Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ходорковский и Лебедев надеются на Страсбургский суд


«Мы пытались отменить решения о направлении Ходорковского в колонию города Краснокаменска, решения откровенно противозаконного, но в этом Замоскворецкий суд отказал»

«Мы пытались отменить решения о направлении Ходорковского в колонию города Краснокаменска, решения откровенно противозаконного, но в этом Замоскворецкий суд отказал»

Ровно год назад в Мещанском суде Москвы завершилось оглашение приговора по делу Михаила Ходорковского, Платона Лебедева и Андрея Крайнова. Казалось бы, за это время страна должна была благополучно забыть и о Ходорковском, и о Лебедеве, как успела забыть о третьем фигуранте дела - Андрее Крайнове. Но нет. Все это время их имена мелькали на страницах газет. Сначала ждали, что же решит Мосгорсуд? Поддержит ли коллег из Мещанского суда? И, между делом, наблюдали за ходом голодовки, объявленной Михаилом Ходорковским в знак протеста против помещения его компаньона Платона Лебедева в карцер следственного изолятора. Когда стало известно о решении Мосгорсуда, согласившегося с приговором своих коллег из первой инстанции, во всем, кроме сроков отбывания наказания (их скостили на год), закрутилась новая история - осужденные пропали. Почти две недели октября вся страна гадала - в какую колонию отправили олигархов и отправили ли вообще. А так как чиновники из Федеральной службы исполнения наказаний молчали, в обществе муссировались самые невероятные слухи. Но, наконец, арестанты нашлись. Михаил Ходорковский - в Краснокамеской колонии (600 километров от Читы), Платон Лебедев - в Харпе, под Салехардом. Адвокаты до сих пор пытаются добиться перевода своих подзащитных в ближайшие к Москве колонии (как того и требует закон), но пока безуспешно.


Говорит адвокат Михаила Ходорковского Юрий Шмидт: « Пытались отменить решения о направлении Ходорковского в колонию города Краснокаменска, решения откровенно противозаконного, но в этом Замоскворецкий суд отказал. 13 июня будет рассматриваться Московским городским судом кассационная жалоба, которую я подал».


Адвокаты Платона Лебедева, обжалуя решение об этапировании его в Ямало-Ненецкий автономный округ, упирали на состояние его здоровья, но пока судьи, видимо, склонны соглашаться с мнением главы администрации Харпа Вячеслава Бизюка, который в одном из интервью рассказывал: «Наши места называют северной Швейцарией. У нас очень чистый горный воздух, чистая вода». В общем, не колония - курорт.


«Нам он сообщает, что иногда он себя хуже чувствует, иногда лучше, но ни он не является специалистом-медиком, ни мы не можем определить какого истинное состояние его здоровья. Мы исходим из того, что оно в этих условиях, конечно, улучшиться не может. Я хочу просто напомнить, что одним из аргументов нашей жалобы было то, что по межведомственному приказу Министерства здравоохранения и Министерства юстиции лица с таким хроническим заболеванием вообще не могут направляться в тот район, в котором он сейчас отбывает наказание», - рассказывает адвокат Платона Лебедева Евгений Бару.


Поговорка «С глаз долой - из сердца вон», совершенно не подходит к случаю с Михаилом Ходорковским и Платоном Лебедевым, поскольку теперь журналисты раскрывают подробности их жизни в колониях. О том, что на Михаила Ходорковского было совершено нападение (кем, как и когда), не знают, пожалуй, только дети. Известно также, что Ходорковский хочет сменить работу по пошиву рукавиц на более благородный труд.


« Он, конечно, хотел преподавать, он просил купить компьютеры, чтобы ребят обучать, - рассказывает мать Михаила Ходорковского, Марина Ходорковская. - Потому что они выходят оттуда без образования, без специальности - и попадают снова. А компьютер - это, во-первых, специальность, после компьютера, наверное, уже на Интернет перейти легко, во-вторых, молодежи интересно, они были бы заняты, не хулиганили бы там. Правда, это было бы интересное занятие? Он хотел им преподавать математику. Мне, кстати, звонят его учителя все время из школы и говорят: "Может быть, нам ему выслать методики преподавания?" Я говорю: "Да, вы знаете, не разрешат ему преподавать". Он очень хорошо знает историю, он хотел преподавать, как организовать малый бизнес, составить бизнес-план, - вот это он хотел делать. Конечно, это было бы полезно для того контингента, который там находится, и, соответственно, и для страны, если оттуда люди вышли бы с какой-то специальностью. А варежки шить - у него зрение плохое».


Достоянием общественности становится и информация обо всех взысканиях, назначенных администрациями колоний Ходорковскому и Лебедеву. И сейчас, по словам Юрия Шмидта, адвокатом очень важно добиться того, чтобы администрации колоний не выделяли их подзащитных среди заключенных: «Мы естественно пытаемся каким-то образом мобилизовать общественное мнение и в России, и на Западе, и требуем, чтобы к Ходорковскому относились, как к обычному осужденному, то есть не искали поводов наложить на него какие-то взыскания, не создавали бы правовую базу для отказа в условно-досрочном освобождении. Дело Ходорковского решается по совершенно особым нормам, решается не судебными инстанциями, а решается в Кремле. Вот какие указания оттуда поступят, ровно по этой схеме и будет развиваться дело в дальнейшем».


Адвокаты не оставляют и попыток добиться отмены приговора, который они считают неправосудным. Впрочем, защита до сих пор не может понять, на каком основании Московский городской суд вынес свой приговор Ходорковскому и Лебедеву.


Пока же все надежды и адвокатов и их подзащитных связаны с Европейским судом по правам человека. Здесь находятся жалобы и Михаила Ходорковского, и Платона Лебедева. Те, что касаются незаконного содержания под стражей, будут рассмотрены в приоритетном порядке (такое решение уже принято), однако пока дата начала слушаний дела по существу не называется.


XS
SM
MD
LG