Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

О будущем Петербурга, о политике, о выборах, о партийном строительстве - беседа с председателем Законодательного собрания Санкт-Петербурга Вадимом Тюльпановым


Виктор Резунков: Сегодня в Петербургской студии Радио Свобода в гостях председатель Законодательного собрания Санкт-Петербурга, секретарь политсовета Петербургского регионального отделения политической партии «Единая Россия» Вадим Тюльпанов.


Сегодня мы поговорим о политике, о будущем Петербурга, о партийном строительстве, о деятельности Петербургского парламента и многом другом.


Вадим Альбертович, вчера воронежский губернатор Владимир Кулаков поддержал идею внесения поправки в Конституцию, для того чтобы Владимир Путин остался на третий срок. Для этого с такой же инициативой выступил, в частности, и депутат Питерского законодательного собрания Игорь Риммер. Вы бы лично поддержали идею проведения референдума об изменении Конституции для третьего срока Владимира Путина? Как вы к этому относитесь?



Вадим Тюльпанов: Вы знаете, еще древние говорили: «Закон суров, но это закон». И у нас в России право именно на основе закона осуществляется, есть Конституция Российской Федерации, где четко прописан срок президенту – не более двух полных сроков подряд. И как бы ни относились к Владимиру Владимировичу Путину, а я могу сказать, что лично я считаю, что это огромное благо для России, что он управляет нашим государством уже второй срок подряд, но, тем не менее, закон есть закон. И я считаю, даже огромная заслуга Владимира Владимировича, как в свое время была заслуга, я считаю, Ельцина, - как он ушел. Можно по-разному говорить о том, как он работал, каковы плоды его работы были впоследствии, но за одно то, что он ушел, даже не то, что он ушел, а как он ушел, можно было поставить ему памятник при жизни. И вот заслуга Владимира Владимировича, что, несмотря на то, что он может и имеет, скажем, в своем арсенале полный набор всех рычагов для изменения Конституции (он имеет 306 голосов «Единой России» в Госдуму – этого достаточно для проведения и референдума, и даже без референдума можно принять новую Конституцию), но он этого не делает. И вот здесь ему честь и хвала. И я считаю, еще раз могу сказать, я не сторонник такого референдума.



Виктор Резунков: А если бы депутаты Законодательного собрания все-таки обратились непосредственно с письмом, как сейчас сделал Владимир Кулаков, воронежский губернатор, вам бы ничего не оставалось, в принципе, как поддержать эту инициативу?



Вадим Тюльпанов: Вы имеете в виду, если бы депутаты коллективно приняли такое решение? Ну, понятно, что как председатель Законодательного собрания я подчиняюсь коллективной воле депутатов, и если бы он приняли такое решение, то ничего бы не оставалось, как подписать это обращение или заявление от имени депутатов Заксобрания. Но личную свою точку зрения я высказал.



Виктор Резунков: А нет пока такой ситуации, вы не чувствуете, что депутаты собираются такое обращение написать?



Вадим Тюльпанов: Нет, я хорошо чувствую подноготную наших депутатов и не вижу предпосылок для такого обращения или для такого решения.



Виктор Резунков: Вадим Альбертович, как вы думаете, когда станет известно имя преемника Владимира Путина? Сложный вопрос, я понимаю, но пофантазируйте.



Вадим Тюльпанов: Я думаю, что окончательно все станет известно в следующем, 2007 году, и этот год уже, безусловно, расставит все точки над i.



Виктор Резунков: А если предполагать с точки зрения политического деятели, обязательно должен преемник Владимира Путина стать премьер-министром перед президентскими выборами?



Вадим Тюльпанов: Я думаю, что, может быть, и не обязательно. Я думаю, что вполне возможно, что и на тех должностях, которые занимают сегодня, каких-то крупных федеральных должностях, которые занимаются сегодня ряд высокопоставленных чиновников – они могут проявить себя и баллотироваться в 2008 году. Если выборы раньше не пройдут. Я не исключаю, что Владимир Владимирович, может быть, и досрочно – теоретически опять же – может сложить с себя полномочия. Но если ничего не будет экстраординарного, то выборы в 2008 году пройдут. Думаю, что президентом будет тот, кто уже сейчас на слуху и кого мы сейчас знаем.



Виктор Резунков: Кто в обойме уже сейчас.



Вадим Тюльпанов: Конечно.



Виктор Резунков: Давайте поговорим о партийном строительстве. Недавно лидер КПРФ Геннадий Зюганов заявил, что сегодня в России все идет к созданию двухпартийной системы, в основе которой будут две партии – «Единая Россия» и КПРФ. Однако, по его словам, «Единая Россия» взяла на вооружение самое худшее, что было в опыте работы КПСС, и из-за этого страна все дальше и дальше продвигается к однопартийной системе. Как вы можете прокомментировать такое заявление вашего политического оппонента?



Вадим Тюльпанов: Я, безусловно, считаю, что партий сейчас около 50, было горазд больше в свое время, на заре демократии, и думаю, что в следующую Государственную Думу пройдут 2-3, максимум 4 партии. Наверное, все же у нас будет не двух-, а трехпартийная система. Я предполагаю, что это будет центристская партия – «Единая Россия» в данном случае такую роль выполняет, наверное, какая-то левая – в данном случае это КПРФ, и скорее всего может быть еще и правая партия, потому что людей, в частности, особенно в Петербурге людей с правыми взглядами очень много. Я напомню, что в Петербурге на последних выборах в Госдуму получили, по-моему, около 8 процентов СПС и около 8 процентов «Яблоко» получило, то есть достаточно большое количество голосов эти правые силы получили. И я думаю, что какая-то правая сила все-таки должна быть представлена в Государственной Думе, не знаю, какая это будет партия. Потому что в противном случае возможен повтор того, что было в Петербурге полтора года назад, когда люди не на баррикады выходили, но митинговали, и тысячи людей выходили к зданию нашего Заксобрания и в других местах митинговали. Я вспоминаю те времена и считаю, что во многом произошли вот эти всплески, потому что в парламенте федеральном не представлены определенные взгляды тех людей, которые выходили на митинги, в частности, правые взгляды.



Виктор Резунков: Спасибо, Вадим Альбертович. А каким, по вашему мнению, будет следующий состав Госдумы после выборов 2007 года? «Единая Россия» сохранит свою численность или все-таки будет немного меньше?



Вадим Тюльпанов: Сложно, конечно, предсказывать ход будущих событий, но давайте чуть проанализируем. Я думаю, что, наверное, будет чуть меньше у «Единой России», но надеюсь, что это будет все равно больше, чем половина депутатов Государственной Думы, то есть больше, чем 225 человек, что дает возможность все равно определенного контроля в принятии законопроектов. Да, безусловно, когда голосовался закон о том, что следующие выборы будут целиком партийные, партия «Единая Россия» понимала, что в первую очередь сложности будут для них самих, потому что сегодняшнее число – 306 – это примерно около 100 человек одномандатников, которые выиграли по одномандатным округам и пришли в «Единую Россию». Ну, так как я член «Единой России», я хочу, чтобы максимально большее количество мандатом получила партия, но думаю, что это будет все равно больше половины.



Виктор Резунков: Как вы в целом оцениваете новый избирательный закон? И как это повлияет, кстати говоря, на выборы в Законодательное собрание Петербурга, которые будут тоже в декабре 2007 года?



Вадим Тюльпанов: Да, у нас тоже свой избирательный закон на выборах в Заксобрание Петербурга, и он тоже целиком по партийным спискам. Он, правда, несколько отличается, там есть у нас отличия от выборов в Государственную Думу. И, кстати, Александр Альбертович Вешняков не так давно приезжал к нам в городской парламент, я с ним встречался, и он назвал наш закон прогрессивным. И после того, как он будет уже опробован на практике в декабре 2007 года, он будет рекомендовать принять его другим субъектам Федерации. В двух словах я могу о нем рассказать.



Виктор Резунков: Да, пожалуйста, как будут избираться депутаты?



Вадим Тюльпанов: У нас, как вы знаете, в Петербурге существовало 50 округов, и это были одномандатные выборы, и каждый депутат выбирался вне партии. Именно выборы были одномандатные. Сейчас мы оставили эти 50 округов, и они называются по-другому – избирательные территории. И в каждой этой территории будут составляться отдельные списки. То есть с точки зрения избирателя, пришедшего на участок, что он видит перед собой? Он видит перед собой, допустим, первый номер по жребию – «Единая Россия», он видит фамилии первой тройки и фамилию конкретного кандидата от этой партии «Единой России» по этому округу.



Виктор Резунков: И так же – от других партий.



Вадим Тюльпанов: Да. Дальше, допустим, ЛПДР – первая тройка и фамилия кандидата по этому округу. И он голосует полностью за кого-то, за какую-то партию одну, имея в виду и первую тройку, и этого кандидата, к которому потом он будет обращаться, по большому счету. То есть мы частично сохранили такую мажоритарную систему, для того чтобы избиратель все-таки своего депутата на месте. Потому что, конечно, одно дело – первая тройка, но к первой тройке очень сложно обратиться при решении какой-то конкретной проблемы, а здесь всегда он может обратиться к тому депутату, за которого он голосовал. У него этот депутат есть, к нему можно прийти. Я по себе знаю, я принимаю своих избирателей. В наших петербургских округах по 70 тысяч избирателей – это все равно много, но это дает возможность желающему избирателю попасть к своему депутату. И вот впоследствии суммируются все проценты, которые набраны по всем этим 50 округам, и в зависимости уже от того, какая партия набрала сколько голосов, какая-то – 30 процентов, какая-то – 40 процентов, 20 процентов, в зависимости от этого в дальнейшем распределяются места среди депутатов в списке. Как они распределяются? Набрал, допустим, Иванов в своем округе 80 процентов – это больше других членов партии – значит, он получил четвертое место после первой тройки, набрал 75 процентов – получил пятое место, и так до окончания списка. То есть формирует список сам избиратель. Что самое главное, одно из главных, я считаю, что не партийный функционер формирует списки по существу за деньги, а формирует его сам избиратель. И кандидату в депутаты необходимо хорошо работать в своем округе, для того чтобы получить большое количество голосов, чтобы попасть в список.



Виктор Резунков: У нас звонки. Виктор из Москвы, пожалуйста.



Слушатель: Здравствуйте. Мне непонятно, почему слово «преемник» звучит? Если демократическое государство, почему есть преемник президента? Президент выбирается демократическим путем, вообще-то.



Вадим Тюльпанов: Ну, слово «преемник» не я сказал, это в вопросе прозвучало так.



Виктор Резунков: Это скорее из журналистского лексикона.



Вадим Тюльпанов: Из журналистского лексикона, да. Я согласен с вами, что мы живем в демократическом государстве, и слово «преемник» - в данном случае это именно журналисты и растиражировали. На самом деле речь, думаю, не будет идти о преемнике, и может быть, даже будут два, три, допустим, высокопоставленных, как я уже сказал, чиновника, работающих сейчас на высоком федеральном уровне, и безусловно, будут и те, кто не работает на сегодняшний день на федеральном уровне. Я думаю, что время все расставит на свои места, и мы все это увидим в 2008 году.



Виктор Резунков: Сегодня депутаты Госдумы в целом приняли закон о запрете перехода депутатов из одной партии в другую. Ранее был принят закон о запрете перехода депутатов из одной фракции в другую. В Петербургском Законодательном собрании такой же закон относительно перехода во фракции был принят еще в прошлом году, однако, как мне кажется, он не препятствует переходу депутатов из одной фракции в другую. Или такого закона как такового не было?



Вадим Тюльпанов: У нас нет такого закона. У нас депутат волен переходить. Так как мы избирались, я напомню, по мажоритарной системе, не партийной системе, то, в принципе, у нас на сегодняшний момент депутат волен переходить из фракции во фракцию по своему усмотрению, как велит его то его совесть, будем так говорить. Но я согласен, что если депутат избрался уже от партии, то, безусловно, избирая его, те люди, которые за него голосовали, они, конечно, голосовали не только за него, а в первую очередь за партию голосовали и понимали, что он будет, находясь в парламенте, отстаивать интересы именно этой партии. И я, кстати, согласен с таким решением Госдумы, что если депутат переходит в другую партию, то его надо лишать депутатского мандата. Это, я считаю, совершенно в духе времени и в духе демократизма.



Виктор Резунков: Да, этот закон будет рекомендован региональным парламентам, поэтому, видимо, придется принимать и в Законодательном собрании Петербурга отношение к этому закону. Николай из Санкт-Петербурга, мы вас слушаем.



Слушатель: Я присоединяюсь к тому вопросу, который вы сейчас задавали по поводу перехода и снятия депутатских полномочий при переходе, действительно, это очень правильно. А то непонятно, что у нас творится в политической системе. И второй вопрос – чисто как к депутату Кировского района, я живу в этом районе. Знаете, просто проблема – детей отвезти в школу, в больницу. Что-то нашей администрацией, Законодательным собранием города, транспортным комитетом делается по двум проспектам – Стачек и Маршала Жукова? Я знаю, господин Тюльпанов очень деятельный депутат и пробивной председатель, поэтому просьба, если есть возможность, учесть это.



Виктор Резунков: Вы имеете в виду проблемы с транспортом?



Слушатель: Да-да.



Вадим Тюльпанов: Проблема с транспортом, именно не сами дороги? Я хотел бы уточнить, проблема – что нет общественного транспорта или что?



Виктор Резунков: Видимо, имелась в виду проблема регулярности работы транспорта, то есть приходится долго ждать транспорт.



Вадим Тюльпанов: Я хочу сказать, что просто не так давно, я знаю, правительство Петербурга начало проводить конкурсы на транспортные маршруты, в том числе и в Кировском районе, и не все еще до конца проведены. Поэтому когда они будут уже окончательно проведены, это будет уже в ближайшее время, я думаю, что количество автобусов, количество маршруток увеличится, и проблем, я думаю, с транспортным обслуживанием, о котором говорил радиослушатель, будет меньше.



Виктор Резунков: Вадим Альбертович, вы поддерживаете перевод Конституционного суда в Петербург. Какие еще органы федеральной власти необходимо перевести в Петербург и почему? И надо ли вообще переводить?



Вадим Тюльпанов: Я хочу сказать, что я не только предполагаю в Петербург переводить, а я считаю, что в первую очередь надо разгрузить Москву, потому что Москва сегодня в себе сосредоточила необыкновенно сильно и власть, и бизнес. По сути дела, другого такого города в мире нет, который был бы и столицей огромного государства, территориально огромного в первую очередь, где было бы сосредоточение 90 процентов всего бизнеса этой страны. Такого города в мире, кроме Москвы, больше нет. Это очень большое зло и для Москвы, и, в первую очередь, для России, потому что другие города, другие регионы от этого практически не развиваются, особенно если брать Дальний Восток и Сибирь. Я могу привести пример, допустим, что в России мы имеем на 1 квадратный километр 8 человек, а, допустим, если брать Дальний Восток и Сибирь, то там – 1 или еще меньше, «полчеловека» на 1 квадратный километр. То есть практически таким количеством людей не удержать будет в скором времени Дальний Восток и Сибирь. И об этом надо думать уже сейчас, потому что Китай под боком, где огромное количество населения, Япония под боком, где огромное количество населения. И поэтому развивать надо в первую очередь сегодня регионы России, в частности – Дальний Восток, Сибирь. Поэтому я считаю, что необходимо, допустим, перенести какие-то органы государственной власти, может быть, в те города. Или какое-то министерство, допустим, рыбное перевести во Владивосток, к примеру. Может быть, еще какие-то органы. Допустим, Центробанк перевести в какой-либо из сибирских городов. Но надо именно разукрупнять Москву, потому что ее укрупнение в целом беда для страны.


А в Петербург, я думаю, можно было бы еще полностью всю стройную систему перевести, кроме Конституционного суда, Верховный суд и Арбитражный. Но это требует, конечно, больших затрат. Перевод, кстати, Конституционного суда не требует больших затрат – там сравнительно небольшие затраты, потому что сам состав суда – 19 судей плюс аппарат около 200 человек, то есть, в общем-то, небольшое количество людей, чего не скажешь о Верховном суде и Арбитражном суде. Тем не менее, в будущем я бы все-таки видел, допустим, Петербург судебной столицей России.



Виктор Резунков: Судебной именно?



Вадим Тюльпанов: Судебной, да.



Виктор Резунков: Из Москвы звонит Владимир Владимирович. Пожалуйста.



Слушатель: Добрый вечер. Вот то, что выговорили по избирательной системе, это напоминает что-то из разряда высшей математики. Дело в том, что демократия по всем понятиям – это власть народа, а народ – это по полу, по возрасту, по национальности, по территориальному признаку, по профессии – где вот эти представители. И получается – какие-то тройки, кстати, понятие «тройка» наводит на грустные размышления. И каким образом будет формировать списки эти партийные, который придет на выборы? Ну, как можно?! Абрамович – чужой человек на Чукотке, живет в Англии. Госпожа Нарусова – от вообще какой-то непонятно северной территории. Должны быть выборы, которые связаны с территорией, с профессией, с какой-то принадлежностью к народу.



Виктор Резунков: Понятно. Вадим Альбертович, ответите?



Вадим Тюльпанов: Я как раз могу сказать, если тут была произнесена фамилия Абрамовича, Абрамович первый раз был как раз избран населением Чукотки, он шел просто на выборы и победил. Это второй раз уже он был переназначен президентом по новому закону, а первый раз как раз его избрали. Что касается опять же нашего закона, я как раз хочу сказать, что именно привязка к земле как раз и отличает его от других подобных законов, которые тиражируются по партийным спискам. То есть еще раз хочу сказать, что избиратель, приходя на избирательный участок, допустим, избирательный участок – несколько кварталов всего, вот он знает, допустим, тех людей, которые помогают в той или иной проблеме, помогали ему в течение нескольких лет. И как раз эти люди и будут выставляться партиями по данному участку, и как раз избиратель будет видеть эти фамилии и будет за них голосовать. И они, если они наберут достаточное количество голосов, впоследствии попадут в список партий. Поэтому я считаю, что это вообще достаточно прогрессивный закон, в отличие, допустим, от чистых партийных списков, когда приходит избиратель, просто голосует за первую тройку, но кто будет работать на его округе, к кому обращаться – он не знает, и ведать не ведает. Более того, проголосовав просто за список, условно говоря, «Единой России», он потом не сможет ни к кому обратиться. Может быть – в отделение партии, но отделение партии одно не весь город, центральное отделение партии, а здесь как раз конкретно он, избрав своего депутата от партии, может пойти к нему и рассказать обо всех проблемах и вправе надеяться на какую-то помощь от него.



Виктор Резунков: Вадим Альбертович, Петров спрашивает у вас: «Ошибки Зурабова (имеется в виду монетизация) в любой другой стране привели бы к его немедленной отставке. Почему ваша партия не требует его изгнания?»



Вадим Тюльпанов: Я знаю, что наша партия несколько раз собиралась созвать генеральный совет, в том числе, вызывался Зурабов и в Госдуму, и на партийные мероприятия. Об отставке речь пока не шла, но предупреждения неоднократные ему выносились, и я думаю, что он их учел, потому что в последнее время все-таки работа этого Минсоцздравразвития, я считаю, несколько улучшилась.



Виктор Резунков: Сергей из Петербурга, пожалуйста.



Слушатель: Добрый день, господа. У меня по двум темам вопрос, вроде как немножко перекликается. Во-первых, попытки сейчас изуродовать центр города, откровенно говоря, вот эта башня с лифтами, которую собираются делать в китайской части города, с которой будет виден весь город, как был объявлено, я думаю, и она будет видна из всего города, попытки «газпромовские» гигантские здания делать. Неужели непонятно, что это просто будет изуродован центр города? И неужели вы хотите попасть с госпожой Матвиенко – будут «Тюльпанов и Матвиенко, при которых изуродовали центр Петербурга»? И второй мой вопрос тоже относится к истории. Вот этот пир во время чумы, празднование 100-летия Думы и прочее, понимаете, восточнее и южнее вашей дачи лежат сотни тысяч не захороненных солдат, причем это не просто забытые захоронения, а они просто на поверхности лежат, часто с оружием даже. Неужели часть этих денег нельзя как-то перенаправить вот на этих людей, которые за свои деньги, за какие-то спонсорские деньги пытаются это провести? Нельзя же, чтобы город был в кольце костей. И еще такой вопрос. Все-таки вот эта принцесса Догмара, я единственную знаю ее заслугу – она познакомила Распутина с царицей. Может быть, полежала бы она еще десяток лет в Дании, а уж потом сюда ее привезли?



Виктор Резунков: Ну, последний вопрос немножко не по теме, но хорошо…



Вадим Тюльпанов: Я согласен с нашим радиослушателем, что, конечно, Петербург – город уникальный, и музей под открытым небом, и так это и есть. И конечно, самая главная задача властей нашего города – это не навредить облику нашего города и не испортить внешний вид Санкт-Петербурга, это самая главная задача, кстати, не такая уж и простая. Но вот, допустим, если брать вот эту башню в «китайском квартале», о которой говорили, это далеко не центр нашего города, это практически уже окраина нашего города, которая никогда в ближайшее время не развивалась бы, потому что средств на это место на юго-западе, на болотистое место у города на сегодняшний день нет. И я считаю, что это огромное благо для города, поскольку сюда приходят инвестиции – практически 1,5 миллиарда долларов – с китайской стороны, и китайские инвестиции помогут строительству практически целого города на 35 тысяч человек, на миллион квадратных метров жилья, которое будет строиться на 180 гектарах. И в данном случае я думаю, что это огромная заслуга прежде всего губернатора Валентины Ивановны, которая смогла привлечь эти инвестиции сюда. И уверен, что строительство этого квартала пойдет только на пользу нашему городу, кстати, и облику нашего города. Потому что я видел предпроектную документацию этой части города, и, на мой взгляд, если все будет выполнено именно так, как я видел, это будет сделано очень красиво и по-петербургски. Вот что я хотел сказать по этому поводу.



Виктор Резунков: А второй вопрос – по поводу захоронений останков и выделения денег вместо празднования юбилея, торжества Госдумы на захоронение останков?



Вадим Тюльпанов: Понимаете, я очень часто встречаюсь с такими рассуждениями, что не надо было тратить деньги на вот это, а вот как раз этой суммы хватило бы сделать то-то. Но в данном случае я хочу сказать, что 100-летие Госдумы – это дата историческая, и это не какая-то сиюминутная дата, а это действительно 100 лет развития демократии в нашем государстве. К сожалению, была прервана работа этой Государственной Думы в 1917 году и только в наши дни она возобновила работу. Если бы, может быть, она не была прервана, то и жили бы мы совершенно по-другому. Поэтому я думаю, что 100-летие, хотя оно было отпраздновано без особой помпы, но заседание историческое прошло в Таврическом дворце, на котором я тоже присутствовал. Никакой там особой помпы и больших средств не было. Поэтому я считаю, что сделано все был очень скромно, и думаю, что вполне обоснованно.



Виктор Резунков: Вадим Альбертович, возвращаясь к предыдущему вопросу, вы следите за теми событиями, которые происходят в городе. И в последние годы неоднократно в том или ином районе возникали напряженные ситуации, когда жильцы протестовали против уплотнительных застроек. Почему вместо активистов «Единой России» с жильцами их поддержать выходили активисты Национал-большевистской партии? Почему «Единая Россия» не принимает активное участие в этом процессе? Вы прекрасно знаете, что очень много уплотнительной застройки проходит незаконно, там нарушаются какие-то законы. Вы бы могли создавать некий буфер между противниками и строителями и непосредственно принимать участие в этом процессе…



Вадим Тюльпанов: Я понимаю ваш вопрос. Мы как раз и создали такой буфер, и он буквально недавно был создан – это Генеральный план развития Санкт-Петербурга на 20 лет вперед, где четко указано, какие дома в каких кварталах будут строиться. И если, допустим, сейчас граждане хотят интересоваться, что будет у них строиться под носом, условно говоря, они могут пойти к своему депутату в первую очередь или в администрацию района и выяснить, взять часть Генплана, относящуюся к их району, и посмотреть, будет ли там что-то строиться или не будет. И уже с момента принятия этого Генплана хаотичной уплотнительной застройке поставлен конец.



Виктор Резунков: Валентин из Рязани, пожалуйста.



Слушатель: Здравствуйте. Вы сказали о том, что необходимо переводить в Сибирь бизнес и государственные учреждения. Я думаю, что это очень правильно, особенно если иметь в виду, что «Сибнефть» вместе со своими деньгами переводится в Петербург. А вот вопрос такой. В последнее время начались преследования многих чиновников по разным службам, но удивляет то, что началось это все в один день и в один час по существу, и очень похоже на перетряску воевод, которую устраивал Петр Первый в свое время, и бесполезно, кстати. Спасибо.



Вадим Тюльпанов: Я не понял, о каких чиновниках идет речь. О петербургских?



Виктор Резунков: О московских, таможенники, последние процессы в Москве, было много задержаний и даже несколько сенаторов было по представлению Сергея Миронова почти отправлено в отставку, и это было связано с кампаний по борьбе с коррупцией.



Вадим Тюльпанов: Я думаю, что у нас борьба с коррупцией должна вестись, она время от времени то затухает, то вновь, так скажем, возобновляется. И, помните, были «оборотни в погонах» года три назад.



Виктор Резунков: Там как-то все затихло на самом деле.



Вадим Тюльпанов: Было возбуждено уголовное дело, и я сейчас не могу сказать точно, я за этим не следил, был ли суд, но дело до суда было доведено. Во всяком случае, такие, будем говорить, акции, они, безусловно, служат устрашением для других мздоимцев и взяткобрателей. И поэтому я думаю, что, может быть, это и вполне обоснованно.



Виктор Резунков: Немножко на другую тему вам задам вопрос. 1 мая на митинге на Дворцовой площади вы заявили, что кто-то хочет навязать Петербургу ярлык фашиствующего города, а последнее убийство сенегальского студента назвали политическим заказом. По вашему мнению, кто же в этом заинтересован и для чего навязывается этот ярлык?



Вадим Тюльпанов: Мне трудно назвать фамилию, имя и отчество…



Виктор Резунков: Пароли и явки.



Вадим Тюльпанов: Да, пароли и явки. Но совершенно очевидно было по факту убийства сенегальского студента, по тому, как произошло убийство, как нарочито оно произошло, как прямо оставили оружие для того, чтобы его нашли, нарисовали на нем свастику, - не только у меня, но и у меня, в частности, сложилось такое мнение, что это было, так скажем, провокационное убийство. А раз это было провокационное убийство, значит, это, видимо, для каких-то целей использовалось. И это уже не первое убийство на национальной почве в Петербурге. Поэтому сложилось впечатление, что это кому-то нужно, в первую очередь с политической точки зрения, для того чтобы имидж нашего города, привлекательность нашего города была бы уменьшена. Я думаю, что это на руку очень многим, особенно перед саммитом, который в июле должен пройти. И слава богу, что эти убийства пока не повторяются.


Я хочу даже напомнить, что наше Законодательное собрание выступило с инициативой в Государственную Думу об усилении уголовной ответственности за подобные преступления на национальной почве, где мы предлагаем увеличить срок содержания под стражей этих преступников. Потому что считаем, что наше государство многонациональное, и город Петербург многонациональный, и убийства на национальной почве – это вообще подрыв устоев нашего государства, то есть это сопоставимо с государственным преступлением. Допустим, если сравнивать просто с убийством из хулиганских побуждений, именно на сегодняшний день в Уголовном кодексе убийство на национальной почве и убийство из хулиганских побуждений являются одинаковыми убийствами, и отягчающие обстоятельства являются одинаковыми отягчающими обстоятельствами, за которые дают примерно одинаковые сроки. Так вот, мы считаем, что это несправедливо, потому что убийство на национальной почве – это сопоставимо с преступлением государственным.



Виктор Резунков: Все это в Госдуме как раз депутаты обсуждали – возможность увеличения максимального наказания. А министр внутренних дел Нургалиев даже предложил перевести эти преступления в статус преступлений особой тяжести.


Сергей Николаевич из Санкт-Петербурга, пожалуйста.



Слушатель: Добрый вечер. У меня вопрос, связанный с нормативами жилищной площади. 2 июня 2004 года Заксом принят закон номер 30647 о социальной норме площади жилья в Санкт-Петербурге. Согласно статье 1 данного закона, размер социальной площади ограничен, но не принимаются во внимание 20 метров для кандидатов наук и докторов, которые гарантированы соответствующим постановлением СНК 1930 года. В данном случае у меня вопрос к Вадиму Альбертовичу. Насколько прорабатывались такого рода законы, которые противоречат 55-ой статье Конституции? Закон, как известно, обратной силы не имеет, и принимаются вот такие законы, которые ущемляют наши права. Данный вопрос в какой-то степени риторический, поскольку вопрос находится на контроле у Алексея Игоревича Белоусова. Спасибо.



Вадим Тюльпанов: Да, я как раз вспоминаю, мы принимали подобный закон, это не так давно было, - « социальной норме площади жилья», где, помню даже цифры, было 36 метров на одного человека плюс 25 – если двое проживают, плюс 20 – если трое и больше. Почему мы, хотя я помню эта бурные дебаты, кандидатам и докторам наук, которые раньше имели возможность на большую площадь, почему мы на сегодняшний момент решили этого не делать? Потому что на сегодняшний момент развелось (я извиняюсь перед настоящими докторами наук, настоящими кандидатами наук) очень много липовых доктор и кандидатов наук, к сожалению. Их стало в десятки раз больше, чем это было в Советском Союзе. И именно поэтому Законодательное собрание решило пока ту норму не вводить. Я думаю, что на сегодняшний момент это обоснованно и справедливо.



Виктор Резунков: Людмила Петровна спрашивает: «Почему в Санкт-Петербурге закрывают детские сады и поликлиники? Куда вести внуков?»



Вадим Тюльпанов: Я, честно говоря, не слышал, чтобы их закрывали достаточно в большом количестве. Может быть, выборочно в каком-то районе одну какую-то поликлинику закрыли, но в любом случае всегда в районе остается масса поликлиник. И мы знаем, что, допустим, в Кировском районе около 25 поликлиник, и если одна из них закроется, это, конечно, вызовет некоторые неудобства, но эти неудобства, в общем-то, преодолимы. Поэтому я не вижу здесь большой проблемы.



Виктор Резунков: Вадим Альбертович, выбор уполномоченного по правам человека в Петербурге – 8 раз уже, по-моему, они проходили, и 8 раз не получается. Как сейчас складывается ситуация и что вы думаете, когда-нибудь в Петербурге появится уполномоченный по правам человека?



Вадим Тюльпанов: Безусловно, Петербургу нужен уполномоченный по правам человека, и аппарат этого уполномоченного должен работать, тем более что случаи, о которых мы с вами говорили, по сенегальскому студенту, они появляются иногда. Но, к сожалению, вы сказали правильно, 8 раз его избирали и не могли избрать уполномоченного. Петербург – это особый город, и здесь уполномоченный должен – как кажется депутатам, в общем, я это поддерживаю – обладать особым непререкаемым авторитетом. Вот сегодня день рождения Старовойтовой Галины Васильевны, допустим, я уверен, что ее бы избрали подавляющим большинством голосов. Но такого человека на сегодняшний момент Законодательное собрание Санкт-Петербурга не видит. А те кандидаты, которые выставлялись для соискания в конкурс на эту должность, они, по нашему мнению, не соответствуют требованиям. Думаю, что все-таки когда-нибудь такой человек в Петербурге появится, и мы проголосуем, и не будет нам за этого человека стыдно, так бы я сказал.



Виктор Резунков: Виктор Васильевич из Петербурга, пожалуйста.



Слушатель: Вадим Альбертович, такой к вам вопрос. Известный московский юрист Яковлев в свое время сказал, что Законодательные собрания должны выбирать и назначать должностных лиц и всех без исключения могут сменить, контролируют и требуют отчета от всех исполнителей. Если закон – это то, что принято Законодательным собранием и только Законодательным собранием, это и есть работающая модель правового государства. Когда у нас это будет осуществляться? Когда наше Законодательное собрание не будет смотреть из рук губернатора?



Вадим Тюльпанов: Я считаю, что парламент Петербурга – это такой особый, самостийный парламент, именно поэтому в уставе Санкт-Петербурга заложены такие нормы, касающиеся правительства Петербурга которых нет в других уставах других субъектов Федерации. В частности, мы назначаем всех вице-губернаторов, то есть они проходят через назначение и голосование, через наш парламент. И это было 2,5 года назад, когда Валентина Ивановна стала губернатором. Практически не каждое заседание, но через заседание мы проводим час правительства, куда вызываем одного из вице-губернаторов, и он отчитывается о проделанной работе, и ему задается очень много, в том числе, острых вопросов. И именно в уставе Петербурга прописано, что мы можем выразить недоверие вице-губернатору, и два недоверия подряд влекут немедленную отставку вице-губернатора. Такого, кстати, в уставах других городов и субъектов нет. Правда, этим правом мы в период губернаторства Валентины Ивановны Матвиенко еще не пользовались. Не пользовались только потому, что считаем пока работу всех вице-губернаторов более-менее удачной. Но, поверьте мне, я знаю наш парламент, если мы увидим крупные недостатки, то вопрос о недоверии встанет и будет проголосован достаточно быстро.



Виктор Резунков: Вадим Альбертович, вы приехали с достаточно тяжелого заседания сегодня. Было заседание Петербургского парламента, и обсуждался, в частности, запрет на продажу ночью алкоголя, и пока не пришли ни к какому решению. Но все-таки сама вот эта концепция вызывает очень большие негативные реакции у мелкого и среднего бизнеса, потому что в результате они не смогут продавать алкоголь ночью, и в результате этого многие из них могут обанкротиться. С другой стороны, и крупные предприниматели и продавцы водки говорят о том, что будут продавать больше паленой водки и так далее. Не видите ли вы такую негативную связь между этими двумя заявлениями?



Вадим Тюльпанов: Можно немного поговорить об этом законе. Что вообще подразумевается в этом законе? Есть разные точки зрения. Одна точка зрения такова: полностью запретить ночную продажу алкоголя вообще по городу.



Виктор Резунков: Это Валентина Ивановна Матвиенко хочет, по-моему.



Вадим Тюльпанов: Есть точка зрения: вообще не запрещать продажу, оставить все как есть. И есть еще одна точка зрения: все-таки оставить для крупных универмагов возможность продажи алкоголя, именно с тем чтобы люди не травились паленой водкой, которую будут продавать на всяких углах. Как вы, может быть, помните, в перестроечные годы, когда была борьба с алкоголем, таксисты возили с собой чуть ли не ящик водки и продавали ее по 10 рублей. Вот поэтому думаю, что в конце концов собрание придет к какой-то золотой середине, и граждане Петербурга паленой водкой не отравятся.



Виктор Резунков: Спасибо большое, Вадим Альбертович.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG