Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ираном по талибам?


Пакистанская армия продолжает военную операцию

Пакистанская армия продолжает военную операцию

Профессор Королевской военной академии Нидерландов Джулиан Линдли-Френч полагает, что Афганистану, Пакистану и США в борьбе с движением Талибан могут помочь самые неожиданные союзники.

Судя по последним новостям, пакистанские военные обвинили талибов в серьезных нарушениях мирного соглашения, действующего в долине Сват на северо-западе Пакистана. Военные утверждают, что талибы разграбили банк, который был расположен в долине. Кроме того, в районе была обнаружена заминированная машина - по всей видимости, приготовленная для теракта. Боевиков также обвиняют в нападении на линию электропередач и подрыве моста.

Напомним, что подразделения пакистанской армии проводят операцию против боевиков, проникших из долины Сват в район Бунер - менее, чем в 100 км от столицы Пакистана Исламабада. Удастся ли президенту США Бараку Обаме, благодаря новой стратегии объединенных действий в Афганистане и Пакистане, добиться урегулирования в этом регионе?

Профессор Королевской военной академии Нидерландов и Университета стратегических исследований нидерландского города Лейден Джулиан Линдли-Френч в интервью Радио Свобода по поводу ситуации в Афганистане и Пакистане высказал мнение, что следующие 2 года станут ключевыми для стабилизации обстановки в регионе. По мнению Линдли-Френча, усилия западных стран - и, в первую очередь, новая стратегия объединенных действий США в Афганистане и Пакистане (сокращенно "Аф-Пак"), анонсированная президентом Соединенных Штатов Бараком Обамой, - потребуют также создания радикального плана экономического развития этих стран, без чего какой-либо политический успех здесь вряд ли будет возможен:

- Главным успехом пока можно считать решимость Запада наконец стабилизировать этот регион. Мы настроены гораздо более серьезно, чем это кажется на первый взгляд. А главный провал – то, что стратегия наших действий здесь с самого начала была не проработана основательно. Мы понятия не имели ни о концепции таких действий, ни о том, с чем нам предстоит столкнуться и насколько глубоко мы окажемся вовлечены в проблему. Нам нужно сделать так, чтобы качество жизни людей в Афганистане – а это ключевой момент во всей операции – продолжало бы постоянно улучшаться, и мы должны быть в этом уверены. Это займет много времени и потребует значительных финансовых усилий. А мы только сейчас начинаем понимать это - так сказать, вникать в реальность…

- Мы слышали немало одобрительных экспертных мнений по поводу новой стратегии Барака Обамы в Афганистане и Пакистане. Есть ли у нее, на ваш взгляд, существенные недостатки?


- Я также все-таки склонен в первую очередь отметить ее сильные стороны. Это понимание того, что стабильность в Афганистане существенно влияет на ситуацию во всей Центральной и Южной Азии, и понимание необходимости налаживания здесь диалога между соседними государствами. А также – правильная убежденность в том, что никакая стабильность невозможна без экономического прогресса. Растет и понимание того, что достижение успеха невозможно без партнерского сотрудничества с международными организациями, без соблюдения законности с точки зрения международного права. И, наконец, то, что американский взгляд на Афганистан теперь базируется на понимании важности самого словосочетания "политическое примирение".

Разумеется, все это еще остается лишь на бумаге, все это вызывает сомнения, - но у нас появилась надежда. Я думаю, что очень многое также зависит от самой атмосферы, которая окружает нового американского президента. Она дает нам возможность в полном смысле слова начать все заново. А то, чего я пока еще не вижу, и что хотел бы увидеть – это оригинальный план экономического возрождения этого региона.

- Вашингтон крайне озабочен последними вспышками насилия не только в Афганистане, но и в Пакистане. Барак Обама призвал президентов обеих стран организовать совместную встречу в ближайшее время…

- Я думаю, что эта озабоченность вполне искренна. Однако тревоги Белого дома, на мой взгляд, чрезмерны. В Пакистане по-прежнему существуют и действуют ряд стабильных государственных институтов, с которыми нам необходимо продолжать работу – аппарат президента, парламент, и, разумеется, армия. Именно они являются опорами стабильности всей страны. Сегодня их работа проходит не совсем по, так сказать, западным стандартам. Но, с другой стороны - а почему, собственно, она должна быть такой? Пакистан, несмотря ни на что, до сих пор не стал тем, что мы на Западе называем failed state, то есть "провалившимся" или "несостоятельным" государством. Мы отдаем себе отчет в том, что в Пакистане происходят значительные изменения, и нам не следует делать вид, что мы ничего не знаем о ситуации в Белуджистане, Вазиристане, или на Федеральной Территории Племен. И, разумеется, движение Талибан в Пакистане все еще остается главной угрозой. И все-таки Пакистан остается - и должен оставаться - нашим главным партнером в деле стабилизации обстановки в регионе.

- С момента инаугурации Барака Обамы начались аккуратные попытки привлечь к процессу мирного урегулирования в Афганистане также и Иран. Однако до сих пор мы не наблюдали здесь какого-либо заметного прогресса. Какую роль в дальнейшем, на ваш взгляд, Тегеран мог бы играть в деле стабилизации в Афганистане?

- Действительно, за последнее время имел место ряд взаимных дипломатических уступок и обменов мнениями, чтобы привлечь к процессу урегулирования в Афганистане всех его соседей, - одним из которых является Иран. С точки зрения международных отношений, разумеется, для администрации Барака Обамы имеет смысл налаживать контакты с Тегераном и вести с ним переговоры на разные темы, а не только по поводу иранской ядерной программы. Конечно, Афганистан – это важнейшая область для таких переговоров. Позиции Ирана в Афганистане очень сильны: иранцы пользуются здесь авторитетом, особенно на северо-западе страны. И нам всем придется это признать, хотим мы этого иди нет.

Однако существуют ряд важных аспектов, где взгляды Ирана на самом деле, в долгосрочной перспективе, совпадают с задачами, которые ставит перед собой международная коалиция. И, в первую очередь, это проблема движения Талибан. Несмотря на то, что существуют доказательства, что Иран какое-то недолгое время поддерживал талибов, в стратегическом отношении Иран вряд ли желает их возвращения к власти. Исходя из этого, есть повод для оптимизма в этом вопросе.

- Последние опросы в южной афганской провинции Гильменд показывают: люди считают, что ситуация с безопасностью здесь постоянно ухудшается, даже несмотря на направление сюда дополнительно 8 тысяч британских военнослужащих. В чем вы видите причину?

- Провинция Гильменд сейчас – это главный центр повстанческого движения во всем Афганистане, откуда боевики распространяются по всей стране. Ситуация обострилась, поскольку руководство Талибана в последние пару лет уделяло именно этой области особое внимание. Кроме того, здесь пролегает основной канал снабжения боевиков в Афганистане оружием и всем необходимым из Пакистана. Поэтому противостояние в этой провинции и его исход фундаментально важны для обеих сторон и для будущего всех афганцев.

В последнее время мы, вместе с тем, наблюдаем значительный прогресс в других провинциях - и даже кое-где в самой провинции Гильменд: силы коалиции тоже не сидели, сложа руки. Однако, я повторюсь, именно следующие два-три года станут самыми решающими – так как США приходят сюда, преисполненные новых сил и новой решимости. С учетом появления новой стратегии Барака Обамы, направленной на достижение, наконец, мира и стабильности в Афганистане, я считаю, очень важно не ослаблять нашего военного давления на главного противника этого процесса – на движение Талибан.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG