Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
К политическому кризису в Грузии, начавшемуся 9 апреля бессрочным митингом оппозиции, неожиданно добавился масштабный тюремный бунт. О причинах и особенностях того, что произошло в Грузии в пасхальные выходные, в интервью Радио Свобода рассказала известный грузинский правозащитник, председатель комиссии по помилованию при президенте Грузии Елена Тевдорадзе.

- Можно ли считать инцидент исчерпанным? Или то, что случилось в женской колонии, следствие слишком системного явления, чтобы настраиваться на оптимистичный лад?

- Если говорить об общем положении в грузинских тюрьмах, оно значительно улучшилось. За последние три года построено шесть новых зданий и положение несколько стабилизировалось. Скажем, перенаселение не такое ужасающее. Хотя проблема остается.

Но события, которые произошли, связаны не с этим. Накануне Пасхи президент подписал акт помилования, который коснулся 390 заключенных. Эти люди обращались либо в нашу комиссию по помилованию, либо к патриарху. Среди помилованных были 23 женщины – из 30, подавших прошения. Некоторые дела, с которыми мы познакомились, привели нас в ужас. Мы даже в "мужских" делах не читали про такие ужасные факты, как здесь: убийства, продажа детей, наркотики, страшный бандитизм, нанесение ножевых ран и так далее. Поэтому, естественно, мы не могли удовлетворить просьбу всех женщин-заключенных, подавших прошения о помиловании. Я повторяю: прошений было именно 30, потому что кто-то распространил в колонии слух о том, что якобы есть какой-то отдельный список из 112 женщин. Вот это и вызвало недовольство.

Сейчас все заключенные переведены в здание новой тюрьмы в городе Рустави, потому что после бунта инфраструктура настолько разрушена, что непонятно, можно ли все это восстановить.

- Сколько всего женщин в колонии?

- 700. Среди них одна несовершеннолетняя, которая нанесла семь ножевых ран своему однокласснику. Мы ее дело, кстати, тоже рассматривали и отказали в рекомендации на помилование. Семи женщинам было отказано. Как раз эти семь женщин и стали зачинщиками беспорядков.

Я 15 лет занимаюсь этими вопросами и должна сказать, что всегда после актов помилования в женской колонии бывают какие-то брожения. Никогда подобного не происходит в мужских колониях. Не знаю почему, мужчины какие-то более солидарные, к помилованным относятся с пониманием. Естественно, обидно, что кто-то уходит, но никогда нет злости. В женской колонии всегда бывало очень сложно. Поэтому после каждого акта помилования я пыталась приходить к женщинам для того, чтобы снять эту напряженность. К сожалению, на этот раз не успела.

- А как часто происходят такие акты помилования?

- В 2008-м году было шесть актов помилования. В этом году - первый раз.

- Были сообщения о том, что бунт перекинулся и на колонию для несовершеннолетних.

- Нет. Просто на одной территории расположены женская колония, женский СИЗО и СИЗО для несовершеннолетних. Но там было все спокойно. Эта информация распространялась некоторыми оппозиционерами, но оказалась неправдой.

- Как вам представляется, события в колонии как-то связаны с противостоянием оппозиции и власти?

- У меня остается впечатление, что взбунтовавшиеся женщины были поддержаны оппозицией, представители которой там сразу же появились. Там, в колонии, окна третьего этажа смотрят на улицу. И оппозиционеры их с улицы ободряли. По всей вероятности, хотели вызвать более серьезные события. Там были многие из тех, кто организует митинги.

- Включая так называемую "умеренную" оппозицию?

- Нет, умеренных там не было. Я говорю о радикальной оппозиции.

- Нино Бурджанадзе?

- Нет, Нино Бурджанадзе не было, не было "Альянса за Грузию" Ираклия Аласания. Не было, например, еще "Национального форума"... Мне не хочется называть фамилии тех, кто был. Но я абсолютно исключаю версию, что это было инспирировано оппозицией.

ТВ-скриншот www.adjaratv.ge/ge

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG