Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ландшафт, снятый в качестве главного персонажа


"Горный патруль"

"Горный патруль"

Сравнительно недавно в мире музыкальных записей появилась категория «мировая музыка», что, в сущности, просто означает всю «незападную» музыку, то есть, созданную не по привычным нам гармоническим законам, без наших правил, вне западного музыкального языка. По этой аналогии, мне кажется, можно было бы говорить и о «мировом кино», которое привлекает нас не только оригинальным, экзотическом сюжетом, но и необычным, незападным видением мира. Мне тут приходит в голову чудный буддийский фильм бутанского производства «Чемпионат» или очень своеобразная непальская лента «Гималаи». А сейчас в элитарных кинотеатрах Нью-Йорка появился столь же необычный фильм, целиком снятый в Тибете.


Об этой картине рассказывает режиссер и кинокритик Андрей Загданский: «Фильм китайского режиссера Чжуан Лю — «Горный патруль» — картина не безупречная, но если закрыть глаза на некоторые актерские пережимы и не вполне разрешенные сценарные проблемы, то фильм оставляет ощущение шедевра — экзотичного, жестокого, и абсолютно сумасшедшего. Главные герои картины наверняка имеют общие пракорни с героем Фитцкаральдо Вернера Герцога».


— Почему? Те же безумные препятствия, которые преодолевал Герцог, который заставил-таки труппу перетащить настоящий пароход через горную цепь к Амазонке?
— Нечто подобное. Начну с того, что все действие фильма происходит на Тибете. И красота края может свести с ума кого угодно, не только героев фильма. В картине есть ландшафтные кадры, которые вызывали у меня подлинное чувство головокружения. Так было, когда я впервые увидел Большой каньон в Аризоне. Абсолютно меняющее перспективу ощущение. Вы изменились после того, как вы это увидели. И у китайского режиссера Чжуан Лю (Chuan Lu) — чувство ландшафта, пейзажа, подобное тому, которые я вижу у Антониони, у иранского режиссера Абаза Киростами, у того же Герцога.


— Герцог говорил, что пейзаж и есть его главный герой. А здесь?
— Абсолютно, пейзаж и есть герой. Помимо гор, тут есть столь же необычные люди. Герои фильма живут странной жизнью, которую им никто не навязывал, это их собственный выбор. В горах Тибета живет редкая, точнее, уникальная антилопа. В конце восьмидесятых — начале девяностых шерсть этой антилопы стала пользоваться огромным спросом на мировом рынке. Появились браконьеры, и численность антилоп начала стремительно падать — от предположительного миллиона до нескольких сотен тысяч.
Вот тогда и появились добровольные отряды патрулей, которые охотились за браконьерами, и штрафовали их, конфискуя шкуры. Браконьеры же убивали патрульных.
Если угодно, классическая история «хороших парней» против «плохих» с некоторым экологическим добавлением.
Патруль не имеет никакого особенно формального статуса у китайского правительства. Им не платят зарплату, их не снабжают техникой, или же оружием. Это маленькая добровольческая армия безумцев, которые защищают этих уникальных антилоп от браконьеров.


— То есть, вестерн на экологической подкладке?
— Пожалуй, но надо признать, что обычная надпись в конце фильма — «никакие животные не пострадали во время съемок» — не применима в данном случае. Животные пострадали. Мы видим, как антилоп убивают в кадре, как разделывают туши, как слетаются стервятники обгладывать трупы.
Фильм жесткий и если угодно жестокий. Есть совершенно шоковые сцены, вызывающие настоящий холодный ужас перед жестокостью человека-убийцы и равнодушной жестокостью убийцы-природы.
К борьбе за существование — а браконьеры охотятся за антилопами, ибо эта чуть ли не единственный заработок в этом районе Тибета, добавляется борьба самолюбий.
Глава патруля Ри Тай — одержим желанием поймать браконьеров и их предводителя. В этой погоне его действия становятся все менее и менее рациональными — и все более жестокими. Он бросает в горах арестованных раздельщиков туш, — потому что ему нечем кормить задержанных. Он оставляет группу своих людей на дороге, когда один из джипов ломается. И у первых, и у вторых очень небольшие шансы на выживание.
И совсем нет таких шансов у Ри Тая. В той самой конфронтации между протагонистом и главой браконьеров — Ри Тай оказывается практически один на один против дюжины вооруженных людей. Его смерть неизбежна. В этой ситуации Ри Тай говорит их предводителю: ты убиваешь «моих антилоп». В его безумном сознании — антилопы принадлежат ему.
И, глядя на горы Тибета и стада этих грациозных животных, мне хочется добавить: и моих тоже.
Подобный патруль существовал в с 1993 по 1996 год. Потом китайское правительство распустило добровольцев и создало собственный военный патруль. С тех пор численность тибетских антилоп выросла в несколько раз. Это сообщает нам оптимистическая надпись в конце китайского фильма. Я, почему-то, в это верю с трудом.


XS
SM
MD
LG