Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Современные методы предупреждения и борьбы с пожарами


Программу ведет Татьяна Валович. Принимают участие заместитель начальника главного управления по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Петербурга Валерий Ардашев и корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская.



Татьяна Валович: В Петербурге проходит международный форум «Природная, техногенная и пожарная безопасность России». В рамках форума организована IX международная выставка «Средства спасения - 2006» и Международный симпозиум по вопросам защиты населения и территорий от радиационных и химических аварий и катастроф.



Татьяна Вольтская: В работе форума принимают участие специалисты МЧС России, Российской академии наук и других научных организаций, представители федеральных органов исполнительной власти. Цель форума - рассказать, как действует Единая государственная система предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций, представить новые технологии. Но вот внедряются ли эти технологии в России? Говорит заместитель начальника Главного управления МЧС по Петербурге Олег Салов...



Олег Салов: Внедряются по мере финансирования. В одних регионах, может быть, это лучше, в других - хуже. В принципе достаточно. Все у нас формирования, которые имеются, в постоянной готовности. Руководители тратят деньги, поскольку жизнь и спасение людей - они за это несут ответственность.



Татьяна Вольтская: Слова Олега Салова подтверждает заведующий госпитальным отделом аэромобильного госпиталя «Центроспас» Николай Образцов…



Николай Образцов: Мы можем развернуть операционную, реанимационную, госпитальное отделение, диагностическое отделение. У нас для этого все есть: есть возможности, есть аппаратура, есть все, чтобы могли оказать эту помощь.



Татьяна Вольтская: Здешнему врачу, конечно, работать труднее, чем обычному, - говорит врач-хирург отряда «Центроспас» Шамиль Байрамов.



Шамиль Байрамов: Ты находишься как бы на передовой и дальше ты знаешь, что ты один на один с этими больными, ты не сможешь не с кем ни проконсультироваться, ни попросить помощи, грубо говоря, поэтому решения принимаются сразу, моментом, и лечение назначается тут же.



Татьяна Вольтская: В выставке участвуют более 150 российских и зарубежных предприятий-производителей аварийно-спасательной техники и систем безопасности. Предыдущая выставка проходила три года назад, и в этом году она выросла в три раза, говорит директор выставки Алексей Молоствов.



Алексей Молоствов: Со всей России к нам приехали, привезли показать в Санкт-Петербург новейшие достижения именно в области средств спасения. Очень интересная, допустим, фирма ПТС представила мобильный полигон пожарных, единственный в России, никто его еще не представлял, где возможно проводить обучение пожарных и спасателей с огнем (и все это контролируемо) для повышение боевой подготовки.



Татьяна Вольтская: А вот в производственном объединении «Барьер-ЧС» в Новосибирской области производят традиционные вещи, говорит помощник директора Ярослав Сорокин.



Ярослав Сорокин: Наше производство - лестницы веревочные спасательные, веревка универсальная спасательная, устройства внутриквартирного пожаротушения.



Татьяна Вольтская: Иногда простое средство, позволяющее потушить пожар в собственной квартире, впечатляет не меньше новейших компьютерных разработок. Да и без веревки на пожаре никуда.



Татьяна Валович: Сегодня у нас в гостях заместитель начальника главного управления МЧС России по Петербургу Валерий Ардашев. Мы встречаемся с вами накануне дня пожарной охраны Петербурга и в основном, конечно, посвятим разговор пожарной ситуации в Петербурге. Вы, конечно же, были на этой выставке, вас, как специалиста, что больше всего заинтересовало и, может быть, что захотелось, чтобы вот это было уже сегодня на вооружении пожарников Петербурга?



Валерий Ардашев: Действительно, достаточно много технических новшестве появилось на нашем рынке, и отрадно то, что очень много производителей отечественных… в частности, конечно, пожарная техника, если говорить сегодня о пожарной охране. Конечно, вряд ли найдется такое предприятие, которое скажет, что у него достаточно технических средств, достаточно, скажем, автомобильного вооружения. Потому что действительно мы видим на улицах города у нас появляется много легковых автомобилей, особенно импортных. Поэтому пожарной охране Петербурга тоже хочется иметь новые технические средства, в частности, тот же учебный полигон. Он действительно очень высококачественный, Подготовлен он, конечно, вместе с немецкими партнерами, но тем не менее на этом мобильном полигоне много всевозможных новшеств.



Татьяна Валович: То есть его можно было бы использовать так, что сегодня, допустим, в одной части будут проведены учения, завтра - в другой. Насколько он дорог? Есть ли возможность сейчас у города приобрести его, будет ли приобретаться?



Валерий Ардашев: Он достаточно дорогой, стоит ни один миллион рублей. Но сегодня поставлена министром задача, чтобы хотя бы один полигон был приобретен на Северо-Западный региональный центр. Мобильный полигон - это по типу автофургона, только достаточно длинного, в котором сосредоточены специальные технические средства, и его бы можно было бы… Скажем, он находится в Петербурге, у нас идет плановая подготовка пожарных, туда, на наш полигон приставят вот такой мобильный полигон, и по графику наши подразделения, особенно газодымозащитная служба, бойцы, приезжают и тренируются. А затем, скажем, отбыв месяц в Петербурге, он может в любой субъект федерации Северо-Западного региона переехать своим ходом, развернуться и дальше обучать пожарных, причем, как тепловой подготовке, так и огневой подготовке. Там имитация и жилой квартиры, и технологического участка, и газового оборудования, то есть много таких вещей.



Татьяна Валович: Был период провала финансирования. Все очень боялись и сомневались, когда передавали в МЧС... В связи с переходом в МЧС стало ли бюджетное финансирование больше для приобретения необходимых средств, как пожаротушения, так и индивидуальной защиты бойцов?



Валерий Ардашев: Пожарная служба уже более трех лет находится в составе Министерства по чрезвычайным ситуациям. Сказать, что нам хватает финансирования, точно также как когда мы были в МВД, невозможно. Я сегодня приводил уже пример того, что Москва приобрела для тушения пожаров достаточно высотную лестницу - 92 метра, она стоит три миллиона евро. Конечно, Петербургу необходима тоже такая техника, потому что наш город растет, может быть, более низкая, там, 50-70-метровая...



Татьяна Валович: Сейчас очень высокие здания строятся, например, здание "Сибнефти". Как же обеспечивать пожарную безопасность?



Валерий Ардашев: Для этого существует государственный пожарный надзор, для этого существуют всевозможные технические средства и автоматические противопожарной защиты. При проектировании будет это учитываться. Пожарная безопасность - это жизненная необходимость. Пожары, допустим, в том же Петербурге показывают, что средства нужно приобретать, средства нужно иметь, точно также как на предприятии, также и в жилом фонде. Обычные первичные средства - это огнетушители. Они были представлены сейчас на проходящей выставке - средства спасения. Элементарные вещи - порошковые, углекислотные, всевозможные огнетушители, модификаций достаточно много. Но сегодня наши горожане обязательно должны их иметь.



Татьяна Валович: Не только иметь, наверное, но и уметь пользоваться, в этом большая проблема, на мой взгляд.



Валерий Ардашев: Я думаю, что если сегодня особенно молодежь может пользоваться компьютерами всевозможными, аудио, видео, техническими средствами, которые имеются в нашем домашнем обиходе, они уже обычным явлением стали, то огнетушители - наиболее простое средство, которым можно научить пользоваться любого.



Татьяна Валович: Было бы желание.



Валерий Ардашев: Да, конечно.



Слушатель: Это Галина Золотухина, Санкт-Петербург. Все время думаю о том, почему раньше газовое хозяйство домашнее проверялось раз в год, а теперь это все заброшено?



Валерий Ардашев: Пожары есть, особенно в частном жилом секторе и в пригородах наших, где больше всего пользуются газовыми установками.



Татьяна Валович: Да что далеко ходить - в Москве последний случай трагический с взрывом газа.



Валерий Ардашев: Конечно, и у нас такие случаи есть, бывает, когда просто люди сушили белье над газом, происходила вспышка, оно загоралось, и огонь переходил на имущество. Дело в том, что существует "Ленгаз", который должен проводить такие проверки газового хозяйства своего, у них все это регламентировано. Поэтому этот вопрос больше направлен к ним, нежели к нам.



Татьяна Валович: А МЧС для того, чтобы предупредить вот такие ситуации (ведь самое главное - предупреждение), может как-то воздействовать на "Ленгаз"?



Валерий Ардашев: Ну, как мы можем?



Татьяна Валович: Не знаю, заставить.



Валерий Ардашев: Как мы можем заставить, скажем, структуру, которая не подчинена Министерству по чрезвычайным ситуациям, это достаточно самостоятельная структура. Они только в части, касающейся каких-то непредвиденных чрезвычайных ситуаций в городе, в жилом доме, на предприятии... и нам необходимо отключение газа, то, соответственно, они прибывают к нам в оперативный штаб, они входят в наше прямое подчинение для решения вот этой аварийной ситуации. Профилактическими мероприятиями должен заниматься, конечно, "Ленгаз". У них регламентирующие документы, они это должны делать.



Татьяна Валович: Что остается основной причиной возникновения пожаров в городе?



Валерий Ардашев: Банально - курение, и курение в основном в нетрезвом состоянии. Где-то 70% пожаров - это от неосторожного обращения с огнем.



Татьяна Валович: А в каком секторе основные пожары - жилой, промышленные объекты или объекты транспорта?



Валерий Ардашев: Если, допустим, у нас за первое полугодие 3200 пожаров в Петербурге зарегистрировано, то две трети пожаров - это жилой фонд. В основном жилой фонд. И в основном-то люди гибнут в жилом фонде.



Татьяна Валович: То есть это элементарное пренебрежение правилами безопасности?



Валерий Ардашев: Да. 177 человек погибших у нас за этот период времени, семь детей из них.



Татьяна Валович: В рамках проходящего форума были проведены учения. Учения, как всегда, проходят успешно, но понятно, что учения - это одно, а реалии жизни - порой совсем другое. Насколько вы оцениваете действительную оперативную помощь в связи с возникновением пожаров в городе?



Валерий Ардашев: Начнем с учений, наверное. Учениям, конечно, министр дал высокую оценку. Понятно, это плановые тактические учения, они подготовлены, естественно, взаимодействие всех служб Министерства по чрезвычайным ситуация и привлекаемых сил. Но если говорить о деятельности пожарных, то, наверное, может быть, нескромно будет сказать, но это самая оперативная и мобильная служба - 40 секунд на выезд.



Татьяна Валович: К нам дозвонился Николай. Мы слушаем ваш вопрос.



Слушатель: Доброе утро. У меня вопрос такой. Как-то я подслушал разговор, в городе стояли люди в гражданской форме, но потом, как выяснилось, это были пожарные, они очень ругались на новое удостоверение, которое выдал им Сергей Кожугетович. Старые были красивые, а новые даже отвратительные. Поменяли ли вам их или нет?


И вопрос такого порядка. 11 сентября, когда упали "близнецы", очень высоко Америка оценила своих пожарных, памятник поставила. Но один пожарный там все-таки нашелся, который мародерствовал на пожаре, его осудили на всю Америку, был большой процесс. У нас постоянно происходят такие процессы, Савеловский рынок недавно в Москве горел, там пожарные оцепили и как бы спасали, а потом эти все телефоны были на Митинском и Царицынском рынках. Бывают ли у нас процессы в стране по поводу этого?



Татьяна Валович: Что касается новых удостоверений и насколько это важно для пожарных?



Валерий Ардашев: Удостоверение у меня такое же, как у пожарных, я не сказал бы, что оно чем-то отличается от удостоверения МВД, там такой же триколор. Просто там вместе МВД сейчас МЧС.



Татьяна Валович: Может быть, таким образом хотели выразить свое отношение к тому, что вошли в МЧС? Все-таки привыкли к этому пожарные или нет?



Валерий Ардашев: Это вопрос очень философский, я сам отслужил в МВД достаточно много лет. Сегодня рассматривается вопрос в Государственной Думе о том, что Федеральная противопожарная служба остается в правоохранительной системе. С другой стороны, личный состав пожарной охраны, уходя на пенсию, уходит пенсионерами МВД, льготы, которые у нас есть по МВД, они за нами остаются. Да, сегодня мы люди подневольные, мы в погонах. Нам приказали, что мы будем находиться в этом министерстве, находиться и служить. Самая главная задача - вовремя прийти на помощь и вовремя проводить профилактические мероприятия.



Татьяна Валович: Второй вопрос был по поводу мародерства. Я знаю, что во время страшнейшего пожара, который произошел в январе этого года во Владивостоке, один пожарный был осужден за мародерства, это были официальные данные. Как вообще борются с такими проявлениями?



Валерий Ардашев: Как в любой структуре. Сейчас говорили о правоохранительной системе, перед этим говорили о прокурорском надзоре, там тоже не все просто и гладко. До этого говорили в средствах массовой информации о нашем бизнесе, тоже там не все так просто и гладко. Люди - есть люди.



Татьяна Валович: Если пожарный замечен в каких-то неблаговидных действиях, имеет ли он право продолжать свою службу или он увольняется, или это по решению суда все принимается?



Валерий Ардашев: Совершенно верно. У нас сегодня только вправе определить степень вины суд. Порой средства массовой информации преждевременно говорят о том, что происходит. Я вам элементарный пример приведу. Буквально 15 июня произошел пожар, на улице Солдата Корзуна, когда "Вести" сказали о том, что пожарная охрана прибыла через полчаса. А до этого из окна выбросилась женщина. К счастью, она осталась жива, но, тем не менее. Так вот мы специально провели свое служебное расследование по этому факту. Пожарная охрана прибыла ровно через 7 минут после момента поступления сигнала. У нас это все фиксируется на дисплеях и потасовки этих данных, потому что это чревато достаточно тяжелыми юридическими последствиями. Вот так происходит на самом деле. Действительно, степень вины определяет суд и только после этого можно. А то, что Савеловский рынок или что там произошло после, пожарная охрана не участвует в оцеплении, в оцеплении участвует Министерство внутренних дел, а пожарные тушат. И поэтому, скажем, проведя свои тактические действия, они оставляют это чрезвычайное происшествие. А что происходит дальше, тут вопрос тоже достаточно спорный. Это нужно, скажем так, сотрудника взять за руку, и тогда будет определено, что действительно он украл. А огульно можно сегодня обвинить всех и все в чем угодно.



Татьяна Валович: У нас есть еще вопрос от слушателя. Пожалуйста.



Слушатель: Здравствуйте. Георгий из Санкт-Петербурга. У нас появился страшный враг. Даже на Пригородном шоссе стали появляться пробки, я уж не говорю о самом Санкт-Петербурге. Вертолеты маловероятно использовать везде, провода, как вы знаете. Какую идею вы намерены высказать?



Татьяна Валович: Это еще одна большая причина непребывания иногда так быстро, как хотелось бы.



Валерий Ардашев: Это проблема действительно больших мегаполисов, поэтому с этим бороться крайне сложно, вертолеты действительно не предназначены для тушения пожаров.



Татьяна Валович: Вообще, есть ли пожарная авиация на территории Петербурга? Когда были учения, и Шойгу их оценивал, показывали, что у нас на вооружении есть самолет. То есть его просто пригнали на учения и все?



Валерий Ардашев: Есть самолет Б-200, есть вертолет, который предназначен для тушения пожаров. Но это предназначение, если вы обратили внимание, пожарные автомобили тушили условный пожар на морском вокзале, а все, что связано с этой техникой, тушилось на воде. То есть эта техника предназначена для тушения лесных, торфяных пожаров, когда охватить труднодоступные места, нужно охватить большую площадь. Поэтому конечно они используются для этих целей. А здесь просто плановые тактически учения, показали возможность.



Татьяна Валович: Как же бороться тогда с пробками?



Валерий Ардашев: У нас существует расписание выезда сегодня, по которому, если пожарный автомобиль не может попасть на пожар, из радиостанции идет сообщение и в досыл ему идет из другого места уже соответствующая техника для того, чтобы можно было бы быстро и оперативно прибыть к месту вызова. Других действий сегодня вряд ли мы с вами сможем предпринять. Суть в том, что мы проводили и проводим периодически рейды совместно с ГИБДД, пропуски спецтехники. Но сегодня, когда пробка скопилась на перекрестке, ее все равно не разогнать и не раздвинуть для того, чтобы пожарная машина прошла. Просто необходимо всем автомобилистам помнить об этом, когда идет спецавтомобиль с проблесковым маяком, пожарная, "скорая помощь", его просто необходимо пропускать.



Татьяна Валович: То есть пожарные просто так не включают проблесковые маяки?



Валерий Ардашев: Естественно.



Татьяна Валович: Еще одна большая проблема - город разрастается, достаточно много новостроек. Насколько увеличивается количество пожарных команд, которые подведомственны территории, локальные такие.



Валерий Ардашев: Это вопрос непростой, вопрос, связанные с увеличением численности личного состава, с выделением специальной техники для решения их задач. Этот вопрос проводится в плановом порядке, в зависимости от изменений мегаполиса.



Татьяна Валович: То есть, при планировании какого-то большого квартала не закладывается сразу, что там должна быть пожарная часть?



Валерий Ардашев: Она закладывается, естественно, когда идет проектирование, если достаточно большой мегаполис и если изменяется время выезда пожарных подразделений, которые находятся в ближайшей округе. Конечно, это закладывается. Но, как правило, сам жилой фонд или предприятия, они растут быстрее, чем строятся какие-то социальные учреждения, в том числе и пожарные части.



Татьяна Валович: У нас есть дозвонившийся. Пожалуйста, ваш вопрос.



Слушатель: Доброе утро. У меня первый вопрос связан с криминальным поджогами в Петербурге, главным образом в его окрестностях: поджог дома и на его месте коттедж, поджог - коттедж, поджог леса - коттедж. Как-то дознаватели доводят это до сведения прокуратуры и прочих служб?


И второй вопрос. Я достаточно вижу солдат МЧС, трудящихся на приусадебных участках. Может быть, там лишние у вас солдаты, может, не надо так много их призывать?



Валерий Ардашев: Если говорить о пожарных дознавателях или о дознании государственного пожарного надзора, то, естественно, все это осуществляется под надзором прокуратуры. Скажем, приходя после пожара на место происшествия, дознаватель определяет причину пожара. Если он не в состоянии сам визуально определить данную причину, то вызывается наша следственная группа. У нас есть отдел дознания, есть специальная лаборатория пожарно-испытательная, которая с точностью фактически до 50 сантиметров может определить место пожара. Соответственно, устанавливается причина пожара после этих оперативно-следственных действий. Поджоги, если лицо будет установлено, соответственно, эти материалы передаются в следственные органы.



Татьяна Валович: Наверное, проще установить причину пожара, чем найти лицо, которое это совершило.



Валерий Ардашев: В общем-то, да. Это обычное следственное дело, которое ведется порой тоже не один день и не один месяц.



Татьяна Валович: Вы знаете статистику, насколько такие дела доходят до суда и как рассматриваются в суде?



Валерий Ардашев: Я сейчас не готов сказать, сколько дел было передано в суд. У нас действительно есть такая статистика и действительно дела передаются в суд, действительно по ним принимаются решения определенные. Когда устанавливается факт поджога, когда лицо было задержано с помощью органов внутренних дел, тогда, конечно, до суда доводится. Есть в Уголовном кодексе статьи, направленные на пресечение этих действий.


Что касается поджога леса или жилых домов, тут дознание наше устанавливает причину, а дальше идет разъяснение гражданам, скажем так, каковы их дальнейшие действия по этому факту.



Татьяна Валович: То есть дальше уже вступают в силу правоохранительные органы?



Валерий Ардашев: Да, правоохранительная и законодательная база соответствующая. Потому что по радио мы можем говорить только в общих чертах о происходящем, а это конкретное, отдельное взятое действие.



Татьяна Валович: Что касается курсантов МЧС. Вероятно, имеются в виду курсанты университета МЧС или что?



Валерий Ардашев: Речь идет о солдатах. У нас действительно есть центры спасательные, но они не подчиняются Главному управлению МЧС России по Санкт-Петербургу, они замыкаются на Северо-западный региональный центр. Я не думаю, что они на садоводческих участках работают.



Татьяна Валович: Вот, наш слушатель видел.



Валерий Ардашев: Мне сложно сказать. Это точно так же, как мы только что говорили об инспекторе Госпожнадзора, и огульно сказать о том, что он брал взятку или не брал, факт должен установить соответствующий орган.



Татьяна Валович: Мы уже вспоминали трагедию во Владивостоке в январе этого года, когда в результате пожара в здании "Промстройниипроекта" были многочисленные человеческие жертвы, и как раз этот пожар поставил очень много вопросов. Я знаю, что в Петербурге после этого все здания проверялись. Каковы итоги такой проверки? Насколько вообще Петербург застрахован?



Валерий Ардашев: Дело в том, что после той проверки был опубликован в центральных российских газетах черный список пожароопасных объектов, по которому и некоторые наши объекты городские тоже туда попали. Соответственно, было вынесено постановление о приостановке. Суд принял наши доводы, вынес действительно эти постановления, они были закрыты для решения вопросов профилактических. Сказать, что любой офис, любое предприятие обезопасило себя от этих вопросов, крайне сложно. Потому что очень много технологических линий, которые проходят, допустим, по тому же объекту.



Татьяна Валович: Но иногда бывает невозможно даже реконструировать, предписание пожарных, в связи с тем, что нужно тогда было бы реконструировать целиком здание.



Валерий Ардашев: Существуют определенные компенсирующие мероприятия, которые тоже в зависимости от объекта предназначения могут предлагаться организациями, которые занимаются именно разработкой этих компенсирующих мероприятий. Это могут быть какие-то дополнительные системы противопожарной защиты, возведение огнезащитных устройств, какие-то технологические проемы, которые можно строительным способом заложить. Все равно решения определенные находятся. Но существующее предписание, там просто вписывается, при "проведении реконструкции".



Татьяна Валович: А что касается школ Петербурга? Совсем недавно была опять инспекция, говорилось, что полторы тысячи учебных учреждений не соответствуют вообще требованиям пожарной безопасности в Петербурге. Как бороться с этим? Должна ли быть общая городская программа или опять все это ложится на плечи родителей?



Валерий Ардашев: Нет, почему на плечи родителей. Существует общегородская программа, по которой выделяются определенные денежные средства для решения данных вопросов. Дело в том, что мы же ежегодно школы принимаем к новому учебному году. .



Татьяна Валович: Очень многие школы первый этаж зарешечивают, потому то окна бьют, проникают в помещения школ. Ведь это сейчас запрещено в соответствии с пожарным надзором.



Валерий Ардашев: Это всегда было запрещено. Самое главное в данной ситуации обеспечить пути эвакуации школьников и обслуживающего персонала из школы, чтобы это моментально происходило. И в зависимости от самой школы там рассматриваются вопросы, связанные с обеспечением пожарной безопасности. Скажем, сигнализация была, но она сегодня уже устарела и не работает, ее нужно приводить в порядок. Те же самые первичные средства пожаротушения, тоже их нужно. Элементарно, человеческий фактор, взяли, под лестничную клетку свалили старую мебель, и никто не выносит. Это нарушение правил пожарной безопасности. Потому что сегодня в большинстве школ находится уже и охрана, она отслеживает происходящую ситуацию. Но сегодня многие школьники курят, это факт. Мало ли что-то попадет на тот же хлам, который валяется где-то под лестничной клеткой. Результат - задымление лестничной клетки, а это путь эвакуации. То есть масса вопросов, которые рассматриваются всегда в индивидуальном порядке. Любое учебное учреждение, как учреждение с массовым пребыванием людей, в индивидуальном порядке.



Татьяна Валович: У нас есть еще вопрос от слушателя. Пожалуйста, вы в эфире.



Слушатель: Доброе утро. Во-первых, я хочу поблагодарить в вашем лице всех пожарников, которые у нас есть. Они очень большую оказывают помощь населению. Конечно, есть недостатки, но главное - это их помощь и то, что они справляются со своей работой. Огромное им человеческое спасибо.


Но вот о чем я хотел сказать еще. В сельской местности в основном живут старики и старушки. Понятно, что пожарная машина может приехать при пожаре где-то минут через 20-30. Дом деревянный уже сгорит к этому времени. Вопрос стоит о том, чтобы спасти соседние дома. Раньше, при царе-батюшке, при коммунистах в деревнях были специальные пожарные водоемы, сейчас все это дело заброшено, ничего этого нет, и никто этим не занимается. Нельзя ли сейчас вырывать водоемы через каждые 100 метров и снабдить их элементарными водяными насосами?



Татьяна Валович: Это была бы, наверное, мечта всех пожарных. Но сколько на это потребуется денег.



Валерий Ардашев: Да, естественно. Дело в том, что по закону о пожарной безопасности сегодня могут создаваться добровольные пожарные дружины и всевозможные добровольные пожарные формирования, которые могут участвовать в тушении пожара в сельской местности до прибытия основных сил и средств, то есть профессиональной пожарной охраны. Как правило, в советское время это и было. Сегодня большие хозяйства имеют у себя на вооружении пожарную машину. Я сейчас веду речь о сельской местности, хотя мы сегодня Ленинградскую область уже не обслуживаем, там есть свое управление. Но, тем не менее. Это с одной стороны.


С другой стороны, существует государственный пожарный надзор, и существуют определенные нормы, скажем, предприятия, которые должны иметь пожарные водоемы. И они действительно имеются, потому что выписываются предписания Госпожнадзором, наказываются руководители предприятий за невыполнение данных предписаний. К тем же пожарным водоемам обязательно должен быть нормальный подъезд, должен быть нормальный пирс, чтобы пожарный автомобиль мог забрать воду, и периодически они должны чиститься. Это делается, но может делаться не настолько качественно и не настолько быстро, как бы хотелось пожарной охране.



Татьяна Валович: А в частном секторе это, наверное, все-таки забота самих хозяев. У моей прабабушки, когда я жила в деревне, у них обязательно должен был быть пруд на участке. Теперь этого, по-моему, не требуется.



Валерий Ардашев: Существует просто специальное нормирование, если, допустим, мы ведем речь о садоводствах или о частном жилом секторе. Например, поселок Александровское Пушкинского района. Там существует водоснабжение, в том числе противопожарное, гидрант, это такие таблички, установленные на домах красного цвета, которые определяют, где находятся гидранты, а пожарные периодически проверяют, работают они или нет. Если нет, то выписывается предписание водоканалу на исправление этих средств.



Татьяна Валович: Но это должен делать водоканал, а не за счет жителей?



Валерий Ардашев: Да, конечно, если о гидрантах речь ведем.



Татьяна Валович: Спасибо большое, Валерий Михайлович.


XS
SM
MD
LG