Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Судьба документального архива русского авангарда Николая Харджиева в Голландии


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Амстердаме Софья Корниенко.



Кирилл Кобрин: В Амстердаме началась подготовка к возвращению в Москву документального архива русского авангарда, собранного в прошлом веке Николаем Харджиевым и вывезенного им под конец жизни в Нидерланды. Сам легендарный историк литературы, архивист, знакомый Ахматовой и Мандельштама умер 10 лет назад.



Софья Корниенко: В Амстердам прибыли две сотрудницы Российского Государственного Архива Литературы и Искусства (РГАЛИ), чтобы провести подробный осмотр рукописей русских авангардистов из знаменитой коллекции Николая Харджиева. Харджиев всю свою жизнь положил на то, чтобы собрать и сберечь русский авангард для истории. Десятки лет, терпя голод и лишения, он тайно хранил в своей московской квартире сотни рукописей с теоретическими статьями, частной перепиской, дневниковыми записями Малевича, Эль Лисицкого, Ольги Розановой, Крученых, Мандельштама, Хлебникова, Хармса и многих других, а также более полутора тысяч живописных и графических работ, в том числе 172 работы Малевича и 122 - Михаила Ларионова. В 1993 году, на 91-м году жизни, опасаясь за дальнейшую судьбу своей огромной коллекции в новой России, Харджиев вместе с женой Лидией Чагой решился вывезти коллекцию на Запад. Большинство предметов коллекции после смерти Харджиева 10 июня 1996 года перешли в собственность так называемого Фонда Харджиева-Чаги и хранятся в Государственном музее современного искусства Стейделик в Амстердаме. По словам секретаря Фонда Тео Бреймера, ожидаемое в ближайшем будущем возвращение документального архива из колекции Харджиева в Москву проводится исключительно по инициативе голландской стороны.



Тео Бреймер : За все время существования нашего фонда российские власти ни разу не обращались к нам с требованием или просьбой вернуть коллекцию. Я лично встречался господином Швыдким, который был тогда министром культуры, по другому поводу в Санкт-Петербурге, - он ни разу не поднял вопрос о коллекции Харджиева, не желал касаться этого вопроса.



Софья Корниенко : Тео Бреймер утверждает, что, не дождавшись предложения о сотрудничестве со стороны российских чиновников, Фонд Харджиева-Чаги обратился напрямую к руководству российского госархива РГАЛИ.



Тео Бреймер : Когда будет завершена опись архива Харджиева в Стейделике и подготовлены копии на микропленке, мы планируем перевезти оригиналы обратно в Москву, а в Амстердаме оставить копии. Речь идет только о документальном архиве. Мы считаем, что произведения изобразительного искусства из коллекции Харджиева резоннее оставить в Стейделике, во всяком случае пока. Это не означает - навсегда, возможно когда-то эти картины и рисунки и переедут на новое место.



Софья Корниенко : Когда же документальный архив Харджиева будет отправлен в Москву?



Тео Бреймер : Как только специалисты РГАЛИ завершат осмотр, они должны сообщить нам, сколько недель им потребуется. Затем мы перейдем к изготовлению копий на микропленке. Я полагаю, что месяцев через шесть все будет готово.



Софья Корниенко : Зачем понадобилось вашему Фонду возвращать архив России?



Тео Бреймер : Таким образом нам откроется косвенный доступ ко всему архиву целиком, ведь мы получим копии той его части, которая хранится в Москве и до сих пор оставалась недоступной для исследователей. Статус, в котором амстердамская часть архива поступит на хранение в РГАЛИ, пока не определен, но скорее всего российская сторона получит его на правах временного пользования. Мы пока не собираемся передавать архив в собственность России. Если, конечно, не будет достигнуто иной договоренности об окончательной ликвидации имущественного спора с российскими властями. Если они еще хотят начать говорить с нами о коллекции, мы будем только рады.



Софья Корниенко : По словам Тео Бреймера, все проекты Фонда до сих пор финансируются за счет средств, вырученных в результате продажи нескольких - самых значимых - полотен из коллекции на общую сумму в 12,5 миллиона долларов кёльнской галерее Кристины Гмуржински сразу после смерти Харджиева. Большая часть этих средств уже несколько лет назад ушла на то, чтобы удовлетворить претензии единственного офицального наследника Харджиева и первого председателя Фонда - проживавшего ранее в Амстердаме русского актера Бориса Абарова, который вошел в доверие Харджиева уже в Голландии, а также оплатить услуги второго председателя Фонда - адвоката Приве, который впоследствии был осужден за мошенничество. Все отношения с этими родоначальниками Фонда были прекращены, говорит Тео Бреймер.


Примечательно, что именно Гмуржинска была в свое время организатором технической стороны контрабандного вывоза коллекции Харджиева в Амстердам. В качестве вознаграждения за помощь в рискованной операции по перевозке коллекции за рубеж Харджиев продал Гмуржинске четыре картины Малевича и два рисунка всего за 2,5 миллиона долларов, в чем впоследствии раскаивался. Согласно предварительной договоренности, и деньги, и любимая коллекция должны были ожидать Харджиева по его приезде в Амстердам. Помимо этого, ожидалось, что Харджиев передаст свой документальный архив в Амстердамский университет, на кафедру славистики, а сам по мере сил будет читать в университете лекции: идейным вдохновителем переезда и ответственным за устройство семьи Харджиевых в Амстердаме был профессор кафедры славистики Амстердамского Университета Виллем Вестстайн.


«Почему же Харджиев так и не стал преподавать в университете, почему, наконец, их с женой, старых людей, не владеющих иностранными языками, привезли в Амстердам с 10-дневными визами и обрекли на нелегальное существование затворников?» - спросила я у Виллема Вестстайна по телефону. «Все получилось не так, как мы хотели, потому что коллекция не пришла в Амстердам вовремя. Начались серьезные проблемы», - ответил Вестстайн. Несколько месяцев назад Вестстайн также вошел в правление Фонда Харджиева-Чаги. Он еще ни разу не давал интервью журналистам. «Я не думаю, что на эту историю стоит проливать свет», - сказал Вестстайн.


XS
SM
MD
LG