Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему перестройка не разочаровала Рауля Кастро. Опыт сохранения власти на Кубе и «Последняя битва холодной войны»


Ирина Лагунина: «Последняя битва холодной войны» - так озаглавлена вышедшая недавно в Мадриде книга кубинского писателя-диссидента Карлоса Альберто Монтанера. Она посвящена современной Кубе, однако, большое место в ней уделяется также истории: краху мировой коммунистической системы и последующим событиям в странах бывшего советского блока. Рассказывает наш корреспондент в Испании Виктор Черецкий.

Виктор Черецкий: Карлос Альберто Монтанер - один из лидеров кубинской демократической оппозиции. Бывший политзаключенный, бежавший с Кубы еще в 60-е годы, он является председателем партии Кубинский либеральный союз и одновременно вице-президентом Либерального интернационала, международной организации, объединяющей порядка 70 партий из разных стран мира. Монтанер постоянно проживает в Испании, однако, часто посещает Соединенные Штаты для общения с живущими там кубинскими политэмигрантами. Среди написанных им 25 книг есть новеллы, но в основном это работы о политике Кубы и других латиноамериканских государств. Вот как объясняет сам автор, почему в свом последнем труде он вновь обращается к теме «холодной войны» и краха коммунизма:

Карлос А. Монтанер: Крах мирового коммунизма – значительная веха в истории человечества. Эта система просуществовала 70 лет в России, 40 лет в странах восточного блока. Она установила невиданный ранее политический контроль над личностью. Этот «рекорд» обошелся человечеству в сто миллионов жизней. Он обернулся величайшей трагедией. Одновременно было крайне трудно предугадать, сможет ли эта система когда-нибудь исчезнуть. И, тем не менее, она исчезла. Пришло время, когда монстр, который казался непобедимым, испустил дух. И это произошло по внутренним причинам, а не в результате каких-то войн, которые ранее, как правило, обуславливали разрушение той или иной империи. Причины краха - в противоречиях самой системы: в столкновении ее идеологии и самой человеческой природы. Она рухнула, когда, в попытках ее улучшения, были внедрены элементы свободы. И эти элементы разрушили тоталитарный строй в рекордные сроки. Взять хотя бы компартию Советского Союза, самую большую политическую структуру, когда-либо существовавшую на планете - в ней насчитывалось 20 миллионов членов. И эта партия исчезла в одночасье без каких-либо потрясений, как чисто бюрократическая организация, пустая, без какого-либо содержания. Никто не верил в коммунизм. Аналогичный демонтаж системы произошел и в других странах блока.

Виктор Черецкий: Между тем, коммунистическая диктатура продолжает существовать на Кубе. И существует она на острове в первозданном виде, без реформирования. Чем объяснить ее живучесть? Почему режим Фиделя Кастро до сих пор не рухнул? Карлос Альберто Монтанер объясняет сохранение этого режима следующими причинами:

Карлос А. Монтанер: Самой живучей разновидностью тоталитарной системы оказался так называемый «династический коммунизм». Здесь власть держится на семейных связях и передается по наследству. По сути, речь идет о разновидности монархии, хотя и с совершенно иной идеологической окраской. Пример «династического коммунизма» мы видим в Северной Корее, где власть перешла от отца к сыну, и на Кубе, где старший брат передал бразды правления своему младшему брату. И, разумеется, на Кубе никто не рисковал вести либеральные дискуссии в обществе, как это происходило в Советском Союзе при Горбачеве. Была лишь найдена формула продления жизни режима – передача власти прямому наследнику диктатора.

Виктор Черецкий: И, тем не менее, автор книги «Последняя битва холодной войны» полагает, что кубинский тоталитарный режим обречен. Он напоминает, что в стране, население которой составляет чуть больше 11 миллионов человек, в местах заключения находится от 80 до 100 тысяч. Это самый большой процент заключенных на планете по отношению к числу населения. Кроме того, на Кубе – более трехсот узников совести. А всего с 1959 года, когда Фидель Кастро пришел к власти, через тюрьмы и концлагеря на острове прошли более полумиллиона человек; за это же время были расстреляны от 15 до 17 тысяч противников режима.

Карлос А.Монтанер: Я полагаю, что режим вступил в завершающую стадию своего существования. Однако процесс этот затягивается: Фидель Кастро пока жив. Серьезных изменений в стране не проводится. Поэтому сейчас трудно говорить о каких-то сроках демократических перемен. Народы, многие годы живущие под гнетом тоталитаризма, духовно опустошены. Они утратили веру в самих себя. Единственное их желание – это сбежать подальше от диктатуры. Мы помним, как рухнула берлинская стена. Население Восточной Германии не поднялось против своих правителей. Люди бросились к границе, чтобы спастись бегством из страны, поскольку не верили в возможность победить в прямом столкновении с репрессивными структурами.

Виктор Черецкий: После формального ухода Фиделя Кастро по болезни, его брат декларировал некоторые изменения в стране. Кубинцам разрешили приобретать мобильные телефоны, компьютеры, селиться в гостиницах, которые раньше предназначались только для иностранцев, и свободно покупать лекарственные препараты, правда, только за валюту и по ценам, недоступным большинству населения. К примеру, мобильный телефон стоит больше, чем получает инженер за год. Карлос Альберто Монтанер считает, что Куба нуждается в значительно более глубоких преобразованиях: и экономических, и политических.

Карлос А.Монтанер: Рауль Кастро отдает себе отчет в том, что экономическая ситуация на Кубе беспрерывно ухудшается. Он понимает, что страной нельзя и дальше править, как в казарме, отдавая приказы, которые все обязаны выполнять, не имея для этого никаких материальных стимулов. Подобный метод военного коммунизма – это очевидно даже нынешним кубинским правителям - обречен на провал. Однако режим явно боится проводить глубокие преобразования в экономике, реформы, в которых остро нуждается страна. Он опасается, что подобные преобразования могут пошатнуть политическую власть на Кубе.

Виктор Черецкий: Кроме того, даже незначительные изменения, проводимые правительством Рауля Кастро, наталкиваются, по мнению кубинского диссидента, на сопротивление его брата Фиделя, который по-прежнему остается верховным правителем страны, несмотря на свой уход, и считает, что созданный им режим, обрекший кубинцев на нищету и бесправие, идеален и не подлежит реформированию.

Карлос А.Монтанер: На Кубе существует конфликт власти, потому что Фидель Кастро противится любым новшествам. Ну а Рауль, хоть и выступает за некоторые изменения, следит, в первую очередь, чтобы они не выходили за рамки системы. Напомню, что аналогичный процесс некогда наблюдался и в других коммунистических странах, где всегда находились силы, пытавшиеся ограничить преобразования. Так что на лицо разногласия, хотя и не столь существенные, на самой верхушке власти. До сих пор братьям Кастро удавалось не допустить никаких коренных реформ. Куба остается страной, которая не меняется, живет по принципам конца пятидесятых годов. По сути, речь идет о гигантской тюрьме. И это, разумеется, абсурдно.

Виктор Черецкий: Карлос Альберто Монтанер полагает, что Рауль Кастро и другие сторонники ограниченных реформ подумывают и о дальней перспективе, о периоде, когда не станет Фиделя и они смогут действовать по своему усмотрению. Оппозиционный кубинский политик полагает, что здесь кубинские «реформаторы» могут отчасти ориентироваться на опыт России, отношения с которой в последнее время, после довольно длительного перерыва, восстановились в полном объеме.

Карлос А.Монтанер: В далекой перспективе они думают создать систему, схожую с существующей в России, где правящая верхушка, альянс политической и экономической элиты, делят между собой богатства страны и держат в узде все остальное общество. Это логичное следствие эволюции кубинского режима, учитывая при этом, что Раулю Кастро всегда нравилась Россия.

Виктор Черецкий: Карлос Альберто Монтанер подтверждает свой прогноз в отношении планов режима и тем, что Рауль Кастро уже давно интересуется российской перестройкой. И если раньше у него были сомнения в отношении ее не вполне ясных перспектив, то теперь, после недавнего посещения России и общения с российскими лидерами, он успокоился, убедившись, что перспективы, в принципе, не опасны для его личной власти и нынешней кубинской политической элиты в целом.

Карлос А. Монтанер: На Кубе определенный конфликт между реформистами и ортодоксальными приверженцами режима существует с 80-х годов прошлого столетия. Реформаторы заинтересовались советской перестройкой. Рауль Кастро даже распорядился перевести на испанский язык книгу Горбачева. Это сделал его помощник. Фидель страшно возмутился по поводу этого решения и велел изъять и уничтожить весь тираж книги. С тех пор и существует конфликт во властных структурах. Нет, не подумайте, что сторонники реформ являются демократами: они никогда даже не заикались о возможности либерализации режима и внедрения в общество гражданских свобод. Они просто считают, что для дальнейшего комфортного пребывания у власти им необходимо кое-что переделать.

Виктор Черецкий: И все же насколько сильно сопротивление противников даже минимальных преобразований, учитывая болезнь Фиделя Кастро и его преклонный возраст? Карлос Альберто Монтанер:

Карлос А. Монтанер: Никто не может запретить Фиделю, даже несмотря на болезненное состояние, в котором он находится, делать все, что ему заблагорассудится. Ему ничто не мешает снять в любую минуту телефонную трубку и устроить разгон кому угодно, включая брата. Фидель, сделавшийся с годами полным параноиком и никому вообще не доверяющий, из всех своих соратников больше всего верит Раулю, хотя и сомневается в его способностях управлять страной. Другой замены для себя он не видит. Но это не мешает ему без конца понукать братом и упрекать его во всех грехах, забывая, что именно Рауль всю жизнь работал, чтобы создать госаппарат, полностью подчиненный Фиделю. Кстати, Рауль возможно, больше всех страдает от деспотизма старшего брата, причем страдает с детства. Известно, что Фидель, занимавшийся его воспитанием с раннего возраста, часто грубо с ним обращался. И, похоже, что Рауль до сих пор находится под гнетом своего воспитателя.

Виктор Черецкий: Тем не менее, Карлос Альберто Монтанер полагает, что Раулю Кастро все же удается потихоньку двигаться вперед, прибегая к различным уловкам в полемике с консервативно настроенными соратниками Фиделя.

Карлос А.Монтанер: Рауль пытается взять верх в постоянном противостоянии с ультра-ортодоксальными сторонниками Фиделя Кастро, с теми, кто продолжает защищать коммунистические идеи всеобщей уравниловки. Они утверждают, что любые изменения приведут к возникновению неравенства в кубинском обществе и, соответственно, к ликвидации основного принципа кубинской революции. Между тем, Рауль и его сторонники заявляют в полемике со своими оппонентами, что они опираются на волю народа, который якобы требует именно задуманных им преобразований.

Виктор Черецкий: Разумеется, кубинскую демократическую оппозицию не устраивает позиция ни сторонников продолжения жесткого курса, ни попытки продлить жизнь тоталитарного режима путем внедрения незначительных изменений.

Карлос А. Монтанер: Борьба нашей оппозиции – это сугубо мирная борьба за демократические преобразования и права человека на Кубе. Мы полностью порвали с исторической традицией насильственного свержения власти, существовавшей в стране. Я думаю, что это правильное решение, поскольку совершенно очевидно, что насильственный путь обретения власти влечет за собой лишь негативные последствия. В нашей оппозиции – христианские демократы, либералы, социал-демократы и другие партии и организации, например, «зеленые», которые борются против ужасающего состояния нашей экологии. Есть у нас независимые профсоюзные деятели и так далее. Таким образом, наша оппозиция эволюционировала, как весь остальной мир – изменилась, признав права человека в качестве основного приоритета своей борьбы и отказавшись от насилия. Кто не изменил своей идеологии, так это власти Кубы. Они так и застыли на 1959 годе, когда пришли к власти, и по-прежнему стоят на позициях сталинизма. Оппозиция, по их выражению, это преступные элементы и террористы на службе ЦРУ. А все иностранные политики, которые их критикуют – наймиты Вашингтона. Они не эволюционируют. Они ничего не хотят менять в своем мировоззрении.

Виктор Черецкий: В этих условиях Карлос Альберто Монтанер считает, что демократические страны не должны идти на какие-либо уступки, заигрывать с кубинской диктатурой, сотрудничать с ней. Подобные действия не помогают кубинскому народу избавиться от диктатуры, - считает кубинский оппозиционный политик. Они лишь укрепляют позиции тоталитарного режима.
XS
SM
MD
LG