Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Перспективы российско-американских отношений


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие московский политолог Андрей Пионтковский.

Андрей Шарый: Сейчас в прямом эфире программы "Время Свободы" известный московский политолог, сейчас приглашенный профессор Гудзоновского института в Вашингтоне Андрей Пионтковский по телефону из Соединенных Штатов.
Андрей Андреевич, добрый вечер! Мы с вами не раз уже говорили о том, чего ожидать от российско-американских отношений на их новом этапе. Изменилась ли ваша точка зрения по событиям последних недель или последних дней?

Андрей Пионтковский: Нет, я полагаю, что американцев ждет большое разочарование. Сейчас здесь, в Вашингтоне, превалирует такое настроение – нам очень нужна помощь русских в Афганистане и Иране, но мы тоже что-то должны дать в ответ. Это не проговаривается прямо, но подразумевается в какой-то степени согласиться с последней концепцией Кремля о зонах привилегированного влияния на постсоветском пространстве, да и не только в постсоветском пространстве. Но дело в том, что по Ирану, например, заявления сторон абсолютно расходятся. Вы только что говорили о поставках ракет С-300. Это же хорошо продуманный провокационный шаг в отношении Израиля. Дело в том, что после того, как эти высокоэффективные системы будут установлены, авиационный удар Израиля по комплексу обогащения ураном становится невозможным. А для Израиля атомные бомбы – это экзистенциальный вопрос. По существу Израиль будет вынужден нанести этот удар в ближайшее время. Собственно, в этом и стратегия Кремля, это то, в чем он сейчас отчаянно нуждается, потому что такой сценарий, по крайней мере, в краткосрочном плане вызовет резкое повышение цен на нефть.

Андрей Шарый: Вы знаете, Андрей Андреевич, я довольно внимательно слежу за развитием ситуации вокруг вот этих элементов системы противоракетной обороны, в том числе, потому что Радио Свобода находится в Чехии. Вот эти заявления ежедневные и чешских политиков, и последнее заявление Хиллари Клинтон говорят о том, что все-таки США не оставили этот план – размещение радаров в Чехии и ракет в Польше. Как вы считаете, как с этим будет дело развиваться?

Андрей Пионтковский: Вы знаете, они на риторическом плане – да, не оставляют его, потому что это было бы просто… Они бы поставили правительства своих союзников в совершенно идиотское положение. Но, вообще, это старый спор демократов и республиканцев – отношение к ПРО, и не только этих систем, но в принципе о философии ПРО. Демократы всегда были очень скептически в отношении этих планов. Поэтому в практическом плане этот вопрос на ближайшие годы закрыли. Кроме того, все военные специалисты, в том числе и российские военные специалисты (генерал Дворкин, генерал Есин), они прекрасно понимают, что это десять перехватчиков, которые никакой угрозы российскому потенциалу ядерного сдерживания не несут. Поэтому это тоже специально такой акцентированный конфликт для представления американцев как страшного врага, пытающегося лишить нас нашего ядерного потенциала.

Андрей Шарый: Вы упомянули сейчас о том, что эти ракеты С-300 это своего рода ловушка, которые готовятся при российском участии иранским руководством. Как вы думаете, российская дипломатия способна планировать такого рода развития ситуации? Иными словами, это умышленная политика или просто так получается?

Андрей Пионтковский: Нет, это сознательная политика в течение многих лет. Мы ее наблюдаем. Ведь что делает российская дипломатия? Она торпедирует, точнее, выхолащивает любую резолюцию о, более или менее, серьезных санкциях в Совете Безопасности. Есть только два пути остановить ядерные проекты Ирана – очень серьезные санкции, ударяющие по правящим муллам, или удар по ядерным комплексам. Россия своей политикой оставляет Западу, а точнее – Израилю, потому что Америка уже по целому ряду политических причин не способна на этот сценарий, оставляет только один выход – удар, который во многих отношениях будет выгоден для Москвы. Во-первых, нам действительно не нужно ядерное оружие Ирана, между прочим, Иран (единственное государство, имеющее к нам официальные территориальные претензии). Затем вся ненависть, негодование мусульманского и арабского мира будет направлена против США и Израиль, что тоже неплохо. И самое главное – это, конечно, импорт нефти будет на какое-то время приостановлен с Ближнего Востока, и цены резко возрастут.

Андрей Шарый: Андрей Андреевич, понятно, что сейчас руководители внешнеполитических ведомств, как говорят дипломаты, готовят встречу двух президентов. Понятно, что на таком прохладном фоне отношений встречаться трудно. И вот в апреле встретятся молодой президент Барак Обама, молодой президент Дмитрий Медведев. Один – высокий баскетболист, другой – не очень высокий штангист, но, тем не менее, молодые, достаточно симпатичные люди. С чисто такой пропагандистской точки зрения, каждый из них заинтересован, чтобы встреча получилась удачной. Может ли последовать что-либо, кроме этого пропагандистского эффекта от встречи?

Андрей Пионтковский: Скорее всего, они договорятся о возобновлении переговоров по сокращению стратегических ядерных вооружений. Москва тоже давно настаивала на заключении такого юридически обязывающего договора. Администрация Обамы, в отличие от Буша, на это согласна. Я думаю, что это будет зафиксировано и представлено, как определенная победа российской дипломатии. Но есть другой очень серьезный фактор внутренней политики в России. Понимаете, на фоне глубокого экономического кризиса и растущего социального напряжения, путинский режим не может позволить себе такой роскоши – отказаться от такого замечательного врага, как Соединенные Штаты. Вот отвлечение внимания, о котором Путин говорил в Давосе, оно, прежде всего, относится к возможным сценарным разработкам Кремля.
XS
SM
MD
LG