Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Александр Башлачев и Лев Наумов





Марина Тимашева:
Со мной в студии очень молодой человек. Его зовут Лев Наумов, ему 25 лет, и он – создатель Интернет-сайта http://bashlachev.spb.ru, посвященного Александру Башлачеву, поэту, рок-музыканту, ушедшему из жизни в феврале 1988 года. Разговор с Львом Наумовым я начинаю с простенького вопроса, кто он по образованию?

Лев Наумов: По профессии я - математик. В данный момент я занимаюсь исследованиями в области моделирования раковых опухолей.

Марина Тимашева: Лева, значит вы - кандидат наук, математических.

Лев Наумов: Технических, на самом деле. Это просто вследствие того, что Совета по физматнаукам не оказалось в Университете, поэтому я - кандидат технических наук.

Марина Тимашева: Лев Наумов не мог видеть Александра Башлачева, потому что был маленьким мальчиком, когда тот погиб. Однако именно он создает сайт, посвященный Башлачеву, который, по идее, должны были бы создать совершенно другие люди.

Лев Наумов: Во-первых, я бы не сказал, что кто-то был должен его создать, но именно то, что его не было, и послужило причиной, почему я начал этим заниматься. При этом был так называемый «официальный» сайт Башлачева, но там мне виделась нехватка материалов достаточно ощутимая. Когда я увидел, какое количество статей о Башлачеве, информации о нем, в принципе, не опубликовано, никем и никогда не видено, у меня появилась идея создать некий ресурс, который бы в себе аккумулировал все эти материалы.


Марина Тимашева: А все равно для того, чтобы вообще заинтересоваться Башлачевым, для того, чтобы захотеть «создать ресурс», который бы еще и «аккумулировал», нужно было как-то заинтересоваться Башлачевым.

Лев Наумов: Тут все очень просто. Это достаточно общее место в процессе взросления людей в нашем государстве, что кто-то в какой-то момент обязательно слушает то, что называется русским роком. Я услышал в первый раз песню Башлачева в исполнении своего друга в лесу, во время какого-то похода, и меня совершенно поразила плотность поэтического текста. Я приехал из этого похода, купил N его альбомов, и начал их слушать, поражаясь, чем дальше, тем больше. Причем, конечно, важную роль сыграло ощущение недооцененности этого исполнителя.



Он пел и писал песни на голову лучше многих других своих современников, но известен он заметно меньше. Уж не будем сравнивать с уровнем современных исполнителей и с их соотношением качества продукта на известность. Именно из-за ощущения какой-то несправедливости я начал этим заниматься.

Марина Тимашева: Значит, на сайте –помимо всего прочего, тексты всех песен со всеми возможными разночтениями, то есть, это, в общем, серьезная научная работа. Собственно, как мы познакомились с Левой? Он позвонил и спросил, не могу ли я с ним встретиться и поговорить для сайта. То есть человек, который живет в Петербурге, ездит по разным городам, в которых был Башлачев, а Башлачев имел обыкновение заезжать в разные, скажем, довольно отдаленные местечки России, и записывает интервью с людьми, потом, насколько я понимаю, сам их расшифровывает, сам их вывешивает на сайт. Лева, когда вы услышали песни, когда вы поняли про «плотность поэтического текста», когда вы купили N альбомов, да, вы хотели восстановить справедливость, но понимали ли вы, какой ценой ее придется восстанавливать? Я имею в виду собственные усилия, труд.

Лев Наумов: На самом деле, тогда - нет. Но моя задача была: создать более или менее целостную историческую картину, то есть взять статьи, которые писались до его смерти, после его смерти, собрать полную коллекцию и как можно меньше вводить в это собственную оценку, для того, чтобы потенциальный потребитель этого ресурса мог сам прийти к необходимому выводу. Расшифровываю я тоже уже сейчас не сам. Поначалу - сам, но сейчас мне уже помогают самые разные люди: Ирина Луцкова, Игорь Новиков, колоссально помогает петербургская журналистка Екатерина Борисова.

Марина Тимашева: Это люди, которые совершенно бескорыстно, на общественных началах, как тимуровская команда…


Лев Наумов: Не как команда. Технический прогресс ушел вперед, поэтому средства немного другие, не как у тимуровской команды. Я всего не успеваю, но сайт наполняю только я. Сейчас, должен сказать, некое затишье в его наполнении. Сейчас много ресурсов, много материалов, которые там просто не появляются, хотя они накапливаются, в свози с тем, что готовится несколько изданий, поэтому некоторые вещи я не могу выкладывать до того, как они появятся в печатном виде.

Марина Тимашева: Вы же работаете абсолютно бесплатно, вы что, альтруисты?

Лев Наумов:
Можно и так сказать. За деньги я занимаюсь раковыми опухолями. Всем остальным я занимаюсь бесплатно, но иногда какие-то дивиденды это приносит скромные. Естественно, я могу это себе позволить именно вследствие того, что мне есть на что жить, и это я почитаю большим счастьем, это мне дает ту самую свободу, в честь которой и называется ваша радиостанция.

Марина Тимашева:
Лева, вот вы разговариваете с разными людьми, они видели Башлачева в разных обстоятельствах, в разное время, к тому же, память человеческая чрезвычайно несовершенна и она опускает какие-то подробности, перекрашивает в угодные этой памяти цвета и, соответственно, получается калейдоскоп. Но детская игрушка позволяет делать такой фокус: ты в него смотришь, там много разных цветных обломочков, осколочков, потом картинка складывается, и ты получаешь такое маленькое панно. Вы сами обрабатываете, читаете, редактируете уйму материалов, у вас складывается какая-то картинка? Что за явление Башлачев, если сложить разнородные мнения, прибавив к ним свое собственное, которого вы хотели бы избежать, как создатель сайта?

Лев Наумов:
Я не думаю, что это будет правильно, если я скажу свое собственное мнение , потому что, калейдоскоп -это именно то, что хочется создать. Именно поэтому и нужно ездить по разным городам. Если опросить только петербургскую тусовку, то картина будет однобокой, если только московскую, она будет немного иной и с другой стороны. Только свердловскую - то же самое. Что касается моей интерпретации… Я сейчас скажу, в таком случае, общие слова. Башлачев - это великий русский поэт, который избрал для изложения, для подачи своего материала очень удачную ритмическую форму, но при этом, мне кажется, в какой-то момент он просто недооценил степень своего таланта, наверное, не смог ее адекватно воспринять, осознать и пережить, если угодно.


Марина Тимашева: Сознание математика должно быть, наверное, очень логичным, последовательным и ясно структурированным. Тексты Башлачева, в основной своей массе, это потоки или камнепад (на кого какое впечатление производят) образов. К тому же, вы человек вполне ясный и кажетесь довольно рациональным, а Башлачев был совершено иррациональный и, к тому же, в общем, его стихи мрачны, трагичны. Почему человеку совершенно из другой области, с превосходной специальностью, со знанием языков, человеку, который имеет возможность работать в Петербурге, в Амстердаме, в Швейцарии, в Америке, где угодно, он будет нарасхват, человеку, который умеет свою жизнь строить нормально, почему ему оказывается близко то, что, вроде бы, не имеет никакого отношения к его миру?

Лев Наумов: Почему вы считаете, что не имеет отношения? Это именно те вопросы, которых я стараюсь при построении сайта избегать, и при интервью тоже – вопросы интерпретации. Вы же понимаете, что тексты Башлачева я воспринимаю в рамках своего мира, и они для меня весьма структурированные, это потоки образов, образы можно разбивать на составляющие, анализировать каким-то образом. Совершенно неважно, каким он был, важно, что он оставил. Слушатель разумом, чувствами пытается строить свою картину на основании его песен. Да, есть некий, условно говоря, стереотип. Песни Башлачева принято считать депрессивными. Но это же не для всех. У меня есть несколько знакомых, которые считают его весьма оптимистичным поэтом, есть несколько людей, которых я знаю, которые считают его очень плохим поэтом. Условно говоря, на почве Башлачева мы с ними не пресекаемся, это им не интересно, а фильмы Параджанова они тоже любят.


Марина Тимашева:
Фильм, который вы сняли на цифровую камеру, он называется «9/12». Это дата и месяц?

Лев Наумов: Нет. С одной стороны, это момент времени, когда происходит действие фильма - 9 часов 12 минут - с другой стороны, 9/12 это 9/11 плюс 1, то есть это катастрофа, следующая за ключевой катастрофой 21-го века, за 11 сентября. Опять же 9/11 плюс 1 это спасение, условно говоря, 911 - телефон Службы спасения.

Марина Тимашева: Это хороший и странный фильм, я не буду содержание пересказывать, но на стене в квартире, в которой живет молодой герой (его играет в фильме Илья Дель, когда-то актер Малого драматического театра) висят три фотографии – Александр Башлачев, Курт Кобейн и Джим Моррисон.


Лев Наумов: Нужно просто попытаться интерпретировать каким-то образом лирического героя. Это самый что ни на есть обычный, но довольно эмоциональный парень, и именно эту троицу можно назвать важной для людей, которые живут на этой чувствительной грани жизни.

Марина Тимашева:
А поэтически их что-то объединяет?

Лев Наумов: У нас была дискуссия с одним человеком на тему того, что такое рок. Я по детскости собственной сформулировал это очень просто: то, что мне нравится, это приблизительно рок и есть. Например, для меня к року можно отнести Михаила Щербакова и Дюка Эллингтона. В фильме выбраны именно они по той причине, что это некий стереотип восприятия эмоционального человека. Илья должен был изобразить типичного человека. Ему сопутствуют эти три автора, на мой взгляд.

Марина Тимашева: Хорошее Лева, у вас представление о типичном. У других бы на стене висел портрет Филиппа Киркорова...

Лев Наумов: Фильм о тех, у кого она стене висит Филипп Киркоров, снимать не очень интересно, честно говоря.

Марина Тимашева:
Я так понимаю, вы вообще склонны восстанавливать справедливость, потому что вы же занимаетесь и Кайдановским, насколько я понимаю.

Лев Наумов: Пока им просто интересуюсь, и на самом деле соображения мои сродни тому, почему я занимаюсь Башлачевым. Потому что это тоже колоссальнейшая несправедливость: этот человек - один из лучших режиссеров, помимо своей актерской карьеры. Его фильм «Жена керосинщика», на мой взгляд, один из шедевров нашего кино.


Марина Тимашева: А вы еще говорили о втором фильме, название которого я вообще не знаю.

Лев Наумов: Фильм «Маэстро», который он снял о Параджанове, собственно говоря, он был снят для латвийского телевидения. Поражает то, что до этого никто не озаботился тем, чтобы как-то эту ленту переправить в фильмофонды и сохранить.

Марина Тимашева: Вы думаете о том, чтобы в интернете появился еще такой же сайт про Кайдановского? Вы опять будете ездить и разговаривать с людьми по всем городам, где он бывал, с его родными, с его друзьями?

Лев Наумов: Для этого есть более подходящие люди. Кроме того, о Кайдановском есть какие-то издания. Вот книга Цымбала «Александр Кайдановский в воспоминаниях и фотографиях». Этим я в большей степени занимаюсь для себя, но я готов всячески способствовать, если кто-то займется такого рода деятельностью.


Марина Тимашева:
На Кайдановского вы сами обратили сначала внимание именно как на режиссера?

Лев Наумов: Нет, в детстве я видел его актерские работы по телевидению.

Марина Тимашева: Просто что-то в лице человека, в манере, в том, что о нем рассказывали, привлекло внимание?

Лев Наумов: Да, в том, что он делал, что он писал. Он же писал потрясающие песни, стихи, вообще человек был именно что носителем культуры, но насколько малоизвестен его вклад в нее, насколько это все, по сути, потеряно, вызвало все то же чувство: несправедливо.

Марина Тимашева: А среди ваших ровесников есть такие, на кого стоит обратить внимание, - в том, что касается музыки, например?


Лев Наумов: Я очень люблю группу «Ливень» и Алексея Летуновского, очень люблю Юлю Тюнникову.


Марина Тимашева: Какие-то пояснения, потому что для меня это абсолютно незнакомые имена: кто, откуда, из какого города, кто в каком роде?


Лев Наумов: Летуновский - из Санкт-Петербурга, Тюнникова обитает в Москве, а где она родилась, честно говоря, не знаю. То, что играет Леха и компания это самый что ни на есть классический русский рок 80-х. Очень многих это отталкивает, потому что такое впечатление на их концертах, что время остановилось, но, на мой взгляд, это можно, скорее, рассматривать как достоинство, а не как недостаток. Юлия пишет поразительные тексты с некими народными элементами. Есть такой из Белгорода персонаж, которого зовут Киса - очень хорош, есть Паша «Клещ» московский. Группу «Адаптация», я думаю, знают все более или менее.

Марина Тимашева: То есть, у вас нет ощущения, что время остановилось в развитии музыки или, по крайней мере, того, что называется русским роком?

Лев Наумов: Термин «русский рок» мне кажется не вполне актуальным. Сейчас ситуация значительно улучшилась по сравнению с тем, что было когда я начинал этим всем интересоваться, в начале 2000-х. Сейчас уже можно говорить не о русском роке, а о современной музыке, и именно как об искусстве. Естественно, в данной ситуации не стоит говорить о Диме Билане и его потрясающих международных достижениях.

Марина Тимашева: А на концертах Боба Дилана вы были?

Лев Наумов: Был.

Марина Тимашева: Я тогда прочитала рецензии, они были все - через губу, что, мол, уважая заслуги старикана Боба, мы, конечно, не позволим себе радикального хамства в отношении этой малоинтересной нынче персоны, и напомним о его былых ветеранских заслугах. Что-то в этом роде. А как на самом деле?

Лев Наумов: Я был очень рад увидеть его живьем и послушать песни, которые мне дороги, а вот звук там был, надо сказать, отвратный. Но Боба Дилана в этом обвинять не стоит.

Марина Тимашева: Этот звук был сконструирован нашими умельцами?

Лев Наумов: Да, но зал очень большой, и никто не ожидал, что придет так мало людей. Там было тысячи две или что-то такое. В Ледовом дворце, который 20 тысяч вместит и не поперхнется, пустовато было. Было бы больше людей, был бы звук лучше.

Марина Тимашева: Я надеюсь, что звук выстроят, когда образцовый город Санкт-Петербург станет, наконец, европейской культурной столицей, когда на смену Дилану появится Билан, тогда и звук выстроится, народу подгонят побольше. Вообще, нравится идея европейской культурной столицы в Петербурге для проведения Евровидения?

Лев Наумов: Нет, конечно. Как это может нравиться? Но еще меньше нравится то, что в городе происходит, помимо всего прочего. Я живу на Петроградской стороне, там сносят дома, народ куда-то расселяют. Жуткое дело. Построили новую Биржу на Васильевском острове, а когда построили, выяснилось, что это на какие-то считанные метры выше, чем дозволено. Почему-то перед строительством никак это было невозможно выяснить. Понятно, что со страной происходит и, к сожалению, никакой радости на тему того, что будет дальше не предвещается, не так интересно за этим следить.

Марина Тимашева:
Возвращаемся к такой очень старой, очень простой и любимой мною мысли: делай, что должно, и будь, что будет. То есть человек должен на этом маленьком участке сделать то, что зависит от него.


Лев Наумов: Просто нужно каким-то образом представлять свои возможности и найти, наверное, область максимальной полезности своего существования и пытаться что-то делать в ней. Кроме того, есть такая немаловажная штука как интерес. Наверное, этим я руководствуюсь в наибольшей степени - я делаю, то, что мне интересно.

Марина Тимашева: Как можно рассчитать область своей максимальной полезности?

Лев Наумов: Эмпирически.







XS
SM
MD
LG