Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Футбол на Николиной Горе


Елена Фанайлова: Футбол на Николиной Горе. В него играют сегодня журналист Раф Шакиров, президент фонда "Триумф" Игорь Шабдурасулов, Александр Липницкий, один из основателей группы "Звуки Му" и ведущий программы "Еловая субмарина" на канале "Ностальгия" НТВ+. Тренирует эти чудесные команды, которые здесь собираются, Анатолий Федорович Филимонов, в прошлом игрок "Торпедо" и тренер молодежи этого клуба. И Евгений Кожевников за нашим столом, член сборной Советского Союза по конькобежному спорту, к футболу отношения не имеет, как он сказал, но болеть приходит. На Николиной Горе расположена удивительная спортивная площадка. На ней по субботам собираются разные люди разного возраста, разного социального статуса, общественного положения, и два часа это какой-то мальчишеский и мужской праздник. Они бегают с разными удивительными выражениями лиц, обнимают друг друга, когда забивают голы, ну, ругаются, конечно. Давайте, поделитесь впечатлениями от сегодняшней игры.



Александр Липницкий: Я мчал с техстанции своего "фордика", который начал ломаться и мечтал успеть к часу, потому что если вовремя не приедешь, потом очень трудно попасть в команду, тебя вытесняют...



Елена Фанайлова: Все хотят играть?



Александр Липницкий
Александр Липницкий: Все хотят играть, и лучше прийти вовремя, тогда место за тобой забронировано, и я это знаю лет так уже сорок. Я здесь играю, хорошо помня себя, где-то 43-44 года. И когда говорят, что Пеле, там, забил полторы тысячи голов, то я могу точно сказать, что здесь я забил раза в два больше, потому что на одной и той же площадке, играя все время... Раньше мы играли летом вообще каждый день, сейчас два раза в неделю, у всех работа и прочее. Может быть, главный ветеран, представитель предыдущего футбольного поколения к нам еще подойдет, и следующее звено - Петя Лидов - тоже обещался подойти.



Елена Фанайлова: Но мы можем прямо сказать, что к нам может подойти Никита Сергеевич Михалков, который тоже вместе со всеми бегает, прыгает, и лицо у него тоже выражает разные чувства.



Александр Липницкий: И, кстати, тоже сегодня забил гол. Мы сегодня по голу забили, ветераны забили по голу.



Елена Фанайлова: Мы поздравляем вас.



Александр Липницкий: А ты забил? Это вопрос к Анатолию Федоровичу Филимонову.



Анатолий Филимонов: Не получилось.



Александр Липницкий: Не вышло. Но он в защите.



Елена Фанайлова: Программу мне помогает вести спортивный обозреватель Радио Свобода Дмитрий Морозов. Кто далее готов обсуждать впечатления от сегодняшней игры?



Игорь Шабдурасулов: Я сегодня в запасе, я сегодня исполнял функции вратаря, поэтому у меня впечатлений нет, кроме сплошного расстройства.



Дмитрий Морозов: Но вы сменили амплуа по ходу игры.



Игорь Шабдурасулов: Команда заставила, не прохожу в состав.



Елена Фанайлова: А вот объясните, что это значит? Действительно, когда мы подъехали, Игорь стоял на воротах, а потом произошла некая замена, и вы уже выступали в защите, если я правильно поняла.



Russia--Shabdurasulov Igor, the president of Fund Triumph , 18Jun2006
Игорь Шабдурасулов: Но мы же меняемся, у нас "тотальный футбол". Мы следуем заветам Ринуса Михелса известного, поэтому здесь, на площадке только "тотальный футбол", все бегут вперед, все забывают бежать назад или не могут бежать назад, по-разному.



Раф Шакиров: Сегодня, надо сказать... Вы сказали "обнимаются" - это слишком сильно сказано, вот должен признать, что, в общем и целом, за исключением, может быть, последнего времени, здесь вполне джентльменская игра присутствует. Мы, как сказал Игорь, позволяем противнику пройти к воротам, пробить со всей силы по вратарю и не кричим друг на друга. Саша сегодня выложил мне три паса, представляете, я просто совершенно верных три гола не забил, и Саша что мне сказала, как вы думаете? Нас, вообще-то, не назовут настоящими футболистами, потому что он сказал: ну, ты мне должен пиво. Вот что он мне сказал. Вот так играют в футбол на Николиной Горе.



Дмитрий Морозов: Упустил верный момент, когда пожалел сына своего, стоявшего в воротах.



Александр Липницкий: На самом деле очень не хотел его жалеть, просто в штангу попал.



Дмитрий Морозов: Вы сказали о ветеранах, а ваш сын как раз представляет следующее поколение, наверное, да?



Александр Липницкий: А тут есть еще и младший совсем сын, который играет в команде у Анатолия Федоровича в защите, восьмилетний Сергей.



Игорь Шабдурасулов: Достала эта молодежь, сил нет.



Дмитрий Морозов: Вытесняют из составов?



Игорь Шабдурасулов: Мало того, что вытесняют составы, еще и обыгрывают.



Елена Фанайлова: Давайте Анатолий Федоровича Филимонова послушаем, что он скажет о том, как люди сегодня играли?



Анатолий Филимонов: "Разбор полетов" у нас еще не проходил, но, я думаю, позднее, когда вы отпустите нас, он у нас точно пройдет.



Елена Фанайлова: Но вы как-то недовольны ими?



Анатолий Филимонов: Ну а как же, тренер всегда должен быть недоволен.



Дмитрий Морозов: А давайте проведем прямо сейчас его.



Елена Фанайлова: А давайте, правда, попробуем начать "разбор полетов".



Анатолий Филимонов: Нет, это не для общего...



Александр Липницкий: На самом деле все очень просто: они проиграли, и настроение видно не очень.



Раф Шакиров: А разбор полетов не может быть таким мягким, с цитатами из классиков.



Анатолий Филимонов: В основном это будет "пи-пи-пи", типа такого.



Елена Фанайлова: Хорошо, уговорили. Давайте Евгения Кожевникова послушаем.



Евгений Кожевников:
Евгений Кожевников: Со мной вообще все просто. Я действительно пришел к началу футболу, обнаружил Игоря в створе ворот. На мой вопрос "Игорь, ты что, сегодня сменил амплуа?", он сказал, что не попал в состав, и ему доверили, конечно, сегодня только ворота. Но у нас каждый вправе выбирать собственное положение на поле самостоятельно. Кто-то себя чувствует сегодня хорошо в воротах, кто-то в нападающих, а кто-то в защитниках. Но так как Игорь начинал сегодня играть в воротах, я видел, что защиты у них просто нет. И я все время кричал через стенку, что где защита, после этого моем сердце екнуло, я пошел делать бешеный круг вокруг Николиной Горы. И так как я сейчас только зритель, поэтому мои комментарии на этом можно закончить.



Анатолий Филимонов: Хотя пришел Игорь раньше всех и имел полное право выйти даже в роли центрального нападающего.



Елена Фанайлова: Расскажите, как это место вообще появилось, потому что мне кажется, что это довольно редкая вещь - вот такое...



Александр Липницкий: Здесь придется рассказывать мне, пока нет Никиты, потому что когда я мальчишкой начинал играть, здесь хозяйничали на площадке такие люди, как семья Брилингов, они все спортсмены профессиональные, топ-менеджеры общества "Динамо", их несколько братьев, потом братья Шишаковы. И Никита помоложе уже играл у них в компании, меня брали тогда на ворота. Смешно, что невзыскательная никологорская публика не могла никогда даже собрать деньги, чтобы сделать нормальные ворота, и мы играли такими двумя баскетбольными стойками и умудрялись попадать, там, с центра поля с лета в ворота, которые сантиметров 70 были размером. Потом я помню, что, чуть разбогатев в 70-е годы, я все-таки заплатил 50 рублей какому-то куздряле (так называли автослесарей), и нам сварили здесь пару хоккейных ворот, которые вы еще застали. На самом деле футбол здесь угас вместе с Советским Союзом. Когда распалась эта страна в 1991 году, футбол здесь тоже кончился. Его стали возрождать не никологорцы, а сидящие за этим столом люди, которые приехали, и им здесь как-то понравилось, и благодаря их энтузиазму мы вернулись на футбольное поле, то есть и я, и Никита. Я помню, что Раф и Женя были первыми людьми, которые нас вернули. Мы стали играть с нашими детьми здесь. И вот так, наверное, уже лет за 14 возродился этот замечательный вид спорта на Николиной Горе.



Елена Фанайлова: У меня вопрос: на чьи деньги существует это футбольное поле, потому что оно ведь вполне современное, довольно прекрасное, то есть его необходимо содержать.



Раф Шакиров
Раф Шакиров: Игорь сейчас про деньги скажет, я просто скажу: давайте пока без денег. Я вспоминаю период, когда денег еще вообще не было, и Саша совершенно прав, мы действительно приехали сюда, как все мы когда-то снимали дачи для детей, потому что детей нужно было на воздух, и мы где-то снимали в другом месте. После того, как там начались днем перестрелки, мы как-то решили, что место небезопасное, и переехали на Николину Гору, снимали здесь дачу. Мы начали играть еще в Соснах, кстати говоря, по соседству здесь пансионат, тоже достаточно известный. И начинали мы играть совершенно поперек поля, один на один, потом двое на двое, потом люди стали приходить, приходить. Конечно, втыкали палки, как все. Просто настоящий дворовый футбол. Да и потом, когда мы переместились уже на Николину Гору, сюда, на эту площадку, то здесь мы играли и зимой, и летом. И я помню, был матч, когда вода была по бедро реально. Никто не ушел с площадки, и все ходили-бороздили эту воду и толкали этот чертов мяч, причем вода была талая какая-то... В общем, тут бойцы играли, конечно, настоящие. Потом, только, спустя уже много лет, чья-то такая трезвая голова сказала: хватит баловаться домашними этими заготовками, пора бы уж приличное что-то сделать. Пожалуй, с этого все и началось.



Александр Липницкий: Никита был одним из первых, кто бросил клич, что давайте все-таки соберем деньги, и сидящие за этим столом, собственно, эту идею и реализовали.



Евгений Кожевников: Нет, Саша, ты не прав. Никита был не первым. Никита был первым спонсором. Первый клич бросил, я не помню, то ли Раф, то ли я. Нас поддержал как раз Михаил Качалин, тебе небезызвестный, и он как раз являлся первым собирателем денежных средств со всей Николиной Горы, в том числе с Никиты, который сделал самый большой денежный транш тогда, он способствовал как раз тому, что у нас появились и хорошие ворота, и ограждение, и белое пластиковое покрытие.



Раф Шакиров: Вы сейчас видите уже буквально пятую итерацию, как сейчас модно выражаться. Это поле сначала было открытым, сейчас уже практически остались трибуны построить, тут уже обсуждаются верхние трибуны, свет, места, VIP -зоны.



Елена Фанайлова: Раф произнес словосочетание "дворовый футбол". Я хочу вас всех спросить: что это для вас? Это дворовый футбол, это какой-то вид мужского клуба, какая-то релаксация посреди вашей тяжелой и напряженной жизни?



Игорь Шабдурасулов: Нашей, не вашей, а нашей.



Елена Фанайлова: Принимается. Посреди нашей тяжелой и напряженной жизни.



Игорь Шабдурасулов: Дело в том, что я в футбол играю столько, сколько себя помню. В свое время играл даже почти профессионально в футбол, поэтому для меня это составляющая образа жизни моего или стиля жизни, как хотите. Я живу здесь недалеко, но первый раз я сюда попал, действительно, меня пригласил Никита Михалков, и мы приехали вместе с Сашей Жуковым, который сейчас у нас вице-премьерствует. Поиграли в футбол как раз на этих колдобинах, как раз на этих пластиковых не знаю чего и с торчащими корнями. Ну, и слово за слово, когда встала тема по поводу того, что, ребята, ну давайте сбросимся, что-то сделаем, действительно сбросились, действительно сделали, и площадка, как сказал Раф, уже в третьем, в четвертом или в пятом поколении превратилась в то, что сейчас есть. Сказать, что она лучшая в мире - нет. Она нас устраивает вполне.



Елена Фанайлова: Нет, она довольно скромная, но очень приличная.



Игорь Шабдурасулов: А нам не нужно ничего больше, мы же играем и зимой, и летом, и осенью, и весной. И если бы вы увидели, как мы зимой ее пытаемся чистить, это гораздо интереснее, чем футбол, и слов гораздо больше, и нагрузки выше. Так что все в полном порядке в этом плане, и народ здесь собрался в высшей степени замечательный, при том что, как вы сказали, разный статус... Я не очень понимаю, что такое статус, и социальное положение - тоже не очень понятно, потому что, когда вы играете в футбол - в дворовый или в любой другой, все равны. Во-первых, все в трусах или еще в чем-то...



Елена Фанайлова: Можно я уточню. Я сожалею, что у нас не телевидение, потому что Раф Шакиров и Игорь Шабдурасулов в прекрасной спортивной форме.



Игорь Шабдурасулов: Не то слово, покупная, дорого стоит. И действительно, игры у нас веселые проходят. А после игр мы еще и выпиваем, по крайней мере, некоторые из нас, и чувствуем себя хорошо. Так что это тот самый мужской клуб, о котором вы говорите.



Александр Липницкий: Вопрос о форме. Должен заметить, что маечку-то я уже снял, она просто мокрая от пота, а в трусах я еще в тех самых сижу, которые мне несколько лет назад на 50-летие Раф и Женя подарили, на день рождения, юбилей, в них и играю. Форма сборной СССР.



Дмитрий Морозов: А подводятся ли итоги сезона по номинациям, скажем, «лучший вратарь», «лучший нападающий»?



Александр Липницкий: Нет, вот этого у нас нет. Я только могу заметить из своих воспоминаний, единственное, что у нас изменилось, что вырос, конечно, средний уровень игроков, и такие товарищи, как Эдуард Артемьев, которого раньше всегда привозили братья Никита и Андрон, он совершенно в футбол играть не умел, но тогда у нас был такой футбол, что он мог играть, сейчас, конечно, такой игрок не выйдет, здесь все так стало немножко попрофессиональнее. И не из-за площадки, а из-за того, что сюда стали съезжаться все-таки люди немало тренированные, так скажем.



Елена Фанайлова: У нас тут, пока мы разговаривали, Раф Шакиров произвел замену потихонечку, то есть он предложил присесть за микрофон, представьтесь, пожалуйста...



Петр Лидов: Петр Лидов.



Елена Фанайлова: Очень приятно. Здравствуйте, Петр. Петр – врач Олимпийского комитета. А мы делимся впечатлениями о сегодняшнем матче. Нам Анатолия Федоровича надо попросить рассказать о том, что у вас немножко необычные правила. Как вы играете?



Анатолий Филимонов: Стараемся придерживаться международных правил. Иногда подстраиваем под себя. Прав тот, у кого больше прав.



Елена Фанайлова: Расскажите мне про эти замены. Я ведь видела, что команда «оранжевых» и команда «зеленых» постоянно… То есть мы должны пояснить для слушателей, что «оранжевые» и «зеленые» – это люди, у которых были такие оранжевые жилетики и зеленые жилетики.



Игорь Шабдурасулов: Причем в оранжевом нет никакого смысла.



Елена Фанайлова: Абсолютно. Никто даже не сомневается.



Анатолий Филимонов: И в зеленом тоже.



Александр Липницкий: На самом деле все правильно: играли мусульмане против украинцев. Мы так все время и собираемся. Мы же все читаем газеты, смотрим телевизор, слушаем радио. И в субботу приходим, например, или в воскресенье и что происходит? Говорим: ну что, сегодня играют хохлы против евреев. И мы так договариваемся, играем. Бьем нещадно. Нещадно. Кого – не скажу.



Дмитрий Морозов: Хорошо, наверное, все-таки какой-то в этом смысл есть. Вы сказали о том, что играете в «тотальный футбол», оранжевые у вас были накидки. Значит, солидарны с приглашением Гуса Хиддинка?



Игорь Шабдурасулов: Да, конечно, поскольку своих нет. Жуткая история. Я просто считаю, что пускай бы Хиддинк или Мутко сюда приехали, и мы могли бы дать пару советов, как играть, куда пас… Вы же знаете, что в нашей жизни есть три вещи, которые знают все. Первое, все знают, как лечить. Второе, все знают, как управлять страной. А третье, все знают, как играть в футбол. Мы не исключение. Поэтому мы готовы дать советы.



Елена Фанайлова: К нам присоединился еще один гость. Как вас зовут?



Амир: Меня зовут Амир.



Игорь Шабдурасулов: Из клана «зеленых».



Амир: Из клана мусульман, скажем так. Я играю против хохлов всегда.



Елена Фанайлова: А вот объясните мне. Я заметила, что вы все время менялись этими маечками. Люди, которые выходят на замену, оказываются то в команде «оранжевых», то в мусульман. Что это все значит?



Игорь Шабдурасулов: А это все очень просто. Это симпатизирующие.



Анатолий Филимонов: Нет, это двойное гражданство.



Александр Липницкий: При этом, Лена, добавлю, что некоторых вообще заменить невозможно.



Игорь Шабдурасулов: Выгнать с площадки тем более нельзя.



Александр Липницкий: Они вышли на поле, оттуда их не выгнать. Остальные меняются, те, кто поинтеллигентнее. Вот Игорь всегда уступает место, если кто-то очень рвется на поле. А некоторых не убрать.



Игорь Шабдурасулов: Да, к слову о вашем сегодняшнем замечании, что он пришел самый первый. Он очень долго одевает свои футбольные тапочки, приноравливается, какую сегодня маечку оденет – оранжевую или зелененькую, рассматривает повнимательнее тех игроков, которые одевают эти маечки, а потом, несмотря на все это, очень вяло одевает ту майку, которая ему более симпатична, и выходит на поле.



Петр Лидов
Петр Лидов: Это очень ответственное дело. Должен вам заметить, что… Вы спросили о правилах, по каким правилам играем. У нас очень сложные правила. Например, если я получаю мяч, то молодые не имею права у меня его отобрать, пока я сам не отдам.



Евгений Кожевников: И вообще, близко, на метр не подходят к Шабудрасулову, к Липницкому и к Михалкову. Если на метр подошел, значит, свисток звучит и штрафной удар.



Елена Фанайлова: Во-первых, конечно, вы привираете. Не боятся вас молодые. Если бы мы не видели, как вы играете…



Игорь Шабдурасулов: Не то слово, не боятся, бьют просто.



Амир: Нет, они уважают. Мне кажется, я могу назвать нашу сборную клубом. Я считаю, что у нас клуб, даже не команда, а клуб, потому что я сравниваю свои молодые годы, когда я ходил в институт. Я ходил в институт, как в клуб, и мне долгое время не хватало такого братства какого-то дружественного. Наш клуб является примером интернационализма. Если нужен какой-то показательный клуб, как могут уживаться между собой нации, в спортивном единоборстве выяснять отношения, добро пожаловать, мы покажем, как сначала мы ругаемся, показываем жестами неуважение, а потом после матча собираемся, и каждый друг друга угощает, единство и согласие царит за столом просто неописуемое. Я вот хожу сюда, как в клуб. Я вспоминаю свою молодость. Я сюда хожу, как в клуб, как когда-то ходил в институт. Я жду субботу и воскресенье. Реально, я жду субботу и воскресенье – снег, дождь, -20 или +35, мне абсолютно все равно, поверьте. Я приду, и я знаю, что если будет идти ливень, то кворум будет несомненно. То есть, если раньше я ходил на какие-то соревнования и у меня возникал вопрос: приходить, не приходить, придут люди или нет, здесь я на сто процентов уверен: будут люди, будут кворум и будет клубное соревнование.



Елена Фанайлова: В самом начале Раф Шакиров сказал – дворовый футбол.



Амир: Это не дворовый. У нас уровень игры, то есть я говорю о мастерстве, медленно-медленно, но повышается. Приходят люди, которые минимально знали о футболе, а сейчас они с помощью всяческих угроз и стимулов начинают потихонечку приобщаться к настоящему футболу, не дворовому, а такому, какой можно иногда увидеть и по телевизору. У нас иногда бывают такие голы, которые, если заснять на пленку и показывать хрестоматийно, запросто могут сойти за шедевры.



Петр Лидов: Я очень хорошо помню те годы, совсем молодые, тогда я еще под этот стол, наверное, пешком ходил. И вот я ходил вокруг этого так называемого «футбольного поля» со щитами между соснами, там пыль глотали все, и с завистью смотрел, как Саша Липницкий, Никита Михалков и их все друзья играют в футбол. Но они меня категорически не брали в свою команду, и я даже не просил, потому что разница в возрасте была в то время очень приличная. И был один момент, когда вдруг кто-то бьет такой мощный удар и мяч попадает мне со всей силы в лицо, я куда-то лечу, естественно, футбол прекращается, все подбегают ко мне… Представляете, пацану такому по голове? И я помню единственное, что, когда я очнулся, говорю: дяди, а возьмите меня в футбол играть! И после этого они меня взяли в футбол играть. И вот так происходило мое становление. Они все играли на меня, никто не кричал, никто не обижался, что я дам какой-то плохой пас. Вот с этого все начиналось, мое здесь становление, как местного футболиста. Игра эта была, конечно, завораживающая, когда обводили сосны, действительно, самый большой классик футбола здесь был, виртуоз, это Саша Липницкий, а всегда в противовес ему был Никита, которые всегда возглавляли одну и другую команду. И шла безусловная рубка и дружба.



Елена Фанайлова: Прекрасно они выглядят оба на площадке и сейчас.



Александр Липницкий: В связи с воспоминаниями хочу рассказать матч, который у меня остался в памяти очень сильно. Это был 80-й год, я тогда только подружился с группой «Аквариум». Надо сказать, что ребята были очень способные к музыке, но абсолютно не способные к спорту. И вот они приехали ко мне на день рождения, и здесь, как всегда, был футбол, и шел дождь. Самые лучшие игры здесь, конечно, когда гроза июльская. Петя не даст соврать, вот эти несколько матчей в грозу, когда люди выдерживают молнии и страшный ливень и играют час, пока она не кончится, они остаются в памяти. И вот такая была игра. Я в тот раз стал играть с группой «Аквариум» против сборной Николиной Горы, то есть ушел из сборной, чтобы сыграть с моими новыми друзьями, рок-музыкантами. Гребенщиков - единственный, кто не играл, потому что он совсем к спорту – мимо кассы. Все остальные играли. Артем Троицкий - абсолютно некоординированный человек, но очень упертый. Сева Гакель, Дюша, покойный мой друг Андрей Романов, Миша Файнштейн, вызывал то есть состав «Аквариума». И как ни странно, на духе мы обыграли. Я вот не помню, играл ли Петя, Никита точно играл. Вот, я помню, был матч – 10:7. Прошло с тех пор 20 лет, но я очень хорошо помню, что в футбол иногда можно выиграть только за счет какой-то внутренней энергии, потому что мастерством, конечно, наша команда уступала.



Елена Фанайлова: Мы тут в перерыве заговорили о молодом поколении. Так что хотел сказать Раф Шакиров?



Раф Шакиров: Я-то себя все еще отношу к молодому поколению, поэтому Петр Лидов, безусловно, лучше расскажет, как старший товарищ.



Петр Лидов: Сейчас мы наблюдаем совершенно удивительную картину, чего раньше не было однозначно. Раньше, когда не было вот этого футбольного поля, не было тренера по футболу, и вот этот непрофессиональный футбол, который здесь всегда был, был единичным. Была волейбольная секция, была теннисная секция, а футбольной секции не было. И вот благодаря некоторым энтузиастам, ну, основные здесь сидят…



Елена Фанайлова: Шабдурасулов при этом делает такое отсутствующее лицо, хотя на него все смотрят.



Игорь Шабдурасулов: Профи, какой энтузиаст, что вы?!



Петр Лидов: …была построена вот эта совершенно потрясающая площадка круглогодичная, с уборкой, и вдохновитель и организатор всех наших побед Анатолий Федорович на общественных началах начал тренировать детей, в частности, тренирует и моих, и Игоря сейчас будет тренировать, и Сашиных детей, и Рафа, и Жени, и своих многочисленных, у него очень много детей. И уже внуки, наверное, пошли, Анатолий Федорович?



Анатолий Филимонов: Да, пошли.



Петр Лидов: И здесь, по сути дела, в плане массовости футбол стал конкурировать с традиционным волейболом, который на Николиной Горе. Дети с горящими глазами бегут сюда, забывая обо всем на свете, только бы здесь побегать. Они все отмечают одно, самое главное у нас в тренере – это доброжелательность и любовь к детям, о профессионализме я даже говорить не… даже упрекнуть Анатолия Федоровича в этом невозможно, это действительно настоящий профессионал. Но ту любовь, которую он излучает, и дети это все видят и чувствуют… И поэтому дополнительное вот это желание, с которым они бегут сюда, связано непосредственно с их тренером замечательным.



Елена Фанайлова: Анатолий Федорович, я вас хочу спросить. Молодое поколение всегда ругают. Как прошлые, те, кто уже выросли? Вы, наверное, их больше любили, а нынешние, наверное, капризные?



Анатолий Филимонов: Как капризные?



Петр Лидов: С возрастом любые дети у него крепнут.



Анатолий Филимонов: Да у меня большая тренировка, потому что я пятикратный дед, у меня внуков и внучек пятеро, так что у меня любовь и к посторонним тоже натренированная, так что все в порядке, все сходится, Лидов прав.



Дмитрий Морозов: Господа, когда легионеры появятся у вас в команде?



Анатолий Филимонов
Анатолий Филимонов: Есть. Я могу рассказать. Дерк Сауэр, глава Independent Media, надо сказать, много лет для всего иностранного легиона в Москве вместе с остальными иностранцами – дипломатами и журналистами – снимал поля в Москве. Но после того, как появилась такая замечательная площадка и такой замечательный тренер, он своих детей перевел на тренировки вот сюда, и буквально каждый второй день они здесь, все его дети, и сам Дерк, и он мне говорится, что впервые видит место, где любовь к футболу поставлена на уровне Голландии, где просто лиги, футболистов разводят, как тюльпаны, как известно, на продажу.



Анатолий Филимонов: Так что три голландца у нас уже есть.



Елена Фанайлова: А, скажите, может быть, кто-нибудь из ваших питомцев отсюда, с Николиной Горы, оказался в большом спорте?



Анатолий Филимонов: Пока нет, но хотелось бы надеяться, но ребята есть хорошие.



Дмитрий Морозов: Это какой чемпионат мира – 2016-го, 2020-го?



Анатолий Филимонов: Ну, как у нас будет.



Петр Лидов: Все здесь грамотные люди, не хотят своих детей в большой спорт отдавать.



Анатолий Филимонов: Петя нам не советует в большой спорт отдавать, потому что тот же Женя Кожевников полгода не играет из-за травмы.



Елена Фанайлова: Мы сожалеем. Конечно, очень не хотелось об этом говорить, но когда Шабдурасулов выходит с поля, такой вполне еще разгоряченный, и тянется за сигаретой, это как, это вот что?



Анатолий Филимонов: Это он восстанавливает дыхание.



Игорь Шабдурасулов: У нас же есть контрактные обязательства фактически у всех. Я, например, подписал контракт с Reynolds Tobacco, и они все в ремя проверяют, вы просто не заметили. Я должен выйти с поля и сразу сигарету в зубы, потому что иначе контракт пропадает. Кто-то рекламирует стероиды, вот Петя. Кто-то анаболики. У нас здесь легионеров, вы не можете себе представить, они дорогие очень, трансферы очень дорогие.



Александр Липницкий: Телекамеры скрытые в насосных установках.



Петр Лидов: Лига чемпионов – дети все по сравнению с обязательствами, которые несут тут люди.



Елена Фанайлова: Ваша игра происходит во время мирового футбольного чемпионата. Я не сомневаюсь, что вы все смотрите его. Стиль игры какой-нибудь команды произвел на вас неизгладимое впечатление в этом году и, может быть, повлиял на вашу собственную игру?



Игорь Шабдурасулов: Конечно, мне очень Украина понравилась. Как они в защите играли в последнем матче с испанцами или в первом, там, не знаю, вот примерно также у нас играют. Поэтому есть все шансы, если испанцы сюда приедут, то результат будет примерно такой же. В принципе наш идеал – это сборная Аргентины по состоянию на сегодняшний день, так, как они сыграли с сербами. Понятно, что страна развалилась, народ в расстройстве, гимн не знают, чей петь, но 6:0 – это практически…



Александр Липницкий: Как Ямайка.



Игорь Шабдурасулов: Да, практически.



Александр Липницкий: Я хочу присоединиться к оценкам сборной Аргентины, потому что если бы я до трех часов ночи не смотрел футбол, точно бы сегодня гол не забил, а я сегодня забил одним из первых, потому что меня они просто восхитили своей игрой, аргентинцы. Я бы даже не сказал, что уж столь плохи были сербы-югославы, сербы-черногорцы, но просто Аргентина, конечно, Бразилия, на мой взгляд, являются явным фаворитами этого чемпионата.



Анатолий Филимонов: Еще симпатичная команда Португалии. Ну, это те же бразильцы.



Елена Фанайлова: По темпераменту?



Анатолий Филимонов: Ну, и по технике, по мысли.



Раф Шакиров: Вы знаете, на самом деле много открытий на этом чемпионате, как всегда и бывает, но что меня, например, неприятно, если честно, поразило, это трансляции и комментаторство. Во-первых, были, если вы помните, в начале чемпионата случаи, когда гимны, когда исполнялись, заполнялись рекламной паузой. Мягко говоря, некорректно, да? Во-вторых, возможно, это связано с правами, которые выкуплены нашими каналами, но повтора голов ни в новостях, нигде я не видел, правда, надо сказать, что и на Euronews’е не видел тоже. Только жесткие права на трансляцию. Конечно, это расстраивает. Я не знаю, как из этого выйти, но, как болельщик, я, например, раньше на чемпионате мира смотрел повторы голов и так далее. Сейчас я только если один раз или два в футбольном клубе и то в свое время. Я точно знаю, вот этого нет всего - повторов, «разбора полетов». И, например, когда англичане забили гол (я был на юбилее), и только на повторе видел, как англичане нарушают правила, дергают за косичку защитника, фамилию которого я не помню (не надо носить косичек), и забивают гол. Гол красивый, но с явным нарушением правил. Причем так элегантно это все делают, по-английски, что судья, конечно, всего этого не видит. Но трансляция, конечно, расстраивает. Анатолий Федорович не стал нам сегодня делать «разбор полетов», но «разбор полетов» – это отдельное удовольствие. Я считаю, что Вася Уткин - прекрасный комментатор, не только Вася, конечно, Маслаченко, который иногда просто своей русской речью, как Черномырдин, нас радует и оборотами своими. Но в большей части своей знаете, что расстраивает? Мы иногда тут смотрим футбол или у себя дома, отошли чаю налить или не чаю, там уже 3:2, а по интонации никогда этого не пойму. Страсть эта к футболу, которая есть здесь, и, слава Богу, мы тут орем так, как будто бы… что там Лига чемпионов! Но вот комментаторы какие-то холодные пошли, мягко говоря, непрофессиональные и холодные. Это раздражает.



Александр Липницкий: Я, как журналист, абсолютно согласен с Рафом. Меня Василий Уткин просто возмутил своим отношением к проигрывающей команде Сербии-Черногории, просто это были оскорбительные высказывания, и я поэтому и в эфире высказал свое отношение. Такого раньше себе не позволяли, даже в эпоху такого противостояния, я имею в виду, двух лагерей, двух систем, ни Озеров, которому приходилось, конечно, за Советский Союз отвечать, но такого оскорбительного отношения не было, я был поражен.



Игорь Шабдурасулов: Чушь собачья. Тот же Уткин, когда играла Англия и когда он начал нам рассказывать про то, какие замечательные пасы, как бы с иронией и с сарказмом, после того, как англичане положили два таких… Ну, иди, сходи, выйди на поле, попробуй это сделать так, как они сделали, а потом будешь разговаривать. Знаете, был такой хоккейный тренер, собственно, он и сейчас еще жив-здоров, Николай Иванович Карпов в «Спартаке», в сборной Советского Союза. У него любимая присказка была, когда его спрашивали «а ваши впечатления?», он говорил: смотри на табло. Вот есть счет – вот он счет, нет счета – нет, а уж тем более пытаться иронизировать или делать глубокомысленные заключения, как нужно было сыграть. Иди туда, одень эти ботинки, попробуй.



Раф Шакиров: Я тут в защиту комментаторов скажу, что хотя я поругал их в массе своей, что называется, но я считаю, что Вася – человек профессиональный, я с ним работал…



Игорь Шабдурасулов: Дай ему Бог здоровья.



Раф Шакиров: Дай ему Бог здоровья. Но никто никогда ни Тарасову, который, который, кстати говоря, футболистом или хоккеистом никогда не был, ни другим ничего не говорил, хотя они были, мягко говоря, не специалистами. Важно было, с какими чувствами ты комментировал. Ну, хорошо бы, конечно, еще и разбираться в том, что происходит на поле, я не спорю, потому что иногда повтор крутят, а человек мне говорит совершенно обратные и правилам, и тому, что я вижу, вещи. Или, например, «сносят» игрока, у него травма, важный момент перелома в игре, его выносят с поля, в это время я слышу историю какой-то сборной, а вот то, что происходит на поле, не волнует абсолютно, тотально. Только в этом дело. Конечно, можно не соглашаться с Васей Уткиным, тем более что все мы, конечно, болели за сборную Англии, это понятно. Я был на юбилее, человек сидел и смотрел тупо совершенно, не отрываясь, на компьютер. Я спросил: трансляция что ли? Нет. Знаете, в интернете у него висело – 0:0, и он ни о чем говорить не мог, у него был паралич, он смотрел в интернет – 0:0, его спрашивали: может, завис, перезагрузись. И он смотрел на этот 0:0, пока не стало 1:0, 2:0, потом он ожил, стал говорить, как-то даже тост произнес, а так смотрел и все был в ступоре абсолютно.



Игорь Шабдурасулов: У нас здесь комментаторов, на Николиной Горе, не будет.



Елена Фанайлова: Я хотела задать вопрос: а вы-то не хотели бы себе завести судью, комментатора?



Игорь Шабдурасулов: У нас судьи есть.



Раф Шакиров: А судьи кто? - у нас всегда они спрашивают. Люди интеллигентные. Знаете, соберешь больше 11 человек, все.



Елена Фанайлова: Анатолий Федорович является судьей?



Александр Липницкий: Анатолий Федорович. Если он не играет на поле, как правило, мы его стараемся со свистком оставить один на один.



Петр Лидов: Давайте я вам расскажу одну интересную историю. Когда мы едем на Николину Гору, то проезжаем Горки, и там футбольное поле рядом с дорогой, огромное-огромное. Вот я ездил все время по этой дороге с родителями, потом самостоятельно, и все время думал: как хочется поиграть на этом футбольном поле, так ни разу не доводилось. И потом вдруг неожиданно я познакомился с Анатолием Федоровичем, начали играть здесь, на Николиной Горе, а мне 40 лет уже стукнуло. Анатолий Федорович мне говорит: Лидов, давай в нашу команду на первенство района Одинцовского поиграем? Я говорю: да ладно, Анатолий Федорович. Да у нас там команда, мы и так там последнее место занимаем, предпоследнее. В общем, я согласился на эту авантюрную идею. Стал то ли защитника играть, то ли вратаря, вратарь тогда был травмирован. До этого еще сказал: ну мы как бы так в прошлом году начали выступать. До этого с двухзначным счетом проигрывали в основном. Но тут начали играть, начали тоже проигрывать, но уже не с двухзначным счетом, 8:0, 8:1, даже иногда 8:2, иногда у нас игроков просто не хватало. Я периодически то на воротах стоял, то… И вот у нас один выездной матч, едем куда-то, и Анатолий Федорович нас созывает всех, говорит: ребята, значит так, мы должны выиграть сегодня или показать себя, бойцовский характер наш. Команда занимает то ли последнее, то ли предпоследнее место. И мы настроились и начали играть. Рубка шла страшная. Мы выиграли 2:1. Это единственный матч, который мы выиграли. Анатолий Федорович судил этот матч, судил красиво, конечно, поэтому мы и выиграли. Он очень объективно судил. Там все против нас судили, а тут он – за. И выиграли мы, радуемся так. А команда совсем… как будто у нее украли, я не знаю, мать родную, выглядела так: серые лица, возмущение, свист. Побить пытались нас даже. Потом Анатолий Федорович так смотрит таблицу первенства и говорит: ребята, я что-то перепутал, вот команда, по-моему, первое место занимает. Он не так смотрел таблицу - сверху вниз и подумал, что это последняя шла. Вот так у нас был единственный матч, который мы выиграли, никогда не забуду этого эпизода.



Игорь Шабдурасулов: Fair play у нас. У нас fair play. Это только на чемпионате мира думают, что они первые, FIFA придумал fair play. При мне уже лет 10 fair play, а до меня, наверное, еще лет 30. Поэтому будьте уверены, без проблем.



Елена Фанайлова: Вы знаете, вот о чем я думаю, когда на все это смотрю. Это такой прекрасный мужской, мальчишеский, почти детский и в то же время очень такой серьезный мир, очень мне симпатичный. А вот представить, что пришли какие-то чужие ребята, какие-то чужие люди (ну, чужие – я говорю в очень разных смыслах) и говорят: мы хотим с вами сыграть, пустите нас на свою полянку. Вот таких случаев не было?



Раф Шакиров: Конечно, бывали. У нас всегда, как в том анекдоте. «Владимир Ильич, вам завтра выступать перед рабочими Путиловского завода». Он ответил: «Штука». Нет, если говорить серьезно, мы всегда откликаемся…



Александр Липницкий: На более серьезные предложения.



Раф Шакиров: Судью только определяем сразу и все.



Елена Фанайлова: А наоборот, поопекать какой-нибудь молодежный клуб где-нибудь не на Николиной Горе, не приходила в голову такая мысль?



Петр Лидов: Вот Анатолий Федорович скажет, что клуба такого закрытого-то и нет.



Анатолий Филимонов: Нет, но здесь ребята из Сосен, из Успенского, здесь все ребята, которые проживают рядом, все абсолютно свободно могут приходить и тренироваться.



Александр Липницкий: Я могу добавить, что когда мы были мальчишками, нравы здесь такие еще были, по-настоящему дворовый футбол – это всегда драки, и когда сосенские приходили сюда, мы играли, но также здесь торговали водкой и портвейном, то «нагревались»… Сейчас-то здесь никто не пьет перед игрой, а раньше было принято. Кончалось это очень часто драками здесь, напряжение было всегда. Приходили из соседних деревень. Абсолютно это изменилось в последние годы. Можно сказать, что климат психологический, конечно, во многом изменился в лучшую сторону. Хотя двое кавказцев среднего возраста все-таки умудрились подраться несколько месяцев назад.



Елена Фанайлова: Они играли или смотрели?



Александр Липницкий: Нет, они играли, наши друзья, но темперамент привел к настоящей драке. Пришлось растаскивать, остужать.



Игорь Шабдурасулов: Ну хорошо, одного я знаю, а второй-то никакого отношения к Кавказу не имеет. Прибалтийский кавказец.



Раф Шакиров: Да, северокавказский, как шутили, конфликт. Человек с севера и с Кавказа.



Евгений Кожевников: Мне рассказывали еще какую-то жуткую историю. Так как я первые дни после своей болезни, травмы пытался тут приходить болеть, и потом мне просто это было очень больно для себя лично – все время хотелось участвовать во всем этом. Я мимо забора проходя, вдоль остановочки, из-за остановочки на вас смотрел, потому что как-то совсем уж больно мне было, хотелось выйти на площадку. Вы мне рассказали какую-то жуткую историю, которая редко возникает…



Игорь Шабдурасулов: На самом деле здесь реальная компания, нормальные люди.



Петр Лидов: На самом деле, если у нас что-то и происходит, то потом, естественно, мы все друг перед другом извиняемся, обнимаемся, идем и продолжаем извинения за разливаниями алкогольных напитков.



Игорь Шабдурасулов: Нормальная компания, нормальные люди и тот самый пресловутый статус никому здесь не важен. Кто хочет играть, тот играет, кто любит играть, тот играет. В этом смысле мы совершенно не какое-то, там, уникальное явление, но посмотрите, масса мест в Москве или под Москвой, где угодно, где собираются компании людей, живущих рядом, играющих в футбол, любящих это дело. Поэтому, если говорить серьезно, все в порядке. Ждем в гости.



Елена Фанайлова: Может быть, опять про мировой чемпионат?..



Дмитрий Морозов: В этом чемпионате не принимает участия сборная России. Как вы считаете, есть ли шансы нам увидеть российскую сборную в 2010 году в Южной Африке?



Александр Липницкий: Я считаю, что, к счастью, она не попала на этот чемпионат, потому что остальные наши братья-славяне настолько там опозорились, практически все, и быть на месте югославской команды или Украины, которые были просто разгромлены... Лучше нам, может быть, действительно, хороший голландский тренер немножко и поможет через несколько лет?



Евгений Кожевников: Я считаю, прежде всего он должен поработать с командой и не год, не два. Я думаю, минимум, три года. Думаю, если к следующему чемпионату мира он останется наставником сборной, тогда, может быть, что-то произойдет кардинальное именно в тактическом плане в нашей сборной. Я не говорю, что у наших футболистов сборной… Я думаю, что как раз наша молодежь, которая выиграла чемпионат Европы, до 17-ти лет, это, безусловно, огромный успех. Я прежде всего рассуждаю с точки зрения бывшего спортсмена, как правило, всегда есть огромная толика, конечно, от наставника. Если не будет на него давления, если он будет брать тех игроков в команду, которые действительно способы, без блата, без чьего-либо указания, то я думаю, что, может быть, именно в этом смысле, в тактическом смысле наша команда будет играть очень грамотно. То, что у нас нет виртуозов, отдадим должное, их по большому счету быть не может, нам далеко и до бразильцев, и до аргентинцев, это безусловно. Но яркие люди у нас есть, яркие спортсмены есть среди футболистов. И самое главное, из них, конечно, из этого зерна вырастет…



Дмитрий Морозов: Спорт смены-то есть, а футбольная бюрократия тоже не исчезает, никуда не девается.



Евгений Кожевников: Я знаю, что именно этого тренера пригласили с целью, что ему препоны устраивать не будут. Если будут препоны, как раз независимо от его гонорара, он уйдет. Слава Богу, у него предложений хватает. Надо посмотреть, как выступает сборная Австралии, про которую никто никогда не слышал, а до этого выступала сборная Кореи, о которой тоже никогда никто не слышал, но тем не менее они добиваются успехов, и они еще могут выйти из подгруппы, то, чего нам не удавалось на протяжении последних 35 лет.



Елена Фанайлова: А Анатолий Федорович Филимонов как относится к отсутствию России на мировом чемпионате?



Анатолий Филимонов: Ну как? Меньше инфарктов.



Игорь Шабдурасулов: С точки зрения доктора Лидова, отсутствие сборной России на чемпионате продолжает…



Петр Лидов: Повышает смертность и рождаемость.



Александр Липницкий: Мне кажется, очень интересным было бы, если бы Анатолий Федорович вспомнил, за счет чего команда, которой он отдал всю свою жизнь, московское «Торпедо», в период, когда она блистала, когда там играли такие люди, как Валерий Воронин, Валентин Иванов, Эдуард Стрельцов, Батанов и прочие, он это хорошо помнит, за счет чего такая команда мирового класса создалась в Москве? Может быть, есть какие-то воспоминания на этот счет и обобщения?



Анатолий Филимонов: Маслов…



Александр Липницкий: Это тренер «Торпедо» тех времен знаменитый.



Анатолий Филимонов: Маслов и подбор игроков от Бескова, они же в основном все вышли из детской спортивной школы ФШМ. Пять человек – Воронин, Маношин, Гусаров… – это все игроки бывшей детской спортивной школы ФШМ. Действительно, тогда просто время было такое, что ребятам нечем было заниматься, кроме футбола. А сейчас больше соблазнов, отсюда и рассеивается внимание у детей. Одна надежда только на голландца, выходит, делается сегодня.



Раф Шакиров: Нет, вообще, футбол должен превратиться в бизнес, нормальный бизнес, клубный бизнес. У нас, знаете, что в газетном деле, что в клубном футболе еще мало как-то… Деньги большие крутятся, а реально еще мало зарабатывают. Знаете феномен «Реал Мадрида»? Играют ужасно, а зарабатывают больше всех. Вот пока этого бизнеса не будет, у нас тоже мало что хорошего произойдет. И еще один момент финансирования. Хотя все-таки ставка на западных звезд, может быть, и правильная, придает некий стимул нашей игре, но я согласен с мнением (оно не мое), что футбол должен строиться, как пирамида: детские юношеские спортивные школы, вот этот дворовый футбол должен вырастать потом в клубы, талантливые игроки должны переходить, финансирование должно идти снизу. Покупать звезд можно, конечно, и нужно, наверное, для клубного футбола, потому что это некий флаг, за этим следит телевидение, оно транслирует и так далее. У нас некому финансировать «Кожаный мяч», условно говоря, каждый год ищут спонсора… Я с Симоняном говорил, это ужасная тема. Каждый год ищут спонсора, тяжелая история. Если бы снизу шло финансирование, то из этого бы вырастал футбол своих собственных, родных звезд. Посмотрите на Францию, они же в свое время приняли закон, что любой клуб высшей лиги не имеет права выступать, вплоть до отлучения из высшей лиги, если у него нет детской, юношеской спортивной школы, по-нашему. Эти школы возникли, потом возникла эта генерация игроков. И сейчас закон-то уже перестал действовать по факту, потому что каждый клуб держит такую школу. И, казалось бы, вроде бы ерунда, а у нас Дума занимается всякой ерундой, вот этот бы закончик принять не мешало бы.



Игорь Шабдурасулов: По поводу развития или не развития, не во всем, может быть, соглашусь. Посмотрите на этих пресловутых звезд, которые сегодня играют в российском футбольном чемпионате. Звезда Жо забил столько, что все уже с ума сошли. Кто такой? Вообще никто и звать его никак. И какая там сборная Бразилии. Короман. Говорят: хороший игрок. Вот мы сейчас видели за сборную Сербии… Мама дорогая. Или еще кто-то. Вот, к сожалению, уровень тех пресловутых звезд, которые попадают в наш чемпионат. Дело же не только в деньгах, разговор идет о том, что деньги – это еще не все. Много денег – это тоже еще не все. Поэтому есть вот эта проблема. Что касается проблемы школ – детских, прочих, поверьте, уже достаточно давно и в футболе, и в хоккее, то есть в наиболее таких престижных видах спорта, есть это условие: клуб не может играть, если нет школы и прочее, и прочее. Но Раф абсолютно прав. Бред в другом, бред в том, что или сумасшедший меценат, фанат футбола или хоккея платит деньги - давайте, ребята – или некий губернатор, то есть ресурс административный, - хочу, значит, будет. Дай Бог, если он хочет, не только чтобы его команда стала чемпионом на год, но еще и развивать детский футбол или еще что-то. Ну, и третья позиция – это чистой воды административный ресурс, когда вызывают за какие-нибудь ворота и говорят: теперь ты будешь спонсором. Не создано никакого инвестиционного климата привлекательного, так, как это сделано в Европе, в Америке применительно к разным видам спорта. Но уже если так, по-серьезному, вот отсюда нужно начинать. Что Хиддинк? Ну, придет Хиддинк, по телефону поруководит командой. Дальше что?



Елена Фанайлова: На такой пессимистической ноте не хотелось бы заканчивать программу.



Петр Лидов: Приезжайте на Николину Гору, получите оптимизм. Действительно, ведь пессимистическая нота несет в себе надежду, что какой-то будет совершенно другой подход, более оптимистичный. Мы живем этим оптимизмом. Но ведь абсолютно прав и Анатолий Федорович, и Раф, и Игорь, и в плане детских спортивных школ, то обнищание духовное нации, где мы сейчас живем, коснулось и профессионального спорта, может быть, в еще большей степени, и коснулось так, что захлестнуло детские спортивные школы. Я вам действительно говорю о том, что селекционная работа там невозможна в принципе, потому что по звонкам, по каким-то финансовым взаимоотношениям проталкивают бесталанных. Мало того, в детскую спортивную школу, в детский спорт пришел допинг. Показывают результаты – селекция идет именно еще и на этой основе. И вот это паралич спорта вообще в принципе. То же самое касается и футбола. Пока не будет детских спортивных школ в том виде, в котором они должны быть – с хорошей зарплатой тренера, с отсутствием такого «правильного» подхода, который был в советские времена, не будет футбола и у нас, в России. Поэтому какой 2010 год? Да, конечно же, нет. Если мы там опять будем позориться… Не подросла еще смена тех футболистов взамен этим, которые бы действительно демонстрировали мировой уровень футбола. Это моя точка зрения. А мы живем надеждой, что это когда-то закончится. И в отношении тех маленьких уголков, где существуют такие тренеры, как Анатолий Федорович, на которых все равняются, у которого нет принципа селекции, который здесь занимается детьми ради того, чтобы они получали удовольствие, совершенствовали отдачу или мастерство. Может, действительно, кто-то из них станет выдающимся деятелем науки, искусства или в какой-то другой области, и он будет гордиться тем, что был знаком с таким человеком, который дал ему возможность не курить, не пить, не принимать наркотики. Это же великое дело – отлучение от этого через спорт.



Елена Фанайлова: Пока в спорте страны все плохо, небольшая группа мужчин на небольшом участке земли воспитывает своих сыновей путем совместной игры в футбол.


XS
SM
MD
LG