евро к доллару на международных рынках в течение получаса снизился почти на 1,5 цента.
После опровержений и заявлений, сделанных в Москве, курс евро довольно быстро вернулся на прежний уровень. Но сама по себе такая реакция рынков именно через европейскую валюту означает ли, что львиную долю платежей в счет обслуживания своего внешнего долга в 2009 году российские компании и банки должны перевести именно европейским банкам и другим кредиторам, например, инвестиционным фондам?
Михаил Галкин, МДМ-Банк...

Михаил Галкин: Это и так, и не так. Что касается структуры держателей, то, конечно же, там есть достаточно большое количество азиатских инвесторов, это и хедж-фонд в Лондоне опять же, это и американские финансовые институты. Я думаю, что, наверное, доля Европы может быть, ну, 50, но это не 90%.

Сергей Сенинский: Если вернуться к бурной, хотя и кратковременной реакции международных финансовых рынков на сообщение со ссылкой на публикацию в японской газете, что, на ваш взгляд, было в этой реакции самым главным опасением - сам факт того, что реструктуризация текущих внешних долгов российских компаний и банков не только возможна, но и становится более вероятной, хотя и частично, или то, что инициатором таком реструктуризации может выступить вдруг само российское государство? Тут инвесторы могли сразу вспомнить российский кризис 1998 года, дефолт тогда был объявлен по долгам государства, но при этом оно временно просто запретило российским компаниям выплачивать их собственные внешние долги.

Алексей Моисеев: Здесь я с вами согласен. Многие помнят, что в дефолт 1998 года был запрет выплачивать внешний долг для банков и, по-моему, даже для корпораций, и действительно, опасение было такое, что государство, которое в России многими считается не особенно предсказуемым, может взять и запретить российским компаниям выплачивать свои долги с целью сохранения резервов или чего угодно другого. Я думаю, что, конечно, такие ожидания достаточно беспочвенны, но тем не менее именно они, вероятно, и привели к такой нервной реакции.

Сергей Сенинский: Михаил Галкин...

Михаил Галкин: Рынки на сегодняшний день чрезвычайно нервны. Когда в лентах прошли рядом такие словосочетания, как "реструктуризация", "Россия" и "400 миллиардов долларов", больная фантазия инвесторов, конечно же, нарисовала себе какую-то мрачную картину, а с помощью спекулянтов мы получили такую реакцию.

Сергей Сенинский: Общий внешний долг российских компаний и банков, по состоянию на 1 октября 2008 года (более поздних данных пока нет), составлял 500 миллиардов долларов. Его главная проблема - краткосрочность. То есть в этом долге доминируют займы со сроками погашения 1-2-3 года.
В 2009 году российским компаниям и банкам, в счет текущего обслуживания своих внешних долгов, предстоит выплатить в целом примерно 100 миллиардов долларов. Если, конечно, часть этой суммы не будет реструктурирована...
XS
SM
MD
LG