Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В России журналистов предпочитают сажать, а не штрафовать


Предложение Совета Европы отменить уголовное преследование за диффамацию в Москве встретили прохладно

Предложение Совета Европы отменить уголовное преследование за диффамацию в Москве встретили прохладно

Генеральный секретарь Совета Европы Терри Дэвис призвал страны-члены организации законодательно отменить уголовное преследование журналистов за диффамацию. Заявление было приурочено к Всемирному дню свободы печати. Терри Дэвис убежден, что таким образом можно избавиться от особенно изощренной формы запугивания журналистов. У российских законодателей в лице «Единой России» это предложение не вызывало восторгов.


«Диффамация» (от латинского diffamo) означает «порочить». В ряде государств распространение (разглашение) сведений, позорящих честь конкретного лица или учреждения, от клеветы отличается достоверностью распространяемых сведений.


Против предложения Генерального секретаря Совета Европы - изъять из законодательства ряда европейских стран норму об уголовном преследовании журналистов за диффамацию - выступила первый вице-спикер Госдумы от фракции «Единая Россия» Любовь Слиска. По ее мнению, не только российское общество, но и журналистский корпус в других странах пока не готовы к тому, чтобы исключить эту норму, поскольку как в России, так и в иных государствах журналистское перо подчас используется «по заказу». Любовь Слиска уверена, что жертвами диффамации чаще всего становятся конкретные политики: "Одни заказывают такого рода материалы против других, используя при этом журналистов».


Обеспокоенность первого вице-спикера Госдумы разделяет вице-президент «Медиасоюза», член Общественной палаты Елена Зелинская. «Сейчас все очень обеспокоены ростом ксенофобии и нетерпимости в стране, - говорит госпожа Зелинская, - а журналисты очень часто своими неточными, некорректными, а иногда и оскорбительными, провокационными заявлениями могут обидеть чувства верующих, представителей разных национальностей». По словам вице-президента «Медиасоюза», сейчас для России самая главная проблема - установить баланс между свободой слова и ответственностью за свои слова.


Иная точка зрения у руководителя Фонда защиты гласности Алексея Симонова. «На моей памяти, - заявил он, - уже лет 10 или 12 такой известный адвокат как Генри Резник бьется лбом о стену, доказывая, что статьи "Клевета" и "Оскорбление" должны быть переведены из уголовного деликта в гражданский. Статья о клевете очень долго не находила своего применения как уголовная статья. Она вполне могла бы быть отменена, если бы не нашлись любители не удовлетвориться гражданскими исками, а попытаться прижучить журналистов».


С другой стороны, считает Симонов, чрезмерное внимание к этой проблеме может вызвать в России обратную реакцию. Даже принятое пленумом Верховного суда постановление (в котором был установлен баланс между проступком и наказанием за него и где было сказано, что штрафы не должны быть разорительны для средств массовой информации) вызвало резкое увеличение суммы штрафов в реальных судах. «Поэтому я очень боюсь этого предложения господина Дэвиса, - говорит Алексей Симонов. - Поскольку Европа нам не указ, и чем дальше, тем мы более укрепляемся в этой мысли, то я вполне допускаю, что в результате обсуждения этого вопроса будет принято совершенно неадекватное самой постановке вопроса решение».


Глава Союза журналистов России Игорь Яковенко уже давно призывает российские власти исключить из УК статьи, по которым представители средств массовой информации могут быть привлечены к уголовной ответственности за клевету и оскорбление. Он выступает за наказание недобросовестных журналистов, но при этом оно должно выноситься в рамках гражданского права.


«За оскорбление журналист должен быть, безусловно, наказан, - говорит Игорь Яковенко. - Соответствующие возможности в гражданском праве есть. Журналиста можно крупно оштрафовать. Это нормальная практика: если средства массовой информации злоупотребляют своей свободой, то они наказываются рублем, и очень серьезно, вплоть до угрозы разорения и устранения с медийного поля».


Уголовное же наказание, по мнению Яковенко, преследует совершенно иные цели. Возбуждение уголовных дел по статьям «Оскорбление» и «Клевета» - это практика, когда подобным образом власть вводит цензуру. Иски в этих случаях, как правило, предъявляют чиновники. Почему-то именно у них, удивляется генеральный секретарь Союза журналистов, честь и достоинство гипертрофированны.


«Учитывая зависимость судов, исход дела, как правило, бывает предопределен, - констатирует Игорь Яковенко. - Например, покойного депутата Юшенкова бывший министр обороны Грачев обозвал "гаденышем", и суд не признал это оскорблением. В то же время журналист "Московского комсомольца" назвал того же самого Грачева Пашей, это сочли оскорблением, хотя на самом деле статья называлась "Вор должен сидеть в тюрьме". Грачев подал иск не по поводу того, что его назвали вором, потому что ему бы тогда пришлось доказывать, что он не вор (видимо, он не чувствовал себя здесь уверенным), а пошел по статье "Оскорбление". Когда власть обладает одновременно ресурсом воздействия на суд и возможностью привлечь журналиста к уголовному наказанию - то это просто форма расправы».


Главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов назвал предложение Генерального секретаря Совета Европы Терри Дэвиса бессмысленным для России, согласившись с позицией Игоря Яковенко: «Если бы у нас были независимые и честные суды, я бы сказал: ребята, я готов согласиться с тем, чтобы сохранилась статья за диффамацию, но при этом я должен защищаться в честном и независимом суде. А сейчас для нас это фактически пустой звук».


Дмитрий Муратов считает, что возникшие конфликтные ситуации журналисты могли бы решать в рамках своих профессиональных организаций.
XS
SM
MD
LG