Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

60-летие НАТО в историческом контексте





Александр Генис: Возможно, НАТО, шестидесятилетие которого сейчас так пышно отмечается, самый успешный оборонительный союз за всю историю, потому что он так долго добивался своих побед, обходясь без войн. Сегодня это становится проблемой. В Америке нередко критикуют НАТО за то, что, превратив союз в престижный клуб цивилизованных стран, его участники слишком неохотно воюют – например, в Афганистане. Но это - сегодня, а тогда, 60 лет назад, альянс НАТО казался и был единственной преградой Третьей мировой войне.
О том, как это начиналось, рассказывает исторический репортаж нашего вашингтонского корреспондента Владимира Абаринова.


Владимир Абаринов: 9 мая 1945 года Сталин объявил советскому народу, что война с Германией окончена.

Иосиф Сталин: Вековая борьба славянских народов за своё существование и свою независимость окончилась победой над немецкими захватчиками и немецкой тиранией. Отныне над Европой будет развеваться великое знамя свободы народов и мира между народами.

Владимир Абаринов: В этот момент Красная Армия контролировала всю Восточную и Центральную Европу вплоть до Берлина и Вены. Сталин считал эти территории своим военным трофеем. Позволить знамени свободы развеваться над ними было бы, с его точки зрения, нелепым идеализмом. Когда на Потсдамской конференции один из американских генералов, желая польстить Сталину, сказал, что ему было радостно видеть в Берлине советские войска, генералиссимус ответил: «Александр I дошел и до Парижа».

В начале 1946 года Америка стояла на развилке в отношениях с Советским Союзом. Стало уже совершенно очевидно, что Сталин не собирается выполнять ялтинские договоренности относительно Восточной Европы – вместо обеспечения свободных выборов он насаждал там марионеточные режимы, скроенные по образу и подобию государства рабочих и крестьян. Но что должен делать Запад? Где границы советской экспансии? Следует ли ей противостоять, и если да, то каким образом? Где тот последний рубеж, который нельзя сдать ни при каких обстоятельствах и ни за какую цену? Эти вопросы в то время бурно обсуждались в высоких политических сферах.

5 марта в городе Фултон, штат Миссури, бывший британский премьер Уинстон Черчилль произнес знаменитую речь о Железном занавесе, которую принято считать объявлением Холодной войны. Советская пропаганда обычно изображала дело так, что Черчилль этот Железный занавес и опустил.

На самом деле Черчилль не только не придумал выражение "железный занавес", но и назвал свою знаменитую речь иначе - "Мускулы мира" (что, в свою очередь, видоизмененное выражение Цицерона "мускулы войны"). Фултонская речь была констатацией уже свершившегося факта послевоенного раздела Европы.


Уинстон Черчилль: Никому неведомо, чтó собираются делать Советская Россия и ее международная коммунистическая организация в ближайшем будущем и существуют ли пределы их открытым уcтремлениям по обращению в свою веру. От Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике на континент опустился Железный занавес. По ту сторону занавеса расположены столицы древних государств Центральной и Восточной Европы. Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Белград, Бухарест, София - все эти прославленные города и население окружающих их территорий оказались в зоне, которую я должен назвать советской сферой влияния. Все они в той или иной форме стали объектом не только советского влияния, но и, в значительной мере, растущего контроля со стороны Москвы.

Владимир Абаринов: Черчилль призывал англосаксонский мир объединиться для совместного отпора коммунистической экспансии. Он говорил, что для обеспечения мира западным демократиям нужен значительный военный перевес над Советским Союзом, а это возможно только при условии объединения вооруженных сил. Идея сдерживания коммунизма уже зрела в американском правящем классе. Зимой 1946/47 года остро встал вопрос об американской помощи Турции и Греции. Конгресс в то время контролировали республиканцы, склонные к изоляционизму. В феврале 1947 года на совещании в Белом Доме, в ходе которого члены администрации тщетно пытались убедить лидеров Конгресса оказать такую помощь, слово взял заместитель госсекретаря Дин Ачесон. Он обрисовал глобальную ситуацию контрастными красками. Противостояние США и СССР он сравнил с конфронтацией Рима и Карфагена – они не способны договориться в принципе, ибо цели у них взаимоисключающие. «Для Соединенных Штатов, - говорил Ачесон, - принятие мер по усилению стран, которым угрожает советская агрессия или коммунистический заговор, равносильна защите самих Соединенных Штатов».

12 марта президент Труман выступил с публичным изложением доктрины, получившей его имя.


Гарри Труман: Соединенные Штаты вложили 341 миллиард долларов в победу во Второй мировой войне. Это инвестиции в свободу и мир во всем мире. Помощь, которую я прошу для Греции и Турции, составляет немногим более одной десятой этих инвестиций. Здравый смысл подсказывает, что мы должны защитить свои инвестиции, иметь уверенность, что деньги не выброшены даром. Семена тоталитарных режимов произрастают на почве невзгод и нужды. Они расцветают пышным цветом тогда, когда умирает надежда на лучшую жизнь. Мы должны поддержать эту надежду.
Свободные народы мира ждут от нас помощи в поддержке свободы. Если мы, будучи лидером, будем колебаться, мы подвергнем риску мир на планете. И мы наверняка навлечем угрозу на благополучие своей страны. И я уверен, что Конгресс окажется на высоте положения.


Владимир Абаринов: Конгресс проголосовал за оказание помощи Турции и Греции. Доктрина Трумана стала идеологической базой американского плана послевоенного восстановления Европы, «плана Маршалла», и, в конечном счете, создания НАТО. Непосредственным толчком к созданию Альянса был коммунистический переворот в Праге в конце февраля 1948 года. 17 марта Бельгия, Люксембург, Нидерланды, Великобритания и Франция подписывают Брюссельский договор о сотрудничестве и коллективной самообороне. А в июне началась блокада Западного Берлина, о которой в прошлом году вспоминал в своей речи в немецкой столице Барак Обама.

Барак Обама: Наше партнерство началось 60 лет назад, таким же летом, в день, когда первый американский самолет совершил посадку на аэродроме Темпельхоф. В тот день континент все еще лежал в руинах. Советская тень нависла над Восточной Европой, тогда как Запад – Америка, Великобритания и Франция – думали о том, как перестроить мир. Здесь наши интересы совпали. И 24 июня 1948 года коммунисты решили установить блокаду западной половины города. Они перекрыли каналы снабжения более чем для двух миллионов немцев в попытке погасить последний проблеск свободы в Берлине. Численность наших вооруженных сил уступала Советской Армии. Но отступление означало распространение коммунизма еще дальше на запад Европы. Там, где закончилась последняя мировая война, легко смогла начаться новая. Путь такому развитию событий преграждал только Берлин. Вот когда началась операция по установлению воздушного моста, крупнейшая в истории операция по доставке еды и надежды жителям этого города. Нас подстерегало множество препятствий. Зимой небо затянуло густым туманом. Многие самолеты были вынуждены повернуть назад, так и не сбросив свой столь нужный груз. Улицы вокруг того места, где мы сейчас стоим, заполнили голодные семьи, которым негде было согреться. Но и в самый отчаянный момент в сердцах берлинцев теплился огонек надежды. Берлинцы не сдались.

Владимир Абаринов: 6 июля в Вашингтоне США, Канада и участники Брюссельского договора начали переговоры о совместной обороне в Северной Атлантике. В декабре в американской столице в том же составе начинаются консультации о заключении Североатлантического договора. В марте участники переговоров приглашают присоединиться к ним Данию, Исландию, Италию, Норвегию и Португалию. 4 апреля Вашингтонский договор был подписан.
А 9 мая, еще до его вступления в силу, Сталин снял блокаду с Берлина. НАТО выиграла свою первую битву Холодной войны.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG