Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Москве прошел митинг против нарушений прав человека силовыми структурами


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Карэн Агамиров.



Андрей Шароградский: Сегодня в мире отмечается День защиты жертв пыток. В Москве на Пушкинской площади проходит митинг, приуроченный к этому дню, манифестанты протестуют против нарушений прав человека со стороны российских силовых структур.



Карэн Агамиров: Сегодня во многих российских городах проходят акции протеста, организуемые правозащитниками. В государстве, претендующем на статус правового, пытки и издевательства в армии, местах заключения и при проведении так называемых «зачисток» прочно вошли в обиход, стали нормой.


У микрофона - лидер общероссийского движения «За права человека» Лев Пономарев.



Лев Пономарев: Мы утверждаем, правозащитники утверждают, что в России воссоздан ГУЛАГ советского периода, с тюремной системой, в котором работают тоталитарные порядки, в котором нарушались права человека и, прежде всего, право на жизнь и на сохранение здоровья, в котором люди унижались и уничтожались. ГУЛАГ, который создан сейчас, по многим параметрам хуже, чем был ГУЛАГ советского периода, брежневского времени, например. Потому что в брежневский период убийство заключенного, если это происходило, администрацией лагеря тщательно расследовалось, и эти люди несли наказание.


Сейчас людей убивают в лагерях, и эти случаи не расследуются. Фальсифицируются самоубийства, и в лучшем случае родственникам отдают труп, и они видят следы пыток на этом трупе. У нас есть и фотографии соответствующие. Создана достаточно изощренная система пыток. Эта система устраивает руководство МВД и Федеральной службы исполнения наказания, и мы можем говорить, что за это должны нести ответственность руководители этой системы, то есть, прежде всего, министр внутренних дел Нургалиев и начальник ФСИНа Юрий Калинин. С каждым годом количество пыточных таких вот колоний увеличивается. Такие пыточные колонии в Свердловской области, Нижегородской, в Мордовии, Удмуртии, в Ленинградской области, дальше можно продолжать.



Карэн Агамиров: Откровенно глумятся над политическими заключенными.



Лев Пономарев: И Трепашкин, и Сутягин, и Ходорковский, и Лебедев в нарушении российского законодательства отправлены за тысячи километров от Москвы, от родственников и адвокатов, которые могли бы им помогать. И их там прессуют, нарушая законодательство, то есть выполняется заказ из Москвы.


Я являюсь защитником Трепашкина и могу достоверно сказать, что его сейчас просто убивают. Просто убивают! И когда мы разговаривали с начальником колонии, то он говорит: «Да, я нарушаю закон, но я получил приказ из Москвы, и я его выполню». Это мне говорит заместитель начальника колонии Магеран по оперативной работе.



Карэн Агамиров: Адвокат Елена Липцер поведала о мучениях Виталия Князева, узника печально известной своими зверствами Льговской колонии. Он единственный из заключенных, обратившийся в Европейский суд по правам человека.



Елена Липцер: Существует сращивание системы исполнения наказания и прокуратуры, в связи с чем жалобы заключенных на те места заключения, в которых они отбывают наказание, не имеют никакой надежды на успех и зачастую просто не выходят из колонии, если они из колонии выходят, то по ним не принимается никаких решений. То есть происходят обычные отписки о том, что факты, которые изложены в жалобах, своего подтверждения не нашли, и человеку не остается ничего больше делать и не на кого надеяться.


Собственно говоря, такая ситуация была в Льговской колонии и в Льговской колонии она привела к факту такого массового членовредительства. В течение года ни одна жалоба из этой колонии не уходила. Их буквально физически заставляли жалобы есть сотрудники администрации за то, что они их пишут, с тем, чтобы они их больше не писали никогда.


И Виталий Князев, его жизни угрожает опасность. Потому что с того момента, как стало известно, что жалоба от его имени поступила в Европейский суд, его стали зверски избивать и требовать, чтобы он отказался от жалобы, от меня, как от адвоката. Его целенаправленно мучили, перевозя из одного следственного изолятора в другой, то есть он поменял по дороге пять или шесть следственных изоляторов, где всегда его принимали и били сотрудники за то, что он пошел против системы, и говорили: "Мы тебя вообще-то сейчас везем в Магадан и в Магадане мы тебя точно убьем, и никакой Пономарев, никакая Липцер, никакие правозащитники и даже Лукин тебе не помогут". Но это будет как дополнительным аргументом в Европейский суд, который эту жалобу коммуницировал в течение двух месяцев. То есть это вообще невиданный случай, когда в течение двух месяцев правительству были заданы вопросы, и в настоящий момент уже прошла коммуникация, мы ждем, что Европейский суд в ближайшее время должен принять решение по этой жалобе.


Покрывает их, естественно, прокуратура, потому что есть прокуратура, которая должна за этим надзирать. Все наши обращения в прокуратуру не имеют вообще никакого продолжения, то есть просто формальные отписки.



Карэн Агамиров: Дело Аслана Умаханова, чеченца по национальности, похищенного спецслужбами, находится на контроле Верховного комиссара Совета Европы по правам человека. Сестра Умаханова Сажан Ибакова, еле сдерживая слезы, свидетельствует.



Сажан Ибакова: Ему изначально пакет завязали ни голове, затянули, он дважды терял сознание. А по приходу в кабинет УБОПовцев избивали его жестоко, подвесив гирю на правую руку, 35-килограммовую, руку и ногу сцепили наручниками, «ласточку» заставляли в течение двух часов стоять. После этого, когда он не стал писать никакую явку, признавать, что ему диктовали, начали ему говорить: "Мы сейчас инсценировку делаем, что попытка к бегству". Вытащили пистолеты. "Будет и твоя жена точно так же". Знали, что она беременна, на восьмом месяце, и что двухлетний ребенок, они все это прекрасно знали. После этих пыток уже оголили провода… По всей спине у него до сих пор шрамы. И когда он терял сознание от криков, такие боли нечеловеческие, говорит, "я так орал, мне одеялом голову закутывали, чтобы..."


Говорят: «Мы из Чечни, мы работали, немало убивали чеченцев, а ты ничем не отличаешься, хоть ты и юрист. У нас дело заказное, мы тебя по любому посадим, будут так же преследоваться все твои члены семьи». Током, он говорит, "я все выдержал" в области паха. Его так избили, что у него моча с кровью до сих пор. Это сто процентов отбиты почки. 20-го, буквально перед моим выездом, его привели на предварительное следствие, человек не может идти. Здоровый мужчина, 34 года, идет, он идти не может, права нога вообще не двигается. И его один конвой вел, и он опустил глаза, он не мог, 15 минут шел от этой двери до той двери. Это значит, человека сделали калекой натуральным образом.


Я не знаю... И не оказать медицинской помощи ни разу. Человек сидит полтора, два месяца, ни разу не оказали. Повели его в двойку, "ах ты хочешь медицинской помощи? - мы тебе устроим". Подошли к нему, говорят: «Мы тебя тут же сейчас прикончим, и сделаем, что ты повесился сам". И они имели наглую совесть прийти еще, эти УБОПовцы - Никитенко и Худышкин, - прийти к нему еще раз в СИЗО: "Если ты еще будешь дальше писать... " Это какое иметь... Я не знаю, товарищи, что у нас творится в России. Прийти и сказать: "Если ты не будешь говорить, что это правда, что ты признался добровольно, мы тебя будем добивать до конца. Те пытки, что мы делали, тебе покажутся медом". Ну что это такое?



Карэн Агамиров: Международный День поддержки жертв пыток.


XS
SM
MD
LG