Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проблемы бедности в Санкт-Петербурге


Программу ведет Татьяна Валович. Принимают участие руководитель общественной организации "Ночлежка" Максим Егоров и корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская.



Татьяна Валович: В начале мая в Афинах прошел IV Европейский социальный форум, в котором участвовали представители петербургской общественной организации «Ночлежка» и двое петербургских бездомных.



Татьяна Вольтская: Точной статистики, сколько в Петербурге бездомных, нет. Городские власти регистрируют только тех, кто когда-то имел здесь прописку, и в городском пункте учета бездомных числится шесть с половиной тысяч человек. Общественная организация «Ночлежка» регистрирует всех, в том числе приезжих и беженцев, и здесь на учете стоит более 16 тысяч бездомных. По данным журнала «Путь домой», в городе в общей сложности проживает около 54 тысяч бездомных. Все они лишены регистрации, а значит, лишены права на медицинское обслуживание и даже на восстановление паспорта в случае его утери, то есть практически бесправны. Говорит главный редактор уличного журнала «Путь домой» Аркадий Тюрин…



Аркадий Тюрин: Я, не имеющий регистрации, в принципе не существую для многих государственных и негосударственных институтов. Последняя новость, которую я узнал о себе, - я не имею права сдавать собственные книги в букинистический магазин.



Татьяна Вольтская: Европейский социальный форум дает возможность организациям разных стран, занимающихся проблемами бездомных, обменяться опытом и поучаствовать в программах друг друга.



Аркадий Тюрин: Мы участвовали в нескольких семинарах, посвященных социальной исключенности. Мы обратили внимание на то, что в числе социальных проблем России чаще всего форумом упоминаются две. Первая - Чечня, вторая - регистрация по месту жительства. Организация "Секюр католик" очень интересовались нашими проектами, журнала "Путь домой": "Социальная интеграция через спорт" (футбол). 2 июня впервые состоится открытый Чемпионат России по футболу среди бездомных, приедут ребята из Эстонии, Литвы и Польши. Французы тоже получили приглашение. В следующем году они обязательно приедут.



Татьяна Вольтская: На форуме прошла выставка картин бездомных продавцов журнала «Путь домой», теперь запланировал обмен опытом с французами в области арт-терапии. Бездомные разных стран прекрасно понимают друг друга без перевода, но отношение к ним властей в разных странах очень отличается, говорит Аркадий Тюрин.



Аркадий Тюрин: В европейских странах, скажем так, иначе цивилизованных, проблемы решаются иначе и зачастую проще. Количество ночлежек значительно больше, количество организаций, которые занимаются проблемами бездомных, больше, и они востребованы, потому что отношение общества к социально исключенным другое.



Татьяна Вольтская: На форуме обсуждались социальные проблемы бездомных, а также вопросы, связанные с трудоустройством и предоставлением социальных гарантий ВИЧ-инфицированным лицам.



Татьяна Валович: Сегодня у нас в гостях руководитель общественной организации "Ночлежка" Максим Егоров. Максим, а вы сами были на форуме в Афинах?



Максим Егоров: Да, я был в составе нашей делегации.



Татьяна Валович: Кто профинансировал? Наверное, билеты до Афин достаточно дорого стоят?



Максим Егоров: На самом деле мы были в составе французской делегации, потому что организация "Секюр католик", о которой Аркадий говорил, она же и "Каритас" французский, - это наш давнишний партнер, который поддерживает наши проекты. Мы давно обсуждали возможность встречи французских бездомных и русских бездомных для того, чтобы начать диалог, чтобы было проще понимать разницу проблем. В этот раз они нашли возможным профинансировать наш приезд в Афины, чтобы мы, мои коллеги смогли встретиться с коллегами французскими и чтобы наши бездомные могли пообщаться с бездомными французскими. Потому что среди французской делегации тоже было четыре бездомных, которые принимали участие в наших семинарах.



Татьяна Валович: Уже говорил в репортаже Аркадий Тюрин о том, насколько разница в подходах к решению проблем бездомных в Европе, скажем, и в России, в Петербурге, в частности. Кстати, в Петербурге в апреле началась своеобразная перепись бездомного населения. Что вы о ней знаете, для чего это проводится, была ли это ваша инициатива, потому что постоянно говорится, что неизвестно, какая часть у нас относится к этой категории, и что в результате, вы думаете, будет?



Максим Егоров: Перепись была инициирована не нами, перепись была инициирована правительством Петербурга. Я могу сказать, что, действительно, это выглядело, как перепись такая межведомственная, потому что каждый район провел такой рейд по подвалам и чердакам. В составе этой группы переписчиков были представители трех ведомств: это милиция, представители жилищных служб и представители социальной районной службы. И каждый преследовал свои цели. То есть милиции нужно было знать, где кто находится, жилищным службам знать, какой подвал нужно заколотить, а социальные службы, по мере своих небольших возможностей, пытались выяснить, как они могут помочь и что они могут сделать для каждого конкретного человека. К сожалению, вот эта часть была наименее эффективной, потому что в тех районах, где не существует ни ночлежек, ни каких-то дневных служб, социальные работники вынуждены были ограничиться, скажем, пожеланием здоровья.



Татьяна Валович: Констатацией факта, что такие люди есть.



Слушатель: Это Георгий Георгиевич из Санкт-Петербурга. Только что Радио Свобода сказала, что 200 наших нуворишей строят яхты в судостроительных фирмах. У Абрамовича яхта круче, чем у английской королевы, как известно. 39-летний Абрамович имеет 15, что ли, миллиардов долларов. Как объяснить это все, дикое социальное неравенство народа России?



Татьяна Валович: Как объяснить - это не есть задача нашей сегодняшней передачи. Мы можем порадоваться за Абрамовича: пускай у него будет яхта. Но другая сторона вопроса: почему, скажем, благотворительность не так развита в России и те же люди, которые могли бы часть своих доходов направить на то, чтобы помочь наиболее обездоленным людям… Это, наверное, вопрос все равно к правительству. Максим, общаясь с вашими французскими коллегами, обсуждаете ли вы, каким образом там финансируются программы помощи бездомным, и можете ли вы сделать выводы, как это все происходит в России?



Максим Егоров: В цивилизованной Европе у общественных организаций ("Каритас" тоже является общественной организацией, хотя они частично церковная организация) существует два основных источника: это правительственные гранты и частные пожертвования. У разных организаций соотношение тех и других источников разное. Но я хочу сказать, что большинство организаций существует именно за счет частных пожертвований. С одной стороны, это им дает определенную независимость от правительства, а с другой стороны, это говорит о том, насколько зрелое и социально ответственное общество в Европе, это то, чего, к сожалению, нет у нас. Не секрет, что 10% россиян владеет 90% наших богатств. К сожалению, эти люди еще не готовы заниматься благотворительностью в том объеме, в каком это необходимо, а с другой стороны, наше правительство, к сожалению, предпринимателям тоже не помогает, потому что те налоговые льготы, которые получают бизнесмены, жертвуя деньги в Европе, у нас этого просто нет.



Слушатель: Это Георгий, Санкт-Петербург. Появилась программа по воспроизводству детей, а сразу встает вопрос: есть ли какая-нибудь осязаемая программа по поводу бездомных взрослых и брошенных детей или это все брошено на произвол? Ведь ночлежки были еще в царское время.



Татьяна Валович: Как раз о том, насколько распространена поддержка социальная в Петербурге, мы сегодня и попытаемся побеседовать. Максим, мы в прошлый раз встречались с вами накануне вашего переезда на Боровую улицу, где теперь находится ваш офис и небольшая теперь уже ночлежка. Сколько человек в результате этого переезда лишилось крова над головой?



Максим Егоров: Если на Синопской у нас было 70 мест, сейчас у нас 45.



Татьяна Валович: Вы обращались тогда к губернатору города. Какие-то вразумительные ответы получили от губернатора или от социальных служб?



Максим Егоров: Ну да, непосредственно нами занимался вице-губернатор, то есть Косткина. Нам удалось эту разницу в 30 человек... решить эту проблему наиболее безопасным способом, потому что все люди, которые оставались на Синопской, 26, были расселены по социальным городским учреждениям. Надо сказать, что в этом году уже отрылось две новых ночлежки.



Татьяна Валович: То есть какая-то программа все-таки существует?



Максим Егоров: Безусловно, существует городская программа, она называется "Перечень основных мероприятий по профилактике бездомности", и в рамках этого перечня в этом году будут открываться ночлежки. Насколько я знаю, должна в ближайшее время открыться в Невском районе. То есть что-то делается. Но, к сожалению, эти ночлежки небольшие, они на 20 человек рассчитаны. При том количестве бездомных, которое живет на улице… а на улице живет не менее 8 000, и существует цифра 54 000 - это юридические бездомные. И об этом нужно отдельно сказать, потому что это то, что нас отличает от Европы, потому что у нас есть понятие "юридически бездомного", то есть человека, не имеющего регистрации. Это то, что нам приходилось очень долго объяснять нашим французским коллегам, что такое регистрация, почему она необходима и почему человек, не имеющий штампа о прописке в своем паспорте, фактически не является гражданином своей страны, и Конституция для него не действует, хотя в Конституции написано, что она для всех россиян. Теперь мы действительно находимся на Боровой, 112, все наши службы туда переехали, и нам пришлось разместиться на площадях в три раза меньше.



Татьяна Валович: Ведутся ли какие-то переговоры о том, чтобы вам еще передали какие-то площади? Пускай вы будете постепенно, может быть, своими силами какой-то дом реконструировать. Вот такого плана ведутся переговоры?



Максим Егоров: Сейчас такого плана переговоры не ведутся, потому что есть две проблемы. Одна проблема - это наши финансовые возможности, потому что поднять еще такой второй ремонт, какой был сделан на Боровой, очень сложно. А вторая проблема, что город, к сожалению, очень неохотно отдает помещения под социальные нужды, и это проблема не только общественных организаций, но и государственных тоже.



Татьяна Валович: Буквально два дня назад губернатор города раскритиковала социальную политику, так публично, очень резко пожурила председателя комитета по социальной политике. Как вы думаете, это было показное шоу или все-таки что-то будет меняться, будет какое-то улучшение в решении вопросов?



Максим Егоров: Мне сложно говорить за всю социальную политику, потому что...



Татьяна Валович: Ну, хотя бы за то, за что вы ратуете, за вашу маленькую, но такую необходимую часть.



Максим Егоров: То, за что мы ратуем, я с большим энтузиазмом воспринимаю эту городскую программу по профилактике бездомности. С одной стороны, потому что она, кроме того, что будут строиться новые ночлежки, предполагает еще организацию некоторой инфраструктуры, связи между разными общественными и государственными организациями, которые оказывают помощь бездомным, и формирование некоторой преемственности. С другой стороны, совершенно отсутствуют услуги для бездомных, скажем, с специальными потребностями, например, для бездомных, больных туберкулезом, для бездомных-инвалидов, а это, вообще, проблема, которой нужно заниматься отдельно.



Слушатель: Вся эта перепись бездомных, брошенных детей - это пустая фикция. Вы правильно подчеркнули, это пустое шоу. Но не это главное, главное то, что вокруг этой программы бьются, как было сказано в одной из спортивных передач, множество жучков-короедов, работников социального обеспечения, МВД и так далее, и так далее. И вот эти бездомные... Ну, по поводу благотворительности: тысячи брошенных деревень на территории России, почему бы этих бездомных не расселить там? И по поводу опять же благотворительности: само руководство страны не покажет примера благотворительности, имея сумасшедшие деньги в Стабилизационном фонде, индексирует пенсию бюджетникам от 4 до 8 долларов. Это позорно, это постыдно для всей страны и прежде всего для Путина.



Татьяна Валович: Максим, по поводу расселения в деревнях, с одной стороны, может быть, это хорошая программа была бы, правда, в советское время уже проходили выселение на 101-й километр... Кстати, в преддверие саммита "большой восьмерки" вы ощущаете, что идет какая-то целенаправленная работа по поводу выселения из города бездомных?



Максим Егоров: Действительно, такая наша, скажем, боль, потому что это возможно, что будут выселять бездомных. Мы со своей стороны приняли ряд мер, в частности, мы через наших европейских партнеров обратились к правительствам стран "большой восьмерки", чтобы они попытались повлиять на этот процесс. Сейчас я могу сказать только одно: к сожалению, в России существует традиция выдворения бездомных накануне больших праздников. Это было на 850 лет Москвы, это было, когда мы отмечали в Москве юбилей Победы...



Татьяна Валович: Это было на Олимпийские игры еще в советское время, и всегда, всегда "потемкинские деревни"…



Татьяна Валович: А сейчас ничего не происходит, потому что эти мероприятия начинаются за неделю до официальных праздников. Сейчас ничего не происходит, но я одно могу сказать, что, возможно, перепись бездомных со стороны милиции преследует и эту цель, чтобы знать, где эти люди и, если будет указание, взять их и увезти.



Татьяна Валович: Понятно, что любого человека нельзя без его согласия куда-то переселить. А если бы была возможность организовать сезонные работы, скажем, в Ленинградской области, таких инициатив от вас не поступало? Ведь достаточно много еще действует сельскохозяйственных предприятий. Это был бы, с одной стороны, и заработок... Все были бы, может быть, довольны.



Максим Егоров: Дело в том, что это и так происходит. Это видно по нашим службам, по тому, что многие бездомные уезжают на заработки, то есть они уезжают или в лес, собирают ягоды или они уезжают на сезонные работы, когда нужно помогать на дачных участках, это уже по осени, помогают собирать урожай. По поводу заселения деревень я хочу сказать следующее: к сожалению, люди из провинции уезжают в большие города и становятся бездомными по собственному выбору, потому что провинция бедствует, там нет реальной экономики, там нет возможности получить хорошее образование. Мы видим, что за последние пять лет, например, бездомность сильно помолодела. Очень много стало молодых людей, живущих на улице. За последние пять лет количество людей, которые приехали в большой город по экономическим причинам, то есть у них нет работы в провинции, выросло в пять раз. Если в 1999-2000 году людей, приехавших, чтобы найти работу, было 5%, сейчас – это четверть бездомных, которые находятся на улицах Петербурга. И в Москве то же самое.



Татьяна Валович: Скажите, ваша организация или другие как-то планируют привлекать внимание к положению и бедных, и бездомных в России?



Максим Егоров: Безусловно. Бездомность – это составная часть нашей всеобщей бедности. В частности, этому будут посвящены специальные мероприятия, которые мы хотим приурочить к саммиту «большой восьмерки». С 7 по 23 июля мы будем проводить серию мероприятий, которые будут направлены на то, чтобы обратить внимание широкой общественности – и российской, и западной – на проблемы бедности, и на то, как эти проблемы можно решать вместе с общественными организациями.



Татьяна Валович: Кто это все будет организовывать?



Максим Егоров: Организатором в Петербурге непосредственно является организация «Ночлежка», но на самом деле все это делается в рамках российской коалиции общественных организаций, которая называется «Победим бедность».



Татьяна Валович: Кто туда входит?



Максим Егоров: Туда входят общественные организации со всей России, география -это Архангельск, Владимир, Москва, Тольятти (Тольятти, пожалуй, самый южный город).



Татьяна Валович: А в чем будет состоять фестиваль?



Максим Егоров: 7 июля пройдет большой благотворительный концерт в молодежном театре «На Фонтанке». С 7 июля откроется два выставочных пространства: Музей городской скульптуры, этот новый выставочный зал, который около метро «Площадь Александр Невского» находится, другой – Музей Анны Ахматовой. Основная суть вот этих выставочных мероприятий – это выставка социальных роликов и социальной рекламы. Сейчас мы объявили конкурс для всех желающих, мы принимаем образцы социальной рекламы и социальных роликов, посвященных четырем темам бедности и решению четырех тем бедности. Темы следующие: это доступное жилье, доступное образование, доступное качественное здравоохранение и достойный труд или, как мы говорили еще, экономические возможности.



Татьяна Валович: До какого момента принимаются заявки на участие?



Максим Егоров: Заявки принимаются до конца этого месяца.



Татьяна Валович: То есть еще две недели?



Максим Егоров: Да, еще две недели.



Татьяна Валович: И что будет? Вот вы сказали: благотворительный концерт. Куда пойдут средства?



Максим Егоров: Средства пойдут на реализацию социальных проектов здесь, в Петербурге.



Татьяна Валович: А каким образом будут подводиться итоги конкурсов плакатов и социальной рекламы?



Максим Егоров: Существует группа экспертов. Это люди, работающие, с одной стороны, в социальной сфере, работающие профессионально в рекламном бизнесе. Будут выбраны лучшие работы, и одним из условий конкурса является то, что мы потом получаем право использовать эти социальные ролики для продвижения идей коалиции «Победим бедность», для дальнейших акций. Потому что то, что будет происходить 7 июля, – это только одно из первых мероприятий, которые будут проходить по всей России, потому что коалиция против бедности планирует свою деятельность на долгое время. И я хочу сказать, что на самом деле основная идея вот этой новой российской коалиции «Победим бедность» базируется на том, что на самом деле в 2000 году правительства всех развитых стран подписали так называемые «цели миллениума». Основной принцип – это сократить бедность к 2015 году в два раза. Сейчас, к сожалению, реальность такова, что если масштабы сокращения бедности будут оставаться прежними, то к 2015 году эта проблема не будет решена. Поэтому общественные организации в Европе, в России сейчас объединяются для того, чтобы напомнить правительствам о том, что нужно выполнять свое обещание. Коалиция российская «Победим бедность» направляет усилия в эту область.



Татьяна Валович: А какие-то уличные мероприятия для привлечения, может быть, более широкого внимания общественности и в том числе для привлечения тех, кто приедет на саммит «большой восьмерки», вы планируете или это вам запрещено в связи?..



Максим Егоров: Уличные мероприятия, я думаю, просто будет сложно сделать, потому что мы предполагаем, что во время саммита будет такая антитеррористическая напряженность, что организовать уличные выступления будет практически невозможно. Поэтому мы сознательно выбрали такие формы, как концерт и выставочное пространство, это те места, куда люди могут прийти и получить информацию.



Слушатель: Бездомные есть везде. Это такой стиль жизни, как бы совесть такая от Бога, которая показывается, как же народ относится к этим бездомным, проявляется свое сочувствие и прочее. И в каждой религии написано: как ты относишься, такова твоя совесть. Во Франции их называют клошары и их приглашают в богатые дома, и отношение совершенно другое. В Европе ровно в 12 часов каждому бездомному около 20 евро выдаются в сутки на проживание, бесплатно кормит Армия спасения. Но у нас это все некоммерческие организации с ними пытаются как-то бороться, нельзя кормить и сочувствовать, безнаказанно оказывать помощь. Но я так понял из интервью с вашим гостем, что, даже имея российский паспорт, но не имея штампа, а имея какие-нибудь заслуги перед государством – участника боевых действий или инвалида, или прочее, он не может получить, видимо, никаких проездных документов по городу, никаких льгот, ему даже бесплатные медикаменты на 400 рублей не положены. Я так, правильно понял? И я правильно понял, что президенты, обращаясь с посланием и говоря «граждане России» (в нашем государстве это всегда было оскорбительно – «граждане»: «гражданин, пройдемте» или, как Жеглов, «граждане-бандиты»), абсолютно, наверное, к нашим гражданам также и относятся, соответственно вложенному в слово «гражданин» оскорбительному отношению ко всем гражданам России. Но, видимо, Господь Бог не дает нашим гражданам детей, потому что таким гражданам, видимо, они и не нужны.



Татьяна Валович: Действительно ли люди без регистрации не получают тех социальных льгот, которые положены? Ведь, по-моему, правительство города как-то пыталось решить эту проблему. На сегодняшний день социальная поддержка лиц без определенного места жительства в Петербурге есть какая-то?



Максим Егоров: Петербург, действительно, стоит на особом месте в России по оказанию помощи бездомным, потому что здесь существует система регистрации бездомных, и есть городской пункт учета для бездомных - бывших петербуржцев. Если говорить, скажем, о выплате компенсаций, которые свалились на субъекты федерации после принятия закона о монетизации, то бездомный бывший петербуржец сейчас имеет возможность получить все необходимые доплаты. Но я соглашусь с человеком, который позвонил, потому что, к сожалению, сейчас, если ты не имеешь штампа в паспорте, то ты не можешь реализовать не только свои социальные права, но, скажем, политические тоже, ты не имеешь права, например, на защиту в суде, ты не имеешь права голосовать, ты не имеешь права легально работать. И сейчас, когда президент говорит о том, что нужно заботиться о демографии в стране, на самом деле одним из выходов было бы легализовать, дать возможность нормально существовать 4,5 миллионам бездомных россиян. Я говорю о россиянах, потому что на самом деле мы не работаем с беженцами. 4,5 миллиона россиян сейчас находятся на совершенно бесправном положении, не имея возможности даже честно заработать себе на жизнь при желании. С другой стороны, государство лишает людей права выполнять и обязанности свои, не давая никакой регистрации. Например, человек обязан платить налоги, и, даже если он хочет это делать, он не сможет это сделать, не имея регистрации.



Татьяна Валович: Из ваших наблюдений, какой процент людей, которые не имеют прописки, регистрации, дома, сознательно выбрали такой стиль жизни? Ну, есть же такие везде и всегда. Какой процент хотел бы легализовать всю свою жизнь, деятельность, трудиться?



Максим Егоров: Люди, для которых это является осознанным выбором, то есть стилем жизни, это 5% бездомных, которые сейчас находятся в сфере нашего внимания. 60% людей хотят изменить свою жизнь кардинально, найти работу, обрести семью, найти дом. Проблема в том, что существующее законодательство не дает им этой возможности, мало того, даже препятствует. Ну, если ты не можешь даже паспорт восстановить себе, то о какой дальнейшей социальной интеграции может идти речь.



Слушатель: Меня зовут Сергей. У меня такое впечатление сложилось, что слушатели не вполне понимают, о чем вы говорите. Я приведу такой пример, у меня (буквально каждый день общаюсь) есть семья бездомных знакомая, по работе общаюсь. Мама работает на трех работах, сын взял в аренду автомобиль. Они снимают квартиру за бешеные деньги, а дама, которая в Германии живет на помощь по безработице, каждый квартал буквально им повышает плату за жилье. Как таким людям помочь? Может, ваш гость посоветует?



Максим Егоров: Вы очень хорошо проиллюстрировали тему с юридической бездомностью, потому что не секрет, что очень много людей живут в городе, так скажем, нелегально, потому что обязательная регистрация у нас пока сохраняется. Они работают, имеют, может быть, даже неплохой заработок, но фактически они лишены перспективы, потому что, не дай Бог, кто-то заболеет или получит какую-то травму на работе, он моментально оказывается на улице, то есть никаких социальных выплат от работодателя, который платит ему «черную» зарплату, никаких гарантий не существует. Человек становится инвалидом, и, в конце концов, он попадает в больницу или к нам в ночлежку, потому что сейчас там половина людей – это инвалиды. Что-то такое реально посоветовать, скажем, для этой семьи я не могу, потому что единственное, что они могут сделать, если они этого не сделали, это прийти и зарегистрироваться у нас, потому что сейчас наша справка о регистрации позволяет хотя бы войти в систему медицинского обслуживания. То же самое делает документ, который выдает городской пункт учета бездомных. Но на самом деле нужно всем нам очень серьезно задуматься о том, как мы можем изменить систему регистрации в стране вообще, потому что эта система досталась нам еще от Сталина и, к сожалению, сохраняет вот тот прежний вид прописки, хотя имеет другое название – регистрация.



Слушатель: Я - Сергеева. Дело в том, что я недавно вернулась из Белоруссии, два дня назад. И когда ехала я отсюда, из Москвы, до Смоленска уже растут одуванчики только на полях, а когда приехала в Белоруссию, там засеяны все поля, там такие колхозы! А для бездомных - туда приезжают люди - строят коттеджи. Вообще, с условием: если они в течение года проявят себя порядочными людьми, за ними закрепляется и коттедж, и даются им всевозможные пособия. А посему в каждом дворе корова, телка, вы знаете, всякие, там, свиньи, овцы. Я в деревне была, обратно под вечер ехать в Минск, дороги – скот идет, невозможно проехать. Там столько скота. А на лугах – гуси, утки. Там совершенное какое-то царство людей, которые живут прекрасно. Вот где надо поучиться!



Татьяна Валович: Я знаю, что очень много людей из Белоруссии приезжают на заработки как раз в Петербург, и сама знаю таких людей немало. Видимо, не всегда устраивает и не всех то, что происходит в Белоруссии. Максим, вы говорили о том, что достаточно сложно людям, которые имеют работу, юридическим бездомные. А вот такой институт, как страхование, им доступен, или это все упирается в заработки, потому что нужно заработать хотя бы только для того, чтобы выжить?



Максим Егоров: Страхование чего? Жизни?



Татьяна Валович: Страхование жизни, сейчас же есть очень много… Именно добровольное страхование, конечно.



Максим Егоров: Добровольное медицинское страхование доступно, если ты имеешь достаточно средств для того, чтобы платить. Я хочу сейчас вернуться к этим президентским программам по поводу рождаемости. К сожалению, сейчас ситуация такая, что для того, чтобы, например, войти в ипотеку… В принципе бездомный – это человек, который лишен жилья. Чтобы зарегистрироваться, сейчас нужно иметь частные права на жилье. Но чтобы получить, например, кредиты в банке, ты тоже должен предъявлять свою регистрацию, то есть фактически…



Татьяна Валович: Получается замкнутый круг.



Максим Егоров: Да. Ты не можешь работать, ты не можешь оплатить свое жилье, ты не можешь платить за свое образование, соответственно, ты не можешь устроиться на хорошую работу и так далее. Это если ты здоров. Если ты болен, ты выпадаешь даже из этого круга и, в конце концов, оказываешься на улице, и во время холода с большей степенью вероятности потеряешь конечности.



Татьяна Валович: Я еще хотела вернуться к тому фестивалю, который будет проводить коалиция «Против бедности». Что будет его итогом? Будут ли какие-то письма, петиции или обращения к правительствам стран, правительству российскому?



Максим Егоров: Одной из целей этих мероприятий является вовлечение широкой публики в движение против бедности, потому что мы предлагаем объединяться с нами не только общественным организациям, но просто людям. В частности, будет проходить акция «Напиши открытку президенту». Эта открытка будет подтверждать заинтересованность простого человека в вопросах бедности, и он будет таким образом заявлять о своем желании решать эти проблемы. Потому что не секрет, несмотря на то, что существуют эти национальные проекты, и они во многом пересекаются, скажем, с целями коалиции, но далеко не все реальности социальные там учитываются, в частности, по поводу социального жилья, которого в России сейчас фактически нет. И это тоже могло стать решением для многих бездомных. Это то, на что нужно обращать внимание и правительства, но это то, в чем должны принимать участие простые жители.


XS
SM
MD
LG