Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Марина Тимашева: "Фестиваль означает праздник"


Марина Тимашева

Марина Тимашева

Трижды в год я иду в театр, как на праздник, и предвкушаю радость заранее. Два вечера дарит мне «Бенуа де ла Данс», третий – концерт памяти Галины Улановой. «Бенуа де ла Данс» на днях наградил лауреатов. Концерт состоял из отдельных номеров, представленных танцорами со всех сторон света. Ничего монотонного и однообразного. Если что-то не по душе, мучиться придется недолго – через десять минут на сцену выйдут другие исполнители. Танцоров выдвигает на премию международное жюри, поэтому в программе не будет ни земных поклонов классическому наследию, ни реверансов тому танцу, который нравится только балетным критикам.

Модерн-данс в его наиболее распространенной разновидности представлен «фестивальными спектаклями» (постановками, которые пользуются спросом на европейских смотрах). Слово «фестиваль» означает «праздник», но закрепилось за мрачными по сути и уродливыми по форме представлениями. Коротконогие и косолапые танцоры, пластика, напоминающая обезьянью, но далекая от «животного» совершенства, бесконечные повторы одних и тех же движений... Много лет назад Пина Бауш показала великие спектакли, в которых все это было ново и служило определенной философии, мировоззрению. За ней двинулись эпигоны и воцарилась «эстетика безобразного».

«Бенуа де ла Данс» показывает не этот данс-макабр, а современную хореографию. В ней почти всегда есть сюжет, который, впрочем, можно прочесть по-разному. Невеселые истории о разлуке и одиночестве красивым языком рассказывают красивые люди. Язык новый, он нарушает привычную последовательность движений, он внимателен к маленьким драматическим деталям, но его связь с традиционным балетом очевидна. Возьмем пример из «Пиковой дамы» Ролана Пети. Илзе Лиепа пробует удержать руки в классических позициях, но они, дряблые, провисают. Образ дряхлой аристократки готов.

«Болеро» хореографа Ан Сун-Су (Южная Корея) живо напоминает о Касьяне Голейзовском, но оттого не становится хуже. Распластанные по сцене тела танцоров рисуют экзотический орнамент: не то распускаются цветы, не то разгораются угли костра. «Превосходное равновесие» балета Цинциннати в постановке Сары Слиппер – изысканно красивый балет про безграничную власть двух тел друг над другом. Наконец, поразивший всех танцор из Китая Ван Ди. Он служит в труппе Армейского ансамбля танца, и то, что показывал в Москве, исполняет на родине. Чтобы представить в такой миниатюре солиста Краснознаменного ансамбля, нужно развитое воображение. Номер называется “Watching»(«Наблюдение»). Ван Ди останавливается в круге света и, не сходя с места проживает рождение, взросление и смерть человека. Закрепленное в одной точке почти обнаженное тело – все, целиком, танцует так, как руки Плисецкой в «Умирающем лебеде», оно одухотворено от кончиков пальцев до, сказать бы, кончиков волос, но Ван Ди обрит наголо.

По окончании вечера люди обсуждали, обеспечена ли охрана чернокожему танцору и артистам Китая и Кореи. Реальность мешает наслаждаться великим искусством танца.

XS
SM
MD
LG