Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

История о том, как жители Ижевска ждали президента Путина, но не дождались. Пятигорчане больше не хотят терпеть произвол властей. Почему челябинцы не рады новым соседям? Марийские суды начали защищать права человека. Приятно ли проводить летние каникулы в Самаре. Таких мест, как Бутово, в Подмосковье очень много. Нижний Новгород: Правозащитников объявили коммерсантами. Хабаровск: Слепые люди просят дать им жилье. Саранск: Жители против компаний сотовой связи. Липецк: Почему Евгений Андреев с юных лет слушал Голос Америки? Псков: Как помочь детям-инвалидам


В эфире Ижевск, Надежда Гладыш:



Митинг в ожидании президента Путина в минувшую среду в Ижевске, который собрал у Дома правительства на Центральной площади не менее трехсот человек, показал, как велики надежды горожан на доброго и справедливого Большого Начальника, как лет двести тому назад – на заступничество царя-батюшки.


Путина ждете?



Жительница Ижевска: Да. Я вдова, мужа потеряла, а теперь не можем квартиры добиться.



Жительница Ижевска: Чтобы президент России нас услышал и поддержал нас.



Надежда Гладыш: Июнь в Ижевске нынче не очень жаркий, но в эту среду да еще на «лобном месте» пекло довольно сильно. Митингующие собрались тремя отрядами: на левом фланге встали «Ижевские общаги», на правом – Комитет защиты садоогородов Ижевска, в центре – Совет домовых комитетов. На лозунгах и транспарантах – требования к Путину прекратить произвол местных властей. Ведущий митинга, председатель Координационного совета гражданских действий Андрей Коновал по ходу дела информировал граждан, что известно на данный момент о прибытии главы государства. Но официальной информации из расположенного за спинами митингующих президентского дворца не было абсолютно никакой. Журналисту оппозиционной газеты «День» в аккредитации отказали. Митинг жил слухами.



Житель Ижевска: Ждут, когда разойдемся.



Надежда Гладыш: Со многими из участников митинга мы знакомы по публикациям в газете. Они как раз прошли, и уже не по разу, все уровни здешней власти, на которую здесь управы не нашлось. Елена Письменская, у которой под окнами идет стройка грандиозного торгового центра, не питает иллюзий относительно эффективности своей борьбы.



Елена Письменская: Документы нигде не получить. Куда ни толкнешься – везде месяц жди. Через месяц приходит отказ. Он же держат документы вмертвую.



Надежда Гладыш: В два часа прямо в толпу вошли три первых лица городской администрации – сити-менеджер, вице-мэр и глава муниципального образования. Было впечатление, что их послали «отдуваться» за всех. И более получаса они в самом деле стояли в плотном кольце сердитых горожан, то ли ведя прием по личным вопросам, то ли – сеанс коллективного психоанализа.



Представитель администрации: Обсуждали здесь на прошлой неделе…



Жительница Ижевска: Вы еще обещали решить этот вопрос до 11 мая!



Представитель администрации: Поэтому в домах, которые переведены в жилые помещения, я абсолютно убежден, нужно идти по пути заключения договора социального найма и в дальнейшем – приватизация. Мы же так договаривались?



Жители Ижевска: Не надо нам социальный найм! Долой социальный найм! Дайте приватизацию



Надежда Гладыш: Митинг завершился организованно в половине третьего. Чтобы поддержать разочарованных участников митинга, ведущий завершил его с оптимизмом.



Андрей Коновал: Мы не остановимся. Мы будем добиваться выполнения наших требований. Если здешние чиновники оказались настолько коррумпированы и равнодушны к нуждам людей, тогда путь Москва наведет здесь порядок в наших гражданских правах, которые нарушаются.



Надежда Гладыш: Да, Москва наведет порядок… Не исключено, что организаторы визита координировали момент вылета самолета с Путина из Москвы с завершением акции протеста в Ижевске. Как сообщили ижевчанам в вечерних выпусках новостей, борт с президентом России приземлился в Ижевске без четверти четыре. А те четыре часа, что Владимир Путина провел в Ижевске и около, просвистели мимо ушей горожан, лишь породив массу толков. Говорят, даже общался с народом, выйдя из цирка.



В эфире Челябинск, Александр Валиев:



В результате застройки жители трех домов Ленинского района Челябинска лишились двора, сквера и дневного света в квартирах. Устав обивать пороги чиновников, люди вышли на пикет мэрии. Говорит одна из участниц инициативной группы Маргарита Фирсова.



Маргарита Фирсова: Мы хотим, чтобы нам оставили наш двор, чтобы строили 16-этажный дом, один подъезд. А пытаются построить два сблокированных подъезда, то есть 135 квартир, 16-этажный дом будет. Будут перебои с электроэнергией, перебои с водой. У нас там проходит река Игуменка, и данный момент у нас в подвалах стоит вода. А здесь получится, что дом построят, фундамент будет повыше – и вся вода пойдет к нам в дом.



Александр Валиев: Жителям трех рядом стоящих многоквартирных домов предстоит стать соседями еще, как минимум, 435 жильцов 16-этажного дома, который начинает строить ЗАО «Желдорипотека». Что будет, когда дом поострят, жители боятся даже думать. Пока же налицо не застройка, а уплотнение. В том числе за счет детской площадки. Одна из пенсионерок очень беспокоится за своих внуков, играть им теперь негде.



Пенсионерка: С сентября месяца закрыта забором детская площадка, детям вообще негде играть. Обращались к заказчику – он сказал: «Пускай дети идут в другой двор играть». Если дом построят, эту 16-этажку, забор поставят, там вообще не будет никогда это детской площадки. Детям вообще негде играть сейчас. Мы проходим из подъезда – и прямо в забор. Машины едут – нам негде пройти. Даже ходить негде сейчас.



Александр Валиев: Итак, с началом строительства жильцы остались без придомовой территории, деревьев, детских площадок.



Участница пикета: Железная дорога, потом «Меридиан», большое шоссе, проходят тяжеловозы. Дальше – рынок, с двух сторон – автостоянки. Нет зеленых насаждений, начали вырубать деревья. И еще стройка если затянется надолго, мы будем этим дышать. Люди беспокоятся, вплоть до того, что упадет дом на них.



Александр Валиев: Один из трех домов по завершению строительства 16-этажной «свечки» вообще останется без солнечного света. А в соответствующих инстанциях утверждают, что по существующим нормам инсоляция положена в течение полутора часов в сутки, все остальное время можно сидеть в сумерках, закон это позволяет. Власти уверены, что у жильцов нет ни малейших шансов на то, чтобы остановить стройку. Говорит Дмитрий Градобоев, заместитель начальника управления градостроительства.



Дмитрий Градобоев: Генпланом развития города 1975 года этот дом был предусмотрен. По застройке этого микрорайон там должна была находиться монолитная «свечка» жилого дома. Время расставило ситуацию так, что этот дом в свое время не был построен. Сегодня обратился застройщик «Жилдорипотека», который хочет по себестоимости для работников железной дороги по ипотечную программу построить этот дом. Заявка его удовлетворена. У администрации отказать юридически поводов нет, потому что проект прошел полную процедуру согласования до госэкспертизы, имеет все положительные заключения, и, соответственно, получил разрешение на производство строительно-монтажных работ. Все решение – через суд сегодня.



Александр Валиев: Суд - это последняя надежда жильцов трех несчастных домов. Многие пороги чиновников уже обиты, а результат нулевой. И это несмотря на явные нарушения процесса согласования документации. К примеру, подпись начальника КТОСа на бумагах не может считаться действительной, так как нет протокола собрания жильцов, которые бы уполномочили КТОС разрешить эту стройку. Нет протокола - так как не было и самого собрания. Стоит лишь подпись человека, который под давлением общественности позже ушел в отставку. О своем опыте общения с чиновниками рассказывает Маргарита Фирсова.



Маргарита Фирсова: Обращаемся – ответы все положительные, все хорошо, можно строить. 16 декабря была межведомственная комиссия, были собраны все представители власти, кто подписывал разрешения. Практически была односторонняя беседа, то есть мы слушали, а нам слово очень мало давали вставлять. Нас никто не слышал. Мы провели еще независимую экспертизу, где вывод сделан, что 30 процентов нарушений идет по градостроительному кодексу и СНИПу.



Александр Валиев: О своей беде жильцы написали в письме представителю президента в Уральском федеральном округе. Пока нет решения Петра Латышева, люди собрались отстаивать свою правоту перед мэрией Челябинска. Некоторые из пикетчиков на следующий день приняли участие в массовом мероприятии у здания полпредства в Екатеринбурге.



В эфире Пятигорск, Лада Леденева:



Участники акции: Руки прочь от парка! Руки прочь от парка!



Лада Леденева: Под таким девизом и с лозунгами « Народный парк – народу», «Власти города, одумайтесь! Терпению пришел конец!» 19 июня жители Пятигорска вышли в Комсомольский парк в знак протеста против его застройки и вырубки деревьев. Спасение парка длится уже больше года. Прошлым летом студенты Пятигорского лингвистического университета сорвали съемку рекламного ролика в поддержку строительства. Они перевернули столы, установленные у мемориала Вечной славы героев Великой Отечественной, где застройщики собирали подписи «за» возобновление работ.


Начало конфликту несколько лет назад положила передача Комсомольского парка в долгосрочную аренду предпринимателям, объявившим, что скоро «здесь будет город-сад: вырастут 7-этажные здания спортивно-оздоровительного комплекса и детская площадка с роллердромом и аквапарком». От лица застройщиков выступал некий господин Дадашев. Пятигорчане хорошо знают его по художественному салону «Дадашев арт-гэлери», построенному на Машуке, на месте сгоревшей по неизвестной причине усадьбы Воронцовых. Ни дня кого не секрет, что сожженное здание имело колоссальную историческую ценность.


Мнения пятигорчан о застройке Комсомольского парка, вопреки закону, никто не спросил. Кроме того, к людям попал документ, согласно которому в парке будут построены около 30-ти кафе, казино и вырубят 40 деревьев. К тому же, стройка идет только ночью – говорят жители микрорайона.



Жительница Пятигорска: Почему-то забор ставят исключительно в вечернее время. Если у них такие благие намерения, то почему они так делают? Если они начали оттуда, значит, вся вот эта часть парка просто уйдет под автостоянку. Нас универсам уже задушил этим, дышать нечем совершенно!



Лада Леденева: При мэре Пятигорска Владимире Шестопалове стройка была заморожена. Весной этого года, после вынесения ему судебного приговора за превышение полномочий, работа закипела вновь сразу на 6 площадках, расположенных в 10 метрах друг от друга. Впрочем, не только Комсомольский парк – весь город, похоже, пошел с молотка после отстранения от должности избранного народом мэра.



Галина Сушко: Я хочу сказать откровенно от имени всех жителей города. Сейчас город находится в ужасном положении, распродается все оптом и в розницу, начиная с орешника, начиная с больницы.



Лада Леденева: Говорила секретарь горкома КПРФ Галина Сушко на предыдущих митингах. После неоднократных приводов в прокуратуру 75-летняя женщина реже общается с журналистами. В прокуратуре ситуацию с застройкой Комсомольского парка и задержанием Галины Сушко комментировать отказались.



Представитель прокуратуры: В настоящее время никаких комментариев не будет. Я вам ничего пояснить по этому поводу не могу.



Лада Леденева: 37 гектаров, а точнее 373 тысячи квадратных метров орешника в заповеднике на горе Машук – особо охраняемой, экологически чистой зоне, местные власти продали ессентукскому предпринимателю за 346 890 рублей - по 90 рублей за сотку. Получается, что пресловутые 6 соток в Пятигорске стоят 540 рублей. Где еще сыскать такие цены?



Жительница Пятигорска: Там высоковольтные линии передач, нельзя там! А главное – источники. То есть город будет умирать!



Лада Леденева: В начале июня возмущение пятигорчан достигло предела. По результатам митинга 3 июня пикетчики написали обращение с просьбой прекратить застройки на имя депутата Госдумы России от Кавминводского округа Владимира Катренко . Однако строительство не прекратилось. Митинг повторили 12-го числа, в День независимости России. Возмущенные отсутствием какой-либо реакции на происходящее властей всех уровней, около тысячи участников акции снесли все заборы на строительных площадках, создали протестный комитет и направили президенту России, в краевые и городские органы власти обращения с требованиями о прекращении застройки. Милиция попыталась задержать зачинщиков, но их отбили митингующие: дело закончилось штрафами.



Участник акции: Я мог бы провести прямую параллель с оккупацией, которая была 22 июня 1941 года. Те же самые оккупанты, которых охраняют полицаи! Посмотрите вокруг. Посмотрите, если на такое количество пенсионеров, немощных людей нагнали столько милиции, - они боятся.



Лада Леденева: Но и на этот раз жителей города, похоже, никто не услышал. 19 июня протестующие против гибели парка собрались на сход. Они требовали встречи с исполняющим обязанности главы Пятигорска Павлом Минеевым – безрезультатно. Тогда участники акции отправились на центральный проспект города и перекрыли федеральную автотрассу «Кавказ». Они стучали по машинам, пытавшимся прорваться через кордон, и раскачивали их, но повредили лишь одну. Милиция отнеслась к митингующим на удивление лояльно.



Сергей Горский: Только то, что транспорт временно пришлось отводить с этого участка дороги. Решено это было временно и практически не повлияло на работу. Мы предупредили людей об их ответственности: если они будут нарушать движение транспорта, то люди будут привлекаться к ответственности. Люди послушали и разошлись.



Лада Леденева: Рассказал начальник милиции общественной безопасности Пятигорска Сергей Горский.


Впрочем, господин Минеев к митингующим все же приехал. Под давлением общественности и прицелом телекамер он пошел на уступки и принял решение приостановить работы по застройке Комсомольского парка, но только на 10 дней, и пообещал в ближайшее время собрать всех застройщиков. О чем будут совещаться и к какому выводу придут – покажет время.



В эфире Йошкар-Ола, Елена Рогачева:



Представители государственных учреждений в Марий Эл, выступающие ответчиками в суде, отныне должны знать, что Йошкар-олинский городской и Верховный суд республики стали использовать в своей практике нормы международного права, в частности, Конвенции о защите прав человека. Наглядный пример тому – иск Николая Свистунова к Министерству финансов России о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями сотрудников органов внутренних дел.


Николай Свистунов, бывший мэр города Волжска, осужден за растрату казенных денег. В январе нынешнего года он был этапирован для дачи показаний в следственный изолятор. О том, как он жил там в течение 10 дней, рассказывает юрист Дмитрий Егошин, представлявший в Йошкар-олинском суде Николая Свистунова.



Дмитрий Егошин: В заявлении он говорил, что содержался в одиночной камере, которая, по сути, являлась карцером. В камере отсутствовало отопление, освещение, кроме дежурного освещения, горячая, холодная вода, туалет, стол для возможности подготовки к следственным действиям, бачок для питьевой воды, постельное белье. Матрас был заражен клопами и вшами. Было нарушено его право на ежедневную прогулку, право помыться в душе один раз в неделю. Результатом стал диагноз «острый гайморит» и «острая респираторная вирусная инфекция». Свистунову было назначено продолжительное лечение. Суд, оценивая доказательства, пришел к выводу, что содержание в ИВС можно расценивать как пытку, и, соответственно, исковые требования были удовлетворены. Сумма, конечно, не велика – 3 тысячи рублей. Но сам факт – иск был удовлетворен с применением норм Европейской конвенции.



Елена Рогачева: Несмотря на то, что многие нормы международного права ратифицированы в России давно, они до последнего времени практически не используются в защите прав и свобод граждан. Марийские правозащитники отмечают, что решение Йошкар-олинского городского суда по иску Свистунова – смелое применение международных документов. Говорит сопредседатель общественной организации «Человек и закон» Сергей Подузов.



Сергей Подузов: Представители общественной организации «Человек и закон» уже на протяжении трех лет пытались использовать в Йошкар-олинском городском суде нормы Европейской конвенции. Сначала было отторжение судебной системой в том плане, «что вы ссылаетесь на международное право, когда у нас есть национальное законодательство?». Но постепенно судебная система начала все-таки применять. Для нас это был прецедент. В тех регионах, где коллеги у нас работают, такой практики в судебной системе нет.



Елена Рогачева: Йошкар-олинский городской суд, по мнению правозащитников, пока только-только делает робкие шаги в этом направлении, но и они повергли в шоковое состояние некоторых представителей государства. Что же послужило для судей толчком? Сергей Подузов продолжает.



Сергей Подузов: Мне кажется, что здесь в комплексе все сыграло. Было вынесено в 2003 году постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации, где Пленум разъяснил нижестоящим судам, дал указание фактически, чтобы непосредственно пользовались нормами международного права. Судьи национальных судов начали проводить образовательные программы в Москве, как использовать нормы международного права. И непосредственно сами заявители начали говорить о том, что нарушены права человека. Я знаю, что во многих регионах России не используют нормы международного права сами правозащитники. Соответственно, суд не может сам применить по своему усмотрению эту норму. А если и ссылаются, суд должен дать оценку – либо так, либо не так.



Елена Рогачева: Председатель Йошкар-олинского городского суда Александр Баранов прокомментировал действия судей достаточно скромно: «Существуют законы – мы их исполняем». А правозащитники считают, что если подобная практика распространится повсеместно, то уменьшится количество жалоб в Европейский суд по правам человека.



В эфире Самара, Сергей Хазов:



Летние каникулы не для всех самарских школьников означают отдых на море, в оздоровительном лагере, на турбазе или на даче. По данным организации «Общественный родительский совет», в этом году каждый третий самарский школьник проведет летние каникулы в городе. По словам родителей, организовать отдых ребенка в городе очень непросто. Аттракционы в городских парках – дорогое развлечение, бывать там ежедневно разорительно для семейного бюджета. Детские площадки и скверы - едва ли не единственное бесплатное место отдыха в городе, - поделилась Анастасия Крапивина.



Анастасия Крапивина: Самара не приспособлена для летнего отдыха для детей как город. Пыльные шумные дворы, голый асфальт в новых дворах. Причем мы живем в новом доме – у нас ни одной травинки, ни одного дерева нет, асфальтом закатанный двор, на котором стоят горки. Но ведь на раскаленном асфальте ребенок не оздоровится. Даже не могу представить, чем в городе заниматься. Потому что я сама никогда не проводила лето в городе. Даже вот здесь, в округе у нас все детские площадки оккупированы детьми из школьных лагерей. Сюда их привели воспитатели и не обращают на них никакого внимания. Насколько мне известно, даже последние места хотят отобрать у детей. Вот этот парк на проспекте Ленина, например, собираются – тут даже митинги проходят, у администрации. Хотят строить какие-то то жилые здания, то здания судов. Даже последнее у детей хотят отобрать, не то что приспособить.



Сергей Хазов: Пятиклассник Антон Захаров проводит каникулы, катаясь на скейте по самарским улицам.



Антон: Мне не скучно в пыльном городе. Для меня на природе лучше, а так как возможностей мало, экстрим в городе. Ну, скорее всего, экстрим – это считаю, самая главная часть. Сейчас большинство всех занимаются там, BMX , скейтборд и всякие ролики. Очень сильно нравится. Конечно, охота на природу, но все равно нравится кататься, заниматься экстримом.



Сергей Хазов: Валентина Брыкина внимательно наблюдает с балкона за тем, что делает во дворе ее 12-летний внук Дима. «Родители-бюджетники не могут купить внуку путевку даже в школьный лагерь отдыха. 3 тысячи рублей – слишком дорого для семейного бюджета. Внук отдыхает во дворе, и уже успел познакомиться с милицией», - рассказала Валентина Брыкина.



Валентина Брыкина: Я считаю в городе негде отдохнуть абсолютно. Очень мало детских площадок. Школьнику абсолютно негде заняться. Мой внук недавно попал в милицию из-за того, что в общем-то, детская площадка у них во дворе застроена жилым домом, и они с мальчишками перешли на другую сторону и стали бегать по козырьку магазина. Ну, и позвонили в милицию – и детей забрали.



Сергей Хазов: Другой самарский школьник, Даниил Черных, напротив, считает, что и в городе можно заняться интересным делом.



Даниил Черных: Я думаю, что, во-первых, нужно спортом заниматься. Во-вторых, нужно как можно больше времени уделять именно проведению всего свободного времени на воздухе. В городе не так уж и пыльно, но чаще нужно бывать на Волге. Вечером лучшее занятие – это либо посмотреть телевизор, либо поиграть в компьютер или заняться каким-то творческим делом.



Сергей Хазов: Для Даниила творческое дело – работа за компьютером, который он собрал сам.



Даниил Черных: Я занимаюсь созданием своей собственной игры компьютерной. Мой отдых проходит либо на воздухе, либо за работой у компьютера. Я катаюсь на скейте, я сейчас первый год начал кататься, учусь понемногу и стараюсь стать скейтером.



Сергей Хазов: «В большинстве самарских дворов нет даже спортивных площадок, не говоря уже о площадках для скейтбордистов», - огорчается Даниил.



Даниил Черных: Во дворе, конечно, дети резвятся, но там совершенно неинтересно. И дворы загажены мусором, там отдыха никакого.



Сергей Хазов: Одноклассники Даниила Черных отдыхают по-разному.



Даниил Черных: Некоторые уезжают в отпуск сразу с родителями после экзаменов. Другие остаются и катаются на велосипедах, на скейтах.



Сергей Хазов: Говорит еще один самарский школьник, восьмиклассник Алексей Виноградов.



Алексей Виноградов: В городе вообще тухло. Здесь заняться нечем. Досуг молодежи не организовывается вообще никак. Где-то видно, может быть, какие-то на район два-три двора делаются специально, чтобы показать всем. Но на себе я этого не ощутил. В основном ровесники наркотики все употребляют. Кто спортом не занимается, те употребляют наркотики.



Сергей Хазов: Сейчас среди самарских ребят, отдыхающих в городе, стремительно распространяется увлечение игрой «Дрейф». «Это своего рода спортивное ориентирование, перенесенное в условия города», - рассказал инструктор ролевых игр, Александр Потапов.



Александр Потапов: Я бы предложил школьникам заняться «Дрейфом». Это такой опыт психо-географического исследования, которое заключается в бесцельном перемещении по городу от утра до вечера с последующим составлением маршрута своего движения и записью дневных впечатлений. Поверьте, друзья, опыт будет совершенно потрясающим.



Сергей Хазов: В ближайшее время в Самаре пройдет чемпионат среди районных команд по игре в «Дрейф». Инициаторами чемпионата выступили не чиновники мэрии, а сами самарские школьники.



В эфире Подмосковье, Вера Володина:



События с выселением из частных домов в Бутово у многих жителей Подмосковья вызывает чувства двойственные. Люди сочувствуют выселяемым, но, с другой стороны, возмущаются: почему-то власти в упор не видят еще большего беззакония в отношении сотен тысяч ограбленных владельцев земельных долей, в отношении проживающих в частных домах на лакомых для власть имущих землях.


Председатель территориального общественного самоуправления «Павшино» Николай Зуев.



Николай Зуев: Если, допустим, взамен Бутово поставить Павшино – один в один. Вице-глава разослал жителям уведомления о возможном изъятии, а оно, по Земельному кодексу, действует в течение трех лет. Так вот, значит, в октябре 2006 года будет два года.



Вера Володина: Игорь Смирнов тоже живет в Красногорском районе. У них в Ивановском частным домовладельцем в будущем, возможно, также грозит выселение.



Игорь Смирнов: Большинство, конечно, людей обеспокоены потерей своей собственности. Нам уже давным-давно выдают справки, что наши дома подлежат сносу, согласно генеральному плану. Генеральный план – сроком до 2010 года. Когда мы в суде предъявляли эту справку с указанием вообще незаконности действий, суд трактовал это как основание для того, чтобы признать, что наши деревни предназначены под городскую застройку.



Вера Володина: Чтобы такое было возможно, часть сельских поселений против воли граждан названы были городскими поселениями в ходе реформы местного самоуправления, от которого – считает Игорь Смирнов – реально людям не права достаются, а бесправие.



Игорь Смирнов: В среду мы были в Комитете по местному самоуправлению Госдумы. Там собирали людей, у которых аналогичная ситуация по нарушению Законодательства о местном самоуправлении по Московской области. Старательно уходят, конечно, от самого существа этого 131-го закона. Там существует такие лакуны и дыры, через которые чиновники повернули всю эту муниципальную реформу в свою пользу. Они, честно говоря, уничтожили саму идею местного самоуправления и фактически создают, так скажем, местное автоматизированное управление. Сейчас уже, по-моему, даже наверху начали понимать, что из этого просто так не выбраться, а выбираться надо.



Вера Володина: Николай Зуев зачитал письмо заместителя районного главы, в котором сообщалось, что будущее павшинских домов – снос.



Николай Зуев: «Уведомляем вас о предстоящем изъятии, в том числе путем выкупа земельного участка, находящегося в вашей собственности. О том, что с момента вручения вам настоящего уведомления, в соответствии со статьей 31 Земельного кодекса, собственник, арендатор несут риск несения на них затрат и убытков, связанных со строительством на земельном участке или с иным его улучшением».



Вера Володина: В общем, ничего не стройте, не ремонтируйте, а договаривайтесь с инвестором застройки на ваших землях – ЗАО «Мособлжилстрой» или заказчиком – «Техстройсервис». Граждане не стали договариваться, а в ответном письме разъяснили заместителю районного главы во множестве пунктов, какие их права нарушаются, и стали бороться за свои права на дома и земли. Вот уже более полугода, как Николая Зуева оставили, наконец, в покое некие высокопоставленные лица, которые сначала пытались выяснить через него настроения земляков, а затем просто стали угрожать.



Николай Зуев: В организованных со мною с разных сторон частных встречах мне сообщалась информация, что «в противном случае мы будем вас поджигать». В другом случае поступали звонки по телефону, где мне говорили: «Тебе что, больше всех надо?..» Мне сказали сперва так: «Давай мы тебе дадим, сколько ты хочешь, но оставь их, брось их, а с ними мы разберемся».



Вера Володина: Николай рассказал, как действиями ТОСа удалось-таки вбить в головы районных чиновников, что начавшееся строительство близ их домов незаконно. И 1 июля в Красногорске пройдут публичные слушания по генеральному плану этой самой застройки. Пока добивались правды, искали поддержки, к примеру, у партий. Игорь Смирнов о реакции областной КПРФ.



Игорь Смирнов: Звонишь в областную – «Да вы что, разве это можно сделать? Это может повредить Громову».



Вера Володина: Вот как Игорь Смирнов оценивает невмешательство средств массовой информации.



Игорь Смирнов: Мы обращались практически во все средства массовой информации. У нас даже брали материалы, говорили, что дано добро на публикацию, а дальше – все, люди пропадают, никаких статей, ничего. То есть любая информация в любых газетах любой направленности полностью контролируется. Ничего не может быть напечатано без соответствующей команды соответствующих органов.



Вера Володина: Сочувствуя жителям частных домов в Бутово, мои собеседники уверены, что эту бутовскую ситуацию используют в политических целях. Одни политики уничтожают других, но простые собственники все равно останутся бесправными.



В эфире Нижний Новгород, Олег Родин:



Нижегородские общественные некоммерческие организации оказались перед угрозой разорения и ликвидации: областное правительство отменило существовавшие для них льготы по арендной плате за занимаемые ими помещения. Вместо 6 тысяч рублей в месяц, к примеру, теперь нужно платить 60 тысяч ежемесячно. Эти расходы становятся непосильными, о чем заявила Наталья Жукова, руководитель нижегородского Комитета солдатских матерей



Наталья Жукова: Что значит отмена коэффициента 0,1 для нас, если мы платим сейчас около 6 тысяч за аренду, а мы должны были бы платить 60 тысяч? Это совершенно неподъемная сумма для общественной организации.



Олег Родин: Новый человек в нижегородском правительстве Ирина Живихина, приглашенная губернатором Валерием Шанцевым из Москвы на пост министра имущественных и земельных отношений, объясняет отмену льгот по аренде якобы имеющимися злоупотреблениями в деятельности некоммерческих организаций.



Ирина Живихина: Когда возникли вот эти все коэффициенты, которые нетрудно открыть и посмотреть, что было раньше, понижающие, - мне кажется, только ленивый, которому было лень идти и оформлять, соответственно, не шел.



Олег Родин: По ее сведениям, некоторые организации занимались коммерцией. Например, тем, что сдавали в аренду часть предоставленных им помещений.



Ирина Живихина: Частные школы, которые имели льготу, я вам могу точно сказать, неплохой бизнес, и они могут себе позволить по нормальным рыночным ставкам. Судя по тому, какая у них там плата, это, во-первых, они могут себе позволить, а во-вторых, это не та социальная функция, которая нужна широким слоям населения.



Олег Родин: По мнению Ирины Живихиной, несколько миллионов рублей, недополученных от общественных организаций, наносят существенный ущерб бюджету, который исчисляется десятками миллиардов.



Ирина Живихина: Бюджет недополучает в районе 2 миллионов рублей ежемесячно по так называемым льготникам и еще около 5 миллионов – по так называемым общественным организациям и всяческим союзам.



Олег Родин: А главное, по мнению нового министра, - это получать доход от земли и имущества. И протесты некоммерческих общественных организаций не имеют оснований.



Ирина Живихина: Оснований для оспаривания нет никаких. Это государственное имущество, и государство обязано получать от этого имущества доход. А социальные функции государство должно осуществлять через социальные институты. Поэтому тут нет фабулы для оспаривания.



Олег Родин: Тем временем, некоторые организации уже вынуждены прекращать свою работу. Так в Нижегородском Обществе прав человека отключили электричество, и речь уже идет о выселении организации, о чем сообщил председатель общества Александр Лаврентьев.



Александр Лаврентьев: У нас отключили воду, отключили электричество, то есть полностью парализована деятельность организации. Телефоны у нас не работают, коллекторы, естественно, тоже не работают. Выезжать мы не желаем, нам некуда, за исключением близлежащего оврага. Там на площади Советской овраг есть – вот там, вроде, предлагают.



Олег Родин: Нижегородские правозащитники пытались провести акцию протеста по поводу отмены льгот по оплате аренды, о чем, как положено по закону, заранее уведомили администрацию. Однако власти акцию запретили под предлогом невозможности протестовать на территории нижегородского Кремля. Запрет проводить акции и пикеты на территории Кремля уже опротестован нижегородской прокуратурой, но власти заявляют, что здесь такие мероприятия нельзя проводить якобы потому, что мусор будто бы остается, за уборку которого пикетчики не платят – так заявил нижегородский мэр Вадим Булавинов.



Вадим Булавинов: Коммунальным службам, вывозящим мусор с площади, все равно – общественная организация или коммерческая. Главное – сколько после этого надо мусора вывезти и сколько бензина потратить. Поэтому здесь каких-либо политических подоснов в принципе быть не может. Вопрос исключительно просто: кто оплатит за дополнительный вывоз мусора? И все.



Олег Родин: И министр областного правительства Ирина Живихина говорит, что протест правозащитников неуместен еще и потому, что якобы уже везде льготы отменены.



Ирина Живихина: Я думаю, что это четко спланированная и, на мой взгляд, заказанная акция. Потому что уже давным-давно все льготы везде отменены, все это делается совершенно по другой системе.



Олег Родин: А система, которую предлагают власти, такова: они сами будут отбирать, кому давать льготы, а кому не давать. Получат ли скидку правозащитники или Комитет солдатских матерей – это будут решать чиновники, работу которых эти организации больше всего критикуют.



Ирина Живихина: Идея такая. Подаются заявки, они все собираются, и на правительстве обсуждается, что такое-то общество, например, Общество поддержки труда инвалидов – это очевидно надо поддерживать.



Олег Родин: Так считает москвичка Ирина Живихина. А нижегородцы в недоумении: зачем нужна такая эквилибристика и как же это из бюджета будут выделяться средства на то, чтобы их в виде арендной платы обратно в бюджет возвращать?



В эфире Хабаровск, Алексей Минин:



Шестеро инвалидов по зрению подали иск против учебно-производственного предприятия Всероссийского Общества слепых, на котором работали до недавнего времени. Они требуют предоставить каждому отдельную однокомнатную квартиру взамен койко-места в общежитии. Впрочем, и сейчас все шестеро числятся рабочими этого предприятия, но с 1998-99 годов практически сидят без работы из-за ее отсутствия.


Сама же квартирная история тянется еще с 1998 года, тогда будущие истцы жили рядом с предприятием, в общежитии. Тогда же сюда пришли с проверкой специалисты хабаровского санэпиднадзора. Условиями проживания инвалидов они остались очень недовольны. Достаточно сказать, что мыши, как говорится, пешком ходили по комнатам. Тогдашнему директору предприятия Владимиру Некрасову было предписано сделать капремонт. Всех инвалидов переселили на улицу Ленина, 51. Предприятием был заключен договор аренды двух квартир на первом этаже, с инвалидами – договор субаренды. Но как только инвалиды покинули прежнее место, Некрасов обратился в администрацию Центрального района Хабаровска с просьбой перевести эти помещения в нежилые, обоснование – «для расширения производственных возможностей». А дальше Владимир Некрасов сложил с себя полномочия генерального директора УПП ВОЗ. Новым директором предприятия стал Владимир Мельников, ему и приходится отвечать теперь по иску инвалидов.


По каким-то причинам предприятие однажды вовремя не продлило с муниципалитетом договор аренды квартир. Говорит рабочий предприятия, один из истцов Павел Коваленко.



Павел Коваленко: Сейчас они заключили договор. Но мы, конечно, не стали подписывать этот договор. Думаю, что все меняется, через пять лет может предприятие закрыться – и куда мы денемся?



Алексей Минин: Договор подписан до 2010 года, однако что будет дальше – неизвестно. Ведь мэрии Хабаровска эти квартиры и самой могут понадобиться. Что касается помещения, которое находится рядом с предприятием, то, в принципе, новый директор Владимир Мельников не против вернуть инвалидов туда, во всяком случае он неоднократно говорил об этом и на встречах с истцами, и в интервью хабаровским газетам.



Павел Коваленко: Он говорил, что вариант такой – две комнаты большие сделать, в одну девчонок, а в другую нас раскидать, пять человек. Получается как большая казарма что ли. Мы хотим просто иметь каждый по комнате, а он на это не пошел.



Алексей Минин: Подчеркну, речь идет именно о предоставлении каждому отдельной квартиры. В то же время самая дешевая квартира в Хабаровске сейчас стоит порядка 800 тысяч рублей, а их нужно шесть. Как заявляло ранее руководство предприятия, таких денег у них нет. А значит, чтобы купить эти квартиры, предприятие придется продать с молотка, ибо оно будет попросту признано банкротом. Но у истцов иная версия.



Павел Коваленко: Они сейчас организовали магазин свой, планируют сотовые телефоны продавать, игровой зал.



Алексей Минин: Стоит отметить, что обстановка на самом предприятии напряженная, если не сказать нервная. Еще с конца 90-х годов здесь то и дело проводятся сокращения рабочих, а теперь вообще нависла угроза закрытия. Поэтому не все рабочие поддерживают инициативу своих сослуживцев, хотя и понимают их проблему. Светлана Смирнова, рабочая предприятия…



Светлана Смирнова: Ситуация, конечно, здесь очень тяжелая, положение ребят, которые проживают в общежитии, тоже непростое. В принципе, они добиваются своего, правильно. Единственное, я не согласна с тем, чтобы им давали каждому по квартире. Я согласна, чтобы им дали по комнате, пусть в муниципальном общежитии, но чтобы это уже было на законных основаниях, с ордером.



Алексей Минин: Впрочем, и сами истцы понимают, что могут своим иском потопить родной завод. Напомню еще раз, здесь работают в основном инвалиды первой и второй группы, а это люди либо совсем незрячие, либо имеющие так называемое остаточное зрение. Понятно, что таким людям устроиться на работу просто некуда. Впрочем, по словам Павла Коваленко, им терять особо нечего. К возможному закрытию завода они готовы.



Павел Коваленко: Так это и мне известно, и я даже предвижу как бы это все дело. У меня, например, нет работы, я уже дома с 1997 года.



Алексей Минин: Еще в марте суд Центрального района Хабаровска иск удовлетворил, однако, по словам директора предприятия Владимира Мельникова…



Владимир Мельников: Мы подали кассационную жалобу, суд второй инстанции, краевой, отменил решение районного суда. Дело направлено на доследование.



Алексей Минин: Итак, в деле наступила затишье, пока. Между тем, руководство учебно-производственного предприятия обращалось в центральное правления Всероссийского Общества слепых с просьбой вмешаться в конфликт. Но пока особой заинтересованности из Москвы проявлено не было.



В эфире Саранск, Игорь Телин:



Борис Савельев: Вот представьте себе – волк не возражает лисице, чтобы зайцу на уши антенну натянули.



Игорь Телин: Так охарактеризовал уровень отношений органов власти, коммерсантов и горожан председатель жилищного кооператива дома номер 15 по улице Фурманова в столице Мордовии Борис Савельев. В данном случае волк – это городская администрация, лисица – руководство компании-оператора сотовой связи, а заяц – жильцы многоэтажек Саранска. В последнее время их дома стали обрастать всевозможными антеннами и базовыми станциями мобильной связи. Мэрия против этого не возражает и выдает разрешения, а вот горожанам это не нравится – они полагают, что электронное оборудование, установленное у них над головой из-за своего излучения опасно для здоровья. «После того, как у нас на крыше установили эту антенну, - говорит Мария Парваткина, - у нас у всех начались сильные головные боли, постоянно скачет давление, маленькие дети стали чаще болеть».



Мария Парваткина: Конечно, влияет на детей – болеют постоянно. А куда их девать?



Игорь Телин: Группа молодых людей навещала в этом доме свою заболевшую однокурсницу, живущую на девятом этаже, как раз под установленной на крыше аппаратурой.



Житель Саранска: Пробыли здесь час – голова болит.



Игорь Телин: Еще одно неудобство жизни под антенной. Многоэтажные жилые дома при их проектировании, никак не были предусмотрены под использование для технических нужд. Их крыши от установленного на них тяжелого оборудования деформировались, в итоге находиться в квартирах верхних этажей стало небезопасно.



Мария Парваткина: Вон, прямо на голову плитами потолок прогибается. Сколько уж таких случаев было: идешь – и потолок падает прямо на голову.



Игорь Телин: Жильцы считают виновными в своих проблемах городские власти, которые без должной проверки выдают сотовым компаниям разрешения на установку базовых станций и ретранслирующих антенн. Горожане стараются воспрепятствовать установке оборудования связи у них над головой, засыпая жалобами всевозможные инстанции – от санитарных служб до прокуратуры.



Алексей Куманев: Это проблема не только жителей по Фурманова, 15, мы судим по тому анализу обращений граждан, которые поступали в прокуратуру с конца 2005 года. Можно сказать, что эта проблема сейчас волнует большинство населения города Саранска. И остальная часть населения может с этим столкнуться в ближайшее время.



Игорь Телин: По словам прокурорского работника Алексея Куманева, вопрос об установке оборудования на крыше их дома должны решать сами жильцы, а не горадминистрация или какие-то другие организации. Тем более, в этом частном случае дом является кооперативным, и, следовательно, все квартиры в нем приватизированы.



Алексей Куманев: У нас все-таки общедомовое имущество. То имущество, которое предназначено для обслуживания более чем одной квартиры, оно находится в общедолевой собственности собственников квартир данного дома. Соответственно, каждый гражданин, если он обладает правом собственности на жилое помещение, ему принадлежит пропорциональная доля на общее имущество данного дома, то есть это лифтовые шахты, технические этажи, несущие конструкции, подвалы и так далее. И, соответственно, только граждане, когда соберутся на общем собрании, они вправе определить судьбу этого общедомового имущества, поскольку они отвечают за него, несут обязанности по его содержанию.



Игорь Телин: Прокуратура проверила правомерность выдачи разрешений на установку ретранслирующих антенн и базовых станций на крыше, выявила нарушения, по которым уже выданы предписания. Ну, а самим жильцам для разрешения этой конфликтной ситуации порекомендовала обратиться в суд. Горожане этим советом намерены воспользоваться.



Жительница Саранска: Так как у нас квартиры приватизированы, будем подавать в суд. Мы считаем, что это дело выиграем, наши законные права будут защищены.



Игорь Телин: Пока пишутся исковые заявления в суд, некоторые жильцы начали патрулировать придомовые территории, не допуская в подъезды и на крыши связистов, приходящих обслуживать оборудование.



В эфире Липецк, Андрей Юдин:



Евгений Андреев: Хорошую музыку искали. Италия Германия «аккордеончики поливали», музыка была бесподобная. Кроме патефонов, примитивных проигрывателей, больше ничего не было. Голос Америки, «Би-Би-Си», но их нещадно глушили…



Андрей Юдин: Ветеран труда, историк по образованию, киномеханик, а сейчас заслуженный пенсионер Евгений Андреев с детства интересовался радиоприемом, радиотехникой, радиоэфиром. Он радиолюбитель со стажем более 50 лет – в том смысле, что не радиоспортсмен, а скорее увлеченный слушатель. Он и сейчас испытывает ностальгию, по тому времени, когда через шумы и вой «глушилок» слушал в эфире интересные голоса и звуки.



Евгений Андреев: Отец мой когда-то тоже этим увлекался, пошел в него. Любил радио. Но ведь в те далекие годы ничего же приличного не было. Удалось мне приобрести первый радиоприемник «Москвич». Это был такой двухдиапазонный приемник, примитивный, четырехламповый. Музыка там, Утесов, Марк Бернес…



Андрей Юдин: Слушать передачи в те годы было сложно. Радиолюбитель буквально охотился за нужной волной.



Евгений Андреев: Сидели у радиоприемников, настраивались, там шум, «глушилки» эти, трескотня. Крутят, вертят, пару фраз каких-то ухватят. Глушители жутко работали. Слушать практически было невозможно. Только вот, на этих диапазонах – 16, 19, 13 метров еще можно было прослушать что-то, но и то с большим трудом. Можно было услышать минуту, может полторы, когда или «глушильщик» этот, который там сидит, дядя, покурить пошел. Ведь станция – за ней же следить все время нужно.



Андрей Юдин: Евгений Андреев вспоминает 50-е годы и случай своей увлеченной юности, когда в магазине, что был рядом с Ленинским сквером, он видел, как представитель КГБ нещадно расправлялся с новеньким радиоприемником «Минск», в конструкции которого были «запретные диапазоны».



Евгений Андреев: Пришел однажды в магазин, стою, смотрю. Пришел, значит, какой-то мужик, поставил приемник на бок, вынул кусачки и возится. Мы стоим, смотрим. Я у продавца спрашиваю: «Что, он ремонтирует?» - «Да нет, - говорит, - короткие волны выкусывает». Эти приемники были с 16 или с 19 метров. Такой диапазон – на них тоже глушили. Можно было иногда что-то там «зацепить», кто интересовался. И он, значит, их выкусывает. Без зазрения совести, в открытую, при всех, и продавец тут – и, вроде, это нормальное явление. Это было просто нельзя слушать – зарубежные радиостанции, вражеские голоса. Вот и все объяснение. Время было такое: молчи, ничего сказать нельзя было.



Андрей Юдин: Как вспоминает радиолюбитель, было много различной радиоаппаратуры, которую он восстанавливал, коллекционировал, и обменивал на другие интересующие его модели.



Евгений Андреев: Приемник «БС» американский, аналог его - «УС-9», с «БС» скопирован. «БС» - это более ранний приемник, «УС-9» - более поздний. «РБМ» - был приемник такой. Хороший приемник – «Катран». Р-25О был. «Волна» приемник был. Был у меня приемник «АР-10(или 8)» - американский приемник, хороший прием, но очень уж старый был – 1941-42 годов.



Андрей Юдин: Любимое занятие и хобби в юности позволяло Евгению Андрееву иметь небольшой доход и приработок для своего увлечения, посещать бесплатно танцевальные площадки нижнего парка.



Евгений Андреев: Я наловчился делать эти проигрыватели – пластинки крутить. Обычно 5-10-ваттные усилители делали на динамик «колокольчик». Был колокол такой, динамик здоровый, он чувствительный, на него 2-3 ватта дашь – он орет. Делали эти приемники по заказу из нижнего парка.



Андрей Юдин: Пенсионер рассказывает о том, что на житье-бытье теперь не хватает средств, и приходится расставаться с любимой аппаратурой, чтобы хоть как-то улучшить свое материальное положение.



В эфире Псков, Анна Липина:



Дарья Андреева: Вчера мы работали мелками, теплыми цветами, а сегодня мы будем работать акварелью, фон доделывать.



Анна Липина: Ученица детской художественной школы Даша Андреева рассказывает о работе над картиной, которую рисует ее подопечная Настя. Настя – воспитанница Центра лечебной педагогики для детей с тяжелыми и множественными нарушениями в развитии. Юная художница Даша - ее наставница в российско-немецком проекте «Мы открываем мир». Этот проект придумали и реализовали в псковском Лечебно-педагогическом центре для детей-инвалидов. Партнером проекта стала немецкая школа для детей-инвалидов «Рурталь». Из Германии приехали 8 детей-инвалидов и трое сопровождающих. С российской стороны в проекте участвуют 7 детей. Акварель, батик, глина – это названия мастер-классов для детей с ограниченными возможностями. Для каждого ребенка - свое задание: птичка, цветочек, бабочка. Ровными ли окажутся линии, не размажется ли краска… Но внимание к творчеству ребят - не главное. Как говорит заместитель директора Центра лечебной педагогики Светлана Андреева, главное - это общение. Общение между учениками, родителями и преподавателями.



Светлана Андреева: Они же будут жить самостоятельно когда-то, после того, как закончат обучение в нашем центре, им придется общаться с людьми. По крайней мере, страха общения не будет. Они смогут реально подходить к людям, разговаривать, общаться.



Анна Липина: Псковский Центр лечебной педагогики и школа «Рурталь» в Германии занимаются интеграцией в общество детей с ограниченными возможностями уже 13 лет. Главная задача - сделать жизнь детей-инвалидов более комфортной. За это время было много разных совместных проектов – спортивных и музыкальных, теперь – художественный. Преподаватель Клаудиа Хаппе много лет работает с детьми-инвалидами в Германии. В рамках проекта «Мы открываем мир» она приехала рисовать вместе с русскими детьми.



Анна Липина: «Сейчас большинство детей работает самостоятельно, - говорит Клаудиа. - Конечно, они нуждаются в нашей поддержке, но цель - научить их все делать самих».


Учащаяся детской художественной школы Наташа помогает Насте из Центра лечебной педагогики наносить рисунок на глиняный цветок. Ее рукой с кистью ведет по глиняным листикам.



Наташа: Совсем несложно, потому что Настенька очень хорошо понимает. То есть ее надо только поддерживать, одергивать ее, когда она отвлекается. Вообще очень легко.



Анна Липина: Итог проекта – выставка творчества детей-инвалидов в выставочном зале псковского отделения Союза художников. Но это совсем не главное. Главное – это общение, говорит директор Центра Андрей Царев.



Андрей Царев: Социальная интеграция предполагает два встречных движения: с одной стороны – это адаптация, подготовка к жизни самих людей с инвалидностью, и с другой стороны – принятие обществом этих людей такими, какие они есть, чтобы они могли самостоятельно в больше или меньшей степени жить в условиях общества сограждан. Это очень полезно и для наших сограждан, и для самих ребят.



Анна Липина: Уже сейчас считается победой, если ребенок-инвалид у незнакомого человека спросит, к примеру, который час.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG