Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Станислава Маркелова и Анастасию Бабурову вспоминают их друзья и коллеги


Программу ведет Марк Крутов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Валерий Балаян.

Марк Крутов: Сегодня исполняется месяц со дня, когда в центре Москвы были убиты адвокат Станислав Маркелов и корреспондент "Новой газеты" Анастасия Бабурова. Они возвращались вместе по улице Пречистенка после пресс-конференции Маркелова, который представлял в суде интересы семьи Кунгаевых. Напомню, чеченская девушка Эльза Кунгаева была убита бывшим полковником российской армии Юрий Будановым, недавно досрочно освободившимся из колонии. За этот месяц случилось многое: были и акции памяти, и скандальные публикации в желтых СМИ за подписями неизвестных журналистов. Не было только одного - известий о серьезных подвижках в расследовании этого убийства. Сейчас в нашей программе воспоминания тех, кто хорошо знал Станислава Маркелова и Анастасию Бабурову. С их друзьями поговорил корреспондент Радио Свобода Валерий Балаян.

Влад Тупикин: Стас был, конечно, общественным активистом и политиком. Это человек, который начинал свой путь во взрослый мир еще со школьной скамьи через общественные движения. В годы перестройки ему было 16-17 лет, он уже участвовал в каких-то неформальных объединениях, участвовал в каких-то митингах и демонстрациях, он был у Белого дома и в 1991-м, и в 1993-м, в 19 лет он таскал раненых.

Валерий Балаян: Журналист Влад Тупикин познакомился с Маркеловым в самом начале 1990-х годов. Вместе они участвовали в движении неформалов - протестных неформальных объединений советской молодежи. С тех пор их общение не прекращалось. Я спросил Влада, кому, с его точки зрения, была выгодна гибель Стаса.

Влад Тупикин: Ну, и в Кремле вздохнули с облегчением, и на местах вздохнули с облегчением, на тех местах, где Стас вел свои дела. Скажем, в Башкирии, когда он защищал избитых омоновцами в городе Благовещенске, в Чечне, я думаю, вздохнули многие с облегчением, ведь не секрет, что в последний год он вел дела, связанные с тайными тюрьмами, уже сейчас существующими на территории Чечни. То есть, я думаю, несмотря на медаль, которую ему посмертно вручили, он мешал и чеченским властям, наверное. Он, к сожалению, очень многим мешал.

Валерий Балаян: Последний раз Влад Тупикин видел Станислава Маркелова на конференции левых сил в декабре 2008 года.

Влад Тупикин: Было видно, что он крайне серьезен, пытался шутить, но на вопросы такого рода отвечал уже без юмора, что да, опять есть угрозы, опять на нацистских сайтах появилась подробная информация о нем с призывом его убить. Он рассказывал даже про такую игру, которую нацисты придумали, компьютерную игру какую-то примитивную, в которой на первом уровне надо было убить таджикского гастарбайтера, на верхнем уровне нужно было убить адвоката Маркелова.

Надежда Прусенкова: Не всегда понятно, где кончаются только слова и начинается дело, то есть кто из них только пишет эти гадости, что это праздник для всего православного народа, и где они действительно достают ножи.

Валерий Балаян: Говорит Надежда Прусенкова, пресс-секретарь "Новой газеты". Она хорошо знала Настю Бабурову и была редактором ее первых текстов и статей для "Новой".

Надежда Прусенкова: Диссонанс... то есть внешне она не выглядела таким суровым борцом, внешне она выглядела очень такой тихой, спокойной девочкой, а занималась такими вот темами, требующими мужества.

Валерий Балаян: Влад Тупикин также хорошо знал Настю Бабурову.

Влад Тупикин: Это во всем чувствовалось, что ей не хватает того, чтобы быть просто журналисткой. Она была человеком, который всерьез влезает в то, что считает важным для себя, всерьез начинает глубоко копать, рыть, интересоваться, лично участвовать. Вот это личное участие роднило.

Валерий Балаян: Ровесник Насти журналист Илья Донских привел Анастасию Бабурову в "Новую газету". Он был посвящен в то, что составляло содержание жизни Насти, помимо чистой журналистики.

Илья Донских: Находиться в каком-то переплетении противоречий, которые сейчас есть в России... она была в них во всех, начиная от антифашизма. Активисткой была и на митингах, которые всегда очень опасны, даже если охраняются милицией: митинг заканчивается, милиция разъезжается, активисты тоже разъезжаются, и есть риск в метро или где-то в переулке попасться просто на нож.

Валерий Балаян: Я спросил Илью: осознавала ли Настя степень опасности, которая ей угрожает?

Илья Донских: Те люди, которые так или иначе соприкасаются с теми темами, с которыми соприкасалась Настя, они на себе ощущают эту опасность как во время каких-то акций, так и в принципе каждый день, потому что, если говорить об антифашистах, то мне доподлинно известно, что неонацисты составляют базу данных, как-то пытаются фотографировать людей, потом совершают убийства, как это было с Федором Филатовым, которого зарезали просто на пороге своего дома утром, когда он выходил на работу.

Валерий Балаян: Надежда Прусенкова...

Надежда Прусенкова: Меня большего всего в этой истории поразило то, что в офисе, под окнами которого убили Настю и Стаса, были слышны выстрелы. Люди потом сказали, что да, они слышали выстрелы. Но никто, никто не выглянул, не вышел посмотреть, что происходит. Милицию и "скорую" вызывали женщины из аптеки через дорогу. Вообще, о чем можно говорить, когда под окнами стреляют, и никто даже не высунулся.

Валерий Балаян: За прошлый, 2008 год, в России на почве межнациональной вражды и расизма было совершено 87 убийств. В результате нападений нацистов и скинхедов были ранены 378 человек.
XS
SM
MD
LG