Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Какие события на телевизионном рынке существенно изменили "индустриальный" пейзаж


Анна Качкаева: Телевизионный сезон подходит к концу. Со зрителями до сентября начинают прощаться ведущие итоговых субботне-воскресных программ. На посту еще остаются те из них, кому предстоит освещать саммит «Восьмерки». Но к середине июля большинство каналов впадут в летнюю спячку, оставив в эфире повторы и немногочисленные предосенние пробники. Обкатку премьер не будут устраивать на НТВ и на канале «Россия». Уже традиционную жатву летних рейтингов наверняка устроит «Первый» канал, где отложенный конец сезона плавно перетекает в начало следующего.


Каким был сезон уходящий? Каковы тенденции и закономерности? Какие программные решения принесли телевидению успех, а какие – неудачу? Какие события на телевизионном рынке существенно изменили индустриальный пейзаж? Обо всем об этом мы уже по традиции, шестой год подряд, будем разговаривать с моими коллегами – журналистами Клуба «Телепресса», которые пишут о телевидении в разных изданиях.


Сегодня со мной в студии – люди, которых вы в течение года неоднократно слышали. Итак, это Арина Бородина, «КоммерсантЪ», Елена Афанасьева, «Эхо Москвы», Юлия Ларина, «Огонек», Наталья Ростова, «Новая газета», Александр Мельман, «Московский комсомолец», Сергей Фомин, «Телефорум», Евгений Кузин, «Известия».


А вас, уважаемые слушатели, я прошу высказываться о неудачах и удачах телевизионного сезона, о худших и лучших программах, о событиях, о персонах.


Итак, начнем мы с индустриального пейзажа. Запуск новых каналов, премьерный кинобум, обязанный своим появлением телевизионной энергии, подготовка к «цифровизации всей страны», новый закон о рекламе, приближающийся к европейским стандартам, выход на биржу «СТС-Медиа», смена собственника на « Ren - TV » и смена руководства ТВЦ, интерес зарубежных инвесторов к телевизионному бизнесу России, наконец, объявленная «Газпром-Медиа» первая выплата дивидендов по результатам финансового года – все это говорит, разумеется, о том, что телевизионная индустрия в России на подъеме. Как эти и другие события, по вашему мнению, меняют ландшафт? Елена Афанасьева, пожалуйста.



Елена Афанасьева: Хотя, наверное, про индустрию лучше Арине начинать, специализирующейся в газете «КоммерсантЪ» на каких-то более индустриальных вещах.



Анна Качкаева: Ничего, она подхватит.



Елена Афанасьева: Мне кажется, что несколько ключевых моментов было сходных, индустриальных, естественно, когда индустриальный процесс имеет выход в процесс творческий.


Впервые за долгие годы руководители каналов перестали претворяться, что они делают такое замечательное телевидение, чудесное для всех, и признались, что аудитория поменялась. Аудитория стала, если говорить открытым текстом, а не завуалированным, как это делали они, аудитория стала менее образованной, более маргинальной, менее платежеспособной, а значит, уровень доходов низкий и уровень возможностей проведения свободного времени в других сегментах культурных развлечений отсутствует. И поэтому у телевидения остались те, кому интересно телевидение, менее востребованное интеллектуальной аудиторией. Оттого такой интерес к низким жанрам. Именно это диктовало какие-то вещи в политике руководителей.


Что касается индустриальных вещей, мне кажется, кроме того, что назвала Анна, крайне важная ситуация... может быть, Арина больше скажет по поводу рейтингов...



Анна Качкаева: Ну, это мы выделим в отдельную тему.



Елена Афанасьева: Все, что определяло в прошлом году существование рынка, - это конкуренция «Первого» и «Второго» каналов, когда они шли ноздря в ноздрю, чуть опережал «Второй» канал, канал «Россия», начиная с апреля он начал потихоньку выигрывать у «Первого». Потом, осенью они шли ноздря в ноздрю. И где-то с марта, по-моему, это позиционное равенство нарушилось - снова «Первый» рванул вперед.


В этот момент ВГТРК, куда входит канал «Россия», стал активно пропагандировать другую свою ипостась – то, что они структура не одного канала, а многих каналов. И вот это очень важно для индустрии. Конкуренция программами, по сути, закончилась. Начинается конкуренция каналами. Это именно важно в сфере той самой «цифровизации всей страны», о которой сказала Анна, и тех совещаний, которые стал проводить наряду с совещаниями по национальным проектам вице-премьер Медведев, индустрия живет в ожидании цифрового телевидения, и понимает, что дальше конкурировать придется каналами. От этого и запуск многих каналов, которые появились на нашем пространстве в этом году, включая последний, стартовавший два дня назад, «Вести 24», круглосуточный.



Анна Качкаева: Юлия Ларина, пожалуйста.



Юлия Ларина: Я бы тоже, наверное, выделила цифровизацию телевидения, как основное событие. Потому что оно коснется всех граждан страны, у которых дома есть телевизор. Им надо будет или покупать приставку, или менять телевизор. И Россия отстает в этой сфере от западных стран на несколько лет. Многие уже вот-вот перейдут к цифровому телевидению. Мы только беремся за это дело. Я была в Мордовии, в единственном регионе страны, где цифровое телевидение уже есть. Правда, там не на государственном уровне это делается, а коммерческая компания продает приставки и устанавливает...



Анна Качкаева: Тем не менее, это государством решенные два региона – Мордовия и Ханты-Мансийск.



Юлия Ларина: Да. Но в Мордовии, в деревнях уже смотрят. И, действительно, для людей это благо. Конечно, это дорого по местным меркам, и, может быть, даже по московским. Но все равно у них два канала, второй показывает с помехами, и тут вдруг сразу 12 каналов. Но там есть смешная деталь. Поскольку все-таки действительно это большие деньги для населения, то можно купить в рассрочку и установить в рассрочку это цифровое телевидение...



Анна Качкаева: А вот там и отрабатывается система выдачи кредитов. Сколько это пока стоит в Мордовии?



Юлия Ларина: 2,5 тысячи. И есть второй момент: можно рассчитаться сельхозпродукцией. То есть можно рассчитаться картошкой, свеклой.



Елена Афанасьева: А чем в городах будут люди рассчитываться?



Юлия Ларина: То есть, с одной стороны, мы вроде бы приближаемся к цивилизованному миру. Но с другой стороны, как этому цивилизованному миру объяснить, что мы за цифровое телевидение расплачиваемся картошкой?!



Анна Качкаева: Арина Бородина, пожалуйста.



Арина Бородина: Вы знаете, я в отличие от Лены и Юлии, наверное, и от Анны тоже, я пессимист по части цифрового вещания. Я, конечно, внимательно за этим слежу, за совещаниями...



Елена Афанасьева: Арина, мы не говорили, что мы оптимисты. Мы сказали, что это одна из тенденций сезона.



Арина Бородина: Я как раз говорю, что пессимист в том, что я не разделяю, что цифровое вещание – это одна из главных тенденций сезона. Пока кроме пустых слов... ну, не пустых, может быть, они и не пустые, пока заседания и картинки с Дмитрием Медведевым, думающим Сурковым, которого на одном канале на этом заседании показывают, а на другом нет, хотя картинка абсолютно одинаковая – ну, это так, в сторону.


Я считаю, что, конечно, главное, если говорить об индустриальных итогах сезона, - это выход СТС на международную биржу. Акции будут торговаться на международном уровне в свободной торговле. И это огромный прогресс для российского медиарынка. И я понимаю, что многим компаниям теперь, и не только телевизионным, но, так или иначе, связанным с медиа или с кинопроизводством, следом пойдет, возможно, одно из подразделений «Видео Интернешнл», конечно, это очень серьезный, показательный пример. И даже завистники, а их тоже немало, в общем, по-хорошему СТС завидуют. И это большой успех.


Вот по поводу ТВЦ тоже скажу, что, на мой взгляд, это существенная, мне кажется, перемена. Хотя особенных результатов надо ждать уже в сезоне следующем. Потому что поменялась команда. Но вопрос в другом. Эти перемены очень сильно зависят от политики. И у нас вообще уже не первый сезон по-прежнему, на мой взгляд, индустриальные итоги, они очень зависимы от политики.


Так же, кстати, как и случай с «Газпром-Медиа», с дивидендами. Вот недавно мы все получили эту информацию. Но это тоже, на мой взгляд, очень сильно зависит от политики, потому что «Газпром-Медиа» - это компания действительно успешная. Но во многом она зависит от того, что ее главный акционер - «Газпром», который, как мы знаем, очень близок к действующей власти.


Поэтому, на мой взгляд, одна из существенных тенденций сезона, - это то, что по-прежнему наш медиарынок, к сожалению, и два главных канала в первую очередь, они никак не избавлены от влияния политики. И даже заканчивая свой маленький монолог, говоря о том, что цифровизация, она также зависима от политики, поскольку социальные пакеты каналов, которые в перспективе, в 2012 году, войдут в эти пакеты, конечно же, будет определять политика. Другой вопрос, что будет в это время в стране, в 2012 году. Но я пессимист по части цифрового вещания. Я понимаю, что за этим будущее. Но мне кажется, что в нашей стране, где... вот у Юлии был прекрасный пример по поводу картошки, еще очень и очень, мне кажется, нескоро в такой огромной стране у нас будет возможность смотреть цифровое телевидение.



Анна Качкаева: Евгений Кузин, пожалуйста, вам слово.



Евгений Кузин: Я бы хотел поддержать Арину, что главное событие, на мой взгляд, - это выход «СТС-Медиа» на международный рынок акций. Бизнес телевизионный, о котором всегда наши руководители каналов говорили именно как о бизнесе, наконец, начинает, пусть на примере одного, но довольно крупного вещателя, принимать цивилизованные формы, становиться прозрачнее. Не верю, что подтянутся три федеральных канала и сделают свою бухгалтерию, свои расходы, доходы, суммы госзаказов и суммы...



Анна Качкаева: Ну как это?! Евгений, вы «Газпром-Медиа» обижаете. Они вон заявили и о своей прибыли, и о дивидендах. Прозрачная, значит, у них бухгалтерия.



Евгений Кузин: Ну, я не знаю, за счет чего они заработали, сколько они в итоге потратили.



Елена Афанасьева: Сколько долгов у них, главное.



Евгений Кузин: Сколько долгов, по какой цене они в итоге забрали три года назад переданные «Еврофинансу» акции...



Анна Качкаева: Туда ли забрали. И вообще, почему «Газпром-Банк», который они называют ведущим акционером, не считает таковым генеральный директор газеты «Известия». Но это, в общем, тема отдельного разговора.



Евгений Кузин: Вторым главным событием, на мой взгляд, за сезон стало явное усиление государства не телерынке – это и появление двух государственных каналов информационных, начал вещать «Russia today» на страны зарубежья, появился некий информационный проект, который я, к сожалению, еще не видел, под названием «Вести». Это и «Пятый канал», под который буквально за два месяца... его тоже зрители еще не видели, вот обещают к осени показать. Питерская компания «Пятый канал» за два месяца получила фактически федеральную сеть распространения. А сейчас донастраивает передатчики, доделывает программы. Явно без протеже власти здесь не обошлось.



Анна Качкаева: Вот мы уже пошли по кругу, потому что приблизительно одни и те же события индустриальные уже назвали. Может быть, повернем немножко в иную плоскость. Арина сказала о том, что все индустриальные успехи все равно, так или иначе, связаны... или, во всяком случае, все перспективы связаны с политикой, с идеологией. Давайте повернем в эту сторону. Потому что мне кажется, что весь сезон здесь существовала такая смесь тонкой настройки с уже публично признаваемой цензурой на темы и на людей. Все это чередовалось с грубыми заказами, я имею в виду все эти шпионские истории, и информационными кампаниями, у которых, как мне кажется, появились некие краски дополнительные. Потому что шпионские дела против правозащитников сменила кампания против националистов и фашистов, которая смела Рогозина с «Родиной». И новые технологии были использованы в индивидуализации этих кампаний. Потому что маленького человека стали ставить во главу угла. Дело Щербинского, дела Сычева, дело Прокофьева – все это поднимало такие информационные волны. А после спада к ним и интерес к теме, и интерес к людям, самое главное, затухал.


Как вам кажется, с чем это связано? На этом фоне все равно главная характеристика новостей – это Владимир Путин - главная и самая приятная новость, который, кажется мне, с удовольствием продолжает исполнять роль главного героя страны. И это теперь характерно для всех «Новостей» – от «Первого» до «Спорта». Еще вы можете добавить либо краски, либо попробовать объяснить, как будет складываться этот пейзаж дальше, и что он, собственно, объясняет. Наталья Ростова, пожалуйста.



Наталья Ростова: Мне трудно что-либо добавить. Я, может быть, добавила бы краски. В том смысле, что раз в год мы с вами, коллеги, подводим итоги телевизионного сезона, и по его итогам, по итогам нашего голосования мы вручаем призы руководителям каналов за какие-либо успехи.



Анна Качкаева: Или приличным людям.



Наталья Ростова: И если бы речь шла сегодня обо мне, и я бы лично вручала руководителям каналов призы, то думаю, что они были бы такими. Генеральному директору ВГТРК Добродееву я бы вручила приз за готовность брать уроки на страницах газет. В этом смысле спасибо Арине Бородиной, которая все-таки объяснила руководителю, что такое «Открытая Россия».



Анна Качкаева: Тогда я это объясню нашим слушателям, потому что они могут не знать этого. Арина Бородина брала интервью по поводу «Вестей 24» у Олега Добродеева. И задала ему вопрос по поводу того...



Арина Бородина: Является ли новостью закрытие счетов «Открытой России» для государственного телеканала.



Анна Качкаева: На что Олег Борисович сказал почти так же, как Путин когда-то про Березовского: «А что это такое?». Ну а потом, видимо, вздохнув, сказал, что лично к Ирине Ясиной он относится очень хорошо.



Наталья Ростова: Генеральному директору НТВ Владимиру Кулистикову я дала бы приз за то, что он все-таки единственный из всех последних руководителей НТВ сумел «опустить» канал. И я извиняюсь за это слово, но мне кажется, что оно самое точное в связи с тем контентом, который идет на канале НТВ сегодня.


Константину Эрнсту, мне кажется, можно вручить приз за «бесстрашие» в показе Владимира Путина. Потому что «Первый» канал, который наполовину негосударственный, показывает президента в два раза больше, чем государственный канал «Россия».



Анна Качкаева: Александр Мельман, пожалуйста.



Александр Мельман: Я тоже согласен, что существует у нас политическое телевидение и все остальное. То есть политическое телевидение – это некая плата руководителей каналов и тех политических журналистов, которые там работают, за то, чтобы нормально зарабатывать деньги и заниматься творчеством - в кавычках или без них. И, действительно, интервью Арины с Олегом Борисовичем показывает, что когда Олег Борисович молчит и когда он не приходит на радиостанцию, на которой мы сейчас находимся, или на другую радиостанцию, понятно, почему он это делает. Потому что когда его показывают в обрамлении Кремлевского Дворца Съездов на 15-летии его компании крупным планом, это очень все приятно – умное лицо, и вообще человек, сделавший очень многое для развития телевидения. Но как только ему пришлось говорить с квалифицированным журналистом, то лучше было бы, чтобы молчал. Потому что когда человек...



Анна Качкаева: Нет, я думаю, он хотел говорить. Это как раз разница...



Александр Мельман: Может быть. Но просто то, что в сухом остатке вышло, это говорит о том, что когда человек повторяет «зады» господина Суркова, то есть говорит не своим языком, а вынужден говорить совершенно на другом, это оставляет достаточно гнетущее впечатление. То есть эти люди как бы взяли на себя такой крест и становятся государственными людьми системы, и вынуждены вот таким образом характеризовать то, что происходит...



Анна Качкаева: Ну, Олег Борисович очень точно назвал людей, которые работали все эти годы, и продолжают пока еще работать, «перемолотое поколение». И, видимо, наступает время какого-то другого поколения.


И я хочу немножечко свернуть эту тему от таких рефлексий. И все-таки заканчивая эту часть программы попросить Арину, как главного специалиста по «температурной» кривой рейтингов, а иначе это уже не назовешь, сформулировать основные программные тенденции в конкурентной борьбе каналов.



Арина Бородина: Вы знаете, в этом году, в сезоне десять самых популярных программ и по Москве, и по России очень точно, на мой взгляд, отражали срез того, что популярно. Наташа сказала про Владимира Кулистикова, генерального директора НТВ. Ни для кого не будет неожиданностью, что один из главных и популярных трендов сезона – это «трэш». Это совершенно новый телезритель. Это вот эти ужастики - «Чистосердечное признание», криминальные обзоры, которые от дневного до вечернего эфира на НТВ самые рейтинговые. Это скандалы, это «желтая» журналистика, которая была активна и очень рейтингова на «Первом» канале и отчасти на НТВ – «Программа максимум» и «Профессия – репортер». К моему глубокому сожалению, но это так. Это кинопроизводство. То есть фильм «Девятая рота», который 9 мая посмотрело полстраны. Это все-таки сериалы, несмотря на разные деформации, которые все-таки смотрели. Это безусловный успех сериала «Не родись красивой», так называемый новый киноязык для активного зрителя от 18, а может быть, даже от 16 и до 45 лет, который входил в «двадцатку» самых популярных проектов телесезона на СТС. И я бы сказала, что там практически нет «Новостей».


И еще я бы отметила, что качественная документалистика уже не первый сезон, она также популярна, она, в общем, достаточно рейтингова, она и на «Первом» канале приносила высокие цифры, на канале «Россия» более умеренные, но, тем не менее, интерес зрителей не падает. Это относится ко всем циклам.


И о том, что в ночном эфире появляются форматы, которые смотрят, а они, так или иначе, либо связаны с разговором, либо с интеллектуальным каким-то продуктом. И зрители, несмотря на ночное, позднее время, после 12 часов, эти проекты смотрят и на НТВ, и на «Первом» канале, и на канале «Россия».


Ну а новых форм и новых оригинальных форматов – я писала об этом в итогах сезона – не было. К сожалению, контрпрограммирование остается актуальным жанром конкуренции между каналами. Но самым популярным проектом все равно был Владимир Путин в новогоднем обращении к гражданам. Ну и, конечно, два проекта - «В круге первом», «Мастер и Маргарита» - скорее, как рейтинговые, ну и, естественно, телевизионные события сезона.



Анна Качкаева: Я благодарю вас, Арина.


Нам начали уже отвечать слушатели. Ирина нам пишет, что «удивляет и возмущает повтор «сериальной макулатуры», а вот рейтинговый сериал «Гибель империи» так ни разу и не повторили».


«На телевидении должны быть программы, которые пробуждают в человеке человеческое, а не животные инстинкты», - Кирилл Николаевич из Санкт-Петербурга пишет.


«Наше телевидение активно развращает молодежь. На развлекательных каналах – полуголые малолетки. Все они курят и пьют. Реклама стала дикой. Все ниже пояса. Чему они нас учат?», - пишет Андрей из Подмосковья.


«Если быть поверхностным, - сообщает нам господин Добрый, - то в голове осталось немногое – как Путин перенес нефтепровод на Байкале, сериал «Зона» Петра Штейна, ну и как в Касьянова кидали яйца, и еще футбол».


«Безумно слушать сочетание «индустриальные итоги», - пишет нам Дмитрий. – Индустриальные итоги – это достижения в электронике, авиа- и технике. Видимо, проблема «крыши» также актуальная и для тележурналистов. Это похоже на то, что олигархи в Лондоне начинают обсуждать тему роскоши как национальную идею для России». Это чтобы вам мало не показалось.


«Ваши слова убеждают, что цензура все-таки необходима. И не надо криков о свободе. Древний Рим был свободен, но там были цензоры. Они следили не за тем, что говорят граждане на форуме или в Сенате, а за тем, чтобы они соблюдали установленные законы и обычаи», - пишет Александр из Москвы.


Итак, есть ощущение, что в индустрии все успокоилось, денег вполне хватает, продюсеры светски благодарят и хвалят друг друга. В общем, ссор и свар не заметно. Хотя политика, безусловно, стала абсолютно управляемой и очень идеологичной. Арина Бородина сказала о самом рейтинговом зрелище минувшего сезона, а оно прежнее: 60 процентов россиян смотрят новогоднее обращение президента к народу. Следом, на 10 пунктов меньше, «Мастер и Маргарита», проект канала «Россия». Третье место в списке десяти самых популярных проектов года – новогодний фильм «Первого» канала «Первый скорый». Любимые зрителями Максим Галкин и «Турецкий гамбит». Дальше предпочтения разнятся. Москвичи выбрали программу «Время», сериал «В круге первом», документальную безнравственность про личную жизнь Натальи Гундаревой, криминал на НТВ. А россияне в целом – «Девятую роту», «Танцы со звездами», сериал «За все тебя благодарю» и «Грозовые ворота».


Вот, в общем, получается, что у зрителей по-прежнему мерилом успеха, и у сериалов, и желания все связаны с Новым годом, президентом, «Первым» и «Вторым» каналом, а также сериалом, как главным измерителем любого успеха. Давайте тогда и попробуем поговорить сейчас коротко о сериалах. Я знаю, что у Юлии Лариной тоже вышли несколько полос, подводящие итоги сезона, в «Огоньке». И Наталья Иванова, известный критик, написала, что, по ее мнению, «в сезоне произошло створаживание литературы, и федеральные каналы с помощью сериалов решают проблему коллективной идентификации разных слоев населения». Вот, может быть, вы, Юлия, расшифруете, начнете говорить о сериалах и о документальных проектах?



Юлия Ларина: Хорошо. Сегодня действительно в «Огоньке» тема номера посвящена окончанию сезона. И я назвала этот сезон... что мы пережили «бархатный телесезон». Потому что мы фактически отдохнули с сентября по июль. Это море фильмов и сериалов, жаркие спортивные баталии и насыщенная развлекательная программа. И, конечно, сериалы здесь играли, наверное, одну из главных ролей. И очень хороший текст написала Наталья Иванова. В частности, она говорит о том, что, конечно, можно и нужно снимать и экранизировать Солженицына, Булгакова, Пастернака. Я даже хочу процитировать: «Дело даже не в том, можно ли из Солженицына. Булгакова или Пастернака, из философии, поэзии и волшбы делать телекино. Дело в нас всех – и в авторах этих фильмов, и в зрителях. Можно ли с комфортом поглощать свою историю как пирожное?».


И здесь же мы говорим об одном из успешных проектов сезона – это сериал на СТС «Не родись красивой». Александр Роднянский объясняет, почему, на его взгляд, этот сериал стал таким успешным.


Что касается документального кино, то, на мой взгляд, здесь проявилась та «желтизна» телевидения, которая очень стала заметна именно в этом сезоне. Наряду с очень хорошими документальными фильмами, которые делают и на «Первом» канале, и на «Втором» канале, появилось огромное количество проектов о жизни в основном очень частной и личной и о смерти известных деятелей. И я просто посмотрела подшивку телепрограммы за этот сезон, и дала два списка названий фильмов. Я несколько штук просто прочитаю. Вот, например, «Последняя осень Юлии Друниной», «Последние гастроли Джо Дассена», «Последний бой Георгия Юматова», «Б.Брондуков. Последний сеанс», «Николай Еременко. Последний пылко влюбленный», «Леонид Быков. На последнем дыхании», «Василий Шукшин. Последние 24 часа». И дальше: «Убийство на Кутузовском Зои Федоровой», «Смерть кулинара Вильяма Похлебкина», «Александр Башлачев. Смертельный полет», «Владимир Высоцкий. Смерть поэта», «Роман со смертью. Рудольф Нуриев» и так далее. Это только часть этих фильмов.



Анна Качкаева: Но это то, что мы и разделили между документалистикой и «документалкой». Совершенно особняком стоят работы Льва Николаева, «Цивилизация», Сванидзе...



Юлия Ларина: Елизавета Листова.



Анна Качкаева: Да-да. Вот тут стоит все то, что вы называете «последняя смерть», будем это так обозначать.


Елена Афанасьева, пожалуйста.



Елена Афанасьева: Мы уже говорили с вами, коллеги... несколько человек были на «круглом столе» на «ТЭФИ-Регион» в Сочи, когда проводили «круглый стол» именно о «документалке» и о документалистике. Почему в этом сезоне так резко разделились качественная документалистика, к которой я бы причислила и замечательный проект «Братство бомбы», его надо особо отметить, и очень знаковый проект, если говорить о контентах, - это «Битва за космос». Там есть плюсы, минусы, но это впервые российская компания работала наравне с Би-Би-Си, не снаряды подносила, а была соавтором на равных. И вот такую документалистику надо разделить с той, что мы назвали «пивной документалкой». Потому что вступил в силу закон о том, что пивная реклама, реклама пива ушла за 10 часов вечера. А пивные рекламодатели озаботились рейтингами именно в этом тайм-слоте. Именно поэтому, в общем, чего не скрывали руководители каналов, документалистика вечерняя так резко «пожелтела». Ее, как вы уже правильно сказали, даже документалистикой не хочется называть. А это вот все последние, убитые и так далее.


А что касается сериалов, то я, может быть, не совсем согласилась бы с термином уважаемого критика о створаживании. Потому что, например, по моему ощущению, «Доктор Живаго» Александра Прошкина – это событие, и событие, не поданное каналом НТВ, угробленное каналом НТВ, но абсолютное событие для кино. Его не назовешь сериалом. Многосерийного, телевизионного, художественного кино в лучших традициях, которые были еще в Советском Союзе когда-то. И если брать именно уровень экранизации, то он, конечно, несопоставим с «Мастером и Маргаритой». «Мастер и Маргарита» - можно говорить об огромных рейтингах, о фантастическом попадании канала в ожидания аудитории, о хорошей раскрутке. Но с точки зрения режиссуры это не сравнимые произведения, потому что, к сожалению, Бортко снял такой, по моему ощущению, скромный сериал в духе 70-х годов, на большее недотянул, несмотря на огромный бюджет.


Среди сериалов «драмеди», как ее уже назвали, «Не родись красивой» стоит совершенно особняком. И опять-таки не по уровню, а может быть... там литературы, конечно, нет или сценарного материала, а по точности попадания в аудиторию. Потому что на этот сериал приходили люди, которые обычно сериалы не смотрят. Потому что даже не от 16 лет, как сказала Арина, а судя по своим детям, я знаю, что, в общем, от маленьких детей его начали смотреть, что втягивало и их родителей. И то, что у всех каналов в этом сезоне была головная боль, как перебить 8 часов вечера, и у канала СТС, что признал Роднянский на недавнем своем большом мероприятии – встрече с сетевыми партнерами, главная головная боль следующего сезона – это жизнь после сериала «Не родись красивой», это очевидно абсолютно.



Анна Качкаева: Но вообще телевидение в этом сезоне женщины спасали. Феноменальный успех этой истории про дурнушку, конечно, долго еще будет обсуждаться. А на няню, по опросам нескольких социологических служб, нынче хочет походить молодое поколение России, дети и подростки. Правда, смотрят ее не только девочки. И поэтому мужчин в погонах впервые за минувшие годы устойчиво затмили дамы, и это тоже, похоже, такая тенденция этого сезона.


Пожалуйста, Сергей Фомин.



Сергей Фомин: По поводу документального кино я хочу еще раз отметить сериал Виктора Правдюка «Вторая мировая. Русская версия» - совершенно гигантская работа, 74 серии, посвященные шести годам. Такого просто не было. Где-то приближающийся уже к шедевру документалистики.


И то, что касается сериалов, то не очень как бы хочется согласиться с уважаемым критиком, потому что это естественный процесс, когда количество начинает переходить в качество, когда, в общем, вся сериальная масса представляет собой два жанра – это криминальную драму и мелодраму. И они практически друг от друга не отделимы. Мало того, что там одни и те же актеры участвуют, и просто не знаешь, что смотришь, когда переключаешь, если прозеваешь титры. Какая-то индивидуальность все-таки должна быть, художественная выразительность, которая идет через классику, через хорошую прозу, и это совершенно нормальный, естественный процесс.



Анна Качкаева: И вот еще есть такой мотив, который связан с премьерами общественно-политического вещания. Вообще они, похоже, констатировали усталость жанра, потому что, посмотрите, Гордон, Шевченко, Павловский – все это могло бы быть, а могло бы ведь и не быть. И, в общем, осталось бы не сильно в телевизионном контексте. Похоже, что вот это впрыскивание некоторой полемичности в анемичность политического телевидения – это такая попытка телевидения как-то мучительно возродить эти дискуссионные программы. Но с ними, по-моему, ничего не получилось. Что это значит?



Елена Афанасьева: Мне кажется, что, Анна, вы абсолютно правы, натужные попытки возродить полемичность существующих жанров для существующей средневозрастной аудитории, по сути, не имели никакого огромного успеха. Они стоят где-то для очень узко упертых на этом жанре зрителей и все.


Но я в последние буквально недели заметила очень порадовавший меня процесс, который родился у совершенно молодого поколения. Потому что три самых живых программы в общественно-политическом жанре, они связаны с детьми и с совершенно молодым поколением. Это программа «Сто вопросов взрослым» на канале ТВЦ, которую делает АТВ. Я более раскованных вопросов, которые дети задают политикам, не слышала уже много лет.



Анна Качкаева: У меня, честно говоря, есть все равно вопросы к раскованности эти вопросов, ну, ладно.



Елена Афанасьева: Есть еще две программы, которые неожиданно появились на несоциальных каналах. На канале «Культура» выходит ток-шоу «Большие», и на канале MTV только два выпуска вышли... совершенно не политический, не социальный канал, музыкальный – и вдруг появилось ток-шоу «Молодцы». В ночном эфире MTV идет ток-шоу, обсуждающее нормальные, интересующие молодого человека вопросы: идентификация поколения, образование...



Анна Качкаева: Да-да, 14-летние начали смотреть ее.



Елена Афанасьева: То есть мне кажется, что телевидение все равно работает на аудиторию. И то, что перестало быть востребованным взрослым поколением, средним поколением... почему нет рейтинга у этих программ, почему ушли они из эфира, как объясняют начальники: не смотрят Сорокину – нет ее в эфире, - так нам объяснили в прошлом сезоне. Но молодому поколению стало важно себя понять. Иначе канал MTV не пустил бы такое шоу.



Анна Качкаева: Арина Бородина, пожалуйста.



Арина Бородина: По поводу дискуссионных форматов, мне кажется, несколько, на мой взгляд, ситуация иная. По поводу «Ста вопросов взрослым», я, подводя итоги сезона, тоже отметила, что эта программа, на мой взгляд, одна из самых смелых по части вопросов в эфире. И, в общем, Авторскому телевидению что-то удалось придумать неожиданное. Во всяком случае, про Ходорковского, Чечню и про «Родину» я услышала только там. Потому что я смотрю эту программу с самого первого выпуска и очень редко пропускаю. И я уже просто на нее «подсела», будем так говорить. И я знаю, что смотрят ее и молодые люди.


А что касается дискуссионных форматов, мне кажется, что как раз в этом году произошел перелом. Вот если сезон назад как раз закрыли Светлану Сорокину, еще ряд программ, то только сейчас, летом мы видим, что вернулись наши с Александром Мельманом любимые ведущие Берман и Жандарев.



Елена Афанасьева: Но это не дискуссионный формат, Арина.



Арина Бородина: Одну минутку, Лена, я прошу меня не перебивать, поскольку я вас не перебивала.


Это все-таки попытка умного разговора со зрителем.


Что касается Шевченко и Гордона, то у них были достаточно высокие цифры после полуночи, это то, о чем я говорила, и довольно устойчивый интерес зрителей. Более того, очень консервативный в жанре ток-шоу любых дискуссий Олег Добродеев (а мы все знаем, что он сознательно говорит, что на его канале практически нет этих форматов) в этом сезоне запустил ток-шоу «Национальный интерес». Другой вопрос, что оно, на мой взгляд, сырое и не очень подготовленное, и не очень интересное. Но даже на канале «Россия» понимают, что этот жанр может быть востребован зрителем.


«Премьера со зрителем» - неполитический, дискуссионный формат в рамках элитных российских премьер, которые обсуждают те или иные популярные фильмы: «Гарпастум», «Первые на Луне», «Настройщик» и так далее, - на «Первом» канале сейчас выходит глубоко за полночь. Этот формат привлек большое количество людей, которые хотят слушать обсуждения. Я говорю о своих личных впечатлениях, которые отчасти опираются на цифры, за которыми я внимательно слежу в течение телесезона.


И то, что возвращается на канал Светлана Сорокина... а она должна вернуться, мы пока не знаем, как это будет воспринято аудиторией, каналом и так далее, ток-шоу Лолиты «Без комплексов» - мы сейчас это выносим немножко за скобки, но все-таки там нормальный идет разговор – это тоже устойчиво пользуется спросом.


И если говорить, кстати, о прогнозах на сезон, это мой личный прогноз, мне кажется, что формат разговора, формат умного интервью с аудиторией, которая хочет разговора, потому что любые программы... Кстати говоря, программы Познера именно тогда, когда они были в рамках действительно активного разговора-обсуждения, они получали хорошие цифры. Это было видно. И мне кажется, что этот формат в новом сезоне получит свое развитие. Другой вопрос, что он будет очень зависим от цензуры, от политики и от роли государства в этих форматах. Это, к сожалению, печально.



Анна Качкаева: Александр Мельман, пожалуйста.



Александр Мельман: Ну да, тем более президент недавно высказал мнение о том, что нужно больше оппозиции. И я думаю, к нему, как всегда, прислушаются, и в новом сезоне мы это уже увидим. Здесь, действительно, можно подразделить, что на канале ТВЦ, как и на « Ren - TV », допускается немножко больше тех людей, которых мы пока еще не видим на «больших» каналах, но я думаю, что после этого высказывания президента и это случится. И я напомню, что года три назад вот здесь мы также собирались и выкрикивали в пустоту (Арина, например, начинала, по-моему, этот крик), что «где разговоры с народом?». И вот не прошло и трех лет – и клиенты созрели, что называется.



Анна Качкаева: Мы все громко кричали три года назад.



Александр Мельман: Да. Мне кажется, что сегодняшний разговор с народом, да, безусловно, можно его назвать несколько маргинальным. Потому что он, во-первых, уходит за полночь, во-вторых, действительно, он во многом управляем. И здесь даже наши любимые Берман и Жандарев, которых мы увидели после долгого перерыва в таком качестве, они, действительно, подразделяли несколько форм, я думаю, хотя, возможно, это все наладится. Хотя, может быть, «Первый» канал тоже влияет. И то, что они делали на ТВС, уже невозможно делать сейчас. Мы будем следить. Просто есть выбор у зрителя. И продолжают Дуня Смирнова и Татьяна Толстая. И можно просто уже даже сравнивать, то есть можно сравнивать некое качество. При том допуске, о котором мы все здесь говорили, что эта цензура, безусловно, существует.


И я еще просто добавлю, что... немножко не соглашусь с Юлией. Она назвала подряд документальные фильмы. Ну, тема «документалка» у нас в ходу. И вот она подряд назвала в зависимости от названий вот эти... Мне кажется, это очень разные фильмы. И здесь нужно подразделять. И фильм Манского о Высоцком, по-моему, - это очень сильный фильм, который стоит отметить. И таких фильмов достаточно. Из ее списка я бы половину выделил как качественную документалистику, тем не менее.


Ну а по поводу литературного критика, очень уважаемого Натальи Ивановой, конечно же, надо понимать, что телевидение – это действительно такой легкий жанр, это действительно в чем-то индустрия, это конвейер. Но, тем не менее, именно сейчас, как Лена вначале правильно сказала, да, аудитория высокообразованная идет в Интернет, но, тем не менее, как, если не через телевидение, давать эти очень важные вещи классические, которые мы видим. И надо, по-моему, это только приветствовать. Насчет кофе, да, мы все часто «Новости» страшные смотрим и пьем при этом кофе. Но вот это действительно такая материализация телевидения на наше сознание тоже.



Анна Качкаева: Юлия Ларина, пожалуйста.



Юлия Ларина: Я просто хотела бы сказать, что я уточняю в своем тексте, что среди этого списка были и разные совершенно фильмы. И просто говорила о том, что этот список – это названия фильмов двух государственных каналов, а не бульварной прессы, как можно было бы подумать.



Анна Качкаева: Наталья Ростова, пожалуйста.



Наталья Ростова: Я бы хотела добавить, что, на мой взгляд, в этом сезоне наибольшее количество экспериментов провел «Первый» канал. И здесь, наверное, особая заслуга Константина Эрнста, который год назад говорил... если я вначале иронизировала насчет его смелости, то тут я могу сказать на полном серьезе, что это была, мне кажется, определенного рода смелость, когда генеральный директор такого крупного канала, абсолютно политического признал то, что телевидение зашло в тупик. И он позволил себе громадное количество экспериментов в этом сезоне. И может быть, какие-то неудачи как раз были связаны с тем, что экспериментов было очень много. И если остальные не пытались что-либо делать, то «Первый» канал произвел очень много дискуссионных форматов. И меня это радует, несмотря на то, что зачастую я с темами, с подходами к освещению этих тем я не согласна.



Анна Качкаева: Пожалуйста, Сергей Фомин.



Сергей Фомин: Мне хотелось бы еще отметить программу «Документальная камера» Андрея Шемякина на канале «Культура».



Анна Качкаева: Наконец-то! Слушайте, к концу программы вспомнили «Культуру»! Это к разговору о том, как ее все любят и смотрят.



Сергей Фомин: Истории и теории, так сказать, очень ненавязчиво и мягко излагаемые документальным кино, которое, в общем, напрямую связано с телевидением, как и его предшественник. И может быть, через такие программы человек научится смотреть и телевидение, и будет относиться к нему как...


Я еще хочу сказать, потому что об этом никто не скажет, что есть совершенно уникальная передача (почему-то она сейчас закрылась) – это «Преферанс по пятницам» на канале «Спорт». Такого никогда не было. Просто сидят люди и играют в преферанс.



Анна Качкаева: Там еще и в бильярд замечательно играют люди.


Владимир из Санкт-Петербурга нам пишет, что «ваша передача, когда вы обсуждаете телевидение, похожа на меню, и не более того». Но, увы, видимо, таков предмет. Что, в общем, правда, обсуждаем, конечно, меню. Поэтому давайте заканчивать...



Юлия Ларина: Лишь бы оно не было вегетарианским.



Елена Афанасьева: Ну, кто и что любит...



Арина Бородина: Я еще хочу сказать, что я рассказала вскользь про «В круге первом» Глеба Панфилова, соглашусь абсолютно с Леной в части оценки «Мастера и Маргариты». Но я еще хочу, как срез сезона, сказать о том, что все-таки каналы... если «Первый», о чем Наташа справедливо сказала, и я целиком разделяю это мнение, у нас он несколько лет такой непревзойденный лидер в качестве продвижения своих проектов, программ, сериалов, то подтянулся и канал «Россия» несколько, прямо скажем. Потому что «В круге первом» очень сложная экранизация, очень сложный роман Солженицына, и у него есть и поклонники, и не поклонники. И все-таки его посмотрела действительно массовая аудитория. То есть канал смог вовлечь зрителя в этот проект. И я считаю, что это действительно яркий проект с точки зрения телевидения, чего не удалось НТВ с «Доктором Живаго», который лично я считаю огромной работой.


Но есть еще жанр развлечений, который так поглощаем нашим массовым зрителем, скажем, старше 50 лет и выше, которые так любят смотреть «Кривое зеркало» и Максима Галкина, но Максима Галкина – больше. Вы знаете, проект «Танцы со звездами», который, мне кажется, понравился всем, во всяком случае, многим – и взыскательным людям, и широкой аудитории, он, в общем, достаточно оригинален. Но наше телевидение, к сожалению, явно такие идеи будет тиражировать и на следующий сезон. И вот по части экспериментов все-таки «Первый» канал представил некий срез нового шоу с Иваном Ургантом, но, видите, очень сложны привычки, и канал, который сам в свое время внедрял огромное количество такого низкого ширпотреба юмористического, теперь наступает на свои грабли.



Елена Афанасьева: И с точки зрения танцев характерно, что в следующий сезон сразу на двух каналах, и звезды встанут на коньки...



Анна Качкаева: Вот именно. И тогда бы уже хотелось отметить эксперимент ТНТ, который пытается экспериментировать с капиталистическими идеями успеха и достижения.


И давайте завершать. Коротко попробуем сформулировать, за что будут биться (за конкурентное преимущество) и в каких форматах каналы в будущем сезоне? Арина Бородина, пожалуйста.



Арина Бородина: Главная проблема – это сериалы, потому что они перестали давать тот рейтинг, на который рассчитывают каналы. И опять же сфера развлечений, вы только что сказали про коньки и про танцы, это будет формат сериала и развлечений – это пока все равно наиболее конкурентная среда на телевидении.



Анна Качкаева: Елена Афанасьева, пожалуйста.



Елена Афанасьева: Длинное «мыло», которое должно становиться на уровне показанного «Не родись красивой» и более качественно попадать на свою аудиторию. Планка эта задана. И все каналы будут стремиться найти то «мыло», которое сезон сможет удержать, как сериал «Не родись красивой» держал сезон на СТС. Плюс к этому, конечно, активный поиск западных форматов. Кажется, у нас не осталось уже стран и форматов, которые не скуплены нашими каналами, и их успешная адаптация.



Анна Качкаева: Юлия Ларина, пожалуйста.



Юлия Ларина: Я бы тоже поддержала. Мне кажется, каналы будут эксплуатировать и развивать свой собственный успех, и успех своих конкурентов.



Анна Качкаева: Евгений Кузин, пожалуйста.



Евгений Кузин: Мне кажется, что будут искать новый язык в юморе, потому что падает интерес к «Кривому зеркалу» и подобному юмору. И будут бороться разными формами за активного зрителя, который сейчас пока чаще ходит в кино, чем смотрит телевизор.



Анна Качкаева: Александр Мельман, пожалуйста.



Александр Мельман: Я думаю, что публицистика - все-таки здесь будут, может быть, основные поиски. Потому что выборы будут уже совсем скоро. Что касается «желтого» телевидения НТВ, мне кажется, снимать можно все, что угодно, но важно – как. И я думаю, что если НТВ подтянется в качестве, то это будет очень здорово.



Анна Качкаева: Я думаю, что любовь, рождаемость, дети, женщины опять будут побеждать мужчин. И вот эта идея благодетельного матриархата, современного домостроя, частных и семейных ценностей, безусловно, победит гражданские ценности, и они не станут в числе приоритетных. Ну а дальше посмотрим.


XS
SM
MD
LG