Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодняшний факт. 20 лет Государственному центральному музею кино


Андрей Шарый: А сейчас я представлю вам заключительную рубрику программы – "Сегодняшний факт".
31 марта отмечает свое двадцатилетие Государственный центральный музей кино, занимающийся активной просветительской и научной работой в области истории и теории кино. В день рождения музея в 1989 году леди Уна Чаплин подарила Музею фильм "Великий диктатор", показом которого открылся Большой зал Киноцентра в Москве. Музей располагался в этом Киноцентре на Красной Пресне до 2005 года, но с той поры – несмотря на общественную компанию поддержки – не имеет своего здания. Экспонаты и коллекции хранятся на киностудии "Мосфильм", показы фильмов проходят в различных культурных организациях Москвы и других городов.
Говорит директор Музея кино, историк кино Наум Клейман.

Наум Клейман: Задача музея – не только дать представление о том, что такое настоящее кино, то есть быть "палатой мер и весов" в области кинематографа, если можно так сказать, но еще и дать возможность людям развиваться. Это все-таки средство самопознания очень большое. Это не только познание мира, объективное, не только возможность, как на волшебном фонаре, увидеть далекие страны, далекие времена, но это еще и познать себя. Не зря сравнивали кинематограф с таким сном пророческим. И в этом действительно есть нечто от сновидения, которое раскрывает в человеке его потенции, его мечты, его возможности.
Мы стараемся следовать лучшим образцам наших учителей. Мы считаем, что люди, которые делали музей во Франции, в Италии, в Германии, они опередили нас по времени, хотя наши соотечественники много лет мечтали о музее кино. В Турине замечательный музей итальянский, но он не отрицает того, что сделали, например, наши коллеги в Германии или во Франции, французская Синематека, или замечательный Музей анимации в Японии. Они все друг друга дополняют, и в этом удивительная особенность музеев кино: это единое мировое сообщество.
У каждого музея есть свой срез кинематографа. Например, замечательный реликварий, который собрал Анри Ланглуа во Франции, дополняет такой иронический и веселый комментарий к жанрам кино. Или, например, немецкий музей в Берлине, который дает исторический срез, историю Германии через кинематограф, он же дополняется как бы другими аспектами. У нас есть две-три концепции, которые следуют нашим представлениям, что такое кино, не только как зеркало, но и как увеличивающее стекло, как говорил Маяковский.
Мы уверены, что рано или поздно музей обретет свое здание. Вот у нас сейчас была комиссия из Министерства культуры, которая проверяла, как мы ведем документацию, и они тоже отметили, что абсолютно необходимо нормальное хранилище, нормальные экспозиционные залы. И совместными усилиями рано или поздно, конечно, музей будет. Годы учения, сейчас – годы странствий наступили, говоря по Гете. Ну, значит, будет и время, когда будет стационарное существование.

Андрей Шарый: Говорил директор Музея кино, историк кино Наум Клейман.
А сейчас в эфире программы "Время Свободы" обозреватель нашего радио Елена Фанайлова.

Елена Фанайлова: Мы говорим "Музей кино" - подразумеваем "Наум Клейман". С конца восьмидесятых до закрытия основного здания Музея на Пресне он был "местом силы" культурной Москвы. Там возвращались к зрителю лежавшие на полках в советское время фильмы, классика мирового кино, шли мастер-классы мэтров и спорили до утра.
Директор Музея кино Наум Клейман - отец-основатель уникального архива Эйзенштейна и Тарковского, Параджанова и Шпаликова, архива живописи, графики и фото, автор неповторимых кинопрограмм и ретроспектив, совершенство которых мог оценить, по словам философа Михаила Ямпольского, один Господь, простому зрителю это не под силу. Музей кино сформировал кинокультуру поколения девяностых, от вгиковцев до физтеховцев. Наум Клейман мог бы сделать академическую карьеру как главный в стране специалист по Эйзенштейну, но он стал русским Анри Ланглуа. Как дети французской Синематеки составили гордость кинематографа "новой волны", так сегодня все известные молодые режиссеры от Алексея Германа до Андрея Звягинцева говорят, что их главной школой был Музей кино. Наума Клеймана называют последним гуру московского студенчества, последним рыцарем кино. У Клеймана есть редкое качество: он формирует не только эстетическую атмосферу, он создает прежде всего атмосферу нравственную и не боится идти против мнения большинства. Когда в России в начале двухтысячных вдруг стало принято восхищаться Лени Рифеншталь, автором фашистских блокбастеров "Триумф воли" и "Олимпия", Клейман чуть не единственный открыто говорил, что это ошибочно и безнравственно.
Клейман – великий космополит кинематографа, награжденный бесчисленными международными призами, член интернациональных академий и жюри, друг великих режиссеров, который никогда не пользуется этой дружбой. Клейман - патриот, сделавший для развития отечественного кино больше, чем вся его киноиндустрия. Иштван Сабо сказал о нем: "Наум Клейман защищал в свое время архив Эйзенштейна как потаенный бриллиант, который ему назначено хранить. На самом же деле сам Клейман - потаенное сокровище кинематографа".
Закрытие основного здания Музея кино многие специалисты до сих пор называют преступлением. Архивы музея лежат на Мосфильме, кинопрограммы идут в Центральном Доме художника. Но эти программы по-прежнему составляет Наум Клейман, бог кинематографа.

Андрей Шарый: Гостями рубрики "Сегодняшний факт" были моя коллега Елена Фанайлова и историк кино Наум Клейман. Государственный центральный музей кино, парадоксальным образом не имеющий своего здания, отметил двадцатилетие.
XS
SM
MD
LG