Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проблемы средств информации Крыма


Ирина Лагунина: По данным участника Харьковской правозащитной группы Юрия Чумака, в крымских средствах массовой информации отмечено большое количество материалов, в которых используется так называемый «язык вражды», то есть имеют место проявления расизма, ксенофобии и других форм нетерпимости. Об этом правозащитник заявил середине февраля на заседании круглого стола, посвященного мониторингу случаев расизма и ксенофобии в Украине. По его словам, участники харьковской правозащитной группы в ходе мониторинга установили факты некорректного упоминания в средствах информации этнической принадлежности. В большей степени это касается сообщений на криминальные темы.
Изменилось ли что-нибудь с тех пор и что из себя представляет современная журналистика Крыма, рассказывает Олег Панфилов.

Олег Панфилов: Юрий Чумак, кстати, отметил также, что конец 2008 года стал периодом активных проявлений ксенофобии и случаев публикации агрессивных материалов в средствах информации Крыма. Кроме статей и интервью, в которых авторы несдержанно и оскорбительно выражаются в адрес представителей других этнических групп, широко использовались карикатуры и анекдоты.
Руководитель Комитета по мониторингу свободы прессы в Крыму Владимир Притула каждый год издает белую книгу – своеобразный справочник о проблемах журналистов полуострова. Но, кажется, внутренних и мало кому известных проблем намного больше, чем периодически отмечаемые факты нарушений прав журналистов.
Владимир, что из себя представляет крымская журналистика, если грубо разделить ее на несколько категорий, на несколько групп – украиноязычная, русскоязычная и крымско-татарская? Насколько они равноценны и что они из себя представляют?

Владимир Притула: Вы в принципе разделили, я бы не сказал, по этническому, больше по языковому принципу крымскую журналистику. Абсолютное большинство средств массовой информации в Крыму издается на русском языке, и там работают русскоязычные и крымские татары, и украинцы, и русские. Но во многом эта пресса зависима политически и политически ангажирована. Это же касается и украино-язычной прессы и татаро-язычной во многом. Крымская журналистика и рынок средств массовой информации только формируется. К сожалению, затянулся этот процесс и так много проблем и трудностей возникает в самом крымском обществе, столько же проблем и трудностей и в журналистском сообществе Крыма. Сложно поделить на разные группы, правильнее было бы сказать, что делить на честных и нечестных журналистов, на профессиональных и непрофессиональных. Но с формальной точки зрения можно поделить на русскоязычных журналистов, которые работают в русскоязычной прессе - это 90%, татаро-язычных тоже много и украино-язычных немножко, этот сегмент гораздо меньше.

Олег Панфилов: Владимир, если смотреть на эту ситуацию через другую призму, через призму медиа-бизнеса, насколько русскоязычная пресса, она в основном ориентирована, я так понимаю, на Россию, на российские политические круги и украино-язычная пресса, которая на самом деле из себя представляет лишь маленькую часть информационного пространства Крыма. Насколько эта журналистика ориентирована на бизнес? Насколько она развивается самостоятельно, а не использует финансовые влияния для того, чтобы поддерживать политическую нестабильность в Крыму?

Владимир Притула: Это очень больной вопрос, больная тема. Конечно, во многом это не бизнес в прямом понимании этого слова, не зарабатывание денег. Хуже всего, что это не какая-то социальная миссия. Действительно, если бизнесом можно назвать, то это политический бизнес. Это политические во многом проекты. Вы правы, когда говорили, что преимущественно русскоязычная пресса ориентирована на Москву, я бы даже сказал, на Кремль. Хотя значительный сегмент крупный прессы русскоязычной, это есть и достаточно интересные новые проекты, в том числе и коммерческие проекты. Есть проекты, которые являются политическими, но они не ориентированы на Москву. Значительная часть крымско-татарской прессы русскоязычная. Но в целом это большая проблема, все-таки рынок не сформировался, и эти процессы продолжаются. Крымская журналистика, крымская пресса ищет себя. Сейчас пока больше политические проекты, причем значительная часть из них, как вы заметили, ориентирована на Кремль.

Олег Панфилов: Насколько возможно изменение этой ситуации, есть ли возможность готовить новое поколение журналистов в университетах Крыма или можно придумать какие-то другие программы, которые могли бы изменить ситуацию и развивать крымскую журналистику не политическим путем, а используя современные стандарты?

Владимир Притула:
Крымское общество остается постсоветским со многими советскими рудиментами. И во многом образовательная сфера остается советской. И поэтому качество преподавания журналистики в крымских университетах, в высших учебных заведениях не очень высокое, оно, конечно, хромает. Это, конечно, болезнь. Так случилось, Крым как был советским, так и остался. Эта система осталась нереформирована, ее нужно менять. Ее пытаются менять и местные энтузиасты, и с помощью различных международных программ, и журналисты, которые хотят качественно работать, они хотят эту ситуацию изменить, потому что многие редактора сталкиваются с ситуацией, когда не могут найти качественных исполнителей, качественных журналистов. Поэтому нужны различные тренинги, нужны программы. В принципе есть какие-то подвижки в этом плане, есть несколько программ, которые работают в Крыму, в том числе и при международной поддержке, приезжают и киевские преподаватели. К сожалению, не оправдались надежды на создание в Севастополе черноморского филиала Московского государственного университета. Качество преподавания там журналистики не очень высокое и в последнее время практически прекратились контакты с московским университетом. Я не говорю об идеологии, которая всегда привносилась определенная, но перестали приезжать хотя бы известные профессора. В этой ситуации, к сожалению, крымская журналистка имеет не очень хорошие перспективы. Поскольку качество преподавания, подготовки новых кадров не очень хорошее.

Олег Панфилов: Владимир, я возвращаюсь тому, с чего начинал наш разговор, а точнее к исследованиям, которые проводила харьковская правозащитная группа, изучая язык вражды в крымской журналистике. Если посмотреть на национальную ситуацию в Крыму, то она достаточно напряженная, то есть есть достаточно выраженное непринятие украинского языка и, соответственно, уркаиноязычной прессы. И в этой ситуации себя неловко чувствует коренная журналистика, точнее сказал бы, коренная нация - крымская татары. Это используют пропагандисты из России, это используют и местная журналистика. Как в этой ситуации быть, каким образом изменить крымскую журналистику для того, чтобы она стала более толерантной?

Владимир Притула: Уровень ксенофобии в самом крымском обществе высокий, настроения крымской прессы, язык вражды - это понятие отмечают исследователи, просто не сходит с страниц, с экранов, с радиоэфира. Я бы сказал, что это больше проблем русскоязычной прессы, которая находится под политическим влиянием Кремля. Видимо, все-таки это связано с политикой, которая ведется в отношении Крыма, для того, чтобы разжечь страсти межэтнические, для того, чтобы спровоцировать в том числе и крымских татар. Что же касается уровня крымско-татарской прессы, то тоже нужно говорить, что он не очень высок. Но здесь проблема в другом, в том, что народ был гоним, очень в сложных социально-экономических, политических условиях он возвращался в Крым и сейчас пребывает - это все, конечно, сказывается на уровне материальном крымско-татарской прессы. И здесь очень важно, чтобы люди имели возможность ознакомиться, например, с стандартами качественной журналистики, западной журналистики качественной, я имею в виду, журналистики. И очень важно, чтобы журналисты умели писать не в условиях межэтнического противостояния, а учитывая, что регион мультикультурный и каждое слово имеет гораздо больший вес, чем в таких спокойных монокультурных регионах.

Олег Панфилов: Кстати, по поводу пропаганды на российском телевидении, я 23 февраля в Симферополе был свидетелем такой своеобразной картинки, когда корреспондент первого канала практически дирижировала участниками акции возле российского консульства в защиту посла России в Украине Виктора Черномырдина, и таким образом картинка получалась очень активная, то есть показывающая, как жители Крыма защищают российского посла и вообще выражают всякое свое сочувствие в этой ситуации.

Владимир Притула: Я хочу сказать, что ты очень хорошо подметил, тебе повезло. Поскольку, с другой стороны, это характерное, к сожалению, поведение многих московских телевизионных групп, которые приезжают в Крым и которые постоянно здесь работают, когда много сюжетов являются фактически постановочными. И это, конечно, тоже влияет на общеинформационное состояние в Крыму, я думаю, и вокруг Крыма.

Олег Панфилов: Но в то же время я бы хотел привести другой пример. Когда общаешься с крымско-татарскими журналистами, то замечаешь, что многие из них, если не свободно, то довольно сносно говорят на украинском языке. Это что, тоже такое своеобразие взаимоотношений крымских татар к киевской власти и противостояние московской?

Владимир Притула: Мне сложно объяснить, я сам удивляюсь этому феномену определенному. Поскольку претензий крымских татар к официальному Киеву не меньше, а может быть больше, чем этнических русских или представителей других этнических групп. И настроения в среде крымских татар бывают и радикальные, и оппозиционные. Тем не менее, как-то повелось, что действительно наблюдаешь высокий уровень толерантности среди особенно крымско-татарской молодежи, которая, как правило, лучше, чем родной крымско-татарский язык, знает русский, потому что преимущественно крымские татары русскоязычные. Кроме того все молодые крымские татары на достаточно хорошем уровне разговаривают на украинском языке. Именно поэтому многие крымские татары качественные журналисты востребованы в украиноязычных средствах массовой информации. То есть пока я вижу этот феномен, поскольку, называю это феноменом, поскольку этнические русские ближе по языку, по культуре к украинцам и украинский язык к русскому достаточно близок. Поэтому здесь я вижу проблему для значительной части, не большей. Но для значительной части этнического русского населения Крыма это проблема внешнего влияния, внешнего натравливания на другие этнические группы, на украинцев, на крымских татар. Я думаю, что это главная проблема. Здесь не проблема в отличие каком-то между крымскими татарами и русскими или украинцами как этносами, а здесь больше политическое влияние извне.

XS
SM
MD
LG