Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Звезды" против "желтой" прессы


Александр Абдулов в прямом эфире программы "Час прессы"

Александр Абдулов в прямом эфире программы "Час прессы"

Александр Абдулов, Тимур Мардер, Елена Ямпольская и Андрей Рихтер в дискуссии о взаимоотношениях "звезд" и прессы

Елена Рыковцева:
На прошлой неделе стало известно, что более трех десятков звезд театра, кино, эстрады и телевидения – а сейчас их уже почти сто – направили президенту России, а также Госдуме и Совету Федерации открытое письмо с просьбой защитить их личную жизнь от вмешательства журналистов. Подробнее рассказала об этой истории газета «Газета».

Диктор: «Олег Янковский, Лариса Долина, Алла Пугачева, Инна Чурикова, Дмитрий Певцов и многие другие представители творческой интеллигенции в «срочном порядке» требуют разработать и внести необходимые поправки в закон «О СМИ», а также в Гражданский кодекс. Кроме того, авторы письма просят усилить финансовую ответственность «как самих журналистов, так и публикующих их статьи изданий за любые факты распространения лживой и издевательской информации, основанной на слухах и вымыслах».

О начале войны против желтой прессы объявил один из авторов обращения во властные структуры – народный артист России Александр Абдулов . Он не скрывал, что изрядно устал от всевозможных выдумок журналистов, и рассказал о том, почему решил впервые в жизни подать в суд и в результате выиграл процесс у «Экспресс Газеты» (за публикацию статьи «Тайная жена Абдулова » Останкинский суд 17 мая обязал издание выплатить Абдулову 100 тысяч рублей. – «Газета»).

По словам адвоката Максима Смаля, бюро которого представляло интересы Абдулова в суде, закон «О СМИ», а также статья 23 Конституции России гарантирует право любого гражданина «на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну». Однако, хотя на бумаге это так, на практике закон не соблюдается. Ситуацию осложняют выносимые судами решения – суммы, взимаемые в качестве компенсации за причинение морального вреда, ничтожно малы по сравнению с доходами от продаж бульварных изданий, которые повышают свой рейтинг с помощью скандальных статей».

Елена Рыковцева: Пресса без восторга встретила эту инициативу артистов. Причем критически отнеслись к ней вполне серьезные авторы. Дмитрий Быков написал в «Собеседнике»:


Диктор : Александр Абдулов придумал, а еще два десятка артистов подписали письмо президенту России с просьбой защитить их от прессы. Лариса Долина, Дмитрий Певцов, Алла Пугачева, Инна Чурикова, Олег Янковский и еще две дюжины звезд требуют немедленных поправок в закон «О СМИ» и в Гражданский кодекс – с тем, чтобы не допускать вторжения журналистов в их частную жизнь.

Дело хорошее, в другое время сам бы приветствовал. Проблема в одном: слишком много стало этих «нельзя». Про христианство вообще и православие в частности – никак, ибо это дело не нашего светского ума. Иронизировать над президентским посланием и нацпроектами, даже в Интернете, – не сметь: против редактора ивановской сетевой газеты «Курсив» Рахманькова возбуждено уголовное дело. Теперь еще нельзя про личную жизнь Абдулова и Певцова. Я прям уж не знаю, про что можно. Что у нас есть, горемычных, кроме президента всея Руси Путина и выразителя чаяний всея попсы Аллы Пугачевой? Про ударное сельское хозяйство писать, про передовиков производства? Извольте, мы бы с радостью, у ветеранов вроде меня и опыт имеется, но тогда берите газету на баланс президентской администрации, потому что читатель такую газету покупать не будет».

Елена Рыковцева: И теперь из публикации по этому поводу Елены Ямпольской, редактора отдела культуры газеты «Известия».


Диктор: «Ябедничать нехорошо. Требовать от властей законодательного ограничения прав и свобод прессы накануне выборных кампаний 2007-го и 2008-го по меньшей мере глупо, а в реальности - подло. Ведь была у нас недавно, если помните, история с одним коллективным письмом. Многие мастера культуры тогда подпортили себе реноме. Вляпались в субстанцию, которую лучше обходить стороной. И вот вам, пожалуйста, дубль два. Известный артист вышел на сцену пьяным - репортеры виноваты. Киркоров от Шевчука табуреткой по голове схлопотал - давайте у пары-тройки газет лицензию отнимем. Про крупные кинофестивали, особенно южные, я и не заикаюсь. Там многие отечественные «звезды» успевают и в фонтан нырять, и на танцах драться. Наивная закрадывается в голову мысль: а пристойно себя вести не пробовали?

Все-таки мне любопытно: почему, например, про Владимира Спивакова не сочиняют небылицы с алкогольно-бордельно-криминальным уклоном? Почему он не требует от президента страны поработать цензором? А не надо это Спивакову. О нем серьезные журналисты пишут.

Мы, люди профессиональные и недоверчивые, прекрасно знаем, откуда растут ноги у множества таблоидных «сенсаций». Львиную долю подобных статей проплачивают сами фигуранты. Журналисты нуждаются в «звездах». «Звезды» - это читатели, тираж, реклама, зарплата. Однако никакая «звезда» - подлинная либо мнимая – не может существовать без средств массовой информации».

Елена Рыковцева: Итак, познакомили мы вас с мнениями, которые существуют в прессе по предмету нашего разговора, и теперь спрашиваем вас, уважаемые слушатели: нужно ли защищать личную жизнь звезд от прессы? Поддерживаете ли вы их инициативу?

Представляю вам гостей нашей сегодняшней программы. Это народный артист России Александр Абдулов, главный редактор газеты «Жизнь» Тимур Мардер (я напомню нашим слушателям, что уже второй год подряд, судя по результатам опросов общественного мнения, газета «Жизнь» - вторая по популярности среди россиян, хотя, казалось бы, молодая газета), директор Центра права СМИ Андрей Рихтер и редактор отдела культуры газеты «Известия» Елена Ямпольская.

Я просила бы для начала гостей ответить на один общий вопрос: сможет ли пресса вообще выжить, если она не будет охотиться за подробностями личной жизни «звезд»? Андрей Рихтер, с вас начинаем.

Андрей Рихтер: Я не специалист по прессе, но думаю, что может.

Елена Рыковцева: Тимур, пожалуйста, сможете вы выжить без личной жизни «звезд»?


Тимур Мардер

Тимур Мардер: Я думаю, что сможем. Вопрос не в том, сможет ли мы выжить, а вопрос в том, что пресса без «звезд» и «звезды» без прессы – это взаимосвязанные вещи, абсолютно взаимосвязанные. Мы должны это четко понимать. Здесь не может быть игры в одни ворота, то есть либо мы о «звездах» не пишем… Получается, что мы пишем о личной жизни «звезд», они снимаются в сериалах, у людей к этому колоссальный интерес. И получается, что наши любимые «звезды» призывают к тому, чтобы просто закрыть огромную страницу, просто не освещать какие-то вещи и не удовлетворять интересы людей. Мы на это – как газета – пойти не можем. И будем продолжать профессионально выполнять свою работу.

Елена Рыковцева: Елена Ямпольская, возможно ли вообще для прессы выжить без «звезд», без их личной жизни, без подробностей?

Елена Ямпольская

Елена Ямпольская: Ну, при советской власти выживали. Все зависит от того, кто содержит газету. Если она нужна для каких-то более важных целей, то, безусловно, дадут выжить и без этого.

Елена Рыковцева: И, Александр Абдулов, сейчас, конечно, вы не совсем в своей сфере, когда я спрашиваю о прессе, тем не менее, как вам кажется, может ли?

Александр Абдулов: Я понимаю, просто я другой реакции и не ожидал, потому что это хлеб газет. И я все время их спрашиваю: почему на Западе, когда ты даешь интервью, тебе за это деньги платят? Я одного не могут понять – почему газета должна существовать на моем имени? Люди получают зарплаты, получают гонорары, а почему же я ничего не получаю с этого?

Елена Рыковцева: А если бы вы получали процент, вы бы согласились открыть подробности личной жизни?

Александр Абдулов: Секундочку, то, что я сейчас услышал в цитатах - это ведь смешали в кучу все, что могли, тут же и президента приписали. Есть замечательные статьи, и ради Бога, пишите о моих спектаклях, о моих работах в кино, но не надо за меня придумывать мою историю, мою жизнь додумывать. И если вы уже идете на ложь, то, извините ради Бога, отвечайте.


Тимур Мардер: Можно вмешаться? Мне кажется, здесь прозвучала очень опасная вещь, какое-то недопонимание. Ложь и личная жизнь – это разные вещи. Ложь у нас наказывается по закону, мы можем судиться. А то, что личная жизнь, слежки и так далее, то есть контроль, то, что мы следим за «звездами», пишем о личной жизни, - это разные вещи.

Александр Абдулов

Александр Абдулов: Вы не путайте! Вы меня все равно не собьете, понимаете. То, что вы написали, ваша газета - большое, огромное спасибо вам, - что у меня свадьба на Красной площади…Только если уж так врать, тогда нужно было идти дальше: со стороны жениха будет Владимир Ильич свидетелем, Крупская – со стороны невесты. Еще Аль Пачино приплели туда.

Тимур Мардер: Вы знаете, что эта заметка газеты «Жизнь» разоблачила международную банду мошенников, аферистов, заведено уголовное дело…

Александр Абдулов: Что вы говорите?! Зачем же вы считаете наших читателей идиотами?

Тимур Мардер: Проводилось специальное расследование, здесь никакого идиотизма нет, здесь было суперрасследование, люди привлечены к уголовной ответственности.

Александр Абдулов: Вы же взрослый человек… Да я не поверю никогда в жизни вам, понимаете.

Тимур Мардер: Я готов с вами встретиться в любой день, подъезжайте в редакцию – и мы вам принесем постановление о возбуждении дела. «Жизнь» раскрыла банду мошенников, которые зарабатывали на этом по всему миру. Банда базировалась в Москве…

Александр Абдулов: А вы печатали, да?

Тимур Мардер: В смысле, что печатали?

Александр Абдулов: Что будет проходить свадьба…

Тимур Мардер: Мы напечатали расследование…

Елена Рыковцева: Давайте я сразу уточню, Тимур, потому что я эту публикацию не читала, но я знаю о сути скандала, что нет, конечно, никакой свадьбы Абдулова не будет на Красной площади, но вы написали, что она будет. Банда - бандой, а свадьба - свадьбой.

Тимур Мардер: Для того чтобы было возбуждено уголовное дело против этой банды, чтобы было проведено расследование, должно было быть по факту публикации...

Александр Абдулов: А почему обо мне-то?!

Тимур Мардер: С людей собирали за это деньги!

Елена Рыковцева: У вас было написано в газете, что свадьбы-то на самом деле никакой нет, но деньги собирали? Это было сказано?

Александр Абдулов: Нет!

Тимур Мардер: Конечно, было!

Александр Абдулов: Это неправда! Тимур, ну, мы взрослые интеллигентные люди…

Тимур Мардер: В той заметке, где было про свадьбу, этого не было. Это вышло на следующий день или через день в нашей газете. Было проведено расследование со снимком, кто собирал деньги с людей. Заведено дело. Была предотвращена крупнейшая афера.

Александр Абдулов: Тимур, у вас замечательная газета, и вы все очень хорошо пишете, но понимаете, в чем дело, если я, предположим, первый номер прочитал, а на следующий день у меня не было времени купить и узнать, что, оказывается, этого не было ничего...

Елена Рыковцева: Да, согласна. Это как с судебными опровержениями – то же самое.

Александр Абдулов: Вы знаете, сколько мне звонили! Мне звонили, причем некоторые люди, один мой знакомый, очень хороший человек, когда ему сказали: «Знаешь, где у Абдулова свадьба будет? - он сказал: «Ну, ты же знаешь Абдулова – придумал, молодец, красиво придумал».

Елена Рыковцева: А почему нет?

Александр Абдулов: Да, почему нет…

Елена Рыковцева: И первое же сообщение на пейджер – в ответ на наш вопрос слушателям: «Почему вы развелись с Ириной Алферовой?» - спрашивает Михаил. Я не буду задавать этот вопрос вам, но уже понятно, что не хочет этот слушатель защитить личную жизнь «звезд» от прессы.

«Господа, скажите, отчего это наши «звезды» стали такими тусклыми?» - спрашивает Геннадий Георгиевич. Но это уже тема для другого разговора. Собственно, Абдулов к этому и призывает: давайте обсуждать, как мы работаем, наше творчество и так далее, почему мы тусклые. Но вот этого не обсуждают.

Александр Абдулов: Вы знаете, я сказал, и это мое глубокое убеждение, что когда-то о наших деятелях культуры ходили легенды, а сейчас ходят сплетни. Потому что уровень журналистики упал со страшной силой. Сейчас встретить статью, которая разбирает твою работу... Я с удовольствием буду разговаривать на эту тему, пожалуйста, нравится или не нравится, пожалуйста, это право каждого человека, у нас свобода слова. Но, понимаете, когда ты берешь статью, предположим о спектакле или о фильме, и в лучшем случае там идет пересказ событий, никакого анализа, ничего этого нет… Сейчас можно по пальцам пересчитать людей, которые могут писать о театре и о кино.

Тимур Мардер: Извините, а может быть, упал и уровень мастерства?

Александр Абдулов: Нет! Когда ко мне приходит журналист и первый вопрос задает: «Расскажите что-нибудь смешное», - очень «хочется» сразу беседовать, вы понимаете. Или еще спрашивают: «Как вы стали артистом?»

Елена Рыковцева: Очень хочется, чтобы редактор, главный редактор уволил этого журналиста сразу же за такие вопросы.

Александр Абдулов: Нет, не уволит.

Елена Рыковцева: Давайте обратимся к редактору отдела культуры серьезной газеты «Известия». Елена, почему у вас не пишут серьезных рецензий, например?

Елена Ямпольская: У нас?! У нас не пишут серьезных рецензий?

Елена Рыковцева: Это я утрирую.

Елена Ямпольская: Я вообще, Лена, могу сказать, что я себя чувствую немножко чужой на этой «свадьбе», я бы сказала, на чужой свадьбе.

Елена Рыковцева: А нечего было писать про «письмо тридцати» – мы бы вас и не звали.

Елена Ямпольская: Меня личная жизнь так называемых «звезд»... опять же используя это понятие по безоценочному номиналу, потому что сейчас «звезды», по-моему, - все, кроме дяди Васи и тети Мани, идущих по улице, а остальные у нас все – «звезды».

Александр Абдулов: Абсолютно правильно.

Елена Ямпольская: Личная жизнь меня не интересует, я ею не занимаюсь, или занимаюсь ею достаточно высококвалифицированно. Я написала в своей жизни несколько книг, можно сказать, о личной жизни, о театральных романах и так далее, люди рассказывали мне об этом сами, и рассказывали с большим удовольствием. Это очень разные люди, от Олега Павловича Табакова до Вилли Токарева, это покойный Леонид Филатов и так далее – и никто из них никогда не был недоволен тем, что он рассказал, и все были счастливы, что эти книги появились. Все было всегда в порядке. Я вообще считаю, что «желтизна» - это не вопрос содержания, это вопрос формы. Я согласна с Александром Гавриловичем, что у нас талантливых журналистов стало мало, и их становится меньше с каждым годом. Может быть, перепроизводство, может быть, плохо учат, я не знаю. Но то, что качество деятелей культуры у нас упало резко, и то, что эти так называемые «звезды» просто не могут ничего предложить взамен, за исключением их личной жизни…

Александр Абдулов: «Фабрика звезд», правильно…

Елена Ямпольская: «Фабрика звезд», все что угодно. Да нет, вы знаете, я, вообще-то, имею в виду и влиятельных деятелей культуры. Скажем, вот это письмо на фоне письма предыдущего меня чрезвычайно напрягло.

Елена Рыковцева: А предыдущее письмо – это какое? Что вы имеете в виду?

Елена Ямпольская: Я имею в виду письмо в поддержку посадки Ходорковского.

Елена Рыковцева: Просто вы в газете этого не написали. Вы написали – некое письмо…

Елена Ямпольская: Все знают, какое коллективное письмо.

Елена Рыковцева: Но почему-то вы в газете не напомнили этого читателям, и тоже, наверное, не случайно. Но это тема другого разговора.

Елена Ямпольская: Да, это тема другого разговора. Значит, то письмо было очень, на мой взгляд, грубо сфабрикованное, на котором действительно вляпались очень и очень уважаемые до тех пор люди, от 90-летнего Зельдина до 60-летнего Калягина и до каких-то людей типа Кабаевой, от которых мы не ждем, чтобы они страдали избытком интеллекта. И тут появляется второе коллективное письмо. И я вообще понять не могу, что это за манера такая у наших деятелей культуры – все время апеллировать к президенту коллективными письмами?

Елена Рыковцева: То есть вас уже сам факт, безотносительно к тому, о чем эти письма, вас возмущает сам факт их появления.

Александр Абдулов: Понимаете, в чем дело, я инициатор этого письма, это я (и я не скрываю этого), меня зовут Александр Абдулов. Дело в том, что мы дошли уже до «серых мышей», понимаете, и это письмо, я верю, что оно дойдет до президента, что оно дойдет до Думы. Вот сегодня его подписал Иосиф Давыдович Кобзон, Александр Розенбаум. Я хочу, чтобы его услышали. Я не требую запрещений каких-то, мы не требуем. Просто, извините ради бога, есть мое, и если я захочу рассказать вам об этом, как вы только что сказали замечательно, что и Леня Филатов вам рассказывал, - я расскажу. Но если я не хочу этого…Вы не найдете ни одной статьи за 20 лет, где я рассказываю о своей жизни с Ириной Алферовой, ни одной статьи не найдете.

Елена Рыковцева: Сам.

Александр Абдулов: Да. Ни одной. Потому что это мое, сугубо личное.

Тимур Мардер: Вы знаете, у меня вопрос есть. В какой обстановке вообще проходит сбор подписей под этими письмами? Вот как вы обсуждаете? Вы собираетесь, у вас идет какое-то коллегиальное обсуждение?

Александр Абдулов: Вы знаете, вот сейчас там 100 подписей, а хотите – будет тысяча, две тысячи, три тысячи.

Елена Рыковцева: Нет, он не хочет.

Тимур Мардер: Мы знаем, как в России, в Советском Союзе подписи собирались. И сейчас их собирают тысячами и миллионами, это не проблема.

Александр Абдулов: Я вам объясняю. Я звоню кому-то и говорю: «Вот такая ситуация. Я сейчас выиграл у «Экспресс-газеты» суд...». Причем вы ведь очень хорошо устроились. Вы, газеты, замечательно знаете закон.

Тимур Мардер: Мы вообще подготовлены очень хорошо.

Александр Абдулов: Мы тоже. Вы же понимаете, что когда будет суд, ну, сколько суд может присудить – 10 тысяч рублей...

Елена Рыковцева: Вот 100 он присудил вам.

Александр Абдулов: И я слышал, когда представители «Экспресс-газеты»...

Елена Ямпольская: Показывает на меня почему-то.

Александр Абдулов: Нет-нет, упаси Господи. Сплюньте.

Они говорят: «Пипл сожрет. «Десятку» дадим – и все». И они счастливы. Они выходят счастливыми, что они проиграли 10 тысяч. Вот я выиграл 100...


Тимур Мардер: Мы опять же скатываемся к вопросу о лжи и личной жизни. Это два разных вопроса.

Александр Абдулов: Нет, одну секундочку.

Тимур Мардер: Вот мне кажется, что наши «звезды», многие люди, они не до конца это понимают.

Елена Рыковцева: Тогда возьмите и просто уточните у Александра: допустим, у вас завелась какая-то любовница...

Тимур Мардер: И это правда. Со снимками.

Елена Рыковцева: И это правда. И написали. Вам все равно ведь будет неприятно?

Александр Абдулов: Я сейчас просто объясню. Я два раза бил, извините, по морде главному редактору. Потому что я понимал, что нельзя...

Елена Рыковцева: А кому, расскажите?

Александр Абдулов: Не буду рассказывать. Я просто понимал, что от этого уже ничего не изменится, я ничего не смогу... А они ждут от меня чего?

Елена Рыковцева: Но там была правда, да?

Александр Абдулов: Нет, неправда. И они ждут от меня опровержения. Ведь это еще поднимает рейтинг газеты, еще поднимается тираж: «Давайте поспорим!» Не хочу я с вами спорить. Я просто зашел и дал по морде главному редактору. Я говорю: «Вы читали это?». Он говорит: «Читал». «Вы это выпускали?». «Да». Получи в лоб.

Тимур Мардер: И вы считаете это нормальным?

Александр Абдулов: Я вам больше скажу, я буду эту практику продолжать.

Тимур Мардер: У вас письмо юридически выверенное, вы предлагаете такие юридически тонкие вещи, и в то же время вы заходите и даете в морду...

Александр Абдулов: Я предлагаю одно: «Ребята, милые...

Тимур Мардер: Мы же должны строить цивилизованное общество. Ну что это...

Александр Абдулов: Нет-нет. Вы получаете деньги, ребята, милые...

Тимур Мардер: Подождите. Вы нуждаетесь?

Александр Абдулов: Я нуждаюсь. Я нуждаюсь в том, чтобы вы за мой счет не зарабатывали деньги. А если вы хотите этого – хотите врать... Если соврали, и если я доказал, что вы соврали, то, родные мои, платите. Но платите не 10 тысяч... Вот у меня иск на миллион долларов. Сейчас 100 тысяч. И я буду продолжать.

Тимур Мардер: То есть я так понимаю, что это письмо... вы как бы пытаетесь сейчас организовать бизнес, да?

Александр Абдулов: Нет, не бизнес.

Тимур Мардер: Подавать иски, судиться – и на этом зарабатывать?

Александр Абдулов: Вы гениально все поворачиваете. Нет. Я хочу, чтобы прежде чем выпускать газету в свет, вы подумали о том, что у нас есть родители, что у нас есть дети. Понимаете?

У меня когда-то была история потрясающая на НТВ. Я снимался у Рязанова. И я там делал трюк - и меня зажало машинами. Я поехал в Институт Склифосовского. В 12 часов ночи выходит экстренный выпуск на НТВ, что «только что нам передали, что Абдулов во время трюка... перелом позвоночника, перелом основания черепа...». И я подумал: «Мама родная, вот если бы моя мама в этот момент смотрела телевизор, вот что бы было?..».


Елена Рыковцева: Я как раз и хотела об этом спросить. Я об этом часто думаю, когда читаю. Ну да, это страшная история для мамы. Но есть же страшная история для жен, когда приписывают кому-то кого-то.

Александр Абдулов: Конечно!

Елена Рыковцева: Я не случайно слово «любовница» произнесла. Вот жена это читает. В общем, ведь законодательство это никак не предусматривает. Вот будем считать, что любовница реальная. (Мы сейчас не о вас говорим, а вообще о жизни). Вам жалко, Тимур, просто человека в этой ситуации или нет? Тут же нельзя засудить вас потому, что это правда. А с другой стороны, семью ломаете.

Александр Абдулов: А кто может доказать, что это правда?

Андрей Рихтер: Честно говоря, так как много говорят уже о лжи и правде...

Елена Рыковцева: Я и хотела уже вам дать слово – оценить все это с юридической точки зрения.

Андрей Рихтер: Только одна фраза. С точки зрения статьи о вмешательстве в тайну личной жизни, не имеет никакого значения – идет ли речь о правде либо о лжи.

Елена Рыковцева: Даже так, да?

Андрей Рихтер: Есть вмешательство либо нет вмешательства – это единственный критерий.

Елена Рыковцева: То есть даже если они написали правду, вмешавшись, они все равно нарушили эту статью... Ну, тогда я не знаю, почему существует эта газета до сих пор.

Тимур Мардер: И что опять же называть вмешательством? Если человек приходит с любовницей...

Андрей Рихтер: Вмешательством закон называет распространение любой информации о личной жизни человека, которая позволяет его идентифицировать без его согласия. Фамилия, имя, отчество, год рождения, место...

Елена Рыковцева: И это всегда карается?

Андрей Рихтер: Это должно каждый раз караться.

Елена Рыковцева: Должно.

Тимур Мардер: Хорошо. Тогда к чему это письмо, если все у нас законодательно прописано?

Елена Рыковцева: И каким образом существует ваша газета – вот в чем вопрос.


Тимур Мардер: К чему все это?

Елена Рыковцева: Прежде чем еще раз передать слово Андрею Рихтеру, который все это оценит с точки зрения права, я прочитаю несколько пейджерных сообщений. Вот будет как раз логично после этого ответить. Итак, пишет Георгий: «Перебирать и нюхать нижнее белье артистов, а также человека, похожего на генпрокурора, желательно запретить».

«Я вас очень люблю, Александр Абдулов, и уважаю, но это письмо лично в моих глазах не делает вам честь, - это наша постоянная слушательница Алла Павловна пишет. – Зачем обращаться к президенту в отношении цензуры над прессой, когда ее и так более чем достаточно? Этим письмом вы льете воду на мельницу администрации президента и партии «Единая Россия».

«Стремление «звезд» к выпендрежу кормит «желтую» прессу. Почему «звезды» не поднимают вопрос о суровом наказании за пытки правоохранительных органов? А проблемы «звезд» можно решить в суде», - пишет Илья Григорьевич.

«Грязные сведения о личной жизни «звезд» пишут люди грязные. Помойтесь в бане, господа», - пишет Александр из Москвы.

«Журналисты обязаны писать о грязной и аморальной жизни наших так называемых «звезд», которые не обогащают, а развращают наше общество, - так пишет Вячеслав. – За это «звезд» надо наказывать заметками об их личной жизни».

Итак, пожалуйста, Андрей Рихтер, вам слово. Вот оцените все это, как выглядит это письмо? Не получится ли так, действительно, что под эгидой борьбы против вмешательства прессы в личную жизнь пострадает и другая, серьезная пресса?

Андрей Рихтер: Нет. Это большой вопрос, конечно. В таком случае, вообще ничего плохого нельзя говорить о прессе. Потому что любое плохое слово о прессе приведет к цензуре, к возврату к советскому прошлому и так далее. Я с этим категорически не согласен.

Но я не очень понимаю, почему нужно писать президенту об ужесточении законодательства. Потому что, во-первых, законодательство в нашей стране достаточно жесткое, может быть, даже более жесткое, чем в западных странах, чем за границей. В нашей стране есть не только положение Конституции о неприкосновенности и защите частной жизни, но есть и статья в Уголовном кодексе, которая карает штрафом за распространение информации о частной жизни человека без его согласия. Есть статья в Административном кодексе. Есть статья в Гражданском кодексе, при помощи которой, собственно, Александр Абдулов и выиграл в суде. Есть статья в законе «О средствах массовой информации».

Главный вопрос не в том, какие у нас есть статьи и сколько их – четыре, три или две, а как их применять, и можно ли их применять в суде. И, к сожалению, судебная практика в России по делам о защите тайны личной жизни очень и очень маленькая, мизерная. Это связано со многими причинами, в том числе и с тем, что большинство граждан нашей страны даже не подозревают, что у них есть такое право, как защита тайны личной жизни.


Елена Рыковцева: Андрей, вот вы чем объясняете, что «звезды», популярные люди не пользуются этой статьей, о которой вы только что нам сказали, что вообще любое вмешательство в личную жизнь запрещено? Если понятно, о каком человеке идет речь.

Александр Абдулов: Не важно – «звезды» или не «звезды». Я гражданин России. Понимаете? И я выступаю как гражданин, как человек.

Елена Рыковцева: Ну, просто не каждый гражданин интересует публику.


Андрей Рихтер: У нас в законе нет понятия «публичные лица».

Елена Рыковцева: В отличие от американского законодательства, которое прессе позволяет больше в отношении этих людей.

Андрей Рихтер: Пусть газета «Жизнь», пусть журналисты борются за то, чтобы у нас в законодательстве было понятие «публичные фигуры», и чтобы оно как-то особенно применялось по отношению к артистам, спортсменам, певцам и так далее. Ради Бога. Может быть, в этом есть и будет какой-то смысл. Но пока такого в нашем законодательстве нет. Можно говорить о том, что наше законодательство страшное в связи с этим, но оно такое, какое оно есть. И поэтому писать о человеке без его согласия – о ком бы то ни было – о его личной жизни, нельзя. Вы можете писать о том, что делает министр на работе, что делает артист на сцене, но писать о том, что они делают у себя дома, - это запрещено законом. Вот и все.


Тимур Мардер: Если человек появляется в общественном месте, на открытом мероприятии, куда пресса имеет допуск, и если он появляется и... я не знаю, актеры напиваются, устраивают дебоши, драки, и это происходит на глазах у людей...

Андрей Рихтер: Преступление может быть исключением. Если он совершил при этом преступление, то, конечно, вы можете об этом писать. Но если человек напился на вечеринке, и это видели 50 человек, которые были на вечеринке, то это не означает, что об этом должны знать 50 миллионов зрителей или 5 миллионов читателей. Здесь нет знака равенства.


Александр Абдулов: Вы знаете, в прошлом году я получил приз «Светский Лев». И когда подошла к председателю жюри журналистка и сказала, что «ведь Абдулов не появляется нигде!», он говорит: «Вот за это и дали».

Елена Рыковцева: Елена, ведь это ваш тезис сейчас оспорил Андрей. Вы же написали в своей публикации о том, что ударит это по всей прессе, а он считает, что «ну что ж, теперь совсем прессу не трогать?». Вот что вы скажете?

Елена Ямпольская: Я боюсь, что мы с Андреем с разных точек зрения смотрим.


Елена Рыковцева: Да, я вижу.

Елена Ямпольская: Мне это ближе гораздо. Рубашка ближе к телу у меня намного. Я еще раз говорю, меня личная жизнь «звезд», если это не какое-то событие, о котором мне сам человек захотел рассказать, более того, если из этого нельзя выкрутить талантливую, красивую историю, мне сам факт не интересен. Я столько раз наблюдала, как наши «звезды» напивались, как их запирали в каютах на гастролях, чтобы они могли хотя бы вечером выйти на сцену. Меня от всего этого тошнит, я вам честно скажу. Мне как бы не то, что писать об этом...


Елена Рыковцева: Их тоже тошнит наутро.

Елена Ямпольская: ...мне смотреть на это уже давно противно.

Александр Абдулов: Неприятно, действительно. Или нужно быть в том же состоянии просто.

Елена Ямпольская: Ну да, абсолютно. Если речь идет об ужесточении законодательства, то у нас, извините, в стране и так уже об очень многих вещах писать, мягко говоря, не рекомендуется. А, говоря реально, о них не пишут – это абсолютно точно.


Андрей Рихтер: Пишите – это не запрещено законом. Если вы такие смелые, то пишите.

Елена Ямпольская: Андрей, вы с Луны что ли сюда упали?


Андрей Рихтер: Я не свалился с Луны. Но просто вы переворачиваете все с ног на голову.

Елена Ямпольская: Это где у вас, понимаете, ноги, там у меня голова, видимо, и наоборот.

Елена Рыковцева: Интересно. Я сразу начала представлять, как все это выглядит…


Андрей Рихтер: Газета «Известия»!

Елена Ямпольская: Газета «Известия», да. Будучи театральным критиком по своей профессии, я понимаю, что завтра я напишу, что, извините, спектакль, например, в «Ленкоме», во МХАТе, в «Маяковке» мне не понравился, и он, на мой взгляд, плох, и на меня подадут в суд, потому что это ложь.

Александр Абдулов: Нет!

Андрей Рихтер: И в суде никто не выиграет.


Елена Ямпольская: На самом деле, Александр Гаврилович, я прекрасно знаю, как ваши коллеги реагируют на очень умные, но отрицательные рецензии.

Андрей Рихтер: В суде хоть кто-нибудь выиграл по поводу рецензий, хоть один человек за 15 лет истории Российской Федерации?


Елена Ямпольская: Ой, у меня была очень смешная история 10 лет назад, когда я начинала работать в газете «Известия». Я опубликовала там рецензию, естественно, абсолютно пристойную, на спектакль одного из московских театров. Мне позвонил главный режиссер и долго матом крыл меня по телефону. А мне было тогда 23-24 года, ну, то есть девочку, в общем, крыл матом долго 50-летний мужик. Я пришла на следующее утро в «Известия» и эту историю описала, естественно, всю в подробностях, но не приводя его слова. Ну, человек выпал просто из жизни где-то недели на две. Он выпал, потому что он не ожидал такого, что о нем это могут написать.

Андрей Рихтер: Отлично!

Александр Абдулов: Это замечательно. Но когда я выхожу из своей гримерки в театре и вижу, что очень известная журналистка ходит и подслушивает под дверями, кто и что говорит в гримерке! Я сказал: «Что вы здесь делаете?». - она говорит: «Ну, я хожу. А что, нельзя что ли?». Я говорю: «Вон отсюда!»


Елена Ямпольская: Это что ж за известные журналистки у вас подслушивают под дверями?

Александр Абдулов: Я боюсь даже назвать ее имя, потому что она очень известная журналистка.


Елена Рыковцева: А она в суд подаст, кстати сказать. Надо, чтобы запись была какая-то, что она подслушивает.

Александр Абдулов: Да. Ко мне подошел Захаров и сказал: «Саша, что тут такое?». Я говорю: «Она ходит и просто под дверями слушает, что говорят».

Тимур Мардер: Сбор информации.

Елена Рыковцева: Давайте послушаем людей. Татьяна Яковлевна из Москвы, здравствуйте.


Слушатель: Здравствуйте. Я хочу одну маленькую ремарку сделать. Дело в том, что существует определенное профессиональное кредо в журналистке: если ты пишешь о частной жизни человека, то ты берешь у него, прежде всего, интервью, и самое главное, публиковать его можешь только тогда, когда оно заверено. Все остальное – это бульварная пресса, это неприлично.

Александр Абдулов: Спасибо большое.

Елена Рыковцева: Это неприлично, но продаваемо.


Слушатель: Во-первых, есть закон, по которому берется интервью, и оно должно быть завизировано.

И во-вторых, если речь идет о репортаже, то, конечно, там журналист имеет право написать, предположим, о том скандале, который учинил Киркоров в свое время. Но не в тех тонах и не в тех красках, в которых во многих опять же бульварных изданиях это было сделано.


Елена Рыковцева: Спасибо вам, Татьяна Яковлевна. Но, конечно, визировать интервью – это не вопросы законодательства, а это вопросы исключительно этики. Конечно, ни один закон не предусматривает...

Андрей Рихтер: Нет-нет. Закон «О средствах массовой информации» говорит о том, что необходимо... если тот, у кого брали интервью, попросил об этом, необходимо брать у него согласие.


Елена Рыковцева: Если он об этом попросил.

Андрей Рихтер: Да, только если попросил, естественно. Если не попросил – ради Бога.


Тимур Мардер: А диктофонная запись?

Андрей Рихтер: Не имеет значения. В синхронной записи вы же не публикуете, если человек говорит: «Э-б-м...».


Тимур Мардер: Имеем полное право, если есть диктофонная запись...

Андрей Рихтер: Нет-нет, это заблуждение.

Елена Ямпольская: Кстати, очень хорошая фамилия ведь всплыла сейчас в этом звонке. Да? Тоже, по-моему, фигурирует в вашем письме Киркоров?


Александр Абдулов: Да-да.

Елена Рыковцева: Да, он тоже подписал это письмо.

Елена Ямпольская: Мне безразлична «желтая» пресса, я в ней не работаю. Я корпоративной солидарностью не страдаю, в отличие от наших артистов. Я вообще считаю, что корпоративная солидарность – это предпоследнее прибежище негодяев.

Елена Рыковцева: Но не всегда, я надеюсь.


Александр Абдулов: Ничего подобного! Такое количество негодяев подписались... Спасибо большое.

Елена Ямпольская: Мне не надо, чтобы меня господин Киркоров учил этике взаимоотношений с артистами.

Андрей Рихтер: Он вас не учит.

Александр Абдулов: Вас никто не учит. Вы почему-то принимаете это как личное оскорбление.

Елена Ямпольская: Слушайте, это не личное оскорбление. Но это просто очень смешно: Киркоров, оказавшийся в эпицентре такого скандала с прессой...

Александр Абдулов: Ну и что?

Елена Рыковцева: Который он сам и спровоцировал.


Елена Ямпольская: Да, который сам спровоцировал. И он еще подписывает письмо, что надо ужесточить законы. Пресса у нас недостаточно этична для Киркорова.

Александр Абдулов: Вы вот начали с президента... Вы все в кучу смешали.

Елена Ямпольская: Это не я начала, а Дмитрий Быков, самый талантливый журналист в этой стране.


Александр Абдулов: Кто?! Быков?!

Елена Ямпольская: Дмитрий Быков.


Александр Абдулов: Хотите, я вам расскажу одну замечательную историю про Быкова? Он очень талантливый.

Елена Ямпольская: Да, он очень талантливый.


Александр Абдулов: Когда-то были «Акулы пера», помните?

Елена Ямпольская: Да, конечно.

Александр Абдулов: И нас с Кобзоном туда вызвали. И мы как бы с ними спорили. Вот они все там тявкали, тявкали, тявкали... И вдруг Кобзон говорит одну вещь: «Ребята...»

Елена Рыковцева: Ну, вы тоже употребили очень обидное слово - «тявкали».


Елена Ямпольская: В общем, и они «тявкали», и эти «тявкали». Все «тявкали» друг на друга.

Александр Абдулов: Да-да. И он говорит: «Давайте сделаем так. Вот если вы сейчас все хором споете любую песню, вот любую, и я навсегда ухожу с эстрады». И вот товарищ Быков начал петь... И – ничего. Тишина. А Кобзон говорит: «А теперь давайте я сейчас спою». Он залу говорит. «Надежа – мой компас земной...». И зал запел. После чего Кобзон (он мудрый человек) сказал замечательную фразу: «Ребята, мы вам построили спортзалы. Идите и поднимайте свое хилое здоровье. Идите и плавайте в бассейнах, читайте книги...».

Елена Ямпольская: Кобзон не надорвался, строя нам спортзалы?

Александр Абдулов: Нет, он не надорвался.


Елена Ямпольская: Если Кобзон когда-нибудь напишет статью на уровне Димы Быкова, ну, может быть, мы все тоже прямо сложим перья и сдадим компьютеры.

Елена Рыковцева: И я прочитаю письмо Валерии: «И журналисты, и артисты в России так низко пали, что они достойны друг друга. Возомнили, что они «звезды» и что им все дозволено. За деньги и те, и другие готовы продать даже мать родную. В России такой низкий культурный уровень, что об этом знает весь мир».

Эрих из Краснодарского края, здравствуйте.


Слушатель: Добрый день. Во-первых, очень здорово, что вы эту тему подняли. Во-вторых, я, безусловно, на стороне Абдулова. В-третьих, в данном случае надо все-таки этот эмоциональный разговор в более рациональное русло направить. Ну, кто виноват – тут все понятно. Что делать? Давным-давно, еще в 1991 году в своей книге «Благоразумие личности» я предложил создать медико-юридический центр. У нас есть центры по охране памятников и так далее. Но нет центров по защите интеллектуального потенциала, в том числе и артистов.

Елена Рыковцева: Спасибо. Эрих, наверное, это хорошая идея. Но вот сразу такой центр не создать.

Сергей из Московской области, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Мне тоже очень нравится тема вашей передачи, как и очень многие другие ваши передачи.

Но здесь дело-то вот в чем. Есть спрос, поэтому есть и предложение. Вся беда как раз в том и заключается, что рейтинг этих газет необычайно высок, он гораздо выше, чем, скажем, у журнала «Сознание и физическая реальность» и так далее. Но печаль-то вся в том, что именно такое положение устраивает как раз власть.

Елена Рыковцева: Итак, есть спрос на неприличное предложение. И что с этим делать?

Тимур Мардер: Вы знаете, наверное, что в эти дни проходит Всемирный газетный конгресс...

Елена Рыковцева: Мы-то знаем.


Тимур Мардер: И мировые журналисты, и российские журналисты, менеджеры признали, что таблоидной прессе на сегодняшний день доверяют больше, чем так называемым общественно-политическим, качественным газетам, как признано. Вот это мнение звучит.

Елена Рыковцева: Что-то я не знаю...


Андрей Рихтер: Нет-нет. Во-первых, я такого не слышал.

Елена Рыковцева: Я тоже не слышала. Может быть, имелось в виду все-таки, что читабельность больше?


Андрей Рихтер: А во-вторых, говорили о том, что как раз таблоидные газеты теряют тираж в последние годы, а не серьезные газеты. Серьезные газеты на Западе, по крайней мере, набирают тираж.

Тимур Мардер: Нет. Например, у британских таблоидов ежедневная аудитория... вот британский таблоид «The Sun» - 8,5 миллионов экземпляров.


Андрей Рихтер: Гигантский. И падает. Совершенно верно.

Елена Рыковцева: Но популярность и доверие – это разные вещи. Вы-то о доверии говорите.

Тимур Мардер: Я был в августе в Лондоне, общался с высшим менеджментом британских таблоидов. Графики – рост просто колоссальный. Россия в этом плане несколько от Запада отстает.

Андрей Рихтер: Дай им Бог здоровья!


Александр Абдулов: Чтобы она отстала совсем.

Тимур Мардер: И я уверен, что таблоидная журналистика, она будет развиваться, и за ней будущее. Нашим «звездам», я считаю, надо с этим как-то смириться: и постараться нам просто ужиться...

Александр Абдулов: Упаси Господи!


Тимур Мардер: Мы живем в одной стране. И это мировые процессы, которые происходят в России. И уворачиваться от них нельзя. Это не получится. Это надо признать.

Андрей Рихтер: Обратите внимание на то, что английская газета «The Sun», образец в которой вы, видимо, для себя видите, она привыкла платить компенсации за вмешательство в частную жизнь в размере до 1 миллиона фунтов стерлингов.


Тимур Мардер: Конкретные примеры – кому заплатила газета «The Sun» за последний год компенсацию в миллион фунтов стерлингов?

Андрей Рихтер: Я не говорил про последний год. Я могу сказать, что в тех случаях, когда фотографы под видом гостей попадали на свадьбы знаменитостей и фотографировали знаменитостей, газета «The Sun» платила...

Тимур Мардер: Свадьба – это отдельная вещь.

Андрей Рихтер: Как?! Это то же вмешательство в частную жизнь.


Тимур Мардер: Стоп! Англия и Россия – это разные вещи.

Александр Абдулов: Вы сами нам привели Англию в пример.

Тимур Мардер: Там другие законы. Я имею в виду по компенсациям. Британские таблоиды...


Александр Абдулов: Это замечательно, что мы пришли к тому, что там другие законы. Вот я и хочу этим письмом, чтобы у нас был закон, который...

Тимур Мардер: Британские «звезды» понимают, что без таблоидов им не прожить. Это взаимосвязанные вещи. И мы к этому придем рано или поздно, в любом случае.

Андрей Рихтер: А что касается спроса и предложения, на мой взгляд, спрос во многих случаях определяется предложением.

Елена Рыковцева: Вы так думаете?

Андрей Рихтер: Да.


Елена Рыковцева: Ну, это спор о курице и яйце. Видимо, он бесконечен.
Мы слушаем Кирилла Николаевича из Санкт-Петербурга. Здравствуйте, Кирилл Николаевич.

Слушатель: Здравствуйте. Уважаемый господин Абдулов, добиваясь миллионных выигрышей в суде, не кажется ли вам, что ваши требования чудовищны для большинства граждан? И возникает вопрос – почему вы не поднимаете вопрос о несправедливости своих высоких заработков и заработков «шоу-попсятников» по сравнению с подводниками, например, и с большинством трудящихся? Спасибо.

Александр Абдулов: Спасибо вам большое. Вы все правильно говорите. Но только, понимаете, когда-то кто-то должен начинать. С чего-то это должно начаться. Я знал, что будет такой вопрос. Конечно, за погибших платят копейки. Как вы думаете, сколько получила газета, которая опубликовала в первом тираже «Тайная жена Абдулова», а следующая газета вышла – было написано «Тайна дочери Абдулова»? Два издания. Они заработали на этом миллионы. И когда я выигрываю иск в 10 тысяч – это смешно.


Тимур Мардер: А откуда такая информация про миллионы?

Александр Абдулов: Ну, посчитайте.


Тимур Мардер: Откуда все это? Есть документы?

Александр Абдулов: Посчитайте.

Тимур Мардер: А вы учитывали расходы, себестоимость – такие понятия?

Александр Абдулов: Хорошо. Все равно посчитайте.


Тимур Мардер: Как вы посчитали эту сумму? Мне кажется, нельзя так...

Александр Абдулов: Что значит – «нельзя так»? А вам можно так?

Тимур Мардер: Конкретные цифры...


Александр Абдулов: Я вам объясняю. Вы же работаете и прекрасно выглядите.

Тимур Мардер: Спасибо. Вы тоже.

Александр Абдулов: Если бы работали в убыток, вы бы не работали, вы бы не держали газету. Правда?


Тимур Мардер: Наша газета одна из немногих в России, которая является прибыльной.

Александр Абдулов: А все остальные не прибыльные, да?

Елена Ямпольская: Конечно.

Елена Рыковцева: Вот «Известия» - это дотируемая газета. Только что официально объявил об этом их генеральный директор.

Александр Абдулов: Поэтому они и пишут нормально, «Известия». А вы придумываете, и на этом... Я же вас не упрекаю в том, что вы на этом зарабатываете деньги.

Тимур Мардер: Причем здесь – придумываете? Какие факты мы придумываем? Мы освещаем. Здесь вопрос идет о вмешательстве в личную жизнь.

Александр Абдулов: «Освещаете» - это такой «Луч перестройки» мне сейчас сразу вспомнился. «Прожектор перестройки».

Елена Рыковцева: Ну, по поводу «придумать» все-таки Александр говорил, что, да, был у вас такой дефект – вы придумали его свадьбу на Красной площади. Вы потом это опровергли. Но придумка была, конечно.


Тимур Мардер: Придумали не мы. Это висело в Интернете. И проводилась огромная рекламная кампания по Москве «Свадьба на Красной площади Абдулова».

Елена Рыковцева: Хорошо. Кто-то придумал, Тимур, но вы не проверили и дали эту информацию.


Тимур Мардер: Нет. Эта информация была дана в газете в рамках расследования, которое проводила газета.

Елена Рыковцева: Давайте не будем второй раз начинать эту дискуссию.

Пожалуйста, Елена.

Елена Ямпольская: Я как раз сижу и думаю именно о том, о чем сказал наш предыдущий слушатель. И мне кажется, что он абсолютно прав. У нас немножко не в этом проблема. Таблоидная пресса приходит туда, где серьезная пресса перестает писать о серьезных вещах. Это происходит в двух случаях – или в заевшемся и благополучном обществе, и мы только что приводили пример Англии, или в обществе, где о серьезных вещах писать не советуют. И я всегда поражаюсь, как с этим «Кодом да Винчи», я поражаюсь, когда я слышу о том, что творится в стране, как убили в маленьком российском городке 15-летнюю девочку, которая выиграла какой-то несчастный конкурс красоты в масштабах своего райцентра, и убили ее же подружки, которые ей завидовали. Когда я каждый день слышу о детях, над которыми измываются, еще о чем-то, и так далее, я думаю: Господи, неужели вам (в данном случае я говорю о нашей православной церкви) некуда выйти и нет повода крикнуть о том, «что же вы делаете, люди?!», кроме как по поводу вполне приличного фильма Рона Ховарда, который никак не может сделать людей хуже, даже если...

Александр Абдулов: «Код да Винчи»?

Елена Ямпольская: Да, «Код да Винчи».


Александр Абдулов: Я могу с вами тут поспорить.

Елена Ямпольская: Сделать людей хуже он не может. Если человек наш сидит, жрет поп-корн, смотрит и при этом хотя бы начинает думать: «А вот Христос был. А вот, действительно...», - ну, не может от этого человек стать хуже.

Александр Абдулов: Может.


Елена Ямпольская: Не может.

Елена Рыковцева: Ой, давайте эту тему не трогать.

Елена Ямпольская: И то же самое с нашими артистами – очень много о себе, исключительно о себе.


Александр Абдулов: «Сидит и жрет поп-корн...» - это как раз к разговору, что «пипл сожрет все». У вас все время сквозит одна тема.

Елена Ямпольская: Я поп-корн просто очень не люблю.

Елена Рыковцева: Поэтому каждый, кто его жрет, у нее ассоциируется с чем-то негативным. Александр, пожалуйста, прокомментируйте тезис нашего слушателя... Я, кстати, не все сообщения читаю, потому что повторяются некоторые мысли. Есть мысль, где вас поддерживают, и «бейте морду дальше» - очень вам рекомендуют. И есть мысль о том, что «почему вы пишите письма? Все-таки идите в суд. Есть же Басманный суд, в конце концов, который «самый справедливый» в мире».

Но вот я хочу, чтобы вы одну мысль прокомментировали. Александр пишет: «К подлинно чистому грязное не пристанет». И еще: «Если ведут себя «звезды» пристойно и прилично, - пишут многие слушатели, - то и писать-то не о чем будет». Вот как-то так они думают.


Александр Абдулов: Спасибо большое.

Елена Рыковцева: И еще одно. Вера Федоровна пишет: «Уважаемые журналисты, пишите все о наших «звездах». Они должны быть высоко моральными, если хотят быть почитаемыми. И не надо обижаться, господин Абдулов».

Александр Абдулов: Я не обиделся. И я начал нашу передачу с того, что я не обиделся. Я хотел просто сказать - доколе? У нас же какая ситуация: «то ли он украл, то ли у него украли, но какая-то грязная история, осадок плохой».

Я когда-то решил проверить нашу прессу на уровень развития. И я запустил одну шутку. Я сказал, что у меня была сестра в Фергане Поля Абдулова...


Елена Рыковцева: По правде?

Александр Абдулов: Да, у нас в семь три брата и сестра – Поля Абдулова. И когда начались события в Фергане, мы ее «отправили» в Америку. И она стала Пол Абдул. Вот сейчас мама к ней ездила. Она стала певицей. Так не было издания, чтобы не опубликовали! На полном серьезе.

Тимур Мардер: Видите, вам верят, вам доверяют, а вы их используете вот в таких...

Александр Абдулов: Нет. Это уровень развития нашей прессы, вот в чем дело.

Тимур Мардер: И в чем здесь уровень? Вы рассказали журналисту эту информацию...

Александр Абдулов: Я не журналисту рассказал. Я рассказал своему товарищу.


Елена Ямпольская: Так, может быть, это товарищ... «Может быть, в консерватории что-то у вас не ладно?».

Александр Абдулов: Давайте любить друг друга.

Елена Рыковцева: Давайте любить.

И еще один вопрос. Олег спрашивает: «Абдулов задумывался об этом, когда выбирал профессию актера? Это такая профессия. Если уж выбираешь публичную профессию, то должен быть готов к тому, что твоя личная жизнь не будет ни для кого тайной».

Александр Абдулов: Это неправда.


Елена Рыковцева: А вы думали о том, что такое может случиться?

Александр Абдулов: Конечно. Я буду подтверждать фактами. Вот тоже вышла, по-моему, в «Собеседнике» какая-то чушь собачья про меня и про Макаревича, грязь какая-то вышла. Я пришел в редакцию и говорю: «Скажите, а вы фамилию можете сказать, кто это написал?». Подписано «Маня». Он говорит: «Нет, мы не можем. Это псевдоним». Я говорю: «Ну, скажите – кто?». И дальше происходит такая вещь. В театр ко мне приходит девочка, у нее слезы на глазах, и говорит: «Я вот эта Маня, которая... И мне сказали, что вы мне голову оторвете». А я смотрю – у нее сумочка открыта.

Елена Рыковцева: Ага! Это еще та Маня!

Александр Абдулов: И я понимаю, что там диктофон. Я говорю: «На секундочку можно вас?». И она сумочку оставила. Я ее вывел из кабинета и говорю: «Извините, я сейчас на секундочку». Я вынимаю диктофон, кладу в стол. И завожу ее. И начинаю ей долго рассказывать, как я буду линчевать ее, ее близких, родных... И она на глазах цвела. Я говорю: «Вот только обидно, что не записали».

Елена Рыковцева: И она на глазах что делает после того, как вы ей это сказали?

Александр Абдулов: Ее начинает колотить. Понимаете, вот это уровень... причем на 80 процентов сейчас такой уровень.

Тимур Мардер: А вы считаете, что вы достойно вели себя в этой ситуации?


Александр Абдулов: Абсолютно.

Тимур Мардер: Залезли в женскую сумочку...

Александр Абдулов: Ну, можно трактовать и так.

Елена Рыковцева: Давайте мы Александра из Москвы послушаем. Александр, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Вы знаете, Александр, я обращаюсь к вам, мне кажется, что все-таки писать коллективные кляузы сейчас достаточно недостойно для большинства так называемых «звезд». У меня к вам просьба. Прекратите, если можно, давать интервью, от которых вы получаете удовольствие, в гламурных журналах. Где постоянно печатаются ваши особняки по 1,5-2 миллиона долларов. Неужели вы не понимаете, что это приведет к глубоким последствиям в нашей стране?

Александр Абдулов: Какие 2,5 миллиона долларов?.. У меня деревянный дом.


Елена Рыковцева: Да, действительно, я видела его в каком-то журнале. Мы не будем это сейчас обсуждать. Это вообще совсем уже какая-то другая история.

Завершаем на этом программу «Час прессы» на волнах Радио Свобода. Нельзя сказать, что мы о чем-то договорились, но хотя бы обсудили – и уже хорошо.

.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG