Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сокровища саксонского курфюрста выставлены в Оружейной палате


Медальон с изображением сына Петра Первого царевича Алексея. Музей "Зеленые своды". Дрезден. Источник: <a href = "http://www.museum.ru/N26819" target=_blank>Музеи России.</a>

Медальон с изображением сына Петра Первого царевича Алексея. Музей "Зеленые своды". Дрезден. Источник: <a href = "http://www.museum.ru/N26819" target=_blank>Музеи России.</a>

Коллекцию сокровищ под названием «Кабинет драгоценностей Августа Сильного» из дрезденского музея «Зеленые своды» в Москву уже привозили. Было это сразу по окончании Второй мировой войны, и находились старинные драгоценности в недрах Гохрана, так что, тогда их мало кто видел. Более того, мало кто вообще знал, что эти художественные ценности в Москве – режим секретности!


Сейчас 40 предметов из знаменитого собрания саксонских курфюрстов в российскую столицу привезли на выставку, то есть для всеобщего обозрения. Проект приурочен сразу к двум знаменательным датам – двухсотлетию музеев Московского Кремля и восьмисотлетию Дрездена. Как выразился на открытии выставки директор «Зеленых сводов» Дирк Зюндрам, его музей и Оружейная палата относятся к одной и той же музейной семье: «Это величайшие исторические собрания, которые сохранили свою первозданность. Они и сегодня существуют в таком же виде, как и века назад, являясь неотъемлемой частью мирового культурного наследия».


На то, что немецкая коллекция на редкость целостная, обращает внимание и Зельфира Трегулова, заместитель директора Музеев Московского Кремля: «Эта выставка показывает тип королевского собрания, которое называется "Кабинет драгоценностей". Дрезденское собрание – самый яркий, знаменитый и полный на сегодняшний день вариант такого собрания. Так случилось, что это собрание открылось как музей 286 лет назад. Это одновременно и один из старейших музеев Европы. Несмотря на все исторические катаклизмы, а их было немало, это собрание сохранилось, как ни удивительно, почти полностью, лишь слегка пострадав за эти прошедшие три столетия и то скорее от продаж, а не от каких-то других причин.


Во время бомбардировок Дрездена в феврале 1945 года коллекция Августа Сильного уцелела и была какое-то время в Советском Союзе. В 1958 году она была возвращена в Германию и экспонировалась в помещении так называемого Альбертинума. Осенью 2006 года коллекция вновь будет показана в отреставрированных помещениях Дрезденского замка. Она будет воссоздана такой, какой она была до войны, в принципе, такой, какой она была в давние времена. Надо сказать, в этом тоже состоит уникальность этой выставки. Потому что на ней представлены экспонаты, которые составляют славу этого собрания. После того, как откроется постоянная экспозиция, в таком виде эта коллекция представляться больше не будет. На зарубежные выставки будут выдаваться только отдельные экспонаты.


Среди экспонатов для российского зрителя особый интерес представляют два парадных портрета на эмали. Черты одного лица узнаешь тотчас же - это Петр Первый. Но кто изображен на другом, довольно большой величины, медальоне? С лицом совершенно европейским, со взглядом живым и проницательным? Изумимся подписи: «портрет царевича Алексея Петровича». Мы-то представляем его по хрестоматийной картине Ге, да по классическому советскому фильму - долговязым, нескладным, с узким лбом и жидкими прилизанными волосами, а здесь – ладный красавец в расцвете сил.


Автор обоих портретов – придворный эмальер Августа Сильного Георг Фридрих Динглингер. В доме его брата, тоже ювелира, Петр Первый не раз останавливался во время своих приездов в Дрезден. Подолгу бывал здесь и царевич, в конце концов, женившийся на воспитаннице супруги Августа Сильного, принцессе Софии Шарлотте Брауншвейг-Вольфенбюттельской.


А вот саксонскому курфюрсту в Москве побывать не довелось. Теперь историческая справедливость восстановлена, заявляет Дирк Зюндрам: «Я воспринимаю эту выставку как запоздалый государственный визит Августа Сильного, короля Польши и Литвы и курфюрста Саксонии ко двору Петра Великого. История по разным причинам и в силу разных обстоятельств препятствовала такому визиту, а сегодня он таким вот образом осуществляется».


Августа Сильного называли еще Августом Великолепным. Несомненно, коллекционирование сокровищ было его страстью. За так называемый «белый саксонский алмаз» он не пожалел 200 тысяч талеров - стоимость 2 тонн золота. Самые лучшие, редчайшие бриллианты, изумруды, рубины и прочее, и прочее выкладывались как плотная мозаика, камень к камню. Получались сияющие гарнитуры бытового, подчеркнем, назначения, в которые входили эгреты для шляп, эполеты, ордена, подвески, запонки, пряжки. Таким было ювелирное искусство эпохи позднего Барокко, подчеркивает московский куратор дрезденской выставки Елена Михайлова: «Это пышный репрезентативный стиль, то есть стиль барокко наиболее отражал идею абсолютизма – все самое, самое, самое. Вы здесь его и видите. Причудливые формы, яркость, пышность».


А еще – сочетание в одном предмете самых разнообразных материалов. Это в более поздние времена соседство поделочных, полудрагоценных камней с драгоценными расценивалось как проявление дурного вкуса, а в конце XVII – начале XVIII веков это было в порядке вещей, лишь бы изделие позатейливее выглядело. Барокко тяготело ко всему необычному, способному вызвать веселое изумление. Елена Михайлова склоняется над особой витриной с маленькими декоративными фигурками: «Мы видим здесь и фигурки реальных животных - это отдыхающий козел, и мифологическое существо – это чудесный морской единорог. Цоколь его украшают эмалевая миниатюра – Андромеда, прикованная к скале, Бахус или Вакх на бочке, стражник с алебардой и собачкой и мавр с угольно-черным лицом туловом которого является самая крупная из известных в "Зеленом своде" жемчужин».


Жемчужина огромна, с кулачок младенца, и природной формы. Ювелиры любили угадывать в неровностях и изгибах необработанного материала живое дыхание. Так туловище козы – неровная грушевидная жемчужина, к которой приделаны золотые ноги, хвостик и голова. А из чего сделана действительно угольно-черная голова мавра? Елена Михайлова объясняет: «Из некоей массы пластической сложного состава. Это не камень, не дерево – это масса на основе раскрашенных смол».


В другом конце зала тоже есть скульптурное изображение двух императоров. Это по эпохе и по стилю сопоставимые вещи или нет? Елена Михайлова говорит: «Абсолютно сопоставимые. Потому что в это время обращаются к самым разным материалам, более необычным, чем в предыдущее столетие – здесь и барочные жемчужины, и благородные камни, цветные, прежде всего, разновидности ониксов, и яшма, и халцедоны, и сфериты, и гелиотропы. И здесь не только античные сюжеты. Интерес к ним в эпоху Ренессанса в начале XVIII века очень велик. Все читают жизнеописание 12 цезарей. Все сравнивают и строят свою жизнь в подражании им. Четыре фигурки конкретных императоров Август покупает. Он их любит. Там два брата Тит и Домициан – один причислен к сонму богов, а второй убит. Эти вещицы, которые говорят о желании познать мир, найти грань между фантастическим и реальным, изучить его. По-моему, это все в рамках одного периода очень хорошо уживалось и отражало вкусы и интересы человека, который вырывается из эпохи Средневековья и хочет узнать все и вся – и природу, и божественное, и прошлое, и будущее, и строить свою жизнь как-то иначе».


По словам Зельфиры Трегуловой, «Кабинет драгоценностей Августа Сильного» является логичным звеном в последовательности выставок, проводимых в Кремле: «Эта выставка является третьим проектом из большой выставочной программы "Королевские, императорские сокровищницы в Кремле", которую мы инициировали два года назад. Мы показали уже сокровищницы Лувра, сокровищницы из Вены из Музея истории искусства. Это третий проект. В каждом из этих проектов мы показываем знаменитейшее музейное собрание мира, которое по типу сходно с нашим, а именно это – сокровищница. Мы показываем разные исторические варианты сокровищниц, как то частную коллекцию Людовика XIV как с выставкой в Лувре, или кунсткамеру как с выставкой из Музея истории искусств Вены.


А «Кабинет драгоценностей Августа Сильного» искусствоведы называют «протомузеем». Для своих раритетов курфюрст оборудовал специальные помещения, заботясь о том, чтобы экспонаты смотрелись как можно более эффектно. И самое главное – допускал в «Зеленые своды» посетителей, что было неслыханным по тем временам новшеством.


XS
SM
MD
LG