Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сотрудничество Белоруссии и Евросоюза в рамках программы "Восточное партнерство"


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимают участие обозреватели Радио Свобода Андрей Шарый, Юрий Дракахруст.

Кирилл Кобрин: В европейских столицах активно обсуждается решение руководства Европейского союза о приглашении Белоруссии к участию в новой стратегии Евросоюза по отношениям к некоторым республикам бывшего СССР. Концепция так называемого "Восточного партнерства" для шести постсоветских государств подразумевает развитие политического диалога и экономических связей между ЕС и Украиной, Грузией, Азербайджаном, Арменией, Молдавией и Белоруссией. 7 мая в Праге состоятся первые представительные консультации на высоком уровне по этому вопросу, для участия приглашен и президент Белоруссии Александр Лукашенко, которого еще недавно на Западе называли "последним диктатором Европы".
О значении этого приглашения и о реакции на него в Минске мой коллега Андрей Шарый побеседовал с журналистом и политологом, обозревателем белорусской службы Радио Свобода Юрием Дракахрустом.

Юрий Дракахруст: МИД рассматривает, безусловно, это как победу, как успех. Что касается большей части оппозиции, то она, в общем-то, в шоке, она считает это моральной катастрофой Запада, предательством. Эта точка зрения достаточно спорная, потому что, наверное, это результат такой долгой и на самом деле специальной, очень уникальной политики, которую вела Европа и Запад в целом в отношении Белоруссии. В конце концов, на тот же саммит приглашается Ильхам Алиев, который тоже известный светоч демократии.
Другая часть оппозиции считает, что, конечно, хорошего в этом мало, но, с другой стороны, включение Белоруссии в "Восточное партнерство" - это как-никак, некое продвижение Белоруссии в Европу, приобретение режимом, но и страной, но и государством какой-то дополнительной внешнеполитической опоры.

Андрей Шарый: Кроме этих идеологических преимуществ, которые дает Белоруссии подключение к программе "Восточное партнерство", в чем еще конкретно может заключаться сотрудничество Европейского союза с Белоруссией в рамках этой программы?

Юрий Дракахруст: Поскольку очень разные страны в этом самом партнерстве, скажем, от Украины, Грузии, которые считают, что это слишком мало для них, они то бы хотели вообще в Евросоюз попасть, а для такой страны, я думаю, как Белоруссия, как Азербайджан партнерство - это слишком много. Для того чтобы, скажем, получить зону свободной торговли, безвизовый режим, это надо, в общем-то, подгонять свое законодательство, подгонять свою политическую систему под европейские стандарты, что, вы понимаете, ни господину Алиеву, ни господину Лукашенко никак не хочется. Деньги там очень маленькие, по-моему, на несколько лет 600 миллионов на шесть стран, это вообще слезы. Но вот это партнерство - это как бы такой политический коридор, политический зонтик. Их приглашают, их включают, а уже бизнес европейский будет смотреть. Ему это будет послание, что это вполне такие нормальные страны, в которые можно инвестировать. Я думаю, что, скажем, Лукашенко рассчитывает скорее на это, потому что это выглядит на первый взгляд парадоксально. От России он за прошлый год три миллиарда получил. Что ему, так сказать, медом помазано делить между шестерыми вот эти 600 миллионов? Я думаю, что дело не в этом. Я думаю, что дело именно в том, что он рассчитывает на частные западные инвестиции, которые, по его расчетам, пойдут, если Европа как бы скажет, что это не последняя диктатура Европы, а такая страна, не самая может быть лучшая в мире, но и не самая худшая.

Андрей Шарый: Рассматривает ли белорусское руководство перспективы участия в программе "Восточное партнерство", как альтернативу связям с Россией?

Юрий Дракахруст: Я думаю, конечно же, нет. Российские кредиты - это синица в руках, а некие деньги, которые от партнерства или благодаря партнерству пойдут, - это пока очень большой журавль в небе. С другой стороны, это некая опора, некая альтернатива. Она может помочь в разговорах с Россией, потому что Россия, увидев, так сказать, соперника, она может начать больше дорожить Белоруссией.

Андрей Шарый: С пропагандистской точки зрения рассматривается в Минске в официальных СМИ эта ситуация, как непокоренный белорусский президент и к нему стучится в дверь покоренная Европа?

Юрий Дракахруст: Безусловно, но я бы так сказал, что это не очень акцентируется по той причине, что вообще пока ведь никто не знает, что это за зверь "Восточное партнерство". Ситуация такова, что и в Белоруссии она порождает у одних большие надежды, у других большие страхи. Москва очень болезненно реагирует, вот было специальное заявление МИД, где представитель МИД сказал, что это неестественный выбор Белоруссии.
Но, с другой стороны, в начале 90-х возникло так называемое "Партнерство ради мира", сотрудничество стран Восточной Европы с НАТО. Туда, кстати, всех пригласили, в том числе Россию, Белоруссию, всех. Те, кто были готовы интегрироваться с НАТО, для тех действительно партнерство стало дорогой к НАТО. Кто, в общем-то, особо ничего такого не имели в виду, скажем, как та же Россия, да, какие-то отношения в рамках партнерства есть, но сказать, что она изменила некие геополитические выборы кардинальным образом, в общем-то, нет. Не исключено, что с этим "Восточным партнерством" будет то же самое. Условно говоря, Украина, Молдова, Грузия, которые хотят на самом деле в Евросоюз, используют это самое "Восточное партнерство" для того, чтобы чуть-чуть к нему приблизиться. Скажем, для Белоруссии, да, какие-то отношения будут. Последние 15 лет, я бы сказал, что отношения между Белоруссией и Европой были такой суверенной холодной войной. Ну вот не будет холодной войны, будет холодный мир. Но холодный.
XS
SM
MD
LG