Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Международная конференция "Россия без мифов и стереотипов" в Москве


Виталий Портников: Светская и религиозная журналистика: как они соотносятся, как журналисты, работающие в православных изданиях, общаются со своими коллегами из изданий других христианских конфессий, из изданий других религий? Как религиозные журналисты смотрят на мир, и отличается ли их взгляд от взгляда журналистов светских? Эти вопросы мы можем обсудить в нашей сегодняшней программе благодаря одному достаточно любопытному событию.


Как раз в эти дни в российской столице проходит конференция «Россия без мифов и стереотипов: моральные ценности, религия и средства массовой информации». Организаторами этой конференции стали Международный Союз журналистов-католиков и Мировой форум профессионалов светских и религиозных средств массовой информации.


А мы в нашей студии беседуем с двумя участниками этой конференции – мексиканской журналистской Сочикетуаль Луна Моралес и главным редактором Католической радиостудии «Дар» Петром Сахаровым.


И давайте с самого начала попробуем ответить нашим слушателям на очень важный, по-моему, вопрос: почему католические журналисты решили провести свою конференцию в российской столице, то есть в столице страны, где большинство верующих исповедую православие, а не католичество? Сочикетуаль, пожалуйста.



Сочикетуаль Луна Моралес: Вы знаете, Виталий, вот эта конференция на самом деле уже проходила в других странах мира. И вот в прошлом году в Таиланде, когда состоялась беседа католических журналистов, они решили, что было бы очень интересно узнать из первоисточников о том, что происходит в России, какова ситуация с прессой, и особенно для католических журналистов, в России. Вот и решили приехать именно сюда, потому что информация за рубежом о России намного отличается от того, что происходит здесь.



Виталий Портников: Петр, а вы как считаете, насколько помогает католическим журналистам эта конференция в понимании российских реалий?



Петр Сахаров: Я думаю, что, действительно, это было очень хорошей идеей. Хотя я совершенно не в курсе того, как она возникала. Тем не менее, идея провести эту конференцию, которая проходит периодически в разных странах мира, провести именно здесь, действительно, мне кажется, может быть весьма плодотворной. Потому что Россия остается для Запада (мы будем пока ограничиваться только Западом) все-таки чем-то достаточно туманным, что окружено целым рядом мифов. А за каждым из этих мифов (нет дыма без огня, можно так сказать), за ним стоит какая-то реальность. Но, тем не менее, представления о России, конечно, не вполне адекватные в мире, как и, тем более, представления о религиозной ситуации в России. Все это, в общем-то, порой преображается в достаточно китчевую картину и иногда в какие-то страшилки.


Поэтому то название, которое носит эта конференция, - «Россия без мифов и стереотипов » - мне кажется, вполне оправдано. Удастся ли участникам выявить этот образ России, вот в этом я не вполне уверен, но надеюсь, что это будет какой-то ступенью к приближению к тому идеалу, который поставлен в этом названии.



Виталий Портников: Вот, Сочикетуаль , что знает, собственно, католический журналист о России из средств массовой информации, когда он читает газеты в собственной стране или смотрит какие-то телевизионные новости или слушает новости по радио? Ну, о том, какие проблемы у российских католиков возникают с открытием храмов, о том, как не дают визы священникам, о том, насколько непростые отношения между католической церковью и Московским патриархатом, о том, как Папа не смог приехать в Россию, я имею в виду покойного Папу Иоанна Павла II , и так далее. И, наверное, это все не содействует созданию позитивного образа. Может быть, это мешает рассмотреть что-то иное, более важное?



Сочикетуаль Луна Моралес: Мне кажется, да, безусловно. Но всегда возникают такие вопросы, которые постоянно мы, журналисты, задаем, ну, именно о том, что вы сказали: приедет ли Папа в Россию или нет? каково отношение между православными и католиками? И вот на этой конференции мы пытаемся проанализировать другие взгляды, как на самом деле наша работа помогает соединить обе конфессии, и не в смысле того, чтобы работать вместе, но чтобы было понимание между людьми в этих конфессиях.


Например, я тоже работаю корреспондентом для Католического агентства новостей в Италии. И наш взгляд на Россию состоит в том, что надо не разделять, а соединять, и в православии, то, что нас объединяет, а не то, что нас разъединяет.



Виталий Портников: Петр, такое складывается впечатление, когда сравниваешь (это как раз для светских, наверное, наших слушателей будет весьма любопытно) православную прессу, допустим, издающуюся под эгидой Московской патриархии и дающуюся в качестве источника понимания, что происходит в церкви, возможно, более светскими даже кругами, но, тем не менее, стремящимися говорить на религиозные темы, и вот с другой стороны – прессу, близкую к католической церкви, тоже, может быть, издающуюся напрямую или близкую к католической церкви, как-то православие в большей степени сосредоточено на проблемах конфессионального характера. А католическая пресса здесь, в России, по крайней мере, и не только в России, мне кажется, она как бы более широко освещает проблемы церковные, в том числе и православные, и проблемы, связанные с разными конфессиональными отношениями, экуменическими. Я бы так сказал, наверное, меньше пишут о лютеранстве в российской католической прессе, но много пишут о православии и старообрядчестве. Вот как вы представляете себе, почему такой немного разный взгляд на этот мир возникает? То есть по православной прессе вообще трудно понять, что здесь есть католики. А по католической прессе, опять-таки не только российской, но, например, и по польским изданиям, которые я часто читаю, можно увидеть, что в мире есть много православных, и у них интенсивная духовная жизнь происходит. Да?



Петр Сахаров: Да, вы правы. Но я немножко все-таки поправил бы по православной прессе. Конечно, в данном случае мы будем называть «правильная православная пресса». Не трудно понять, что здесь католики, а как раз там указывается на то, что они здесь есть, но они здесь – это как некое чужеродное тело, которое занимается прозелитизмом, и пришло сюда ради того, чтобы истинных православных христиан (предполагается, что каждый русский от рождения - православный) обратить в свою веру. К сожалению, такое есть. Но есть и другое, пусть очень маленькие струйки в православии и в православной прессе, которые стараются действовать как-то иначе.


Что касается католической церкви, то, действительно... я имею в виду, конечно, современную католическую церковь, потому что еще 60 лет назад это было несколько иначе, а 100 лет назад – совсем иначе. То есть здесь процессы, которые происходили в католической церкви, надо полагать, что они рано или поздно затронут и другие христианские конфессии. Здесь совершенно другая установка. Здесь мы стоим перед фактом, что «да, мы христиане, разделены, но мы имеем возможность общего свидетельства. Того, что нас объединяет, все равно значительно больше, чем того, что нас разделяет». Поэтому как раз католическая пресса... ну, о Западе я не говорю, там действительно нормальная ситуация. Мне как раз много приходится и бывать, и смотреть, и слушать, и читать католическую прессу разных стран, а Франции особенно, там это просто нормально, что католики, например, представляют православным, так же как и некоторой части протестантов, свою прессу как некую площадку – и это совершенно обычная ситуация. Здесь то же самое.


Например, я начинал как раз свою журналистскую деятельность (а я в журналистику пришел довольно поздно) в журнале «Истина и жизнь», который учредился как католический, но очень быстро стал общехристианским. Потому что когда он уже был католическим, в нем была эта тенденция, а потом как-то решили, что лучше, если он будет общехристианским. А впоследствии как раз то место, где я работаю сейчас – католическая студия «Дар», но католическая студия «Дар» - это не самостоятельное учреждение, а это часть христианского церковно-общественного канала, который создавался католичкой Ириной Алексеевной Иловайской и православным священником Отцом Иоанном Свиридовым, именно как вот такое экуменическое свидетельство, где и католики, и православные будут проповедовать Евангелие, будут нести культурные ценности, которые накопила христианская культура в разных странах, и вместе свидетельствовать о Христе. Поэтому для нас это как бы некая совершенно естественная ситуация. Кстати, должен сказать, что она, в принципе, для ряда православных церквей, Поместных церквей, например, для Константинопольской, для Антиохийской , для Румынской православной церкви, такой подход значительно естественен, нежели для... а русская значительно более консервативна и охранительна, все время складывается такое впечатление, что она все время создает себе некие искусственные страхи. И в журналистике, увы, это, к сожалению, очень сильно прорывается.



Виталий Портников: Вот когда говорит наш коллега об искусственных страхах, то мы можем создать себе такой образ большей терпимости на Западе и меньшей терпимости здесь. Но, вместе с тем, заметьте, Сочикетуаль, что сейчас проблема для Русской православной церкви, которая объединяется с Русской православной церковью за границей, именно в том, что вот эта Русская православная церковь за границей, которая многие годы, уже многие десятилетия окормляет паству на Западе, она как раз против экуменического диалога, в котором Русская православная церковь многие годы участвует. И одним из условий такого успешного объединения она называет именно отказ от этого экуменического диалога. Может быть, все-таки дело не только в Западе и в Востоке, не только в том, что, может быть, в России не так понимают этот экуменический диалог, а в том, что есть просто разные представления о том, как должны общаться люди разных конфессий?



Сочикетуаль Луна Моралес: Я именно об этом хотела бы рассказать. Я вчера разговаривала со священником из Ливана. И он рассказал мне, что в Ливане живут 17 (!) разных христианских конфессий. Но, например, у нас в Мексике более 90 процентов населения являются католиками. А в России главные христианские конфессии – католики, православные и протестанты, можно так сказать. Но как объединить, как понять... хотя у нас вера, в принципе, одинаковая, но это, безусловно, трудно. А от чего это зависит? – вот это вопрос, который всегда встает перед нами. И как это делать? Какую роль мы играем? Люди хотят объединяться или нет? А что это значит – объединяться? Это те вопросы, которые всегда стоят перед нами.



Петр Сахаров: Кстати, я хотел бы сказать, что все-таки процесс объединения, о котором... я, в принципе, к этому отношусь очень хорошо, но процесс объединения Русской православной церкви, Московского патриархата и Зарубежной церкви идет все-таки пока достаточно туго. И то объединение, о котором сейчас очень много говорится в прессе, как раз раздуто прессой, и раздуто, в общем...



Виталий Портников: Это как раз показатель того, как светская пресса трактует религиозные события.



Петр Сахаров: Да. Это как раз очень интересный момент. Притом, что одновременно идет довольно серьезный новый раскол... маленький, но серьезный новый раскол в Московском патриархате. Я имею в виду отделение от Московского патриархата части в Сурожской епархии.



Виталий Портников: Но это другая история.



Петр Сахаров: Да, это другая история. И, в общем, как бы эти процессы идут параллельно.



Виталий Портников: Ну, о Сурожской епархии действительно меньше говорят, чем о Русской православной церкви за границей. Но это другая совсем история с точки зрения сотрудничества и взаимопонимания, наверное, и религий, и религиозных конфессий. И если мы сейчас углубимся в историю Сурожской епархии, то мы дезориентируем слушателей. Это очень специфическая проблема.



Петр Сахаров: Да, не стоит, конечно.



Виталий Портников: И есть еще один весьма любопытный вопрос, который, я думаю, нужно сейчас прояснить нашим слушателям. Как все-таки проходит на самой конференции этот диалог? Приходят ли православные журналисты? Есть ли какое-то общение с ними во время всей этой дискуссии?



Сочикетуаль Луна Моралес: Кстати, сегодня вечером будет «круглый стол», в котором будут участвовать и протестанты, и православные, и католические журналисты. Будем обсуждать такие проблемы, как освещать вопросы религии в наших изданиях, в изданиях за рубежом. А в остальные дни... на открытие конференции приехал из Русской православной церкви протоирей Всеволод Чаплин, он был с нами. И он немножко рассказал о его взгляде на отношения между католиками и православными, о том, что сейчас происходит. Такого рода вопрос, наверное, когда собирается такое международное сообщество, его нельзя избегать. Но большинство журналистов первый раз приехали в Россию, и для них весьма интересно, любопытно не только быть на конференции, но и общаться с людьми, осматривать город.



Виталий Портников: Наш радиослушатель спрашивает: «Позволено ли католическим журналистам критиковать Папу?». Ну, это вечный вопрос...



Петр Сахаров: В принципе, не существует канона в Кодексе канонического права, запрещающего критиковать Папу. В принципе, это, конечно, не принято. Ну, как-то к своему непосредственному руководству принято относиться с уважением, предполагается, что Папа – это все-таки очень авторитетная фигура, не безгрешная, кстати, для католиков. Некоторые трактуют догмат о папской непогрешимости, как то, что католики верят в то, что Папа без греха. Нет, католики не верят в то, что Папа без греха. И Папа тоже исповедуется, как и любой католик. Тем не менее, я знаю целый ряд католических изданий, притом тех, на которых написано «католическая газета», где появляются материалы, в которых, как правило, достаточно взвешенно могут критически рассматриваться какие-то шаги действующего понтифика. По крайней мере, в последние несколько десятилетий это достаточно обычное явление. Хорошие католические журналисты всегда стараются это делать в максимально корректной форме.



Виталий Портников: И еще вопрос такой: «На Западной Украине и на территории Польши (почему на территории Польши?) идет противостояние, доходящее до рукоприкладства. Там воюют православные и католики, идет гонение на православных священников. Каково ваше мнение на этот счет?».



Петр Сахаров: Во-первых, давайте все-таки разберемся: Западная Украина или Польша.



Виталий Портников: Вероятно, наш слушатель что-то слышал о тех действительно проблемных отношениях, которые существуют между греко-католической церковью украинской и польскими католиками, на тех территориях Польши, которые граничат...



Петр Сахаров: Польскими католиками или православными?



Виталий Портников: Католиками. Потому что между православной церковью и Польской католической церковью нет никаких сейчас проблем.



Петр Сахаров: Потому что если это вопрос о Западной Украине, о взаимоотношениях греко-католиков с православными, ну, это действительно очень и очень серьезный вопрос.



Виталий Портников: Это другой вопрос, да.



Петр Сахаров: Но надо сказать, что, в принципе, греко-католики на Украине... я не скажу, что я являюсь хорошим специалистом в этом вопросе, но это все-таки всегда был очень большой, особый, я бы сказал, субэтнос (тут можно пользоваться разными терминологиями), которые, находясь в соприкосновении, с одной стороны, с латинскими католиками – поляками, а с другой стороны – с русскими и украинцами, но принадлежащими к Русской православной церкви, конечно, исторически между ними складывались разного рода сложные отношения. И я бы не стал сводить все это к пятиминутному разговору. Как всегда, при тесном сосуществовании разных этносов, субэтносов и разных конфессий, конечно... а особенно, когда это, скажем, народ, завоеванный когда-то кем-то, а другой народ представляет бывших, пусть даже бывших оккупантов или завоевателей, естественно, что здесь исторически складываются очень сложные отношения. И иногда расхлебывать их бывает очень трудно. Но я не в курсе этой ситуации.



Виталий Портников: Я могу добавить к этому еще и тот факт, что католики и православные совсем по-разному относятся к Львовскому собору, который в конце Второй мировой войны ликвидировал украинскую Греко-католическую церковь, потому что для католиков и для греко-католиков этот собор не имеет своего как бы именно церковного смысла.



Петр Сахаров: Конечно.



Виталий Портников: Для Русской православной церкви он как раз имеет церковный смысл. Это если убрать те политические дискуссии, которые существуют на этот счет в России, допустим, в Украине и в других странах, вот даже эта, собственно, чисто теологическая проблема, она не является единой, не является той, в которой удалось церквам прийти к взаимопониманию. И, вероятно, все это вопрос ближайшего будущего. И это говорит о необходимости искать взаимопонимание даже по таким сложным историческим вопросам.


Сочикетуаль, а что вообще являлось важной темой для гостей этой конференции из разных стран? Какие вопросы, которые, может быть, для нас не очевидны, а для западных гостей, допустим, для гостей из других стран являются важными с точки зрения вообще жизни в России?



Сочикетуаль Луна Моралес: Один из этих вопросов – безусловно, это участие женщин в религии в России. Потому что первые вопросы, которые возникли, а особенно для женщин-журналистов: почему там нет женщин? и как вообще женщины участвуют в религии? могут ли они преподавать причастие или нет? Потому что вот такие вещи, которые на Западе уже много лет происходят, таких процессов в России нет. Вот ответы на такие вопросы действительно им было очень интересно получить. И они очень удивлялись, когда сказали, что... Кстати, буквально несколько месяцев назад от православных была первая женщина, которая получила докторскую степень по теологии. И они очень удивились. А кроме этого, им хотелось бы, чтобы было более активное участие женщин, и не только тех, которые помогают в храме, но у которых более высокий уровень.



Виталий Портников: У нас есть звонок. Валентин из Рязани. Здравствуйте, Валентин.



Слушатель: Здравствуйте. Мне вот это слово «объединение», как противоположность разъединению, очень не нравится. Ведь это предполагает миссионерство, аннексию религиозную. А во-вторых, вообще говоря, выравнивание, энтропия – это предполагает смерть. Необходимо разномыслие, разные способы мышления. Спасибо.



Петр Сахаров: Спасибо. Вы знаете, я готов с вами согласиться, по крайней мере, в части того, что вы говорите, потому что именно такой замечательный принцип, который был выдвинут и Вторым Ватиканским собором в католической церкви, и в той формулировке, в которой я хочу сейчас произнести, очень на это как-то напирал Папа Иоанн Павел II , - единство в многообразии. Дело в том, что то многообразие, то культурное многообразие, то, действительно, разномыслие по очень многим вопросам не самым центральным, которое существует всегда, во все века существовало в церкви, сейчас католическая церковь как раз старается особенно внимательно к этому относиться. И я скажу, что не только католическая. Дело в том, что и очень многие православные богословы, и иерархи как раз подчеркивают, что именно это свойственно подлинному православию – многообразие путей, разномыслие. Пользуясь той формулировкой, которая приписывается Августину, но, скорее всего, ему все-таки не принадлежит: в главном – единство, в спорном – свобода, во всем – любовь. Вот тут мы и подошли с вами к тому, с чего вы начали. Все-таки если мы смотрим на вопрос как христиане... отрешимся сейчас от вопросов прозелитизма, миссионерства, каким путем этого достигать, ясно, что не теми путями, которые в прошлом порой проповедовались и использовались. Но если мы говорим как христиане, то мы должны вспомнить о том, что об этом молился Христос, молился накануне своих страданий: «Да будут все едино!». Он предполагал, он знал о том, что будет разделение, и, тем не менее, молился Отцу о том, что «да будут все едино!».



Виталий Портников: Сергей Павлович из Москвы. Здравствуйте, Сергей Павлович.



Слушатель: Добрый день. Я вообще считаю, что церковь, конечно же, едина, православная церковь, и все прочие, конечно, так или иначе, от нее отступали. Но не об этом хочу сказать.


Конгресс журналистов я не рассматриваю как средство, можно сказать, прозелитической инициативы, а скорее всего, как простой импульс к тому, чтобы подстегнуть диалог, который сейчас явно тормозится.


Уважаемый Петр Сахаров, я вас знаю, конечно же, больше семи лет, потому что если вы слышите мой голос, может быть, вы его уже и запомнили. Я свыше семи лет являюсь оппонентом на Христианском церковно-общественном канале, и очень много дискутировал с Отцом Иннокентием (Павловым), а сейчас с Отцом Владимиром (Лапшиным).



Петр Сахаров: Да-да.



Слушатель: Я им предлагаю, в общем-то, некие практические шаги. Отец Иннокентий уже ушел с канала, а вот Отцу Владимиру предлагаю. У нас в ХХ веке богословская наука в России была полностью разгромлена. Поэтому для того, чтобы хоть как-то ее восстановить, мне самому пришлось обратиться к православным зарубежным источникам, в частности к сербскому богословию, и вот все 90-е годы потратить на перевод трудов известного сербского богослова преподобного Иустина (Поповича) . И сейчас вышел второй том его сочинений «Догматика». Вот на этой основе можно начинать диалог. Я Отцу Владимиру это говорил, но он пока этого боится. То есть дело за католической стороной.



Виталий Портников: Понятно, Сергей Павлович.


Видите, у нас такие теологически просвещенные слушатели, и у нас, и у вас.



Петр Сахаров: Спасибо. Будем иметь в виду.



Виталий Портников: И вот такой вопрос пришел на пейджер от Олега Борисовича: «К сожалению, религия сплачивает вокруг себя людей, не затрудняющих себя понятием, что такое - жизнь. И все заменяют простые догмы - загробная жизнь, Бог создал за семь дней... Это элементарно. Но жизнь – это развитие человека, как и природы. Все мы вмонтированы в природу». Вот вам замечание.



Петр Сахаров: Олег Борисович, я просто очень кратко скажу, что в каждой религии есть очень разные люди. И есть те, которые, к сожалению, замыкаются в чистом теоретизировании по догмам. Но это не вполне нормально, по крайней мере, для христианской религии. А есть те, которые находятся в гуще жизни и пытаются с позиций Евангелия, с позиций Слова Божия отвечать на те проблемы, которые сегодня ставит жизнь.



Сочикетуаль Луна Моралес: Многим людям религия может помогать на самом деле в жизни, а может и немножко мешать. Но нам кажется, что хороший христианин, наоборот, на это смотрит как на способ помощи. Вот это на самом деле помогает им иметь совсем другой взгляд на жизнь. По моему опыту в России я замечаю, как в России люди, которые действительно серьезно к этому относятся, они находят в религии действительно большую помощь для себя.



Виталий Портников: Послушаем Евгения. Здравствуйте, Евгений.



Слушатель: Здравствуйте. Я хочу спросить, в чем различие между католичеством и православием?



Виталий Портников: Евгений, это было просто жестоко.



Слушатель: И второе. Какие пути сближения проходили в прошлом? И что сейчас предлагает нынешний конгресс, но более конкретно, без академического разговора?



Виталий Портников: Петр, вы можете ответить в двух словах.



Петр Сахаров: На первый вопрос я в двух словах ответить не смогу, да и не стану. Потому что сейчас существует на эту тему много книг. В принципе, можно в этом вопросе разобраться. Действительно, я думаю, что и одной передачи не хватит...



Виталий Портников: Я бы сказал, что это великий вопрос. О нем можно снимать фильмы, писать энциклопедии. Это вопрос духовных поисков человечества, по большому счету.



Петр Сахаров: Да. Что касается второго вопроса, то, понимаете ли, этот конгресс собрался не для того, чтобы на него ответить, а именно для того, чтобы нащупывать как-то эти пути.



Виталий Портников: Георгий из Петербурга. Здравствуйте, Георгий.



Слушатель: Приветствую вас! У меня, можно сказать, вопрос важный, но на засыпку. 2 тысячи лет назад, как мы знаем, Христос молился, согласно Евангелию по Иоанну, о единстве церкви. Каким образом получилось так, что до сих пор оно не наступило? По вине ли людей, государственных деятелей или самого Бога Отца, быть может?



Виталий Портников: Я вообще считаю, что мы вошли в какую-то зону удивительных вещей...



Петр Сахаров: Да, мне тоже так кажется. Ну что ж, Георгий, там об этом и узнаем, я надеюсь.



Виталий Портников: По крайней мере, о вине Бога Отца. Потому что здесь мы можем говорить только о людях.


Я просто призываю вас, господа, не задавать вопросов, над которыми различные церковные Соборы – как православные, так и католические, и как Соборы, которые еще происходили до разъединения христианских конфессий, - трудились месяцами, но не находили ответов. Если вы в самом деле считаете, что наши уважаемые гости вот так легко, за две минуты вам эти ответы дадут, то вы, конечно, очень высокого мнения о всех нас, находящихся в студии. Если бы мы могли, то мы могли бы, наверное, и по воде пройти так легко.


Владимир из Москвы. Здравствуйте, Владимир.



Слушатель: Добрый день. Я давно верю, уже 10 лет. И я считаю, что экуменизм вот в том состоянии, он просто невозможен, в каком находятся все мировые религии, я имею в виду христианские. Ну, представьте себе, как я могу быть заодно с человеком, который берет отрубленную руку, скрюченную, высохшую, и ею благословляет целую страну?! Кстати, у какого человека такое жестокое сердце было, что он пришел... Ирод отрубил голову Иоанну. Но кто отрубил ему еще и руку? Ответьте мне на этот вопрос. Большое спасибо.



Виталий Портников: Опять-таки мы ушли в теологическую область. Имеется в виду десница Иоанна Крестителя.



Петр Сахаров: Я думаю, вопрос о почитании мощей все-таки как бы имеет свою историю в христианстве. Он тоже вызывал свои споры. Но давайте в это не углубляться, это действительно мало имеет отношения к тому, о чем мы сегодня говорим.



Виталий Портников: Скажите, Сочикетуаль, а вот в вашей стране тоже относятся таким же образом, с таким же почитанием к мощам святым, как в России? Есть такое же отношение у мексиканских католиков, как и у русских православных, к священным реликвиям?



Сочикетуаль Луна Моралес: Ну, в Мексике ситуация другая, действительно, чем в России. Можно сказать, что мы просто католики, и нет вопроса – хочешь или не хочешь. Мы родились католиками. Мы крестимся в младенческом возрасте. Но все-таки мы стараемся научить понимать нашу религию. И вот сейчас происходит такое движение - рассматривать католиков как единственный способ христианства. И, действительно, мы стараемся, пытаемся понимать разные конфессии. К сожалению, мы этого не можем увидеть своими глазами. Только когда едешь за рубеж, ты осознаешь, что есть другие христианские конфессии, тогда начинаешь это действительно понимать. Но мы стараемся не смотреть на католиков, как на единственный способ христианства.



Виталий Портников: Владимир из Саратовской области. Здравствуйте, Владимир.



Слушатель: Здравствуйте. Коль уж затронута сегодня тема желательного сближения католической и православной церквей, то я хотел бы сказать, что это сближение ведь достигается не только с помощью теоретических и солидных богословских журналов, но и было бы очень неплохо, если бы это сближение было в повседневной практике простых верующих, данное нам в озарениях, откровениях, подвижничестве. И я в этой связи хочу задать вопрос сеньорите Моралес. Берете ли вы лично, как журналист, на себя смелость и ответственность в своих материалах информировать читателей о повседневном религиозном опыте простых людей или все это очень тщательно фильтруется епископатом? Спасибо.



Сочикетуаль Луна Моралес: Мне кажется, безусловно, такую ответственность я возьму на себя. Потому что журналист не просто говорит правду, но особенно для агентства, в котором я работаю, наш взгляд состоит в том, чтобы найти именно то, что нас объединяет. Недавно основатель нашей организации получил приз в Нью-Йорке за помощь в создании мира в журналистике. И для нас это был очень важный приз.


А я хочу задать вам вопрос. Какую информацию вы бы хотели найти, как читатель, как слушатель, о религии? Потому что мы, как журналисты, всегда пишем о том, что, как нам кажется, вам будет интересно. А, может быть, вы хотели бы читать или смотреть другой материал.



Виталий Портников: Александр Васильевич из Ленинградской области. Здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. В том, что я сейчас слушаю, прослеживается такая мысль, что нужно иметь различия какие-то обязательно. А вы не думаете о том, что, например, тот, кто создал этот мир, наоборот, желал, чтобы люди были вместе и жили чем-то одним, а не разделялись между собой? И если, например, взять революцию 1917 года, то ведь победили безбожники, победили те, кто вообще не верил. Значит, получается, что тот, кто создал мир, он считает, что все эти религии вредны. И тем, кто, например, пытался объединить мир в мировой революции, он тем самым помог, поддержал эту революцию. В конце концов, все, кто имел деньги, имел оружие, имел все, они не смогли победить, в принципе, одну пятнадцатую часть России, которая осталась в 1918 году, и она выстояла.



Петр Сахаров: Вы знаете, тот, кто создал этот мир, не создал двух людей с одинаковыми отпечатками пальцев, не создал двух людей с одинаковыми сетчатками глаз. А души, надо полагать, человеческие устроены еще сложнее, чем палец и глаз. И так чтобы стремиться к тому, чтобы мы не отличались... ну, как бы есть такие опыты в истории – Северная Корея и так далее.


А по поводу того, чтобы искать в каких-то исторических событиях подтверждение, скажем, того, что религия не нужна, я бы не стал.



Виталий Портников: Мы еще не обсудили, по-моему, очень важный момент – это то, что есть, конечно, важная часть отношения, собственно, российских средств массовой информации к католическим проблемам здесь, в России. Вот вас устраивает, Сочикетуаль, как освещается российскими средствами массовой информации именно католическая жизнь здесь?



Сочикетуаль Луна Моралес: Нет, не устраивает.



Виталий Портников: А почему?



Сочикетуаль Луна Моралес: Я, как иностранка, конечно, хотела бы смотреть по телевидению или слушать по радио информацию о том, что происходит с католиками. Мы вчера это обсуждали на конгрессе. Мы разговаривали о том, что, конечно, то, что происходит в Ватикане, с Папой, об этом, конечно, мы более-менее узнаем. Но именно о католической жизни в России – об этом совершенно мало говорится. Я представляю, что Россия – это не только православная страна, но и страна разных конфессий. И хотелось бы, чтобы освещали не только жизнь католиков, но и то, что происходит с другими религиями, конфессиями. Но возникает еще один вопрос: может быть, религия - для людей это не так интересно, как политика, как спорт? Конечно, есть другие темы, которые отодвигают религию на второй план.



Виталий Портников: Галина из Москвы. Здравствуйте, Галина.



Слушатель: Добрый день. Очень приятно, что вы собираете сейчас на конгресс и православных людей, и католики, наверное, у вас присутствуют. Чтобы мы друг друга лучше понимали, надо больше открывать учебных заведений, как институтов, так и колледжей. И я думаю, тогда мы будем больше разбираться друг в друге. Православие – это очень богатая культура. А католики тоже интересны. Я была в Европе, и мне все очень понравилось. И отношение к нам, православным, очень хорошее. Я бы хотела, чтобы было побольше учебных заведений у нас в Москве.



Виталий Портников: А какие учебные заведения вы имеете в виду?



Слушатель: И католические, и православные. Их очень мало. Кажется, есть два университета – Свято-Тихоновский университет и университет при Высоко-Петровском монастыре. И больше ничего нет.



Петр Сахаров: Галина, это далеко не все. Потому что есть еще несколько православных институтов, например, Свято-Филаретовский институт, есть Библейско-богословский институт Святого Апостола Андрея – это православные институты. А есть еще Католический институт Святого Фомы, в который как раз сейчас объявляется набор. И туда принимаются не только католики. И тех, кто там учится, вовсе не заставляют становиться католиками и не пытаются таковыми их сделать. Так что, в принципе, в этом отношении работа идет.


И я хотел бы по предыдущему вопросу сказать, что, к сожалению, ведь и православие освещается плохо. Потому что освещается оно исключительно с этнографической стороны. И иногда просто больно за церковь, какая есть возможность свидетельствовать... Например, праздник Крещения Господня. Спрашивают батюшку: «Батюшка, вот человек в прорубь окунается. Что, разве никто не простужается?». И думаешь: «Батюшка, у тебя есть возможность сейчас на всю страну по государственному каналу сказать о смысле явления Христа в мир. Какая тут прорубь?!». Но этой возможностью не пользуются. И чисто это на грани каких-то суеверий...



Виталий Портников: Между прочим, вероятно, поэтому Галина и говорит нам о необходимости образования, потому что только образованный, высокоинтеллектуальный священник может привлечь в наше время паству и объяснить людям, почему, собственно, люди верят.



Сочикетуаль Луна Моралес: Виталий, когда спросили о том, какие меры принимали на конгрессе, вот именно об этом и говорили все журналисты, что надо повышать знания о конфессиях.



Виталий Портников: И послушаем Ивана. Здравствуйте, Иван.



Слушатель: Здравствуйте. Знаете, меня давно мучает такой вопрос. Я больше чем уверен, что Бог един. А разные религии – это разное видение его. Почему во взаимоотношениях между ними преобладает дифференциация и антагонизм? Спасибо.



Виталий Портников: Кстати, это хороший вопрос.



Петр Сахаров: Это хороший вопрос для того, чтобы над ним думать долго, а может быть, и всю жизнь.



Сочикетуаль Луна Моралес: Да, трудно ответить на этот вопрос.



Виталий Портников: Но, по крайней мере, я так понимаю, что светские люди, которые занимаются освещением религиозных вопросов, - это как раз те люди, в том числе и журналисты, которые могут преодолевать эти различия, но различия в смысле антагонистического восприятия друг друга.



Петр Сахаров: Конечно. Пытаться понять, что нас реально разделяет, а это часто наша обычная человеческая природа, наша страсть к разделениям, которая в чем-то оправдана, когда, например, не хочется жить в одной квартире с родственниками. А в чем-то на это наслаивается огромное количество... много всяких грязных ракушек налипает к нам на бока, как сказал поэт, и, в общем-то, это то же самое. Самое опасное – это спорить о том, кто первый начал, потому что это ни к чему не приводит. А вот понять, как самому освободиться от этих налипших ракушек, я думаю, это начало к реальному объединению.



Сочикетуаль Луна Моралес: Это очень интересный вопрос. С моей точки зрения, он нас ведет именно во время, в котором мы живем – глобализация, единый мир. И мы об этом думаем, и особенно то, что касается религии, когда мы смотрим и знаем, что много проблем происходит именно... ну, я не хочу сказать, из-за религии, потому что это не так, но просто это касается религии, но всегда надо об этом думать, надо это понимать, об этом писать.



Виталий Портников: И сегодня последний день конференции «Россия без мифов и стереотипов», да?



Петр Сахаров: Да. И туда свободный вход. Она проходит на Малой Грузинской, за Кафедральным собором.



Виталий Портников: Так что наши уважаемые слушатели из Москвы, которые всеми этими вопросами задаются, они могут туда прийти. И я так понимаю, сегодня будут в программе и многие православные журналисты известные. И они все эти вопросы могут как раз задавать, и может быть, что-то для себя еще откроют.



Сочикетуаль Луна Моралес: И можно общаться с журналистами из других стран, которые приехали на конференцию практически со всего мира.



Виталий Портников: Я благодарю вас.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG