Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Григорий Явлинский: "О результатах саммита можно будет судить через полгода"


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие профессор Высшей школы экономики Григорий Явлинский.

Андрей Шарый: Прокомментировать экономические итоги саммита "большой двадцатки" я прошу известного российского экономиста и политика, основателя партии "Яблоко", а сейчас профессора Высшей школы экономики Григория Явлинского. Он в прямом эфире программы.
Профессор Явлинский, насколько я понимаю, не будучи специалистом, главный вопрос, главная проблема, вокруг чего все крутилось, это уровень контроля за мировой финансовой системой. На ваш взгляд, какой уровень контроля нужен для того, чтобы преодолеть кризис?

Григорий Явлинский: Я думаю, что первый вопрос, уже если вы так сформулировали – "кто будет контролировать?"… знаете известное выражение "а судьи кто"? Над этим почему-то не задумываются и с этой точки зрения вопрос не обсуждают, почему-то руководителям европейских стран кажется, что если бы они завтра начали все контролировать, то тут уж все бы, конечно, было совсем по-другому. Но мне представляется, что это несколько наивная точка зрения. В контроле всегда самое главное прозрачность и подотчетность, вот это вопросы, действительно связанные со всей современной капиталистической системой, и это вопросы, на которые должны были бы ответить даже не экономисты и не министры финансов, а собственно политики, они должны были бы сказать, как сделать минимальное количество лжи в политике и, соответственно, в экономике. Как двигаться к конечному результату, а не к промежуточным результатам? Как достигать умеренности, с одной стороны, с точки зрения механизмов обогащения, а с другой стороны, повышения уровня, все большего и большего, конечного потребления?

Андрей Шарый: А вот этот саммит продвигает нас к пониманию этой цели и этих механизмов, на ваш взгляд?

Григорий Явлинский: Я думаю, что некоторые важные частные вопросы, насколько мне известно на данную минуту, там действительно обсуждались и даже, похоже, решались. Это вопросы, связанные с оффшорами, насколько я знаю, вроде бы там были проговорены. Кроме того, были сказаны слова о банковской тайне. Николя Саркози сказал, то больше не будет банковской тайны, что, наверное, звучит немножко странно. Но он в большей степени, конечно, посвящен американской позиции увеличения количества вливаний в экономику, потому что цифры называются очень крупные: триллион долларов МФВ, 5 триллионов до конца 2010 года в экономику в целом. Рапорты, конечно, очень оптимистичные. Собственно, это хорошо, что такой саммит прошел. О результатах его хотя можно будет судить, наверное, через полгода.

Андрей Шарый: А вы как-то скептически относитесь к этим масштабным денежным вливаниям в мировую экономику? В этом что-то плохое есть, как вам кажется?

Григорий Явлинский: Нет, мне не кажется, что в этом есть плохое. Проблема просто заключается в том, что эти деньги вливаются в те же структуры, которые привели к кризису. В этих структурах же ничего не изменилось. Ведь почему такие крупные вливания в Соединенных Штатах и приводят к перелому на рынках Соединенных Штатов? Потому что, строго с экономической точки зрения, Обама должен был бы запустить механизм банкротств огромного числа финансовых структур и промышленных структур. Он не может этого сделать, потому что масштабы совершенно феноменальные. Это значит банкротить чуть ли не весь Уолл-стрит. Он не может этого сделать. Следовательно, он принял другой план - он решил вливать деньги, но деньги вливаются в те же самые структуры, и поэтому вовсе не исключено, что они также и будут действовать, как раньше, обновления же не происходит. То есть естественного экономического обновления не происходит пока на сегодняшний день. Вот с чем связаны мои некоторые опасения.

Андрей Шарый: Может быть, выход в реализации той идеи, которая витает над Кремлем - введение альтернативной резервной мировой валюты? Именно такое предложение собирался Дмитрий Медведев привезти в Лондоне, может быть, кому-то его там изложил. Как вы к этому относитесь?

Григорий Явлинский: Такое предложение в принципе имеет основание. Основание оно имеет в том отношении, что есть большое беспокойство, что главной резервной валютой является на сегодняшний день доллар, а дефицит американского бюджета превосходит все мыслимые представления, плюс военные расходы, плюс ситуация вот этих последних вливаний и, может быть, такое беспокойство относительно того, что страна-эмитент просто начнет сейчас печатать деньги для того, чтобы таким способом покрывать свой дефицит. Но можно со стопроцентной гарантией говорить, что такие предложения не пройдут, они не пройдет, и они не могут даже сейчас обсуждаться. По разным причинам. Во-первых, потому что они очень глубокие и серьезные, а во-вторых, потому что есть вопрос, кто это предлагает. Потому что все те меры, которые, скажем, Россия предложила, она должна была бы сначала выполнить сама для себя - и прозрачность, и бухгалтерский учет, и стандарты, и другое отношение к принятию решений, большая демократичность и так далее. Ну, это же имеет значение. Кроме того, страна, у которой 0,13% в экспорте высокотехнологичной продукции мировой или порядка 2% участия в мировом ВВП, вряд ли может претендовать… даже вместе с Китаем вряд ли может претендовать на то, что такие предложения будут заслушаны. Хотя теоретически они имеют вот такие основания.

Андрей Шарый: Но у России, там, может, какая-то девятая или восьмая позиция в списке крупнейших экономик мира, по-моему, по объему валового продукта. Место там законное все-таки, на саммите занимает Дмитрий Медведев?

Григорий Явлинский: Нет, место-то там законное, потому что Россия очень влиятельная часть мировой экономики, но она занимает такое место не на душу населения, обратите внимание, это очень важно. Она занимает такую позицию, потому что есть ресурсы природные, примерно 90% всего экспорта связано с природными ресурсами. Когда цены на нефть растут, то довольно большой показатель. Но влияния в мировой экономике, в мировой торговле достаточно ограничено, к сожалению, особенно в высокотехнологичных направлениях.

Андрей Шарый: Еще одну тему я хотел бы коротко успеть с вами обсудить. Очень популярным стало слово или понятие "борьба с протекционизмом", то есть защитой своих национальных экономик в ущерб общему делу. Это как-то связано с той программой защиты российских предприятий, которую проводит российское правительство? По-моему, они делают как раз противоположное тому, к чему призывают на этом саммите. Я ошибаюсь или нет?

Григорий Явлинский: Нет, вы абсолютно правы. И это делают не только они. По данным ВТО, это сделали почти все. Ну, Россия, конечно, одна из таких ведущих стран в этом отношении. Принимаются меры контрпродуктивные с точки зрения укрепления мировой торговли. Именно поэтому прогноз по линии мировой торговли последний - это 9-процентное падение. А вообще, многие страны это делают. Но Россия это делает, абсолютно считая, что никто для нее не указ и никто ей не может ничего про это сказать, что ей важнее всего сделать это для себя. Но только пользы-то от этого все равно не будет.

Андрей Шарый: И для себя пользы не будет?

Григорий Явлинский: Нет, не будет пользы и для себя, потому что все эти 20 экономик - они все разные, и у них у всех разные проблемы, и это не 20 волшебников, которые сговорились и сейчас примут какое-то волшебное решение - и все, на этом кризис будет закончен или все пойдет на лад. Каждая страна из этих 20-ти должна работать внутри себя прежде всего, чтобы решать проблемы. Главная проблема России - это резкое ограничение, очень узкий внутренний спрос. Вот главная проблема России. А до сих пор те финансовые резервы, которыми располагала Россия и располагает, они на это почти не направляются в силу инфраструктурных причин, в силу фундаментальных причин, что Россия за восемь лет столько времени потеряла, не создала никакой инфраструктуры для современной экономики, никакие институциональные решения не были приняты, такие, которые могли бы продвинуть экономику вперед. Но самое главное, что даже в этих условиях в России остаются направления, по которым можно было бы сейчас развивать внутренний спрос, например, массовое, беспрецедентное по масштабам жилищное строительство. Вот рычаг создания внутреннего спроса и для России выход на дорогу из кризиса. Но она же этого не хочет делать, она хочет просто сидеть и ждать, пока американцы наладят все у себя. Ну, в таких условиях можно заниматься чем угодно, просто выбрасывать деньги на производство "жигулей" или еще на что-нибудь, эти предприятия закончили свое существование.
XS
SM
MD
LG