Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Поправки к закону о высшем образовании. Верно ли, что университетским свободам настает конец?



Программу «Итоги недели» ведет Андрей Шарый. Принимают участие корреспондент Радио Свобода Данила Гальперович, бывший заместитель министра образования России, профессор, заведующий кафедрой психологии личности МГУ Александр Асмолов и президент РГГУ, доктор исторических наук Юрий Афанасьев.


Андрей Шарый: Государственная дума России приняла в пятницу в первом чтении поправки к закону «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», и эти поправки, по замыслу их разработчиков из партии «Единая Россия», должны усилить влияние государства на образовательный процесс. Критики же говорят о существенном сокращении студенческих и университетских свобод. В курс дела нас введет парламентский корреспондент Радио Свобода Данила Гальперович.



Данила Гальперович: Проект закон, меняющий многое в жизни российских высших учебных заведений, прошел через все необходимые согласования с небывалой скоростью. В конце марта документ только появился в Государственной Думе, а уже в конце апреля его было решено рассматривать в первом чтении после майский праздников. Так и произошло.


Закон, изменяющий порядок избрания ректоров и вводящий должности президентов в ВУЗах, был представлен 12 мая на пленарном заседании Думы председателем Комитета палаты по образованию и науке, членом фракции "Единая Россия" Николаем Булаевым. Булаев сообщил, что законопроект касается только государственных и муниципальных учебных заведений и демократию в ВУЗах только укрепляет.



Николай Булаев : То, что мы чаще всего повторяем - вот у нас там чиновники, они все такие плохие, они могут влиять, они неправильно делают. Законопроект предполагает, что влияние чиновника на процесс приема, по сути дела, на работу ректора становится очень малым.



Данила Гальперович: Смысл изменений, при которых в аттестационной комиссии по выборам ректора будет половина представителей государственных органов, а кандидат на пост президента ВУЗа вообще будет предлагаться только властью, был понят депутатами достаточно ясно. Борис Виноградов из фракции «Родина» горько иронизировал по поводу новых порядков, вводимых в российских институтах и университетах.



Борис Виноградов : Сегодня мы отменили уже прямые выборы губернаторов, назначаем их. Может быть, это правильно - выстраивать вертикаль власти. Завтра мы таким же образом сделаем с ректорами. Нам остается одно тогда, у нас осталась одна государственная должность в стране, которая избираема. Тогда мы должны создать аттестационную комиссию по избранию президента Российской Федерации.



Данила Гальперович: Коммунист Олег Смолин был еще более категоричен, и в подтверждение своей критики ссылался на беседы с ректорами известных университетов, говоривших ему, что они подчинятся новым правилам, но нехотя и под большим давлением.



Олег Смолин : Роль аттестационной комиссии будет сводиться к отсеву неугодных кандидатур. Что касается аргументов о том, что этот закон расширяет демократию в ВУЗовскую, то эти аргументы представляются насилием над логикой. Причем никаким кодексом такое насилие, увы, не карается. Сейчас коллектив может набрать две трети голосов и преодолеть позицию федерального органа. В случае вступления в силу закона, всех неугодных будут отсеивать еще на ближних подступах к выборам на стадии действия аттестационной комиссии.



Данила Гальперович: Такая новация, как пост президента высшего учебного заведения, вводится, по словам автора законопроекта, по велению времени и лишь догоняет уже сложившуюся практику. Другое объяснение дает в интервью Радио Свобода депутат Петр Щелищ. По его словам, президентами будут становиться бывшие ректоры, и это их успокоит.



Петр Щелищ: Серьезная личная проблема возникает у достигших 65 лет ректоров, которые зачастую десятилетиями руководили ВУЗом. Переход в статус пенсионеров для них крайне болезнен, подчас провоцирует их на такие действия, которые они в ином случае не совершали бы - в смысле преемника и так далее.



Данила Гальперович: Но, согласно закону, во-первых, президент ВУЗа, кандидатуру которого будет рекомендовать власть, должен представлять ВУЗ в отношениях с самой же властью, а во-вторых, функции президента предполагают возможность участия, как говорит законопроект, в совершенствовании учебной деятельности. Критики уже называют будущих президентов высших учебных заведений контролерами от власти.



Андрей Шарый: В прямом эфире Радио Свобода бывший заместитель министра образования России, профессор, заведующий кафедрой психологии личности МГУ Александр Асмолов. Александр Григорьевич, здравствуйте. Я сначала обращусь к вашему опыту высокопоставленного чиновника, хотя это было в другую эпоху, вы были замминистра образования в период ельцинских реформ. Тем не менее, насколько логично то, что происходит с законом «О высшем образовании»?



Александр Асмолов: Для меня ощущение, что я возвращаюсь во времена борьбы в 88-89 год. Тогда по инициативе Ягодина, в которой я участвовал, мы добились того, чтобы ректора вузов не назначаемы властью, а избираемы. Хочу напомнить, что эта инициатива шла от Государственного комитета СССР по образованию, вектором которого была либерализация российской жизни. Сейчас мы сталкиваемся с совершенно иным вектором. Если ректор вуза назначается аттестационной комиссией и карт-бланш зависит от того, насколько этот ректор подходит или не подходит той или иной административной структуре, то, безусловно, о свободе вуза, об автономии вуза придется, по большому счету, только мечтать.



Андрей Шарый: Скажите, пожалуйста, вы упомянули слово «свобода вуза», говорят об автономии университетов. Есть такие популярные слова – студенческая или университетская вольница. Такова ли эта вольница в нынешней России? Что стоит за этим понятием - автономия вузов, автономия высшего образования?



Александр Асмолов: За этим стоит следующее: при всех сложных механизмах выборов, тем не менее, главным избирателем является профессорско-преподавательский состав, избранные от профессорско-преподавательского состава принимают решение, кто из кандидатур будет ректором вуза, чья программа наиболее адекватна для развития вуза. Не надо быть столь наивным, чтобы не считать, что на подобный выбор всегда влияют внешние силы – это банальность. Вместе с тем сама процедура создавала возможность выбора того или иного ректора, который выбирался иногда вразрез с властью. Приведу следующий пример: во время самых либеральнейших периодов, все-таки когда было правительства Гайдара, шли выборы в мой родной московский университет, и тогда правительство захотело, на его взгляд, поставить того ректора, которого оно хочет, предложило ряд кандидатур. Вместе с тем вуз тогда, несмотря на предложение правительства, о котором много сейчас говорят разного, выбрал ректора, который до сих пор является одним из ведущих стратегов высшего образования – это Виктор Антонович Садовничий. Если бы тогда пошли по указке правительства, если бы была ситуация, о которой мы сейчас говорим, он бы никогда не стал ректором России и председателем Союза ректоров этой страны.



Андрей Шарый: Александр из Петербурга, добрый вечер. Вам слово.



Слушатель: Добрый вечер. У меня вот какой вопрос к господину Асмолову. Я вижу за этой проблемой еще более страшную проблему, которую я наблюдаю в высшем образовании, а именно те самые образованцы, они были и в советское время, и сейчас. То есть люди, выпускники вузов, кандидаты наук с отсутствием мировоззренческой парадигмы, с отсутствием концептуальных философских воззрений. То есть жуткий какой-то набор для некоего винтика, который будет функционально и четко заточен. И то, что предлагает «Единая Россия» – это, на мой взгляд, еще больше усугубляет. То есть люди будут одномерные, то есть тот самый одномерный человек с высшим образованием, который совершенно не чувствует мир в целом, а видит свою узкую область.



Андрей Шарый: Спасибо, Александр из Петербурга. Александр Григорьевич, как насчет мировоззренческой парадигмы?



Александр Асмолов: Я согласен с диагностикой моего коллеги из Петербурга. Одномерность высшего образования – это вообще нонсенс. Если не будет выпускаться преподавателей вуза прежде всего, вообще выпускников вуза, имеющих те или иные базовые основы культуры, то это не высшее образование, а подготовка специалистов. А как мы иногда повторяем банальную истину: специалист подобен флюсу. Сегодня в изменяющемся мире нужны специалисты, имеющие широкую мировоззренческую, культурологическую основу, какая бы профессия ими ни избиралась.



Андрей Шарый: Александр Григорьевич, скажите, пожалуйста, вы как-то сопрягаете эти инновации в сфере высшего образования с общей политической общественной обстановкой в стране, как-то это связано, на ваш взгляд?



Александр Асмолов: На мой взгляд, ответ уже содержится в вашем вопросе. По сути дела вектор на более четкую управляемость системой проявляется везде. Высшее образование в данном случае не является исключением, этот вектор действует и здесь. И в высшем образовании так или иначе может начать действовать логика не социальных заказов, а более глубинная тяжелая логика социальных приказов. Вместе с тем еще раз хочу подчеркнуть, что каждый раз, когда мы на те или иные изменения спешим петь похоронные песни – это является, с моей точки зрения, преждевременным песнопением. Дело заключается в том, какие бы реформы, направленные на усиление вертикали власти ни проводились, в том числе и в высшей школе, они по закону Ньютона в политике - действие равно противодействию - приводят к усилению горизонтальных связей, межрегиональных связей регионов, межвузовских связей, межфакультетских связей. Тем самым я бы еще раз хотел сказать: я бы не спешил бить набат по похоронам свободы университетов, хотя такая угроза существует.



Андрей Шарый: И вы считаете, что научная общественность, университетская общественность как-то будет сейчас объединяться для того, чтобы дух вольности, автономию университетов каким-то образом сохранить?



Александр Асмолов: Вузовская общественность – это индивидуальности, а каждая индивидуальность имеет не общее выражение лица. Вместе с тем у многих преподавателей профессоров вузов подобного рода логика вызовет, я думаю, серьезную социальную озабоченность.



Андрей Шарый: Сейчас в эфире Радио Свобода Юрий Афанасьев, президент РГГУ, доктор исторических наук. Юрий Николаевич, добрый вечер. Прежде всего давайте послушаем мнение одного из ваших коллег, который полностью согласен с тем, что собираются ввести в закон депутаты Государственной думы. В эфире Свободы ректор Российского нового университета Владимир Зернов.



Владимир Зернов: Аттестация ректоров, конечно же, необходима. Государство в лице государственного органа управления должно иметь канал воздействия на кадровую политику.


Университетские вольности при этом никак не ущемляются. Речь же идет о том, что аттестационная комиссия, которая наполовину будет состоять из представителей того же ректорского корпуса, будет смотреть, кто вновь приходит в эту самую семью.


Безусловно, правильное решение. От эффективности выполнения этого решения во многом зависит и дальнейшая конкурентоспособность нашего образования как вне страны, так и внутри.


Раз негосударственные ВУЗы хотят работать по тем же правилам, по которым работают и государственные ВУЗы, то и в эти игры мы обязаны будем играть. Кстати, подобная вещь уже коснулась, в том числе по просьбе самих негосударственных ВУЗов. Потому что если в самом начале развития движения негосударственного образования ректором такого ВУЗа мог стать любой, то сейчас только человек, имеющий степень и звания и опыт работы в высшей школе.


Должность президента - нужна она или нет? Мы вроде бы жили много лет без президентства и нормально, а сейчас резко стали ее вводить. Вот это то, что пришло с Запада. Вы знаете, что на Западе практически в каждом серьезном ВУЗе есть ректор и есть президент. Наверное, это уже тот уровень развития нашей профессиональной школы, когда должность президента необходима для нормального дальнейшего развития ВУЗа.


Сегодня много спорили, кто может быть президентом ВУЗа? Как правило, это будет бывший ректор, который много лет проработал, но подошел возраст, либо еще какие-то причины.


Это не советник. Это регулируется Уставом ВУЗа.



Андрей Шарый: Юрий Николаевич, вы согласны с тем, что услышали?



Юрий Афанасьев: Нет, я категорически не согласен с ректором, которого я сейчас услышал. Но с ним, что называется, все понятно – это такой откровенный рупор тех, кто продавливает эту идею, идею ликвидации автономии и ликвидацию института выбора реактора. Собственно говоря, там аргументов никаких не было приведено, просто говорится о том, что так будет лучше и больше ничего.


Что касается ссылки на Запад, нельзя совершенно сравнивать то, что происходит у нас, с тем, что происходит в некоторых западных университетах. Там действительно и иные принципы организации образования, определения содержания обучения, иные принципы финансирования, иные принципы работы попечительских советов, иное финансирование из государственных бюджетов. То есть это просто, я чуть ли не произнес какой-то эпитет по поводу того, что услышал. Но я воздержусь от эпитетов. Я скажу, что это выступление бессодержательное.



Андрей Шарый: Юрий Николаевич, благодарю вас за сдержанность. Нам дозвонился Никита из Москвы. Добрый вечер, Никита.



Слушатель: Добрый вечер. Вы знаете, я хотел сказать следующее: вы противопоставляете – вольница – невольница. Но задача университета - это не вольность или невольность, задача университета – это поиск истины, не больше и не меньше. В уставе Московского университета так и написано: высшей целью Московского университета является поиск истины. Поэтому всякое чиновничье, все чиновники, которые хотят участвовать в выборах ректора, они думают, что это просто учреждение, а это не просто учреждение. Поэтому то, что мы видим сейчас – это подкоп под самые основы университета. А проблема вольности – это вторичная проблема, так же как и проблема специалистов, как это ни странно - это вторичная проблема по отношению к первой проблеме культуры, которой является основой университета и частью университета, и вне университета невозможна культура. Вот в чем дело. Поэтому этот закон просто подкоп под культуру и чего не понимают чиновники и, к сожалению, многие, кто обсуждает эту проблему, в том числе и только что выступивший ректор.



Андрей Шарый: Спасибо, Никита. Юрий Николаевич, я сейчас дам еще один звонок, а потом попрошу прокомментировать мнение двух слушателей. Алексей из Московской области в эфире. Добрый вечер.



Слушатель: Добрый вечер. У меня такой вопрос. Юрий Николаевич и предыдущий ваш собеседник упомянули об автономии университетов. Нельзя ли пояснить, что имелось в виду, о какой автономии идет речь? И в связи с этим относительно оплаты экзаменов, курсовых работ и прочее нельзя ли сказать несколько слов? И входит ли это в понятие автономии?



Андрей Шарый: Сейчас узнаем. Юрий Николаевич, пожалуйста.



Юрий Афанасьев: Дело в том, что автономия университета – это очень широкое, многоплановое понятие. И она распространяется, эта автономия на определение прежде всего содержания и характера образования. Дело в том, что университеты различаются между собой не названиями, не брэндом, не даже какими-то титулованными достижениями, они различаются тем местом, которое университеты занимают в истории науки и образования. А вот это дает, я имею в виду высокий уровень и науки, и образования, в тех университетах, где создана обстановка творчества, самоорганизации, где самостоятельность в определении характера содержания образования стоит на первом месте, оберегается как святыня. Дело в том, что, к великому сожалению, у нас в принципе ничего уже этого нет. Мы сейчас говорим, что идут назначения ректоров, и мы лишимся автономии университетской. Мы ее лишились еще с дореволюционных времен. Эту самостоятельность, автономию, ее угробили давным-давно стандартами, обязательными программами, едиными учебниками, административным произволом, который уже утвердился. А что касается вот этого последнего решения, то это как бы существовали какие-то остаточные явления хотя бы на формальном уровне. Так вот, теперь уже и их изничтожают. Если вертикаль, то уж без сучочка.



Андрей Шарый: Юрий Николаевич, вы президент РГГУ, а раньше были ректором этого учебного заведения. Я так понимаю, что это предусмотрено уставом вашего университета. Скажите, пожалуйста, как вы сейчас делите обязанности с ректором или чем отличаются ваши полномочия от полномочий ректора, и как вы уживаетесь с ним?



Юрий Афанасьев: Вы знаете, в конкретном случае эти вопросы тоже не решены, но я не хотел бы об этом говорить, потому что мы тогда уйдем в частности, и свой случай я рассматриваю как частный случай. Поэтому следовало бы, если вводить должность президента параллельно или наряду с ректором, то надо определить, для чего, с какой целью, чего это даст, как между ними должны быть распределены функции, чем заниматься должен тот и другой и так далее. Я могу только сказать, что когда говорят о президентах, допустим, в Соединенных Штатах Америки, то там, как правило, президент – это человек, который влияет большей мере на содержание образования, на развитие науки. Ректор, как правило, – это менеджер, это финансист, это администратор. Но я еще раз говорю, что это там так решено, как надо бы и следовало бы решить у нас – это особый разговор.


Но вот этот законопроект, который в думе проголосовали уже, ведь это к содержательным моментам никакого отношения не имеет. Речь идет о том, чтобы овладеть финансовыми потоками, которые вращаются в сфере образования вообще и в высшей школе, в частности. Кому должны принадлежать здания, земля, которыми располагают университеты, и каким образом перераспределить те деньги, которые поступают в сферу образования от взяток, от коррупции. Вот ведь какая тут проблема. Поэтому мы напрасно обсуждаем какие-то вещи, касающиеся науки, образования, то, что было сказано совершенно правильно, поиски истины. Истиной там во всем этом деле даже и не пахнет, она близко не лежала ко всему тому, что делается.



Андрей Шарый: Владимир из Нижегородской области, добрый вечер.



Слушатель: Скоро выборы. И назначенцы-ректоры поведут студентов как стадо баранов на участки. Поэтому ректоры все будут из «Единой России». Путин устраивает свою вертикаль и хочет остаться на третий срок.



Андрей Шарый: Спасибо вам большое, Владимир из Нижегородской области.



XS
SM
MD
LG