Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Григорий Явлинский: "Никакого изменения в качестве политики после этого послания не произойдет"


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие лидер партии "Яблоко" Григорий Явлинский.



Андрей Шарый: Об идеологии послания президента и сочетании в его речи социально ориентированных моментов и идеологии государственничества - Святослав Каспе, руководитель аналитической службы Фонда "Российский общественно-политический центр".



Святослав Каспе: У нашего экспертного сообщества уже выработал такой условный рефлекс - интерпретировать любые высказывания на социальные темы исключительно как предвыборную риторику. В данном случае это объяснение не работает, хотя оно работает во многих других случаях, просто потому что для предвыборной риторики еще слишком рано. Любые высказывания и даже реализованные проекты, даже дела, совершенные сейчас, успеют забыться до того, как начнутся настоящие электоральные схватки 2007 и тем более 2008 года. Лева политика - это не само по себе внимание к социальным вопросам, а определенные способы решения социальных вопросов. Технологии, о которых говорил сегодня Путин, не несут на себе явных отпечатков левизны, чего, впрочем, и раньше не случалось. Уже не первый год всякий раз, когда российские государственники ищут философскую опору, они обращаются к наследию Ильина, и в этом смысле это достаточно тривиально. Скорее интересно то, что было процитировано совсем недавнее интервью Солженицына, данное "Московским новостям". Это действительно скорость реакции дольно занятая.


Государственнический мотив в этом послании звучит довольно явно. Впрочем, глупо было бы ожидать, чтобы президент любого государства высказывался в негосударственническом духе. Что же касается мотива социальной справедливости, то да, он, безусловно, стал в этом послании центральным.



Андрей Шарый: В прямом эфире программы "Время Свободы" лидер Российской демократической партии "Яблоко" Григорий Явлинский.


Григорий Алексеевич, вы уже успели отреагировать на послание президента. Вот цитата из вашего заявления: "Президентский доклад представляет собой послание лидера авторитарно-патерналистской системы советского типа. Очевидно, в отличие от многих комплиментарных высказываний, сегодня прозвучавших в эфире Свободы, вы не считаете, что доклад Путина - это "переломная парадигма" в развитии страны. Почему?



Григорий Явлинский: Я думаю, что Путин последователен, он действительно создает авторитарную, а сегодня к этому добавилось - патерналистскую систему. Он это не скрывает, он говорит это совершенно внятно. И все меры, которые он предлагает, они укладываются в такую его линию, такую его политику.



Андрей Шарый: Поясните, пожалуйста, почему вы считаете, что именно сегодня добавлен этот вот термин - патерналистская система? Что это означает, по-вашему?



Григорий Явлинский: А это, например, означает следующее. Вот он совершенно понятно и правильно поднял проблему демографии. А как он ее предложил решать? Прежде всего через пособия, через прямую помощь государства женщинам, которые хотят рожать детей, выраженную напрямую в виде денежных дотаций. Не отменяя эту меру, нужно подчеркнуть, что если бы речь шла о современной рыночной экономике и о современном государстве, то прежде всего нужно было бы говорить о доходах граждан, о повышении активности населения, о малом и среднем предпринимательстве, о том, что Россия нужна не только сырьевая экономика, а нужна диверсифицированная экономика, которая предлагает совсем другую структура занятости, которая предлагает незначительное число квалифицированной рабочей силы, занятой на добыче и продаже нефти и газа, а более полное использование всего человеческого и образовательного потенциала страны. Кроме того, это предполагает ответ на вопрос о том, что происходит с политической стабильностью, с судебной системой, что происходит с доступностью образования, что происходит с уверенностью граждан в том, что в случае каких-либо проблем, которые возникают в семье, они могут быть уверены в завтрашнем дне с точки зрения обеспечения, скажем, в виде кредитов, решения вопросов жилья. То есть это очень широкий круг вопросов, связанный с социальной и экономической активностью населения, а не просто с выдачей пособий.



Андрей Шарый: Григорий Алексеевич, верно ли я вас понимаю, что вы предложили бы президенту или другому президенту России как бы вообще по-другому концептуально повернуть вот этот институт посланий Федеральному Собранию? В этом году обсуждали демографию и оборону, в прошлом году - рынок доступного жилья или национальные проекты. Это как бы такие шахматные фигуры разные на одной и той же доске. Верно ли я вас понимаю, что вы предлагаете поменять вообще просто идеологию подхода к тому, что происходит?



Григорий Явлинский: Да, вы верно понимаете. Потому что я считаю, что ключевые проблемы России - это проблема отсутствия независимой судебной системы, это проблема глубочайшего недоверия со стороны населения ко всем государственным институтам и отсутствия в России независимого представительного органа и независимого парламента. Это проблема, наконец, чрезвычайно тревожная для России, отсутствия института собственности, непререкаемого института собственности, защищаемого всей силой всех государственных институтов. А президент сделал наоборот, он напугал опять собственников в самом начале своего выступления, сказав о том, что наступали на мозоли и будем наступать еще сильнее. Я думаю, что задачей такого послания было бы создание механизмов, которые решают ключевые проблемы страны, такие как Кавказ, такие как олигархическая государственно-монополистическая экономика, такие как, в том числе, и вооруженные силы, и другие государственные проблемы, коррупция, административная система. Никаких механизмов по решению этих проблем президентом не предложено. Он авторитарно говорит: "Надо сделать" - и дальше перечисляет что. И мы потратим на это деньги.



Андрей Шарый: Скажите, пожалуйста, как вы отреагировали на военные аспекты в выступлении Владимира Путина? Я говорю сейчас не о состоянии армии, он много об этом говорил, а о перечислении разных конфликтов, в которых российская армия должна побеждать и к которым Россия должна быть готова. Там и глобальное противостояние, и чуть ли не начало третьей мировой войны. Это продолжение политики президента или для вас это новая мысль?



Григорий Явлинский: Это мысль, в общем, понятная. Во-первых, президент очень любит такую тематику, оборонную, и тематику, связанную с вооруженными силами, он ей всегда уделяет особое внимание. Но, на мой взгляд, в мирное время все-таки это больше для его выступления, скажем, в Генеральном штабе, чем национальное послание. И кроме того, вновь не поставлен ключевой вопрос обороны. Ключевой вопрос обороны - это отношение к людям, которые служат в армии. Вопрос обороны - это не ракеты, танки и подводные лодки, а это отношение и уважение к тем кто там служит. Поэтому следовало бы говорить о преступности в армии и дедовщине или, по крайней мере, определять механизмы решения этой проблемы. Это вновь не было сделано. И был продемонстрирован такой подход опять же авторитарно-технического свойства.



Андрей Шарый: Скажите, вы ожидали более резкой антиамериканской риторики, учитывая то, что отношения России и США в последнее время вообще планомерно ухудшаются, а после заявлений вице-президента США относительно того, что Россия двойственным путем идет к демократии, ожидался какой-то сильный ответ от Путина.



Григорий Явлинский: Нет, я думаю, что ему не нужно давать никаких ответов. У него впереди встреча "восьмерки", зачем ему полемизировать на эту тему? Он исходит из простого такого представления: ну, Чейни что хочет то и говорит, а дела развиваются по-другому, президент США прибудет на встречу "восьмерки". И он поэтому не считает нужным полемизировать на эту тему.



Андрей Шарый: А вам есть в чем поддержать президента? Что-то в этом часовом выступлении было, какие-то конструктивные зерна?



Григорий Явлинский: Я бы так сказал, что, конечно, можно было бы сделать, как сказал один из аналитиков, с которым вы только что разговаривали, что президентское послание во многом риторическая вещь. Так вот, риторику можно было бы использовать в сложившихся условиях любую, в том числе и ту, которая могла бы привести к очень неприятным последствиям в стране. Он этого не сделал. То есть он не сделал послание хуже, чем оно есть.



Андрей Шарый: Вы ожидаете какого-то изменения в политике Кремля после этого послания? Или все будет восприниматься как директива и сколько-нибудь существенного качественного изменения ситуации ждать не приходится?



Григорий Явлинский: Нет, я думаю, что никакого изменения в качестве политики после этого послания не произойдет. Могут произойти изменения после встречи "восьмерки" в Петербурге, но они будут носить глобальный для России политический характер и идеологический. Но это будет уже после встречи и не на основе послания.



Андрей Шарый: А почему вы так считаете, почему связываете с этой встречей такие ожидания?



Григорий Явлинский: Потому что, как правило, после таких встреч и таких разного рода символических и парадных международных мероприятий в России в последние шесть лет очень часто случались резкие обострения внутриполитической линии. И потенциал, я бы так его назвал, реакционной политики, который накапливается, он после таких мероприятий обычно реализуется.



Андрей Шарый: Я благодарю вас.


XS
SM
MD
LG