Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Партнерство в зоне разделения


"Восточное партнерство", вид сверху

"Восточное партнерство", вид сверху

В столице Чехии открылся саммит Европейского союза и шести государств бывшего СССР, на котором должен быть дан официальный старт программе ЕС "Восточное партнерство". Инициатива призвана вывести на качественно новый уровень отношения ЕС с Арменией, Азербайджаном, Белоруссией, Грузией, Молдавией и Украиной.

Европейский союз на протяжении двух десятилетий изобретает различные программы взаимодействия со странами бывшего советского блока, хотя сейчас уже это определение не соответствует действительности. Была программа ТАСИС, были и другие, предназначенные для интеграции стран Центральной и Восточной Европы в европейские структуры. Зачем именно сейчас ЕС понадобилась программа "Восточное партнерство", рассуждает главный редактор русской службы Радио Свобода Ефим Фиштейн:

– Мне кажется, определенный смысл есть и для всего Европейского союза, и для той группы его центральноевропейских стран, которые соседствуют с государствами, где идеалы демократии, мягко выражаясь, не вполне реализовались. Это бывшие республики Советского Союза к востоку от Европейского союза. Каков смысл этой программы? Во-первых, не столько экономически, сколько цивилизационно помогать. Это значит – повышать уровень демократии, политический плюрализм, бороться с коррупцией и другими проявлениями организованной преступности, следить за тем, чтобы свобода печати и все другие права граждан соблюдались правительствами этих стран. То есть создавать некую зону демократических стран в ближайшем соседстве Евросоюза. Это повышало бы стабильность как самого региона, так и Евросоюза. Аспект, имеющий особую ценность для центральноевропейских стран, состоит в том, что их политический вес внутри Евросоюза повышается. Точно так же поступила Франция, создавая Средиземноморский союз. Эти страны оказываются естественными патронами или покровителями своих восточных соседей. В частности, Польша имеет особые отношения с Украиной, Чехия пытается заботиться (во всяком случае, о правозащитных организациях) о Белоруссии и так далее. Третий аспект – это попытка обеспечить диверсификацию энергетического сырья, поступающего в Европу. В этом смысле государства Южного Кавказа играют особую роль, потому что связаны с планирующимся газонефтепроводом "Набукко".

– Вам кажется правильным, что в "Восточном партнерстве" неожиданно пригласили участвовать Белоруссию?

– Совсем исключать эту страну было бы, наверное, нелепо, поскольку она является важной составной частью этой зоны, если мы ее всю как некий цивилизационный пояс. Кроме того, Евросоюз этим жестом дает самой Белоруссии возможность сбалансировать свои отношения с Европой и Россией. Белоруссия получает еще одного политического игрока, что расширяет ее способность маневрировать внутри региона. Подписывая какое-либо соглашение, Белоруссия берет на себя определенные обязательства, ей будет, наверное, неловко подавлять права человека в тех масштабах, в каких она это делала в прошлом.

– Нет ли тут противоречия между прагматикой политики и моралью? Вот называли Лукашенко последним диктатором Европы, не пускали его и его чиновников в Европейский союз. И вдруг приглашают на высоком уровне принять участие в саммите ЕС.

– Несомненно, есть тут вопросы двойной морали, поэтому чешский президент Вацлав Клаус, например, заранее отказался встретиться с Лукашенко в случае, если бы тот приехал в Прагу, и Лукашенко предпочел вовсе не приехать. То есть, вообще, начиная пестовать связи с Европой, республики бывшего Советского Союза берут на себя определенные обязательства, в том числе и моральные. Лукашенко сделал несколько шагов навстречу требованиям ЕС, в частности, освободил некоторых политзаключенных. Обратите внимание, что в последнее время перестали исчезать его политические оппоненты, как это случалось в прошлом не раз. Думаю, что и другие некоторые шаги по направлению к демократизации Белоруссии неминуемы.

– Как вы думаете, можно ли рассматривать программы "Восточного партнерства", как часть восточной политики Европейского союза по отношению к России?

– Европейский союз тем самым делает России предложение. Россия отвечает на это словами о том, что создаются новые препоны, новые линии размежевания. На самом деле создают зону стабильности, где влияние России уравновешено влиянием Европы. Европа тем самым распространяет определенные цивилизационные стандарты в направлении России, приближаясь к самой России, а во-вторых, по-своему протягивает ей руку. Для чего же делать полосой размежевания бывшую границу Советского Союза, если некоторые государства на территории бывшего СССР нынче стремятся к сближению с Европой? Это естественное стремление. России следовало бы скорее воспользоваться плодами такой тенденции и присоединиться к этому цивилизационному потоку, который устремлен в Европу, а не наоборот.

– Кажется, Россия не торопится это делать, и велика вероятность того, что эта линия разделения просто пройдет по границе России и бывших республик Советского Союза в том случае, если программа "Восточное партнерство" окажется плодотворной.

– Даже если она плодотворной не окажется (а это может случиться, поскольку мы говорим сейчас о государствах не вполне стабилизированных, где намечаются процессы прямо противоположные стабильности), Европа, таким образом, замещает процесс прямого принятия новых членов, не отказываясь от идеи расширения на Восток. Находит промежуточное состояние, которым и является "Восточное партнерство". Оно в любой момент может развиться в какие-то более тесные связи с Европейским союзом. А может и, наоборот, быть заморожено.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG