Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Помогла ли российской экономике государственная поддержка


Ирина Лагунина: Темпы падения промышленного производства в России, нараставшие с осени, теперь замедлились. Более того, если сравнить январь-февраль этого года с прошлогодними показателями, то рост промышленного производства оказался вдвое большим. За счет каких факторов? И какова роль в них государственной поддержки, оказываемой промышленным компаниям? Об этом – в материале Сергея Сенинского.

Сергей Сенинский: В феврале объемы промышленного производства в России увеличились к уровню января на 6,4 процента. С одной стороны, это легко объяснить тем, что рабочих дней в феврале оказалось на треть больше. Но то же самое было и в прошлом году. Тем не менее, на этот раз рост промышленного производства в феврале к уровню января оказался вдвое большим, чем год назад.

И хотя в целом за два первых месяца этого года объемы производства упали почти на 15 процентов к уровню января-февраля года прошлого, появились ли основания говорить в целом о некотором замедлении темпов его сокращения в России? Из Москвы – главный экономист инвестиционного банка "Траст" Евгений Надоршин.

Евгений Надоршин: С моей точки зрения, можно говорить о как минимум некотором оживлении, это безусловно так. Это может быть связано с тем фактом, что Центральный банк объявил о прекращении девальвации в конце января, что сразу снизило давление на национальную валюту. Однако я бы не стал делать никаких далеко идущих выводов из этого, поскольку, с моей точки зрения, к сожалению, ситуация далека от стабильной, и в этом году нас не ждет ничего подобного тому, как развивались события в 1998-99 году. То есть никакого быстрого восстановления отечественной промышленности может не получиться, поскольку сейчас ситуация достаточно сильно отличается от той, которая наблюдалась 10 лет назад. Несмотря на некоторое локальное оживление, которое может продлиться еще и в марте благодаря дополнительному рабочему дню по сравнению с мартом 2008 года, тем не менее. Я не исключаю, что в середине-конце весны мы опять получим не самые приятные данные.

Сергей Сенинский: Тем не менее, если вернуться к февральским показателям, насколько весомым, на ваш взгляд, можно считать вклад в них мер государственной поддержки промышленности? В первую очередь – государственных кредитов, предоставленных через уполномоченные банки.

Евгений Надоршин: Если говорить о господдержке, нет, я полагаю, что ощутимого эффекта от тех мер, которые правительство обещало сектору, и части мер, которые были приняты, я думаю, что февральский показатель – их нет. Если говорить о мерах, это скорее девальвация. То есть остановка девальвации могла действительно иметь позитивный эффект.

Сергей Сенинский: Девальвация рубля стала фактором, стимулировавшим в экономике процесс, который эксперты называют "импортозамещением", когда дорожающие импортные товары начинают замещаться относительно более дешевыми отечественными. Аналитик компании "АК-Корпоративные финансы" Максим Осадчий.

Максим Осадчий: Два механизма позволили производству в феврале на 6,4 процента превзойти промпроизводство января. В первую очередь импортозамещение, которое очень хорошо, очень рельефно видно из данных Госкомстата, по пищевой и легкой промышленности. Например, по муке рост составил 16,5 процента по отношению к январю, по крупе – 43,8. То есть включился механизм импортозамещения из-за мощной девальвации. Ну, и кроме того, мы видим также довольно хороший рост, например, в машиностроении. Грузовые автомобили – рост составил 9,5 процента, троллейбусы – вообще на 50 процентов. Это в первую очередь, конечно, связано с господдержкой. То есть два источника – импортозамещение из-за девальвации, и второй источник – это целенаправленные инъекции, в первую очередь в тяжелую и перерабатывающую промышленность.

Сергей Сенинский: Как заявил на этой неделе первый вице-премьер России Игорь Шувалов, к 10 марта общий объем государственных кредитов российской экономике, предоставленных за последние месяцы через банки, составил 2,6 триллиона рублей. Это почти 75 миллиардов долларов. Банковский аналитик инвестиционной финансовой компании "Метрополь" Марк Рубинштейн.

Марк Рубинштейн: Тот объем поддержки, который господин Шувалов озвучивает, был предоставлен банковскому сектору, - это не те средства, которые туда ушли и оттуда не вернулись. Он включает в эту сумму все средства, которые были предоставлены банковскому сектору, в том числе через залоговые, беззалоговые аукционы ЦБ и также долгосрочные ресурсы, которые были предоставлены нашим крупным государственным банкам, в частности, Сбербанку, ВТБ и Россельхозбанку. То есть из этого объема, который называет господин Шувалов, где-то около 60-70 процентов – это те средства, которые были на временной основе предоставлены банковскому сектору, чтобы поддержать ликвидность, и они уже вернулись обратно.

Сергей Сенинский: Но 30-40 процентов предоставленных государством кредитов все же остались в экономике.

Марк Рубинштейн: Говоря о проникновении этих средств в реальную экономику, мы это видим, несмотря на заявления скептиков об обратном. Безусловно, многие банки занимались спекуляциями на рынке Форекс в январе, сейчас этот процесс завершился. Наши крупные банки не занимались спекуляциями на рынке Форекс, и сейчас уже и мелкие перестают этим заниматься. Единственное, что остается делать банкам, - это кредитовать или сидеть на деньгах. Безусловно, риски кредитования сейчас возросли, потому что растет доля просроченной задолженности, тем не менее, если мы посмотрим по результатам января, кредитный портфель по системе в январе вырос, по нашим оценкам, на 2,5 процента. То есть по официальным данным ЦБ он вырос на 6,2 процента с месяца на месяц, с января к декабрю объем кредитного портфеля. Если мы его скорректируем на девальвацию рубля – где-то 2,5 процента был рост кредитного портфеля по сектору. Это, в общем-то, неплохой результат.

Сергей Сенинский: В условиях кризиса резко сокращается спрос на продукцию тех или иных отдельных компаний и предприятий. И даже предоставленные им государством деньги способны разве что поддержать выплаты текущих зарплат работникам и номинально сохранять рабочие места. И пока спрос на продукцию предприятия не начнет возобновляться по тем или иным причинам, государству фактически придется поддерживать это предприятие вновь и вновь. Но какие меры государственной поддержки способны стимулировать возобновление в стране именно внутреннего спроса на его продукцию, без чего это предприятие просто не в состоянии будет продолжать бизнес самостоятельно? Евгений Надоршин, инвестиционный банк "Траст".

Евгений Надоршин: Меры поддержки спроса, непосредственно направленные на стимулирование спроса, то есть предоставление средств потребителям той или иной продукции, они вполне могут оказаться в нынешних условиях эффективными, потому что многим предприятиям именно спроса и не хватает. Также многим предприятиям могло бы помочь возобновление кредитования, не прямые кредиты государства, поскольку это, к сожалению, может только усугубить текущий кризис, а именно возобновление кредитования как массового явления в экономике. Может быть, не в том же масштабе, в котором это наблюдалось в 2007 и в первой половине 2008 года, но, по крайней мере, в весьма значительных объемах, таких, чтобы средства могли получать различные виды и группы заемщиков. Пока, к сожалению, об этом говорить не приходится, потому что, несмотря на массированные объемы поддержки, направленные в банковский сектор, тем не менее, банковский сектор переживает весьма непростые времена. И даже несмотря на то, что государство предоставило весьма и весьма существенные суммы, не нужно забывать, что в основном это весьма короткие деньги, скажем, 5 недель, 3 месяца или вообще, допустим, однодневные деньги, если мы говорим о прямом РЕПО.

Сергей Сенинский: То есть речь идет о таких кредитах, которые никак не могут заменить банкам традиционные источники привлечения ими средств для проведения необходимых операций.

Евгений Надоршин: Это не заменяет многолетние кредиты, скажем, на несколько лет, которые банки раньше получали из-за рубежа. Это не компенсирует средства депозитов населения. Это не компенсирует депозиты предприятий. А надо сказать, что здесь определенные банки столкнулись с заметным сокращением, даже если мы говорим о внутренних ресурсах, то есть депозитах населения и предприятий. А если мы говорим о внешнем фондировании, но в подавляющем большинстве случае оно просто исчезло. И, соответственно, даже несмотря на массированный объем, казалось бы, господдержки это не совсем то, что может быть легким решением нынешней проблемы для банков. То есть это может сгладить проблему, решить проблему с ликвидностью, но устойчивой базой фондирования для развития кредитов это стать не может и не должно. Это была бы достаточно опасная для банковского сектора политика.

Поэтому я боюсь, что, несмотря на достаточно большой, казалось бы, номинальный объем поддержки, он не предназначен для того, чтобы, соответственно, выдавать большие объемы кредитов кому бы то ни было, ну, если мы говорим о банковском секторе. Поэтому здесь, я боюсь, банки сначала вынуждены будут разобраться с проблемами своего фондирования и только после этого смогут активно возобновить кредитование.

Сергей Сенинский: Осенью прошлого года государство не смогло заставить даже "уполномоченные" банки делиться полученными ими госкредитами с более мелкими банками, чтобы те, в свою очередь, кредитовали компании и предприятия. Точно так государство вряд ли сможет и теперь заставить даже крупные банки выдавать кредиты всем предприятиям, которые государство хотело бы поддержать. На ваш взгляд, какие меры государства могли бы заинтересовать банки в таком кредитовании – как за счет государственных средств, так и за счет собственных, то есть стимулировать интерес банков к расширению такого кредитования? Марк Рубинштейн, инвестиционная финансовая компания "Метрополь".

Марк Рубинштейн: Его можно стимулировать только косвенным способом. То есть если мы можем через некоторые госбанки и некоторые сектора, какие как оборонная промышленность, где просто существует госзаказ, кредитовать по, скажем так, наказу государства, то если мы говорим о реальном секторе экономики, то есть о коммерческом, скажем так, секторе экономики, то здесь стимуляция возможна только косвенно. Что я имею в виду – косвенно? Это значит – через создание спроса на продукцию данной индустрии или данной компании. Даже не создание спроса, а поддержание спроса. То есть государство не может заставить банки кредитовать сектора экономики, государство может поддержать спрос на продукцию этих секторов. То есть если мы говорим о металлургах, это, скажем, увеличение государственных программ развития инфраструктуры, которые, соответственно, будут повышать спрос на изделия металлургических комбинатов. То есть, еще раз повторюсь, только косвенным образом может государство стимулировать рост кредитования.

Сергей Сенинский: Антикризисная программа, обсуждавшаяся в четверг на заседании правительства, предусматривает выделение в этом году российским банкам новых кредитов на 400 миллиардов рублей - это 12 миллиардов долларов - для дальнейшего кредитования экономики. Но и эти кредиты – относительно короткие, вернуть их государству банкам предстоит через 9-12 месяцев.

XS
SM
MD
LG