Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сергей Алексашенко: На саммите в Лондоне над предложениями России будут смеяться


Программу ведет Михаил Саленков. Принимает участие экономист Сергей Алексашенко.

Михаил Саленков: В эти дни в Брюсселе проходит саммит Европейского союза. Одна из главных тем - экономический кризис. Накануне лидеры ЕС отклонили призывы к увеличению денежных вливаний в экономику, а сегодня будет принято постановление саммита, которое станет основой позиции Европейского союза на предстоящем 2 апреля в Лондоне саммите "двадцатки". Российские власти также подготовили несколько экономических предложений к апрельскому саммиту. Текст документа опубликован на официальном сайте Кремля. Среди российских приоритетов - введение наднациональной валюты, расширение списка резервных валют, чтобы снизить зависимость мировой экономики от американского доллара, защита развивающихся стран и запрет на уменьшение помощи таким странам. О российской внешнеэкономической политике и предложениях Кремля лондонскому саммиту я побеседовал с экономистом, директором по макроэкономическим исследованиям Высшей школы экономики Сергем Алексашенко.

Сергей Алексашенко: К сожалению, большая часть или значительная часть этого документа выдержана в таком конфронтационном тоне, что - нас не устраивает действующий миропорядок, что во всем виноваты США, нужно США ограничить, нужно, чтобы мировое сообщество ограничивало Америку в тех или иных суверенных свободах. Мне кажется, здесь есть сочетание двух факторов. Во-первых, это откровенный антиамериканизм российской внешней политики, который проявляется не только в этом документе, но и во многих других заявлениях. А второе, мне кажется, что просто люди, которые писали этот документ, не вполне себе представляют, как устроена мировая экономика, что, например, резервная валюта не является результатом чьего-то решения, то есть не было никакого ни закона, ни указа, ни конвенции, просто так устроена мировая экономика, вот так она существует. Наверное, тем людям, которые писали эти документы, кажется, что ручное управление существует во всем мире и что это единственная форма управления экономикой. Но, мне кажется, именно в этом состоит их ошибка.

Михаил Саленков: Одно из главных предложений - это введение наднациональной резервной валюты. Одна из целей якобы такого введения - это ослабить американский доллар и укрепить позиции рубля, хотя бы получить возможность использовать его в качестве резервной валюты.

Сергей Алексашенко: Для того, чтобы валюта стала резервной, те организации, которые накапливают резервы, должны иметь свободу выбора инструментов, наиболее безрисковые. Наиболее стабильные финансовые инструменты номинированы в долларах. И даже если предположить, что, например, завтра, я не знаю, через год появится мировая валюта, еще потребуется большой промежуток времени, чтобы появились финансовые инструменты, выпущенные в этой валюте, чтобы появилась какая-то история. Мы все это дело можем наблюдать на примере евро. Ну казалось бы, экономика еврозоны по своему масштабу фактически один в один, как экономика Соединенных Штатов Америки по объему ВВП. История евро насчитывает уже 10 лет, валюта существует, валюта доказала свою устойчивость. Но тем не менее финансовых инструментов, номинированных в евро, очень мало, и даже если вы захотите перевести, ну, например, все валютные резервы России в евро, я думаю, что вы столкнетесь с проблемой - а какие инструменты покупать? Поверить в то, что можно создать какую-то наднациональную валюту - ну, да, наверное, какой-то сложный переговорный процесс, через 50-70 лет это может завершиться созданием наднациональной валюты такой единой мировой. Если мы уговорим Америку отказаться от своей валюты. Но для того, чтобы она стала резервной, просто решения мирового сообщества недостаточно. Даже если провести глобальную международную конференцию и сказать, что рубль - глобальная резервная валюта, ничего не изменится, потому что инвесторы, которые захотят посмотреть на рубль, тут же выяснят, что никаких финансовых инструментов в значительном объеме просто не существует, а те, что есть, настолько волатильны, что они не могут гарантировать сохранение резерва, сохранение сбережений. Поэтому мне кажется, это такие примитивно-наивные соображения о том, что такое резервная валюта в современном мире.

Михаил Саленков: Если снизить зависимость мировой торговли от доллара, больше расчетов вести, например, в рублях или в какой-то другой валюте...

Сергей Алексашенко: Все российские экспортеры получают выручку в валюте, никаких проблем с этим не испытывают, они тут же продают валюту Центральному банку или своему коммерческому банку и получают рубли. Потому что они знают, что если они получили выручку в долларах, то временно свободные доллары они тут же могут разместить в какие-то финансовые инструменты. Представьте себе, что "Рургаз" или "Газ де Франс" решили закупать российский газ с оплатой в рублях. Ну, и куда им эти рубли вкладывать? Да, потом они взяли и попали на эту 50-процентную девальвацию, рублевые сбережения у них резко обесценились, потому что цены на газ установлены в долларах или в евро. В мировой глобальной торговле участвуют миллионы участников. Ну как им можно что-то приказать?

Михаил Саленков: И поэтому вы считаете, что всерьез на саммите в Лондоне эти предложения вряд ли будут рассматривать?

Сергей Алексашенко: К сожалению, мой прогноз такой, что на саммите в Лондоне над этими предложениями будут смеяться - еще хуже, чем их не будут рассматривать. Можно предлагать какие-то вещи интересные, по ним не будет консенсуса, но которые могут вызывать дискуссию, заинтересованность. Но утопические проекты, причем наивно-утопические проекты выдвигать на обсуждение - мне кажется, это недостойно нашей страны. Я бы на месте президента сто раз подумал, прежде чем с этим предложением выходить. Может, посоветоваться, в конце концов, с кем-нибудь, если он не имеет своей точки зрения по этому вопросу.

Михаил Саленков: Одна из главных задач, которая декларируется в этих предложениях, - защита развивающихся стран. Тем не менее методы, которыми можно защищать эти страны, не очень удачные.

Сергей Алексашенко: Мало кто из развивающихся стран обладает ядерным оружием и готов идти на конфронтацию с Америкой по разным вопросам. Развивающиеся страны, представленные на "двадцатке", это Бразилия, это Саудовская Аравия, это Китай, это Мексика. В принципе мне кажется, что если бы российская делегаций чего-то хотела добиваться конкретного и ставила перед собой какую-то позитивно-конструктивную задачу, то понятно, вот темы, которые сегодня реально обсуждают, по крайней мере, с Китаем, с Саудовской Аравией и с Россией, это возможности этих стран выделить ресурсы, кредиты для Международного валютного фонда для финансирования его программ. Вот эти три страны могли бы объединиться и согласовать свою позицию: да, мы готовы дать деньги МВФ, например, на увеличение нашей квоты, чтобы мы увеличили свою мощь голосованием в МВФ или, например, придание нам временного права вето. Вот есть право вето у Америки в МВФ, ну, так исторически сложилось. Хорошо, давайте квоты не менять, но давайте, если наши три страны договорились иметь согласованную позицию, то они все втроем имеют одно право вето: когда они все трое солидарны, они могут заветировать какое-то предложение. То есть нужна конструктивная дипломатия, которая имеет смысл, которая реально в повестке дня мирового сообщества, что обсуждается и о чем будут принимать решение. Потому что по увеличению капитала МВФ обязательно будет принято решение. Все понимают, что фонду нужны деньги для поддержки валютных режимов, поддержки экономики очень многих стран для финансирования этих программ. Вот роль развивающихся стран. Просто так говорить, что - мы хотим увеличить роль развивающихся стран в мире за счет того, что мы все дружно будем кричать, там, "долой Соединенные Штаты Америки!", "долой этот поганый американский доллар!", мне кажется, это абсолютно не конструктивный путь и вряд ли кто-то будет поддерживать Россию в таком антиамериканизме.
XS
SM
MD
LG