Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Литовская труппа "Banchetto musicale " показала спектакль "Мадригальные оперы" Монтеверди в Москве


Программу ведет Михаил Саленков. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Олег Кусов.

Михаил Саленков: Маленькая литовская труппа "Banchetto musicale " показала спектакль "Мадригальные оперы" Монтеверди в рамках фестиваля "Золотая Маска". Это не банкет, а роскошное пиршество для глаз и для слуха - так считает наш театральный обозреватель Марина Тимашева.

Марина Тимашева: Литва - это страна театральной аномалии. Количество выдающихся режиссеров там просто невероятно. Добавьте к списку имя Гинтараса Варнаса, автора спектакля "Мадригальные оперы". Строго говоря, это не оперы, а их зародыш, вокально-драматические сцены, раннее барокко, 1638 год. Они были созданы только для певцов, инструментальные партии написал руководитель "Banchetto musicale " Дарюс Стабинскас. Литературная основа заимствована из старинных сюжетов. Вполне светские по форме, лирические по содержанию, сочинения эти, по сути, религиозны. Тексты морализаторские и очень наивные. Остается или вариант концертного исполнения, или – если речь идет о театре - чего-то новаторского. Варнас и художник Юлия Скуратова пошли по второму пути.
В спектакле действуют певцы и куклы, дух отделен от плоти: голоса - души, куклы - тела. "Поединок Танкреда и Клоринды" идет на фоне черного задника. В нем, на самом верху, - большая прорезь, там расположились музыканты и певцы. А внизу, на сцене - куклы-рыцари. Ими управляют актеры, одетые в черное, об их присутствии только догадываешься, причем один ведет руку, другой - ногу и так далее. Поэтому рыцари умеют разваливаться на части: туловище отдельно, меч отдельно, голова отдельно. До поры до времени зрители смеются, но в какой-то момент части тел застывают в воздухе, и картина напоминает "Гернику". А потом, когда Танкред снимет шлем с соперника и выяснит, что дрался с красавицей Клориндой, певцы незаметно спустятся на сцену, и мы увидим кукольные тела - в латах, но с человеческими лицами. Куклы становятся людьми, когда разговор заходит не о войне, а о любви.

Звучит музыка из спектакля

Марина Тимашева: Второе действие - "Балет неблагодарных"- белое. Оркестр по-прежнему наверху, внизу - светлая зала. Действие происходит в подземном царстве, куда каким-то образом угодила Венера. Венера - певица в белом трико и в маске. Плутон - огромная маска с подвижными глазами и ртом, из которого торчит пара гнилых зубов (ведь он очень стар). Маска открывает рот точь-в-точь, как делает это вокалист, и постепенно начинает казаться, что поет маска. Далее по сюжету появляются Призраки. Актеры одеты в юбки на кринолинах, но все расстояние от талии до темени перекрыто масками, а руки - человеческие, маленькие. Они подносят к губам чашки, стригут ногти, причесывают пудреные парики и так далее. И все это вместе очень смешно, но ровно до тех пор, пока Плутон не погонит жалких старух обратно во тьму. Маски, которые только что казались безобразными, благодаря чуть измененным ракурсу и свету, на наших глазах превращаются в страдальческие лики.
Сочинения Монтеверди не ироничны, они серьезны, но все же предназначены для сцены, а в театральном смысле они устарели. Варнас вернул их на современную сцену. К финалу обеих опер приходишь совершенно по-монтевердиевски - весь в слезах, в любви, и в эстетическом блаженстве.
Куклы делала совсем молодая художница из Вильнюса, но ее работа - высший пилотаж, потому что сложно сделать маску так, чтобы она меняла выражение лица. Актеры только что выпустились с драматического факультета, а кукол ведут профессионально, и это тоже сложно: одно неточное движение - и все пропало. Музыкантов собрали с бору по сосенке: тут и литовцы, и эстонцы, и латыши. В барочном аутентичном ансамбле выделяются голоса клавесина, виолы ди гамба, виолончели. А еще один инструмент выделяется, так сказать, зримо - это теорба, разновидность лютни, с длиннейшим, чуть ли не в человеческий рост, грифом. Играет на теорбе двухметровый музыкант из Германии.
После спектакля я попросила солиста Большого балета Николая Цискаридзе и актрису театра Фоменко Наталью Курдюбову поделиться впечатлениями.

Николай Цискаридзе: Наверное, когда создавались эти произведения, это все было вместе - и опера, и куклы, и балет. Потому что это - придворное искусство. Смотреть это в обыкновенном театре сейчас, наверное, было бы скучно. Но в той форме, которую мы увидели, с таким тонким юмором, это очень интересно.

Наталья Курдюбова: Праздник! Квинтэссенция театра. Допьяна насмотрелась.
XS
SM
MD
LG