Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Необыкновенные американцы» Владимира Морозова:





Александр Генис: Финансовый кризис ударил по американской семье с неравной силой. Мужчинам пришлось хуже. 82% уволенных принадлежит к мужскому полу. Такое неравенство объясняется тем, что сокращения, прежде всего, пришлись на отрасли, где традиционно трудились мужчины. Это - строительство, автоиндустрия и прочее фабрично-заводское производство. Сравнительно меньше пострадала сфера услуг, медицина, образование, где занято больше женщин. В результате, в рабочей силе страны женщин сейчас больше, чем мужчин. Смена половых ролей несомненно отразится на социально-психологическом состоянии Америки. Поэтому так интересно узнать, как принял карьеру домашней хозяйки герой очередного радиоочерка Владимира Морозова – Билл Гамильтон из города Гринвич, штат Нью-Йорк.



Билл Гамильтон: Я кормящий отец, еще меня называют Mister Mom. Как мне это нравится? Да это же самая лучшая работа на свете - одевать детей, кормить их, играть с ними. Они у нас оба послушные. Я с пеленок приучил их к дисциплине.


Владимир Морозов:
Кормящему отцу 39 лет, его жене Эйприл - 32. Это стройная блондинка приличного роста, но муж на две головы выше. В нем 2 метра и 125 килограммов весу. Эйприл, как вы сделали домохозяйку из этого облома?

Эйприл Гамильтон: Когда 6 лет назад родился наш старший сын Вилл, мы никак не могли найти хорошую няньку. Решили, что один из нас будет сидеть с ребенком. Работать имело смысл мне, так как я получала больше - 40 тысяч долларов в год. Я - администратор в Управлении здравоохранения штата Нью-Йорк.

Владимир Морозов: Билл, а до того, как стать кормящим отцом, кем работал ты?


Билл Гамильтон: Я был помощником учителя в школе для детей с церебральным параличом, с синдромом Дауна. Мы брали их в парк, в кегельбан, в общем, развлекали. Помогали с уроками. Одного мне приходилось мыть. Он в свои 16 лет не мог сам сходить в уборную. Я был чем-то вроде няньки.


Владимир Морозов: Вы живете на одну зарплату, но у вас свой дом, две машины. На какие шиши вы все это купили?


Эйприл Гамильтон: 6 лет назад мы купили дом за 135 тысяч. Это же деревня, тут все дешево. И нам повезло. Владелец переезжал и спешил сбыть дом с рук. Мы предложили ему все, что у нас было - 10 тысяч долларов. Остальное взяли в долг, сейчас платим банку 591 доллар в месяц. Несколько лет мы с Биллом все в доме чинили, красили. Пристроили большую веранду. Летом ходим в лес и на речку – это все на нашей земле, у нас ведь - 7 гектаров. И мы экономим - в отпуск не ездим.


Владимир Морозов: А какие у вас машины?


Эйприл Гамильтон: Моей «Вольво ЭС-60» восемь лет, мы купили ее в прошлом году за 7,5 тысяч долларов. Новая стоит больше 30, нам такую цену не потянуть. Нет, родители нам деньгами не помогали, они небогатые люди. У мужа грузовичок шеви-пикап, ему 9 лет. Купили тоже подержанным за 7 тысяч.


Владимир Морозов: Скажите, родители, а вам случается наказывать детей, шлепать их?


Эйприл Гамильтон: Да.


Билл Гамильтон: А я, случается, и шлепну по попе. Но очень редко. Обычно просто говорю с ними. Ну, например, старший ударил младшего и говорит, что этого не делал. Но я-то видел своими глазами. Я ему объясняю, что бывает с людьми, которые врут. Вот, наш любимый бейсболист Роджер Клеменс. Недавно раскрылось, что он пользовался стероидами. Это же позорище на всю страну. И теперь за лжесвидетельство его оштрафуют или, может, даже посадят в тюрьму. Вилу 6 лет, он такие вещи понимает.


Владимир Морозов: А как управляются с детьми ваши родственники и друзья?


Эйприл Гамильтон: Если ребенок непослушный, учителя часто советуют родителям пойти к врачу, а тот прописывает успокоительные таблетки. Многие закармливают детей лекарствами. Бедные дети! У моей двоюродной сестры тоже двое мальчишек. Они на месте не сидят. Врачи сказали, что это гиперактивность и прописали лекарства. Хорошо, что она не стала пичкать детей этой химией. Сестра просто сменила диету. Меньше кока-колы и сладостей, больше овощей и фруктов. Почаще бывать на воздухе. И теперь ребята ведут себя спокойнее, стали внимательнее в школе.


Владимир Морозов: Скажите, а коснулся ли вашей семьи нынешний финансовый кризис?


Билл Гамильтон: Пока нет. Денег в банке у нас нет, так что мы ничего не потеряли. Стараемся не залезать в долги и платить за все наличными. Ведь за пользование кредитной карточкой берут проценты.


Владимир Морозов:
Эйприл признается, что в этом году вышла промашка.


Эйприл Гамильтон:
Перед Новым годом пришлось сменить шины на обеих машинах. Это почти тысяча долларов. И на рождественские подарки ушло больше полутора тысяч. У нас у каждого большая семья. Братья, сестры, племянники, племянницы. Кому игрушку, кому хорошую книгу или одежду. Мы сможем расплатиться с долгами только через два месяца. Сколько всего подарков мы раздали? Сорок.


Владимир Морозов: Не боитесь, что во время кризиса вы потеряете работу?


Эйприл Гамильтон: Нет, ведь мой работодатель – это правительство штата Нью-Йорк. У меня приличный стаж, если будут сокращать, то меня - в последнюю очередь.


Владимир Морозов: Американцы постоянно спорят про аборты. Республиканцы в основном против, демократы - за. Я знаю, что вы голосуете за республиканцев…


Эйприл Гамильтон: Лично я никогда не делала аборт и никогда не сделаю. Но запрещать аборты нельзя, потому что женщины станут делать их подпольно и калечить себя. Я думаю, люди должны иметь право выбора. Если я встречу женщину, которая собирается делать аборт, я постараюсь ее отговорить. В Бога я не верю и не стану ей говорить, что это грех. Просто напомню, что это опасно для здоровья. Мои знакомые, которые сделали аборт, потом жалели об этом.


Владимир Морозов: Билл с женой согласен. Сходные взгляды у них и на президента Барака Обаму.


Билл Гамильтон: Мне его политика не нравится. Он дает миллиарды на помощь банкам и автозаводам. Это же значит вознаграждать их за то, что они не умеют работать. Рынок сам все отрегулирует. Не справился - и ты банкрот. Не можешь - не берись!


Владимир Морозов: Билл, я с тобой согласен. Но в январе безработица была 7,6 процента и она растет. Эти люди хотят есть. Поди расскажи им о принципах свободного рынка…


Билл Гамильтон: Я рос в 70-е годы, когда безработица была 14 процентов и ничего, мы смогли перебиться. Семья была бедной. Но отец и старшие братья всегда находили какой-нибудь способ подработать. Мы выжили. А теперь безработица ниже, но президент Барак Обама постоянно повторяет – катастрофа, апокалипсис. Ты же лидер и должен нас вдохновлять, чтобы помочь людям поверить в себя, а ты нас пугаешь! С другой стороны, такие авторитеты, как бывший министр финансов Полсон или глава резервного фонда Бернанке открыто говорят, что не уверены в том, что план стимулирования экономики сработает. Я тоже не уверен. Но я знаю, что сейчас правительство берет деньги в долг, а отдавать долги будут мои дети.


Владимир Морозов: Какие у тебя планы, когда дети подрастут?


Билл Гамильтон: Не знаю. Мне почти 40 лет. О карьере думать поздновато. Может, снова стану помощником учителя. Или пойду в спортивный магазин, где я когда-то работал продавцом. Может, заведу свой небольшой бизнес, стану чистить в домах канализационные системы. Куплю грузовик с цистерной и насосом, его называют дерьмовоз...


XS
SM
MD
LG