Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

О причинах затягивания вопроса о решении судьбы Светланы Бахминой беседуем с правозащитником Валерией Новодворской


Валерия Новодворская: "Народ, не заступающийся за Светлану Бахмину, не заступается за самого себя"

Валерия Новодворская: "Народ, не заступающийся за Светлану Бахмину, не заступается за самого себя"


Владимир Кара-Мурза: Сегодня стало известно о том, что вопрос об условно-досрочном освобождении Светланы Бахминой будет решаться в Москве. Такое решение принял Зубово-полянский районный суд Мордовии. Администрация колонии № 14 представила справку о том, что 5 декабря на основании указания ФСИНа России Светлана была этапирована в СИЗО № 1 и это послужило основанием для передачи дела по подсудности в Преображенский суд Москвы. По мнению защиты, вопрос об УДО рассматривается в течение такого длительного времени из-за безграмотных действий судей Зубово-полянского районного суда, которые дважды в очевидной ситуации принимали заведомо незаконные решения, что уже дважды подтвердил республиканский суд Мордовии. Напомним, что в 2006 году Бахмина была признана виновной в соучастии в расхищении средств компании «Томскнефть» и уклонении уплаты налогов, ее приговорили к семи годам лишения свободы, впоследствии срок был сокращен до шести с половиной лет. Осенью прошлого года пресса сообщала, что Бахмина подала президенту Медведеву прошение о помиловании, однако впоследствии эту информацию опровергли представители Федеральной службы по исполнению наказаний. По другой версии Бахмина подавала ходатайство, но потом отозвала его. В ноябре прошлого года Бахмину перевели в подмосковную клинику, где она родила дочь Анну. Также у Бахминой есть два сына. О причинах затягивания вопроса о решении судьбы Светланы Бахминой беседуем с правозащитником Валерией Новодворской. Добрый вечер, Валерия Ильинична.

Валерия Новодворская: Добрый вечер, уважаемые коллеги. Мне кажется, что тот, кто вырос в советской стране и немного пожил при советском путинском режиме, не будет путаться в трех соснах в загадочном деле Светланы Бахминой. Ссылаться на некомпетентность мордовского суда можно сколько угодно. Но почему-то все эти местные суды оказываются очень компетентными, когда нужно выпустить на свободу заведомого преступника, который должен был бы пожизненно сидеть в тюрьме, такого как полковник Буданов и не похоже, что второго преступника Ульмана кто-нибудь особенно искал, так он и канул в лету. А вот вынести очевидное решение по вопросу о Светлане Бахминой у них почему-то не хватает юридических познаний. То есть это настолько очевидно нежелание выпускать Светлану Бахмину, желание затянуть как можно дольше и как можно больше продлить это издевательство над беззащитной женщиной, над кормящей матерью. А так же то, что у президента Медведева при всех вертикалях власти, положим, они с премьер-министром Путиным сидят на одной вертикали, но им вдвоем, видимо, вертикали не хватило, чтобы решить вопрос о помиловании, и пришлось Светлане Бахминой, которой угрожали, на которую оказывали давление забирать свое прошение о помиловании, чтобы не ставить президента Медведева в совсем уж неудобное положение. Как на белый свет показаться, как с Обамой встретиться и вообще как в Европу ездить, если заявлять при этом, что он не желает помиловать Светлану Бахмину, несмотря на ее очевидную невиновность и даже на юридические основания для этого. Значит надо ликвидировать прошение, прошения не было.
И конечно, хочется досадить правозащитникам, которых не смеют посадить самих, значит объект их попеченей будет сидеть и дальше. И вот наконец они дотянули до Москвы, дальше уже передавать это дело некуда. Можно еще полгодика проваландаться, то судья заболеет, то дело потеряют, то будут крыс морить, то тараканов травить. Тот, кто жил при советской власти, очень хорошо знает, как это делается.
Ведь это не единственный случай. Посмотрите: параллельно идет беззаконие, граничащее с людоедством, по делу всех несчастных, ни в чем неповинных юкосовцев. Не успел полуживой Василий Алексанян с больничной койки с обрывком цепи, которой он был прикован к этой самой койке, переселиться домой, как суду срочно понадобилось его судить, хотя бы и на смертном одре. Им предъявляют медицинское свидетельство о невозможности его доставки в зал суда. Они не верят и говорят: найдите нам экспертов, которые покажут, что его можно судить. Они очень долго будут искать этих экспертов, потому что те медики, которые дадут подобное заключение, все-таки у нас пока медицина в ГУИН не входит и в ФСБ не состоит, там не все чекисты и вообще чекисты там не работают, тот медик, который вынесет подобное заключение, он окажется вне профессии, ему коллеги не будут подавать руки, он нарушит клятву Гиппократа.
А что происходит с Михаилом Ходорковским и Платоном Лебедевым? Им мало было 9 и 8 лет, которые им дали абсолютно незаконно, нет, нужно добавить еще 22 года в Хамовническом суде, добить, закопать, вбить в землю, чтобы они никогда не вышли на свободу. Мы наблюдаем абсолютно сталинский прецедент по раскулачиванию собственников, когда собственность не просто отбирали, но и тех несчастных крестьян, которые ей владели, навсегда ссылали в Сибирь, чтобы они оттуда не вернулись с гарантией. Поэтому история со Светланой Бахминой - совершенно очевидно это зверство и это тенденция. Это изначальная ненависть к независимой частной собственности, к тому самому либеральному капитализму, который мы строили, не достроили при Ельцине, это жажда создать новый класс, они его практически уже создали не красных директоров, а голубых чекистов в голубых погонах, которые ничего не понимают в собственности, в делах, в бизнесе, но растаскивают эти куски по норкам, губят страну, уничтожают остатки экономики, потому что настоящей экономики у нас никогда не было, не успели построить при Ельцине, а сейчас стали разрушать даже то, что было построено. Это ненависть, это нежелание жить в современном мире, это желание вернуться к крепостному праву, к системе приказчиков. Потому что наши несчастные олигархи, которые якобы владеют какой-то собственностью, на самом деле давно уже на положении приказчиков государства. А если они перестанут быть приказчиками государства или даже подадут какой-то сигнал, что не хотят, мы имеем не только дело ЮКОСа на руках, мы имеем прецедент Михаила Гуцериева, мы имеем прецедент Чичваркина, то есть это целая цепочка.

Владимир Кара-Мурза: Вероника Марченко, председатель фонда «Право матери», огорчена затягиванием дела.

Вероника Марченко: К сожалению, это решение не может никого радовать, потому что речь идет о женщине с маленькими детьми и с новорожденным. В каких-то других случаях, если бы это не была Светлана Бахмина, а была Светлана Иванова, решение было бы уже принято. Но, видимо, факт ее принадлежности к определенному уголовному делу играет роль. Не исключаю, что и судьи боятся принимать какое-то решение. Просто некрасивая ситуация, на мой взгляд. Чем больше оно будет длиться, тем больше проигрывает государство и больше проигрывает Россия и в смысле политического имиджа, и в смысле всяких слов о судебно-правовой реформе. Я не могу понять, кому выгодна эта ситуация, ее затягивание. На мой взгляд, самым красивым жестом в этом случае было бы скорейшее решение этой ситуации и скорейшее ее освобождение.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Санкт-Петербурга от радиослушателя Александра.

Слушатель: Здравствуйте. Скажите, может ли новый судебный процесс пошатнуть общественное мнение о Ходорковском в худшую сторону для него и, в частности, в ту же худшую сторону, касающееся Светланы Бахминой. Как известно, многие считают, что они узники совести, политзаключенные. А могут ли они в ходе процесса нового превратиться в обыкновенных уголовников, хотя и с деньгами?

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, Валерия Ильинична, для этого ли передали дела в Хамовнический и Преображенский суд Москвы?

Валерия Новодворская: Для адвокатов Карины Москаленко и известного нам всем правозащитника Шмидта новые обвинения еще абсурднее прежнего. По новому обвинению получается, что Ходорковский с Лебедевым украли сами у себя всю нефть, которую ЮКОС добыл за шесть лет. Там полный абсурд. И Светлана Бахмина, кстати, ничем не владела и при всем желании ничего не могла украсть. Светлана Бахмина несет ответственность за то, что отказалась дать ложные показания, она отвечает за недоносительство. Она не пошла на подлость, несмотря на свое отчаянное положение, на своих маленьких сыновей, ей просто было бы стыдно посмотреть им в глаза, она не дала ложных показаний на Михаила Ходорковского и на Платона Лебедева. За это все ее муки, за это страдание ее ни в чем неповинных детей, вот за это ее Анна родилась в тюрьме. Так что новый процесс, сколько бы они вранья туда ни вложили, ничего нового они не придумают.
А дальше все зависит от чувства совести в народе. Я уж не говорю от гражданской зрелости, ее пока не замечается. Если народ не совсем забыл совесть и бога, он увидит это методичное добивание ни в чем неповинных людей и будет роптать. Если народ даст себя убедить в том, что любой богатый его враг и что над богатыми людьми, которые создали дело и рабочие места, платили налоги и кормили народ таким образом, можно издеваться как угодно, то тогда народ будет достоин своей участи, которая его ожидает в результате кризиса.

Владимир Кара-Мурза: Литературовед Мариэтта Чудакова, бывший член комиссии по помилованию при президенте России, считает происходящее позором для страны.

Мариэтта Чудакова: Человеческая подлость и трусость, что тут еще сказать. Абсолютно ясно, что по всем правилам, я 7 лет была в комиссии по помилованию, видела сотни, тысячи случаев, совершенно ясно, что она заслужила помилование. Это просто позориться перед всем миром, больше нечего говорить. Зачем же тогда рассуждать про Россию, какие мы должны быть молодцы, когда совсем потеряли чувство патриотизма. Чувство патриотизма заключается в том, чтобы делать так, чтобы твою страну уважали, а они делают все, чтобы в нашу сторону только пожимали плечами. Я глубоко возмущена поведением суда. Чего бояться, отмашку они получили, судебная власть полностью слилась с исполнительной. Непонятно, куда делись все годы, в которые мы сумели разделить эти власти на две разных части, теперь это все сливается, переплетается. Смотреть на это очень неприятно.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Ивана.

Слушатель: Добрый вечер. Налицо просто полная античеловечность нашей власти. При этой выстроенной вертикали власти других последствий просто быть не может. Так вот мне бы хотелось немножко продолжить то, что говорила Чудакова. Дело в том, что Ходорковский лично столько для России сделал, а России по существу до него дела нет. Мне бы хотелось перед ним за нас за всех извиниться.

Владимир Кара-Мурза: Недавно у вас был поединок по телевизору с Марией Арбатовой. Как вы поняли, каково общественное настроение в деле Светланы Бахминой?

Валерия Новодворская: Вы знаете, при подсчете голосов в регионов, ведь программа идет в прямом эфире с Дальнего Востока по Сибири, по Уралу и потом доходит до Москвы, выяснилось, что зрители отдавали предпочтение моей позиции пока Мария Арбатова, которая за свое поведение ответит, надеюсь, хотя бы на Страшном суде, не села на своего любимого конька, что богатый должен сидеть в тюрьме. И вот как только возник этот сюжет, хотя непонятно, в чем заключается богатство сегодня Светланы Бахминой и кто видел ее квартиру, ее банковский счет, ничего, думаю, Мария Арбатова не видела, никто не видел. Так вот, как только возник этот сюжет, голоса пошли не в том направлении, и телезрители стали отдавать предпочтение позиции Марии Арбатовой. Это абсолютно нездоровые настроения. Народ, который не уважает богатых, который ненавидит богатых, обречен на хроническую бедность.

Владимир Кара-Мурза: Алла Гербер, член Общественной палаты, одна из авторов коллективного письма в поддержку Светланы Бахминой.

Алла Гербер: Вся интеллектуальная Россия, вся знаменитая Россия, вся писательская, артистическая, то есть весь цвет российской интеллигенции, российской элиты подписались под прошением, чтобы она была освобождена. Казалось бы, можно было это услышать. Но вот мы кричим, не докричимся. Там уже нет ничего, чтобы ее держать, нет, не освобождают. Причина одна: было бы это не дело ЮКОСа, было бы это какое-то другое дело, была бы некая Бахмина, которая по делу фирмы «Рога и копыта», ее бы давно отпустили. Но тут ЮКОС. Я думаю, что может быть кто-то и хотел бы отпустить, но нет, там есть круговая порука, есть договоренность, чтобы ЮКОС не трогать, в смысле не дать никакой поблажки, не запустить туда хоть немножко кислорода, пусть задыхаются. По-моему, это все очень трагично.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Виктора.

Слушатель: Добрый вечер. Валерия Ильинична, вы отлично рассказали, что наши чекисты могут из воздуха делать монолит. Там можно еще увесистые материалы. Но доказано ли у них, кто-то следил за ними, кто-то мог представить факты, как они делали, разворовывание финансов, махинации? Есть доказательства наяву или действительно на самом деле все это делается из воздуха?

Валерия Новодворская: Дорогой Виктор, здесь вина выражается в формуле: «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать. Сказал, и в темный лес ягненка поволок». ЮКОС не только посадили, ЮКОС распилили и, уверяю вас, что в ваш карман от этого ничего не попадает, это все попало в очень высокие правительственные карманы. Там нет никаких доказательств для грамотных юридически людей. Вот сейчас там тоже невероятное количество томов и все высосано из пальца. К сожалению, люди плохо разбираются в коммерции и плохо разбираются в юриспруденции, у нас поголовная безграмотность в этом отношении. Поэтому эти обвинения для профанов являются чем-то страшным и неопровержимым. Да и вообще большинство совков всегда считало, что богатые, они у них что-то украли, хотя они не украли, а наоборот создали.
И я бы не стала обвинять суд, потому что в стране четкая жесткая диктатура по собственному желанию, с соизволения народа, иначе народ бы не голосовал ни за Путина, ни за Медведева, их бы не поддерживал. И у нас больше нет никаких трех ветвей власти, у нас есть дракон с тремя головами. А эти головы не поссорятся, ни исполнительная голова, ни законодательная голова, ни судейская голова. Вы все головы эти видели и в думе, и в басманном правосудии, и там, где обитают на этих высотах кремлевских, где обитают Путин и Медведев.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Екатеринбурга от радиослушателя Павла.

Слушатель: Добрый вечер, господа. Валерия Ильинична, я никогда не удивлюсь тому, что делается сейчас. Моей матери 80-летней прислали бумагу из прокуратуры и суд также ответил, что она не является пострадавшей, поскольку у нее не убили мужа, а убили только родителей и двух детей в возрасте 8 и девяти лет. Так вот правозащитники российские, так себя называющие, они не замечают крупные вещи, например, преступления против человечества.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, распространяется беззаконие на рядовых наших гражданок?

Валерия Новодворская: Безусловно. Если в стране нет правосудия для богатых, тем более его нет и для бедных. Если Михаил Ходорковский вынужден шить варежки в краснокаменской колонии, то человек без денег, без связей, без адвокатов тем более пропадет, его загонят за Можай и никто его не сыщет. Поэтому радоваться беззаконию, примененному к так называемым олигархам, не стоит, беззаконие тотально, если начали, то этим и закончат. Правозащитники стараются защитить всех, кто до них доходит. Страсбургский суд удовлетворяет 80% жалоб, которые поступают из России. Я думаю, что жалобу вашей матери, если вы правильно оформите свое прошение в Страсбургский суд, он тоже удовлетворит.

Владимир Кара-Мурза: Правозащитник Елена Боннэр, вдова академика Сахарова, возмущена судебным произволом.

Елена Боннэр: И дело Бахминой и второй суд Ходорковского и Лебедева – это все проявление, я бы сказала, патологической, требующей медицинского вмешательства злобно-арессивной направленности верховной власти, которая уже не отдает себе отчета, что ей выгодно, что невыгодно. Любая политическая борьба, политическая защита Бахминой ли, Пичугина, Ходорковского, Алексаняна, Лебедева, она не приведет ни к чему, если не будет полной политической изоляции, и я не боюсь этого сказать, даже уничтожения нынешней власти.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Виктора Ивановича.

Слушатель: Добрый вечер. Сначала предложение Валерии Ильиничне. Валерия Ильинична, вы знаете, что у нас и в советское время и сейчас всегда были свои Малюты Скуратовы, которые бежали в готовности «что изволите». То, что сейчас происходит. Перевезли дело, слушания в Москву, я думаю, что оно будет решено положительно – это мое субъективное мнение. Ответ Виктору, может быть услышит, что против этой власти, комитетчиков не только есть преступления финансового значения, но более серьезные преступления, то есть убийства, самоубийства, доведение до самоубийства и были другие очень серьезные преступления.

Владимир Кара-Мурза: Внушает ли вам такой же оптимизм передача дела в Преображенский суд Москвы?

Валерия Новодворская: Не исключено, что припертые к стенке, уже к последней стенке Преображенского суда чекисты вынуждены будут выпустить Светлану Бахмину, поиздевавшись над ней, сколько это было можно. Тем более, что они добились некоего послушания, она забрала обратно свое прошение о помиловании, ее близкие просили правозащитников оставить ее в покое. В советские времена такие заявления приводили к тому, что или смягчали наказание или все-таки освобождали.
Но мне не внушает оптимизма предложение Елены Георгиевны Боннэр, которую я глубоко уважаю. Не так просто уничтожить данный режим и эту систему власти. Это можно сделать, к сожалению, только по воле народа, никакая внешняя сила, ни марсиане, ни выходцы с Большой медведицы, ни НАТО нас не в силах освободить. То есть народ должен отвергнуть этот путь, эту жестокость, свое советское прошлое, имперский вектор развития страны. Народ должен выбрать западные ценности, европейский путь развития. Народ должен захотеть. После этого можно отвергнуть данную власть, избрать достойный парламент, избрать достойного президента и посадить нынешних супостатов на скамью подсудимых, устроить Нюрнберг, они действительно его заслуживают и есть очень много пунктов обвинения. Но, увы, это можно сделать, если народ просвещенный, надеюсь, либералами соберется под святое знамя свободы, раньше не получится.

Владимир Кара-Мурза: Светлана Кузнецова, руководитель московского регионального отделения Союза комитетов солдатских матерей, ощущает боязнь властей перед узницей совести.

Светлана Кузнецова: Все-таки я думаю, что страх. Страх правительства, страх государства перед беззащитной женщиной, перед беззащитной матерью. Просто боятся, что Светлана выйдет из тюрьмы, расскажет правду. А пока она за решеткой, она, естественно, опасается за себя, за свою семью, за своих детей. Может быть и так. Может быть Путин, может быть Медведев, может еще кто-то, но кто-то боится очень сильно боится.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Нижегородской области от радиослушателя Владимира.

Слушатель: Здравствуйте. Спасибо вам, Валерия Ильинична, что вы пришли. У меня два вопроса. Вам не кажется, что придет время, что вместо Ходорковского и Лебедева будут судить и президента и премьер-министра. Вот смотрите: рыло в пуху у президента, он не уходит ни в отставку, не подает в суд на Немцова и Милова. Второй вопрос: почему так слабо идет подписка в защиту Бахминой, уже полгода идет и всего там сто тысяч.

Валерия Новодворская: Вы знаете, мы с вами, уважаемый слушатель, можем не увидеть этого самого дня. Как вы помните, Нюрнбергский процесс произошел после того, как армии союзников оккупировали Германию, до этого никто не собирался судить ни Гиммлера, ни Гитлера, ни Розенберга и никогда бы их не осудили, если бы Германия не была разбита в пух и прах, если бы рейхсканцелярия не погорела вместе с Гитлером. Я не вижу сейчас такой внешней силы, которая займется делами огромной страны, к тому же ядерной державы. Скорее всего нам предоставят пропадать, ибо мы не хотим свободы и никто не хочет нас спасать вопреки нашей собственной воли. Поэтому для того, чтобы кого-то куда-то посадить, надо, видимо, сначала посадить народ за парту, заставить его изучить свое прошлое, свое настоящее и сделать соответствующие выводы. Иначе это все может не только не случиться после нашей смерти, Россия может исчезнуть с карты мира, а это все еще не произойдет.
Очень многие государства тоталитарного склада, которые не сумели идти в ногу со временем, стали прахом и пылью, и их не осталось на географических картах, Ассирия, например, Вавилон, где они теперь. Ничего подобного нет. Поэтому, откровенно говоря, я не испытываю оптимизма. А народ, не заступающийся за Светлану Бахмину, не заступается за самого себя. Народ должен понять, что кризис заключается не в том, что их больше не кормит государство. Кризис начался тогда, когда к власти по воле народа на относительно свободных выборах пришел Владимир Путин. Вот в этот день начался кризис, потому что народ добровольно отрекся от своей свободы. Пока народ этого не поймет, кризис будет править бал и, возможно, народ прикончит.

Владимир Кара-Мурза: Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинской группы, настроена скептически.

Людмила Алексеева: Я не знаю механизмов принятия этих решений, но у меня впечатление такое, что все понимают, что дело ЮКОСа - это дело, затеянное, руководимое с самого верха и никто на себя не решается брать ответственность, на всякий случай отказывают. Непонятно, как будет вынесено это обвинение опять.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Смоленской области от радиослушательницы Людмилы Ивановны.

Слушательница: Я с удовольствием приветствую вас, Валерия. А вопрос у меня вот какой, маленькое пояснение. Прошу прощения за сумбурность, у меня всего полтора канала на ТВ, только информацию получаю от радиостанций каких-то. На сайтах, где ведутся подписи в защиту Бахминой, разные голоса. И наше руководство может выбирать как оно всегда делает то что им нравится. А вас я, Валерия Ильинична, попрошу вот о чем: не можете ли мне помочь, пояснить нашим вульгарным патриотам, что они перепутали слово родина и Россия с фамилиями наших руководителей и считают, что если их критикуют, то это значит плюют в лицо России?

Валерия Новодворская: Людмила Ивановна, это очень хороший вопрос и это вечный вопрос, его еще Чаадаев с Пушкиным решали и разрешить не смогли. Мы уже полтора столетия этот вопрос решаем. Полтора канала человеку здравомыслящему совершенно достаточно для того, чтобы сделать вывод о лживости, и о глупости, и о преступности нашей власти. В советское время был всего-навсего один канал, а Свободу поймать удавалось далеко не каждому и «Хроника текущих событий», увы, тоже не всем доставалось. Мне и вовсе не пришлось ничего этого увидеть, однако я к 18 годам просто по советской прессе и по советскому телевидению поняла, что дело наше табак, что так жить нельзя, и с этим багажом я пошла во Дворец съездов раскидывать листовки.
Наши ура-патриоты, они движимы византийской и ордынской традицией, которая выплеснулась за пределы России в августе прошлого года, Россия едва Грузию не завоевала, чуть не началась третья мировая война из-за того, что наши чекисты совершенно потеряли представление о реальной действительности и думали, что сойдет с рук. Это очень свойственно совкам и не только совкам, еще и холопам Иоанна Грозного отождествлять отечество то с царем, то с генсеком. От этого надо будет отказаться. Но как это сделать? Нужна независимость мышления, нужна гражданская гордость, гражданское достоинство, нужно ощущать себя индивидуумом, а не винтиком. Тот, кто найдет рецепт, не одну нобелевскую получит премию, а сразу десять.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Петра.

Слушатель: Добрый вечер. В понедельник господин Познер интервьюировал Гайдара, и там отметили существенные особенности богатства наших олигархов, миллиардеров. Валерия Ильинична, наверное, в таком положении как Бахмина в тюрьмах находится примерно сто, а может больше женщин. Что вы можете сказать об их судьбах и предпринимаете ли вы какие-то усилия, чтобы всех или наказывали равным образом или выпускали?

Валерия Новодворская: Вы знаете, усилия такого рода предпринимает глава комитета «За права человека» Лев Пономарев. Они занимаются этой конкретикой. Демократический союз заснимется политическими заключенными. Светлана Бахмина, она не просто жертва произвола, произвола у нас полно, на всех хватит. Светлана Бахмина жертва политического произвола. Она имеет право считаться политзаключенной, потому что отвечает за недоносительство. Вот поэтому мы ей занимаемся. Разумеется, у нас безумно жестокое законодательство. Конечно, никакой охраны материнства и детства. Конечно, людей бросают в тюрьму за любой пустяк. Конечно, большая часть женщин, да и мужчин, которые сидят в нашей стране, они бы вообще не сидели в цивилизованных странах Запада, кого-то бы оштрафовали, а кого-то вообще не стали бы судить. Это доказывает, что 80% дел, принятых к рассмотрению в Страсбурге, российское государство проигрывает. У нас страна произвола.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Татарстана от радиослушателя Нияза.

Слушатель: Здравствуйте. Почему демократ Лукин, уполномоченный по правам человека, почему он никак не реагирует, попустительствует?

Валерия Новодворская: Потому что демократ Лукин функционер государства. Омбудсмен у нас был независимый, когда эту должность занимал Сергей Адамович Ковалев, диссидент, правозащитник, бывший политзаключенный. С тех пор, как Государственная дума выкинула его с этого места и назначила коммуниста, а потом и Лукина, Лукин иногда кое-что делает только тихо, без оргвыводов. Он функционер государства, он, я думаю, испытывает по отношению к этому государству мало теплых чувств, но он боится. Я думаю, что его также выгонят с этого места, как выгнали Сергея Адамовича Ковалева, и поэтому он не говорит всей правды, которую вы сейчас слышали от Аллы Гербер, вы ее слышали от Елены Георгиевны Боннэр.
Я думаю, что членство в «Яблоке» не способствовало особенно яркой и антисоветской общественной позиции. Ведь на ваш глазах «Яблоко» согласилось в городской думе Москвы проголосовать за мэра Лужкова, который просто по определению не мог быть мэром, ибо не избирался в последний раз на эту должность, а был назначен. То есть если «Яблоко» подписалось под отменой федерализма, под отменой губернаторских выборов, оно в этот день перестало быть демократической организацией, а в других организациях господин Лукин никогда не состоял.

Владимир Кара-Мурза: Справедливости ради хочу сказать, что Олег Миронов никогда не оказывается участвовать в передачах по делу ЮКОСа, всегда выступает в защиту политзаключенных. А Владимир Петрович Лукин, насколько мне помнится, выступал по делу Бахминой. Надеюсь, его позиция сохранилась и до сих пор. Слушаем вопрос из Тулы от радиослушателя Николая.

Слушатель: Добрый вечер. У меня вопрос к Валерии Новодворской. По-моему, у Наума Коржавина есть строки: «Я устал от 20 века, от его окровавленных век. И не надо мне прав человека, я давно уже не человек». Вот весь путинский режим основан на том, чтобы лишить человека всего человеческого и всей человечности. То есть граждан России превратить в электорат, а потом на этом основании заявить, что Россия не доросла до демократии, что прав человека россиянам не нужно, потому что они вообще не люди еще. Вы согласны с этим?

Валерия Новодворская: Направленность деятельности наших чекистов, она очевидна с 18 года, и в этом отношении Владимир Владимирович Путин достойный наследник и Дзержинского, и Менжинского, и всех остальных. Но я бы не стала так обелять народ, я хочу вам напомнить Брехта после Наума Коржавина: «Идут бараны и бьют в барабаны. Шкуру на них дают сами бараны». Народ никто силой не принуждал ни избирать Путина, ни отказываться от своего гимна, ни требовать, чтобы Россия встала с колен на четвереньки и полезла на дерево. Путин выполняет заказ народа, заказ на реставрацию советского режима, на реставрацию империализма, на реставрацию элементом сталинизма. Захотелось сапог полизать. Путин, безусловно, виноват и, надеюсь, ответит на этом свете и на том, но больше всего виноват народ, который этого Путина заказал и получил.

Владимир Кара-Мурза: Марина Литвинович, член бюро Объединенного гражданского фронта, надеется на лучшее.

Марина Литвинович: То решение суда, которое будет в Москве приниматься, на него последняя надежда, что суд наконец-то примет законное решение и ее освободит по условно-досрочному освобождению. Мы же не можем сказать, что президент может позвонить в суд Преображенский и сказать - освободите Бахмину, такого в общем-то быть не может. Конечно, есть общественная атмосфера вокруг этого и какие-то сигналы. Многие люди высказываются, что этот суд не славится своей беспристрастностью, к сожалению, он относится к категории басманных, то есть судов, которые имеют за собой практику принятия не совсем правосудных решений. Поэтому если в этом случае суд примет правосудное решение - это будет очень приятно и неожиданно, потому что в наше время ожидать этого с каждым днем все сложнее и сложнее.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Николая.

Слушатель: Доброй ночи. Как вы считаете, стоит ли гипотетический дракон на трех китах, на тех трех китах, которые убили очень много людей и причастны, видимо, к смерти Щекочихина. Путин заказал самых лучших следователей, чтобы они что-то сделали, но они, по-моему, ничего не делают. Почему Путин не боится этих трех китов, а так боится беззащитную женщину?

Валерия Новодворская: Потому что Путин имеет у себя на столе опросы общественного мнения. И от Кремля недалеко до Васильевского спуска, где недавно законченные холопы отплясывали на митинге в поддержку антикризисных мер правительства, чего вообще никогда на Земном шаре не было, разве что в Северной Корее. Путин уже однажды ответил Борису Немцову, который принес ему, напоминаю мнение Аллы Гербер о том, что лучшие люди страны высказались за освобождение Светланы Бахминой. А сколько у нас лучших людей страны? Когда Борис Немцов принес подписи лучших людей страны против изменения народного гимна по музыке Глинки на советский гимн, там, кажется, было 10 тысяч, Путин ему ответил, что здесь 10 тысяч, а за изменение гимна миллионы. Какая страна, такая и музыка. То есть пока Путина поддерживают миллионы, он будет спать очень спокойно и никаких трех китов он не убоится. Кротость узника есть украшение темницы. Россия сама захотела себя превратить в темницу и народ даже не делает попытки к бегству, хотя только от него зависит выйти из этой темницы. Поэтому Путину пока не о чем беспокоиться.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Саратовской области от радиослушательницы Людмилы.

Слушательница: Добрый вечер. В православном каноническом сборнике 14 века приведет закон: «В первый день Пасхи должны быть освобождены все заключенные, кроме святотатя, прелюбодея, похитителя дев, гробокопателя, чародея».

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, Валерия Ильинична, может ли Преображенский суд Москвы приурочить освобождение Светланы Бахминой к какому-нибудь празднику, к инаугурации очередной?

Валерия Новодворская: Вы знаете, такие вещи, безусловно, были возможны в Киевской Руси, ибо задача киевских и вообще русских князей была сделать Русь святой, и тогда люди веровали в бога. Но, простите, после 70 лет советской власти они эту веру напрочь утратили вместе со всеми нравственными основами. И меньше всех веруют в бога президент Путин, которые, кажется, все церкви выходил и всюду свечки ставил. Не понимаю, почему его гром не разразил вместе с молнией, пока он занимался этими лицемерными мероприятиями. Они не веруют в бога и, естественно, они его не боятся, не боятся ответственности ни на этом свете, ни на том. На том они зря не боятся, потому что как христианка я могу сказать, что они сильно рискуют, но об этом они узнают только потом.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, остаются ли судьбы Светлана Бахминой, Василия Алексаняна разменной монетой в начавшемся деле ЮКОСа?

Валерия Новодворская: Что на что и кого на кого они будут менять. Дикая, безумная наглость людей, которые, правя страной, ввергнутой ими в безысходный кризис, потому что экономики у нет, а сырье сильно упало в цене и стране просто нечем будет жить через несколько месяцев, вместо того, чтобы искать какие-то пути для спасения экономики, они находят себе досуг и занятие в том, чтобы дать 22 года Платону Лебедеву и Михаилу Ходорковскому. То есть вот, чем они занимаются в преддверии полного экономического краха. Поэтому, я думаю, что они окончательно обезумили от безнаказанности и поверят в то, что есть ответственность, не прежде, чем с ними случится то, что случилось когда-то с Чаушеску и с Милошевичем.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, развеяло возвобновившееся дело ЮКОСа иллюзии о либерализации российского политического строя?

Валерия Новодворская: Да я вообще не могу понять, какой грамотный человек мог поверить в медведевскую оттепель, если первое по сути дела крупное мероприятие Медведева - это было горячее одобрение и озвучивание совершенно безумной грузинской войны. Если послушать, что говорит президент Медведев - это волосы дыбом станут на голове. Если он даже Светлану Бахмину не помиловал, я не говорю про список, который ему подавали правозащитники с Львом Пономаревым во главе на 16 фамилий политзаключенных, о какой оттепели можно говорить. Мороз, пурга, метель и прокурор Медведь.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG