Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ввела ли в заблуждение присяжных информация, содержавшаяся на презентационном диске по делу об убийстве Анны Политковской?



Владимир Кара-Мурза: Мнение о том, что обвинение сознательно дискредитировало обозревателя "Новой газеты" Анну Политковскую в ходе процесса по делу о ее убийстве и это могло оказать влияние на решение присяжных оправдать подсудимых, высказано сегодня в газете "Московский комсомолец" в статье "Убить мало", принадлежащей перу Вадима Речкалова. В его распоряжении оказалась видеопрезентация, подготовленная сотрудниками следственной группы специально для присяжных, где личность и деятельность Политковской была освещена исключительно в негативном ключе. Презентация считалась одним из важнейших аргументов обвинения. Когда находившийся экземпляр в суде был случайно утерян, в слушаниях был объявлен перерыв и следственный комитет прислал официальную копию. Так в презентации сообщалось о наличии у Политковской американского гражданства, отдельный слайд посвящен наградам Политковской и первым номером в списке идет несуществующая немецкая премия Вальтера Гамнюса "За гражданское мужество", при этом в списке не указаны полученные журналистской отечественные премии "Золотое перо России" и "Добрый поступок", "Доброе сердце". О том, могла ли ввести в заблуждение присяжных информация, содержащаяся на презентационном диске, мы говорим с автором журналистского расследования, обозревателем газеты "Московский комсомолец" Вадимом Речкаловым. В чем суть выводов вашей сегодняшней публикации?

Вадим Речкалов: Суть выводов вот какая. Следствие, следственная группа, которая расследовала убийство Анны Политковской, создала некий продукт под названием видеопрезентация, которая называется "Убийство Политковской А.С". И в начале этой видопрезентации сдержится несколько слайдов, в которых личность Политковской характеризуется, во-первых, отрицательно, то есть тенденциозно, с определенным явным подтекстом отрицательным и даже лживо, то, что сейчас рассказали. Я вот что хотел бы сказать, потому что многие на самом деле нормальные люди не понимают, что диск утерян и так далее. То, что у меня есть, то, что оказалось в моем распоряжении, на самом деле никакой не эксклюзив, этот документ гуляет по рукам, насколько я знаю, с декабря прошлого года. Тогда он был в широком пользовании у журналистов, потому что сразу у адвокатов появился, потом каким-то образом произошла утечка, и его видели очень многие, это не какой-то эксклюзив. Почему люди просто не обратили внимание, даже профессионалы на первые слайды. Когда потерялся диск, там действительно не обвинение виновато, я не знаю, кто виноват, ничего не стоило сделать копию с какой-нибудь из копий адвоката. Но это же суд, копия с копии не имеет такой процессуальной силы. Для уголовного дела нужна была официальная копия только из следственного комитета. И вот эту копию сделали и опять положили в дело. Но это видиопрезентация для журналистов общедоступна, я просто обратил внимание на ее начало и как это все подано. И могу сделать вот какой вывод. Это видеопрезентация намеренно дискредитировала жертву, и цель человека, который подбирал эти тексты для видеопрезентации, можно сформулировать так, чтобы у присяжных возникло ощущение, что Политковская не такая безгрешная и может за дело ее убили. Я, конечно, утрирую, но факты говорят о том, что такая цель могла стоять у человека.

Владимир Кара-Мурза: Анна Ставицкая, адвокат семьи Политковской, уточняет ситуацию.

Анна Ставицкая: Действительно эта презентация представлялась присяжным, но без тех обстоятельств, о которых пишет в своей статье господин Речкалов. Поэтому присяжные не видели то, что указано в презентации относительно личности Анны Политковской. Более того, я думаю, что даже если они это увидели, то не думается, что наличие гражданства Америки у Анны Политковской каким-то образом дискредитировало в глазах присяжных. Но дело в том, что в самом начале судебного заседания обе стороны, и защита, и сторона обвинения сошлись на том, что эти сведения не имеют никакого отношения к делу, поэтому они не будут представляться присяжным и присяжным показывали презентацию, но без этих сведений.

Вадим Речкалов: У меня есть информация из зала суда. Человек, который присутствовал в зале суда, он был не присяжным, не участником процесса, он был журналист, он не видел презентации полностью не читал моей статьи. Я заранее его спросил: видел ты презентацию? Да, видел издалека. Расскажи мне, потому что нам не показывали, показывали присяжным. Расскажи мне, что ты запомнил из начала, что там в начале есть? Фотография в очках. Я говорю: хорошо, дальше что? Паспорт американский. Даже издалека человек увидел американский паспорт. Нет стопроцентной гарантии о том, что эти первые слайды не показывались присяжным, я думаю, дать никто не может, если этот человек случайный видел. А потом есть такой момент, а какая разница, если присяжные этого не видели? Мои все стрелы направлены на следственный комитет на следственную группу, которая подготовила такую презентацию. Потому что по тому, какую презентацию подготовила для суда, можно судить и о самом качестве расследования. Если тенденциозная презентация, то почему я должен верить, что следствие не было тенденциозным? Если в перечне премий первой стоит вымышленная премия некоей Аллы Поллитровской из художественной книжки, то почему я должен верить биллингам. Если у следователей, допустим, тысяча имен и фамилий людей, звонивших в этой зоне, то почему я должен верить, что, скажем так, вычислили всех подозреваемых по биллингу, а может быть они просто отбирали людей для начала с нерусскими фамилиями, там индус попал под подозрение. Может быть они всех Ивановых, Петровых отсеивали, а обращали внимание только на Джабраилов и Махмудовых. Если такая презентация, то может и все остальное так слеплено? Поэтому скандал главный даже не в том, видели это присяжные или нет. Скандал главный в том, что следствие подготовило именно такой материал – это достаточно.

Владимир Кара-Мурза: Бывший советский политзаключенный Александр Подрабинек, главный редактора правозащитного агентства "Прима-Ньюс", сразу вспомнил почерк прокуратуры.

Александр Подрабинек: Когда я прочитал публикацию Вадима Речкалова, то по первому впечатлению я не сильно удивился, потому что совершенно понятно, что обвинение для того, чтобы выгородить преступников, они делают заведомо проигрышные дела, предоставляют их в суд, суд потом преступников оправдывает. Но с другой стороны, когда я узнал, что на самом деле эти документы на суде представлены не были, то пафос публикации Речкалова меняется, по-моему, на противоположный. Потому что обвинение по каким-либо причинам или без причин отказались от дискредитации Политковской в суде, то тогда зачем это делает Вадим Речкалов в "Московском комсомольце". Это вопрос, который требует ответа.
Вадим Речкалов: Я хочу Александру ответить, я отношусь к нему с очень большим уважением, я знаю, что он понимает, о чем говорит. Но скажите мне, вот почему не подлежит сомнению заявление адвокатов о том, что присяжные эту презентацию не видели? У меня точно такой информации нет. Но даже если бы она была, я повторяю, что сам факт подготовки такой презентации следственной группой, не каким-то нанятым пиар-агентством, а следственной группой свидетельствует о тенденциозности следствия. И второе, повторяю, нет достоверной информации о том, что присяжные ее не видели. Мои источники, мои знакомые, которые сидели в зале, утверждали, что они паспорт видели, еще не глядя на презентацию.
Еще меня вот что забавляет, скажем так. Я случайно, если честно, отрыл такой скандал, который дискредитирует нашу генеральную прокуратуру, следственный комитет и следствие по делу Политковской. Я отрыл на самом деле страшнейшие факты, потому что эта подпись ради этой книжицы - за пределами добра и зла. И вместо того мои вроде бы коллеги и люди, взгляды которых я разделяю, люди, которые позиционируют себя как сторонники свободного, демократического государства. Вместо того, чтобы, уцепившись за этот скандал, все-таки вытрясти из прокуратуры все, выяснить, задать вопросы, может быть постараться, чтобы сместили и закончилась эта война СКП и генеральной прокуратуры, чтобы перетрясти эту власть и выразить свой протест, использовать скандал как шанс задать вопросы власти, как-то рабски, хитро, кто по-арестантски, кто по-интеллигентски начинают выгораживать следователей, ментов, как выражается Юлия Латынина и этих представителей нашей диктатуры, нашего авторитарного государства, как это принято в их кругах. Вот вам шанс задать вопросы власти. Нет, вы будете их выгораживать. Это рабская психология, о чем тут говорить, зачем я это написал?

Владимир Кара-Мурза: Юлия Латынина, обозреватель "Новой газеты" и "Эхо Москвы", рада возобновлению дискуссии.

Юлия Латынина: Я ужасно рада, что это вылезло, потому что таких вещей следствие делать не должно. Более того, замечательные истории про Политковскую, которая получила несуществующую премию, они были переданы следствием целиком в публикации "Комсомолки" на эту тему. Но очень важно следующее понимать, что, во-первых, это никогда не показывалось присяжным. Это такая внутренняя ахинея, которая использовалась для морочания головы Чайки в 2006 году, когда начальство велело доказать, что Политковскую убил Березовский. Сейчас, когда это выплыло в статье Речкалова, очевидно совершенно, кто спер эту презентацию, очевидно зачем. Сначала, чтобы не приняли доказательства в расчет, а теперь, чтобы на стадии кассации труднее было опротестовать приговор.

Вадим Речкалов: Я не буду отвечать Юлии Латыниной, потому что она не соответствует тому уровню, с которым можно полемизировать, она даже перепутала все источники. Я скажу другое: никто ее спер, она есть у всех ваших знакомых, у моих знакомых, я видел копий пять на самом деле. Одну копию я увидел случайно на компьютере моего знакомого вот эту презентацию: ну-ка скачай мне. Меня просто поразил Вальтер Гамнюс. Он мне скачал. После этого я пошел еще к одной группе людей, у которых это могло быть, и там я скачал и сравнил. Все сходится. После этого я пошел к третьим людям и сказал: есть у вас презентация? Да. Можно посмотреть? Мне показали. Все сходится. После этого я позвонил в следствие и сказал: презентация у меня такая и начал обиняком выяснять про паспорт. В чем твой вопрос? Спросили меня. Я говорю в том, что на второй странице пропаганда с паспортом американским. Ну, говорят, дальше что? Я говорю: на третьей странице несуществующая премия. Знаете о ней? Да, знаем. Кто это готовил? Это готовили мы, - ответили мне в следствии. Я не хочу назвать человека, чтобы не делать его крайним. Комментариев никаких мне давать не стали. Я выяснил, что эти копии не фальшивка и что это одна редакция. Важно было проверить по трем, по четырем источникам, нет ли второй редакции, потому что выглядел бы я глупо. Статья висит в интернете и в бумаге вышла сутки, если бы это была фальшивка, давно бы опровергли. И заявлять о том, что присяжные ее не видели, у вас нет доказательств – раз.
Второе: даже если присяжные ее каким-то образом не увидели, но следствие подготовило - это достаточный повод для того, чтобы разгонять следственную группу. Они же, понимаете, что творят мои оппоненты: они с самого начала пошли на сделку со следствием, якобы будем вместе расследовать, а потом естественно взаимные обязательства перед следствием, у следствия обязательств нет, а у них перед следствием есть, и теперь они не могут плохо сказать про следствие, потому что они с ним работают. Не надо работать со следствием, работайте сами. Если у вас с декабря презентация валяется, никто не заметил, что вы за работники такие.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Теймураза Александровича.

Слушатель: Добрый вечер. За месяц до убийства я разговаривал по телефону с Анной Политковской, задал ей вопрос. Я говорю: как вы смотрите на то, что ФСБ спровоцировало Беслан? Она тоже, как вчера Юлия Латынина, она не верит, что это спецслужбы сделали. Если, говорит, это спецслужбы сделали, то в принципе в этой стране жить нельзя. То, что следствие, мы все знаем, что они фальсифицируют и прочее. Вы помните, когда в Беслан хотела полететь, она говорила, что за ней три мордоворота, в самолете ее отравили. Я даже не сомневаюсь, что это дело рук спецслужб. И самое главное, пока Путин у власти, мы никогда не узнаем ни Анны Политковской убийцу, ни Щекочихина, ни Юшенкова.

Владимир Кара-Мурза: Отражено в презентации это событие, что она летела в Беслан и попала в больницу в Ростове?

Вадим Речкалов: Отражено. И отражено мимоходом и так двусмысленно, я бы сказал. Сейчас прочитаю цитату, чтобы было понятно, в каком тоне говорится. "В сентябре 2004 года во время трагических событий в бесланской школе Анну Политковскую пытались отравить на борту самолета по пути в Беслан. Это Политковская охарактеризовала как "устранение с поля с целью не дать осуществить собственный план урегулирования ситуации". То есть "участвовала в переговорах с чеченскими террористами, захватившими семьсот заложников в театральном центре в Москве". Понимаете, вот что мне не нравится: это Политковская охарактеризовала как устранение с поля. То есть это она так считает, ее мнение, может она и ошибается. Я понимаю, меня могут обвинить то, что я передергиваю. Но этот текст весь состоит из передергиваний.
Я написал, что не указана премия "Золотое перо", мне тут же говорят: ты врешь, потому что на первой странице золотое перо указано. На первой странице очень много текста и "Золотое перо" просто указано между прочим. А специальная страница, где перечислены премии, вся сплошь состоит, во-первых, шрифт крупнее и тут никаких "Золотых перьев". Тут есть Берлин, несуществующая, премия Сахарова, написано, что учреждена Питером Винсом, чтобы тоже знали, что это какой-то еврей или немец, фашист, премия Артема Боровика, учреждена телекомпанией CBS, хотя премий Боровика две и российскую премию, учрежденную фондом Боровика Артема, Анна Политковская тоже получала, но ее тут нет, тут только CBS. Вот что мне нравится, вот этого не было нигде, ни в каких источниках, ни у какого Мальгина. Это креатив прокуратуры. Премия «Произвол в законе», учрежденная организацией "Открытая Россия" (председатель Михаил Ходорковский). Кто такой Ходорковский? Арестант, зэк, ворюга, как же не упомянуть. Вот этого у Мальгина не было, это чисто их креатив.
Тут больше всего возмущает, я пытаюсь вот этой публикацией натравить общество на власть, гражданское общество, чтобы общество спросило у власти за это. А вместо этого то общество, к которому я хотел апеллировать, на которое я рассчитывал, оно начинает ругать меня, говорить, что все было не так, они даже не показывали и оправдывать эту власть. Это говорят, не просто граждане с улицы, это говорят журналисты, это говорят те, на кого я рассчитывал. Я могу быть какой угодно, я могу быть подонок последний, тут вообще меня мало, тут есть презентация, я мог вообще ничего не писать. Бог с ней, с моей репутацией, моя репутация года три как не интересует вообще. Но с такими циниками, под властью таких циников, которые способны сделать такую видеопрезентацию, жить стыдно, противно, это вообще не уровень, какая-то глухая провинция с совершенно бессовестными жлобами. Я позвонил большому человеку в следственный комитет, он сразу, не зная меня, разговаривал со мной ты. С чего бы это вдруг? Я представился. "А, чего тебе надо?". И это везде так.

Владимир Кара-Мурза: Сергей Соколов, заместитель главного редактора "Новой газеты", видит в происходящем продолжение конфликта.

Сергей Соколов: Конечно, не могло повлиять, потому что эту часть презентации присяжным не показывали. Я только знаю, что попытки каким-то образом опорочить имя Политковской бессмысленны, потому что человек был честнейший. И какая-то презентация в самом начале расследования пыталась проводиться по этому поводу, но на стадии судебного следствия эта часть презентации не была показана присяжным. Скорее всего задуманная провокация, которая не удалась в суде, вот она теперь вылезает таким образом на страницы средств массовой информации.

Вадим Речкалов: Без комментариев.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Владимира Александровича, радиослушателя из Междуреченска.

Слушатель: Здравствуйте. При расставленных заранее, имплантированных в коллегию присяжных, если заказчики убийства такое сделали, ввели в коллегию присяжных своих людей, то видеопрезентация, конечно, могла сыграть значительную роль в этом деле.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Екатеринбурга от радиослушателя Павла.

Слушатель: Добрый вечер, господа. Пока судебный процесс не будет настоящим образом документироваться разными средствами, записью или аудиозаписью, видеозаписью, как положено, тогда можно спорить о чем угодно. И заблуждения или нет, тут можно будет говорить много долго и бесплодно. Я как правозащитник не раз был в суде, я ни разу не видел нормально оформленных документов. Если они будут, споров не будет. Там должны быть однозначные толкования. С документами, которые должны оформляться нормально и оформлялись, я имел дело, работая в серьезных фирмах.

Владимир Кара-Мурза:
Должны присяжные расписываться за те документы, с которыми они ознакомлены? Можно документально установить, видели они презентацию?

Вадим Речкалов: Я не знаю. Во-первых, я принципиально никогда не разговариваю с ни адвокатами, только в исключительных случаях, ни с присяжными, ни с обвинителями. То есть потому что они все как дипломаты, у них у всех есть определенные рамки, за которые они выйти не могут. Поэтому я использую только как источник информации для того, чтобы получить что-то из дела непосредственно документы. Более того, я считаю некорректным обращаться к присяжным, потому что их попросили принять решение, рисковать здоровьем, жизнью может быть, сидя на таком важном процессе. А тут я приду и начну спрашивать, видели вы или не видели. Не пойду я у них спрашивать. Они заслужили после такого процесса, чтобы их оставили в покое.
У меня есть документ, подготовленный следствием для присяжных, какого рожна еще нужно. У меня есть свидетельства неофициальные о том, что этот документ в зале демонстрировался, именно эти страницы. Господа Соколов, Латынина и прочие говорят бездоказательно, что это не демонстрировалось присяжным. Но даже если они раздобудут документ официальный, что это не демонстрировалось, пафос мой не изменится, отнюдь. Я говорю о качестве следствия. Я недаром говорю о том, что если тенденциозная презентация, почему мы должны считать, что биллинг не тенденциозный? Все тенденциозное значит. Это качество следствия, когда люди не могут черное от белого отличить. Убийцу Анны Политковской найти не могут, потому что ищут убийц выдуманной Мальгиным Аллы Поллитровской. И не найдут, нет потому что такого персонажа, как Алла Политтровская, только в воспаленном мозгу господина Мальгина.

Владимир Кара-Мурза: Бывший депутат Государственной думы Константин Боровой, бывший главный редактор журнала "Америка", считает случившееся частью пропагандистской кампании.

Константин Боровой: Я скорее склонен верить в то, что Политковскую дискредитировали в такой степени, что уголовники становятся невиновными. Это, кстати, не первый случаев, очень много примеров, когда пропагандистская националистическая кампания вносит совершенную сумятицу в мозги, я бы сказал, не российского, а именно советского человека. Достаточно мощная пропагандистская кампания, которая сейчас проходит, она ориентирует граждан на противостояние Западом, противостояние шпионской деятельности, других форм прозападной деятельности, слава богу, не демократии вообще. Это вполне естественно, что такие данные могут быть дискредитирующим обстоятельством при рассмотрении любого уголовного дела.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Николая.

Слушатель: Добрый вечер. Там я заметил, помимо паспорта еще приводилась и присяга американская, где сказано, что я отрекаюсь от других гражданств, работаю только на пользу этого государства, отрекаюсь от любых и прочих. Упущение то, что не привели, какой конфессии была Анна Степановна. Но ее девичья фамилия, вот еще преткновение. Для любого русского патриота фамилия Мазепа - это ее девичья фамилия, конечно, сразу же подтверждает, что она виновная. Присяжный Колесов сказал, так я понял из выступления на "Эхо Москвы", что там были специальные присяжные, и не все присяжные подписали очевидные вещи для того, чтобы суд был открыт.

Владимир Кара-Мурза:
Я видел у вас цитату из выступления президента Путина, которое сделано по свежим следам убийства. Она в каком контексте приведена?

Вадим Речкалов: Она приведена как маяк путеводный. Это полностью переведенный с немецкого ответ Путина в Германии телеканалу АРД, звучит это так: "Ее убийство для страны, для России, для российского руководства наносит гораздо больший ущерб, чем ее публикации. Это очевидно признают все эксперты, объективные эксперты, в том числе из журналистских кругов. Я еще раз повторяю, кто бы за этим ни стоял, они должны быть найдены, изобличены и наказаны. Мы сделаем все, чтобы достичь этой цели". Такая цитата формальная. Тут главное то, что для России, для российского руководства идет через запятую, хотя это не одно и то же. Я мало кого из российского руководства искренне уважал давно уже, тем не менее, к России отношение одно и то же с детства. И вот тут ссылка на объективных экспертов из журналистских кругов. Вы послушайте специалистов - плохие заметки. Трудно комментировать, потому что путанная, но инстинктивно, на уровне чувств все поняли, о чем он сказал. Вот этой одной фразы достаточно для того, чтобы спросить с власти. Эта вся презентация развивает всю фразу.
Почему там Мазепы нет? Случайное упущение, наверное. Потому что по идее должна была появиться. Это суть презентации, вот эта цитата Путина. И заметьте, все от размера шрифта зависит. Самый крупный шрифт в этой презентации - это именно Путин. Поменьше шрифт - это ее премии иностранные, еще чуть поменьше, но с большой фотографией - это ее американское гражданство, ради которого она отказалась от России. А что касается "Золотого пера", и где она работал, и "Журналистка как поступок", и то, что в Беслан она ездила - это самым мелким шрифтом из четырех. И если это не учитывать, то нельзя понять, о чем мы вообще говорим. Очевидно дискредитирующий документ. Я не знаю, какие-то фотографии в неглиже должны быть представлены, чтобы народ понял, что это плохой документ, что это вредный документ, что это подлый документ.

Владимир Кара-Мурза: Валерия Новодворская, лидер Демократического союза, анализирует модели поведения присяжных в резонансных процессах.

Валерия Новодворская: Анна Политковская получала премии, но я думаю, что присяжные руководствовались не этим. Очень многих обвиняемых по громким делам присяжные освобождают, потому что не умеют проводить следствие, не могут получить доказательства, не могут убедить присяжных. Телефонное право. Где речь идет о том, чтобы воздать должно за убийства врага тоталитаризма, власть нисколько не озабочена, чтобы найти виновных. Тем более, что речь шла не о том, чтобы найти исполнителей, а в том, чтобы указать на заказчиков. А заказчики убийства очень высоко и далеко, поближе к кремлевским звездам.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Тулы от радиослушателя Николая.

Слушатель: Добрый вечер. У меня вопрос гостю Владимира. Известно, что для создания положительного имиджа собственного режима правительство Путина за границей тратит десятки миллиардов долларов на пропаганду. А тут появляется талантливый честный журналист Анна Политковская и вся путинская пропаганда летит или к черту или насмарку идет. Вот в таком случае можно ли надеяться, что расследование убийства Анны Политковской будет чем-либо иным при этом режиме, кроме как имитация расследования. Тем более, что проводилось заранее по методу: следствие закончено, забудьте.

Вадим Речкалов: Да, просто слушатель развил цитату Путина. Вот это все из того ответа Путина вытекает, все корни оттуда и презентация оттуда.

Владимир Кара-Мурза: Еще тут нет слов, что она не пользовалась никакой популярностью в стране, что это невлиятельная газета, тоже где-то сказал в те же дни.

Вадим Речкалов: Тогда бы был шрифт мелкий, никто бы не увидел. Им нужно было фразу, что наносит гораздо больший ущерб, чем ее публикации. Там же тоже не семи пядей во лбу. Дискредитируют, как могут. Они бы если бы умели лучше, они был лучше дискредитировали.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Сергея Ивановича.

Слушатель: Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, меня что сильно потрясло в этой статье - текст клятвы про принятие гражданства. Скажите, это действительно настоящий текст, действительно человек дает такую клятву?

Вадим Речкалов: Я насколько знаю, просто в интернете этот вопрос постоянно возникал, там даже английский вариант этой клятвы есть, говорили, что да, переведено правильно. Понимаете, клятву дают. Давала ли Политковская и в какой форме это как представлять. Потому что некоторые люди, которые имеют американское гражданство, говорят, что просто клерк читает, а мы повторяем. Можно и промолчать и не повторять, никто над тобой не стоит.

Владимир Кара-Мурза: Некоторые в младенчестве получают, когда говорить не умеют.

Вадим Речкалов: Анна Степановна в сознательном возрасте получила. С чего вы взяли, что Анна Степановна Политковская является американской гражданкой? Вот кто вам сказал? Буш это говорил вроде, это говорили многие люди. Вы мне покажите презентацию, если бы она была профессиональной и нормальной, если бы хотели показать, что она американская гражданка. Для чего это обвинение, я не знаю. Возьмите паспорт американский Анны Степановны, откройте его, сфотографируйте и поставьте. Но тут еще такой момент. Клятва клятвой, формально есть такая клятва, давала ли ее Анна Степановна и в какой форме, в одиночку или в толпе, не знаю. Более того, по американским законам двойное гражданство не подразумевается. Но американцы закрывают глаза часто на это. И то, как подана видеопрезентация, это просто фашистский режим, который требует клятвы чуть ли не кровью. То, как происходит в жизни, это гораздо спокойнее и нет такого оголтелого отказа. А то, что написано, что американский журналист и вообще гражданин Америки не может писать о зверствах солдат в Ираке - это вообще бред. Откуда мы о зверствах солдат в Ираке узнали, от Леонтьева или от кого мы это узнали, от каких журналистов мы узнали? Только от американских узнаем. А кто фильмы эти снимает про убийства в Америке, кто эту власть американскую постоянно нагибает? Интеллигенция их американская, то, чем наша заниматься не хочет.
Я эстонскому журналисту показал эту презентацию, сказал, что это видеопрезентация. Он плохо понимает русский язык, но тут он понял: не может быть. Заметка выйдет дня через три, увидишь. Там будут слайды, все. Он был шоке. Человек, который плохо понимает по-русски, понял, что это подлость, что это просто скандал. Я говорю, что было бы в Эстонии, если бы такое было? У нас такое невозможно. Да ладно, давай представим. Он говорит: ничего бы страшного, генеральный прокурор подал в отставку и все. А у нас ведь что происходит? Генеральный прокурор, я его даже обвинить не могу, потому что следственный комитет подразделение генеральной прокуратуры, но Бастрыкин не подчиняется генеральному прокурору. Давайте хотя бы для начала заставим бастрыкину подчиняться генеральному прокурору, потому что сейчас обвинять Чайку в этой презентации некорректно, потому что он реально не может никак повлиять на Бастрыкина. Что у нас за страна такая, что защищать эту власть? Ее надо мочить, молотить (мочить - это плохое слово, Путин на меня повлиял, зомбировал). Ее надо молотить при каждом удобном случае для того, чтобы она боялась народа. А у нас народ только оправдывать ее научился, из любой позы может оправдывать. Другого нет, я сам такой.

Владимир Кара-Мурза: Адвокат Юрий Иванов, бывший депутат Государственной думы от КПРФ, член комиссии по расследованию событий в Беслане, считает, что скандал не изменил сути дела.

Юрий Иванов: Для меня этот факт, был какой-то диск у присяжных или его не было, соответствует действительности высказывание Речкалова или нет, он для меня существенного значения не имеет. Потому что о Политковской написано очень много и сказано вслух различными должностными лицами очень много гадостей и поэтому как бы любые присяжные могли читать и слушать, они же вне временного пространства находятся. Я могу сказать такую вещь как человек, который три года работал по кавказским проблемам, был член комиссии по Беслану, могу сказать: была она американской гражданкой, не была, она честнейший человек, она писала истинную правду. И даже мы, оппозиция, я был членом фракции КПРФ, я считаю, что мы не сделали десятой части того, что сделала она. Она выясняла истину, она защищала простых рядовых людей, а была она при этом правозащитницей, была американской гражданкой или нет, с моей точки, зрения существенного значения не имеет.

Вадим Речкалов: Вы знаете, огульные обвинения Путина, Медведева, нашей прокуратуры в том, что они душители свободы: вот мы живем в такой стране, тут под собой не чуя страны и прочее, далее по тексту - это так же беспомощно, так же ни на что не годится, так же глупо, как и, скажем так, поклонение Анне Степановне Политковской. То есть никто не хочет заниматься конкретным делом, все говорят, что Путин плохой, либо что Путин с Медведевым хороший или либо, что Политковская предательница и Мазепа или она святая. Это все болтовня. А презентация – это конкретный документ. Вот надо и работать от этого и требовать ответа за это, а не просто говорить, что мне все равно, была, не была, она сделал очень много. Она сделала, сделала, но она занималась конкретными Мурдаловыми, конкретными из «Норд-Оста» людьми. Люди просто болтают. Одни, короче, за Политковскую, другие против, но все это заканчивается пустой болтовней.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Санкт-Петербурга от радиослушателя Александра.

Слушатель: Вот видите, вы говорите, что одни за Политковскую, а другие против нее, значит народ у нас все-таки разный, а не такой, как вы говорите огульно, все такие, мол. По-моему, все, кто мало-мальски мог непредвзято наблюдать за судебным процессом, понимают, что подсудимые так или иначе причастны к убийству Анны Политковской. Просто наши следователи, как говорится, недоработали и этим воспользовались адвокаты. Я еще заметил, знаете, странную вещь, что чем отличается чеченцы, кавказцы и их защитники, что они никогда не признают виновными, даже если их схватили за руку. Мучить жертву, отрезать пальцы, резать горло - тут они мастера, а признать себя виновными слабаки.

Владимир Кара-Мурза: Мы в суть процесса не будем углубляться, признаем верховенство закона, просто сейчас подали кассацию.

Вадим Речкалов: Но даже следствие не говорило, что эти люди причастны к убийству непосредственно, являются исполнителями и так далее. Поэтому, если бы следствие сказало, что этот следил, а заказчик вот тот, мы пока поймать не можем, тогда нормально. Когда поймаете, работайте дальше. А когда нам говорят: вот этот вроде следил, а заказчика мы не назовем. Какое следствие? У нас нет картины преступления, которая в голове у следствия, либо потому, что нет и у следствия, либо потому что нам не говорят, потому что недостойны.
Кстати, я хотел ответить, правильное замечание сделали. Народ разный, потому что меня сегодня многие люди поддержали, даже те, с которыми у меня плохие отношения были. Многие звонили и звонили телевизионщики-профессионалы. Я просто не хочу их впутывать в это дело, не буду называть. Звонили и "Эхо Москвы" поддержало, проанонсировало, рассказало. Адвокат Барщевский, а для меня это большое значение, потому что господин Барщевский, будучи профессиональным адвокатом по уголовным делам, согласился с моими дилетантскими журналистскими выводами, касающимися отношения обвинения присяжных, это дорогого стоит, потому что он специалист. И конечно многие поддержали.
Вот я что хочу сказать спасибо кому - Павлу Гусеву, моему главному редактору. У нас нет, скажем так, структур, у нас люди хорошие, но для хороших людей нет инфраструктуры, где бы они могли проявить свое благородство, честность и так далее. Потому что Павел Гусев, он эту заметку поставил на первую полосу, сам прочитал, одобрил, в результате она появилась. Было бы побольше газет, и журналов, и каналов, где бы можно было хорошим людям, я не про себя говорю, где бы можно было все. Народ хороший, начальство плохое и этот народ не умеет формировать начальство. Слава богу, есть Гусев, огромное ему спасибо.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Олега.

Слушатель: Здравствуйте. Два вопроса. Во-первых, насколько характерно, что следствие по делу о заранее спланированном убийстве так подробно характеризует жертву? Это же не убийство в драке. Да хоть бомжихой она будь, это же не значит, что человеку надо в спину стрелять. А второе: там еще один эпизод с господином Паникаровым. Скажите, этого человека тоже пытались компрометировать, они же и по этому эпизоду оправдали.

Вадим Речкалов: Я не занимался Панкаровым, "Новая газета", они работают. По-моему, этот эпизод вообще выведен. Поэтому я не готов ответить. Преступник национальности не имеет. Я когда-то строчку придумал в одном материале: жертва национальности не имеет – вот что главное. Вы совершенно правильно говорите – бомжиха, журналистка. У нас что бомжиха, что журналистка, кто угодно, всех одинаково убивают, и все это достаточно цинично и весело. Как Путин сказал два года назад, дал направление, по этому направлению машина и едет, по этой колее. Достойные люди пытаются с этой машиной, вскочить на подножку, как-то ей помочь провести следствие. Но они забывают, что машина на колесах, а они на подножке. И никогда "Новой газете" не переломить прокуратуру на свою сторону. Прокуратура, государство всегда, не садись играть с чертом, вот и все.

Владимир Кара-Мурза: Как мы знаем, следствие продолжается. Как вы считаете, какие выводы оно должно сделать из этих промахов умышленных или не умышленных, допущенных в этой презентации?

Вадим Речкалов: Я думаю, что после такой презентации, просто даже того факта, что следствие, эта группа подготовила такую презентацию, даже независимо от того, насколько она успела ее показать присяжных, просто за сам факт такого креактива, эта следственная группа неспособна в дальнейшем расследовать это преступление, и я думаю, что в нормальной ситуации, при нормальном отношении к делу эту группу надо разгонять и набирать другую, и начинать все с начала. На самом деле не так много потеряно. Даже если эти люди, которых освободили, и причастны к этому убийству, они все равно не являются мозгом этого преступления, они в лучшем случае второстепенные участники.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG