Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

“Кинообозрение” с Андреем Загданским. Возвращение Бунюэля: “Ангел-истребитель” и “Симеон-столпник”.




Александр Генис: В сегодняшнем выпуске нашего “Кинообозрения” мы с ведущим этой рубрики Андреем Загданским заглянем на “Золотую полку”, где, благодаря реставрационным усилиям американской компании “Критерион”, появилось бесценное для любителей кино дополнение.

Андрей Загданский: Для всех любителей кино, которые боготворят испанского режиссера Луиса Бунюэля, наступило большое событие. На ДВД вышли два фильма, которые практически никто в Америке 40 или 50 лет не видел. Это фильм “Симеон-столпник”, так он переводился по-русски, и полнометражный фильм “Ангел-истребитель”. Оба фильма сделаны мексиканским продюсером Густаво Алатристе, который был мужем восхитительно красивой мексиканской актрисы Сильвии Пиналь. Это та самая Сильвия Пиналь, которая играет главную роль в “Меридиане”. И эти фильмы - “Ангел-истребитель”, “Симеон-столпник”, и “Меридиана” - это три фильма, сделанные подряд одним и тем же продюсером.

Александр Генис: Интересно, что она была влюблена в творчество Бунюэля. Именно она уговорила мужа дать деньги на эти фильмы. И при этом (она до сих пор жива), она сказала, что она никогда не могла понять, о чем эти фильмы.

Андрей Загданский: Я начну с “Симеона-столпника”. Фильм короткий, обрезанный, его финансирование было прекращено. И Бунюэлю нужно было найти какой-то короткий путь к финалу. От этого незаконченность, скорее, повествовательная, чем эстетическая, поскольку мы понимаем, что Бунюэль делает. Некто Симеон ведет жизнь отшельника в пустыне. Он стоит на столбе, он стоит день и ночь, обозревая мир и чувствуя, что он становится все ближе и ближе к богу.

Александр Генис: Это настоящий святой.


Андрей Загданский: Или почти святой. У Бунюэля это очень важно. Вот в этом зазоре происходит вся магия бунюэлевского искусства. Местные жители приходят к Симеону. Крестьянка просит исцелить мужа, которому отрубили в свое время руки за воровство. После молитвы Симеона у калеки появляются руки. “Пошли домой, - говорит новоизлеченный своей жене и детям, причем самым будничным, деловым тоном, - полно работы”. В голосе нет ни ноты восторга, ни трепета. “Папа, папа, а эти руки у тебя те же, что были раньше?” - спрашивает девочка. “Молчи дура”, - отвечает не очень-то преображенный чудом исцеления отец. После такой благодарности начинаешь задумываться: а чудо ли это исцеление или какой-то трюк? Симеона все время искушает дьявол. Искушение и играет Сильвия Пиналь, и она является к Симеону то ангелом, то шлюхой, то богом, то женщиной, то богом с женским лицом, но с бородой. Но дело в том, что у Симеона проблемы с дьяволом гораздо более сложные, чем этот восхитительный, плотский, женственный образ, который к нему является. Дьявол в нем самом, в его тщеславии, в его честолюбии, в его пренебрежении его собственной матерью, которая живет возле этой колонны и которая хотела бы человеческого контакта со своим сыном. Но Симеон движется к богу, а не к своей земной матери.

Александр Генис:
И это, конечно, намек на Христа. Бунюэль не может без того, чтобы не разозлить церковь.

Андрей Загданский: И никому это не удается сделать так, как это делает Луис Бунюэль. Не случайно, между прочим, его одно из самых знаменитых высказываний: “Я - атеист, слава богу”. И в этой амбивалентности весь Бунюэль.

“Ангел-истребитель” - фильм, который я мечтал пересмотреть. Когда-то давным-давно я его видел на очень плохой пленке, с очень плохими субтитрами, читать была мука и фильм у меня остался в памяти, но я не получил того полного эстетического удовлетворения, к которому я рвался. Что происходит в фильме? В некотором особняке, в роскошном особняке, собираются гости и после замечательного ужина, когда приходит пора расходиться, они понимают, что они не могут покинуть дом. Не могут, и все. И причины никакой нет. Они не могут выйти из дома и слуги не могут зайти в дом. Западня. И члены этого избранного аристократического общества начинают вести себя отнюдь не аристократически. Маленький шкаф в комнате становится единственным убежищем для интимной жизни. И есть совершенно нечего. Проходят дни. Для воды необходимо прорубить скважину через стену. И при этом загадка остается все та же: почему они не могут выйти? Местные жители понимают, что в доме происходит что-то не так, и вывешивают желтый флаг, как знак прокаженных. Я всегда считал, что “Ангел-истребитель” это один из самых смешных фильмов Бунюэля, ему удается построить совершенно достоверную жизнь из совершенно сюрреалистических, не реальных деталей. Картину называют обычно сатирической, но сатира еще далеко не все объясняет, что происходит в фильме.

Александр Генис: Вы знаете, мне кажется, что этот фильм, который я считаю классикой абсурда - достаточно ясная аллегория, и если мы смотрим, кто заперт, то это цвет цивилизации, это и есть сама цивилизация. Это очень культурные люди, которые слушают прекрасную музыку, которые едят изысканные яства, которые разговаривают друг с другом рафинированным языком. То есть это цвет человечества. Это и есть духовная аристократия. Они заперты в своем кругу, у них нет контакта с народом, поэтому они не могут выйти наружу, а народ не может пробраться к ним. И в этом, мне кажется, дидактический урок Бунюэля. Но в чем прелесть Бунюэля? В том, что каждый из нас может придумать несколько интерпретаций, не противоречащих друг другу. И вот эта открытость Бунюэля делает его таким интересным для изучения, исследования. Короче говоря, это идеальное кино для салона.

Андрей Загданский: И я совершенно с вами согласен, что открытость многим интерпретациям это одно из главных качеств Бунюэля, начиная с его первого фильма, “Андалузского пса”, и это то, что для меня является признаком подлинного искусства, подлинного, настоящего кинематографического искусства. Я хотел бы, в завершение, прочитать вам цитату из Жорджа Садуля, это то, что он писал в 62-го году, когда фильм “Ангел-истребитель” был показан на фестивале в Каннах: “Бунюэль всегда попадает в цель. Попал он в нее и в этот раз, и в чисто фестивальной конкуренции. Попал так точно, что мы опасались: а смогут ли некоторые зрители в вечерних платьях переступить порог просмотрового зала и не будут ли разноцветные флаги на набережной Круазет заменены одним желтым флагом, и не придется ли фестивальным затворникам ждать прибытия стада баранов с приморских Альп, чтобы не умереть с голоду?”. Так писал Садуль в 62-м году. Должен добавить, что “Ангел-истребитель” это фильм абсолютного отмщения. Это месть художника, у которого нет контроля над обществом, над теми, чьим интересам он служит. И это фильм полного контроля.
XS
SM
MD
LG