Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Экспедиция "Дорогами Башкирии"


Программу ведет Светлана Кулешова. В программе принимает участие путешественник Николай Рундквист, автор книги «100 дней на Урале»



Светлана Кулешова: Одна из книг известного уральского путешественника Николая Рундквиста вдохновила испанца Хуана Менендеса Гранадоса на велосипедный тур по России. Во время пребывания в Екатеринбург е он уже мог судить по собственному опыту, насколько справедлив российский стереотип о дураках и дорогах. Подробнее о впечатлениях и приключениях испанского велосипедиста в России екатеринбургский корреспондент Радио Свобода Ирина Мурашова.



Ирина Мурашова: Вообще-то, 23-летний испанец Хуан Менендес Гранадос – кондитер и продавец газет. Но времени на путешествия он не жалеет. Позади – страны Европы, Африки и Южной Америки. Теперь – Россия. Об уральском хребте велосипедист узнал из книги «100 дней на Урале» своего коллеги по увлечению екатеринбуржца Николая Рундквиста. Книга заинтересовала, но не смогла полностью подготовить ко всем особенностям российской жизни. С ними испанец знакомится на месте – с помощью автора издания.



Хуан Менендес Гранадос: Я хочу поехать сюда, в море, но закрыта зона.



– Ну, понятно. Так она официально закрыта, но там тебя никто не остановит. Это точно. Ты попробуй ему объяснить эту русскую особенность.



Ирина Мурашова: Даже в Южной Америке было лучше с дорогами запчастями и гостиницами. Зато в России местные жители встречают как своего – денег за ночлег и еду не берут.


После уральских деревень словарный запас испанца пополнился словами «баба» и «деда». Русский он выучил меньше чем за два месяца, и хотя порой в одной фразе смешивает русский, испанский и английский, объясниться всегда может. Правда, пару раз не нашел общего языка с милицией, но всё кончилось благополучно.


Несмотря ни на что, принцип Хуана Гранадоса – путешествовать только в одиночку. С одной стороны, это труднее, с другой - полезнее.



Хуан Менендес Гранадос: Если бы я шел группой, то не научился бы так по-русски говорить, потому что мне приходится общаться с людьми, и это провоцирует его знания.



Ирина Мурашова: Своей поездкой Хуан Гранадос надеется развеять мифы о России. Итогом этого путешествия станет документальный фильм об интересных и красивых уральских горах, а также добрых и хороших местных жителях.



Хуан Менендес Гранадос: Когда я сказал моему другу, что я поехал в Россию, люди говорят: «Ой-ой-ой, нет, не надо ехать. Россия – капут. Ты – капут». Но Россия – хорошо, очень хорошо, очень-очень интересно, красивый лес, красивый.



Ирина Мурашова: Природе вообще отведена особая роль. Хуан Гранадос взял с собой воду с родины. В конце путешествия он выльет ее в реки Северного Урала, а взамен наберет уральской воды и привезет ее в Испанию. Это должно символизировать соединения испанской и российской культуры. И еще если путешественник осуществит свой замысел до конца – он будет первым, кто проедет в одиночку на велосипеде от Южного до Полярного Урала.



Светлана Кулешова: В Екатеринбург ской студии Радио Свобода Николай Рундквист, автор книги «100 дней на Урале», в рюкзаке с которой путешествует герой нашего сюжета, испанский велосипедист. Доброе утро, Николай Антонович.



Николай Рундквист: Доброе утро.



Светлана Кулешова: Скажите, вы склонны к таким символическим жестам – набрать воду в одной реке, вылить в другую?



Николай Рундквист: Нет, воду никогда я нигде не набирал и не выливал. Точно так же как и с землей – не переносил ее в рюкзаке. Но какие-то элементы символизма все равно присутствуют. Большинство людей с вершины горы берут какие-то камушки, кто-то что-то затаскивает на вершины гор. В частности, самые невероятные предметы можно найти на вершине горы любой. Допустим, там я видел газовые баллоны, крышки от канализационных люков, которые по 50 килограммов весят. То есть какие-то люди зачем-то их затаскивают туда. Наш символизм простирается максимум до того, чтобы установить какой-нибудь памятный знак. Два года назад во время экспедиции по границам Свердловской области мы установили четыре памятных знака на крайних географических точках Свердловской области.



Светлана Кулешова: На южной, северной, восточной и западной, да?



Николай Рундквист: Да, соответственно.



Светлана Кулешова: Хорошо. С символизмом все понятно. Книга «100 дней на Урале», которая упоминалась в рассказе об испанском велосипедисте, как она появилась?



Николай Рундквист: Книга «100 дней на Урале» уже довольно давно вышла. Она посвящена экспедиции 1991 года. Эта экспедиция называлась «Большой Урал». И в ходе этого путешествия мы за 100 дней прошли весь Урал: от оренбургских степей до Карского моря. И по материалам этой экспедиции через 2 года, в 1993, вышла книга «100 дней на Урале», которая весьма популярна среди путешественников. А поскольку у нее был гигантский совершенно тираж, недавно еще на складе обнаружили 10 тысяч экземпляров этой книги, то она до сих пор есть на прилавках магазинов.



Светлана Кулешова: А предполагали, когда ее писали, что с ней в руках будут иностранные туристы путешествовать по России, по Уралу?



Николай Рундквист: Нет, конечно, я этого не предполагал. Но в принципе мне это приятно. По крайней мере, мы значит не зря писали эту книгу.



Светлана Кулешова: 1991 год – экспедиция «Большой Урал», 100 дней по Уралу путешествовали. Потом была экспедиция арктическая, была экспедиция «Дорогами России», когда пересекали всю страну. И вообще были глобальные совершенно проекты, «Сотый меридиан» - когда Евразию пересекали. А вот последние годы: 2004 год – «Губерния-66», 2006 год – «Дорогами Башкирии» - не столь глобальные мероприятия. С чем это связано?



Николай Рундквист: Ну, это, видимо, какое-то возвращение к истокам. Попутешествовав в разных странах мира, мы пришли к выводу, что слишком мало уделяем внимания своему родному краю. То есть мы много что видели в своих путешествиях и пришли к выводу, что Урал ничем не уступает. И поэтому мы с годами решили рекламировать свой край, совершили путешествие по границам Свердловской области, а в этом году Уральская горно-металлургическая компания предложила нам путешествовать по Башкортостану, что связано, с одной стороны, с тем, что Башкортостан – тоже одна из красивейших частей Урала, а с другой стороны, в следующем году планируется празднование 450-летия воссоединения Башкортостана и России, и к этому юбилею мы планируем издать художественный альбом.



Светлана Кулешова: Это уже определенный статус путешественника, когда путешествие заказывают: пройдите там, пройдите сям, снимите то.



Николай Рундквист: Если честно, то да. И причем это в первый раз. Пришлось пройти достаточно долгий, длинный путь, чтобы нашелся такой заказчик.



Светлана Кулешова: Считаете ли вы республику Башкирию привлекательным туристическим объектом? Этот вопрос мы сегодня задаем слушателям Радио Свобода.


Николай Антонович, анонсируя ваш визит к нам, я сказала, что Башкирия – не очень популярный для спортивного туризма регион. Это ошибочное мнение или не совсем?



Николай Рундквист: Это я бы сказал где-то в большей степени ошибочное мнение, потому что есть такие популярнейшие туристские объекты, как, например, для пешеходных путешественников гора Еремель, то есть ее практически все путешественники знают, она на территории Башкортостана. Для водных туристов очень привлекательны и известны такие реки, как Белая, Уфа, Нугуш, Сакмара. Эти реки известны путешественникам, интересны, и они все находятся на территории Башкирии.



Светлана Кулешова: Скажите, в 1991 году в экспедиции «Большой Урал», да и в экспедиции «Дорогами России» какие-то кусочки маршрута «Дорогами Башкирии» проходились. Что изменилось за эти десятилетия?



Николай Рундквист: Да, действительно, предыдущие экспедиции тоже иногда проходили по территории Башкортостана и окружающих областей. Радикально изменилось. То есть в общем-то 15 лет – это, как принято говорить, уже в другой стране путешествие осуществляется. Самое главное впечатление – это расслоение. То есть если в 1991 году все было скромно и одинаково, то через 15 лет какие-то деревни пришли в полный упадок, а какие-то превратились в дачные или коттеджные поселки совершенно шикарные. То есть самое главное отличие – это, я бы сказал, какое-то расслоение.



Светлана Кулешова: А люди тоже изменились? Люди, с которыми вы путешествуете, и люди, мимо которых вы путешествуете, с которыми просто сталкиваетесь в походах?



Николай Рундквист: Нет, вот люди то как раз в меньшей степени изменились. Я даже никаких таких радикальных изменений не нахожу. Как они всегда были приветливы, местные жители, так они и остаются таковыми. И все как относились к нам как к каким-то чудакам, так же и продолжают относиться.



Светлана Кулешова: Сколько километров было пройдено во время экспедиции «Большой Урал»?



Николай Рундквист: Во время экспедиции «Большой Урал», я точно запомнил эту цифру, было пройдено 3335 километров.



Светлана Кулешова: А сколько предполагается преодолеть во время экспедиции «Дорогами Башкирии»?



Николай Рундквист: Ну, в экспедиции «Дорогами Башкирии» планируется преодолеть больше 5 тысяч километров, потому что там наша задача покрыть всю Башкирию сетью наших маршрутов, чтобы максимально осветить, заснять на фотоаппарат максимальное количество достопримечательностей. Плюс к этому надо добавить, если мы в экспедиции 1991 года ходили пешком, сплавлялись и ездили на велосипедах – максимум скорости, то в экспедиции по Башкирии есть один автомобильный этап, который сразу увеличивает километраж.



Светлана Кулешова: Сейчас как раз вы находитесь после спортивных этапов и перед автомобильным этапом. С чем вообще связано вот это разделение экспедиции на этапы? Раньше все нон-стопом шло в ваших путешествиях.



Николай Рундквист: Именно потому что какой-то новизны хочется. Раньше все шло нон-стопом, а теперь вот экспедицию решили провести такими пунктирными линиями. А разные средства передвижения позволяют в разных территориях Башкортостана достичь каких-то наиболее интересных объектов. Потому что если на машине не заехать на гору Еремель, туда нужно идти пешком, то другие достопримечательности нелепо обходить пешком, если между ними 200 километров асфальтовой дороги.



Светлана Кулешова: То есть с тем, что люди изменились, и что их уже очень сложно выманить на несколько месяцев из дома, это никак не связано?



Николай Рундквист: Я думаю, что если бы была какая-то идея экспедиции нон-стоп, и нашелся бы хороший организатор и спонсор, то я думаю, легко бы нашлись люди, которые бы согласны были и три, и пять месяцев путешествовать. Просто конкретно в данном году экспедиция преследует цели съемки Башкортостана. А вот эту фотосъемку удобнее вести именно в таком режиме.



Светлана Кулешова: Какая у вас была самая длительная экспедиция по времени?



Николай Рундквист: Самая длительная экспедиция – это была экспедиция «Сотый меридиан», она продолжалась девять месяцев. Она действительно к концу уже была утомительна.



Светлана Кулешова: Тогда вы дошли от начала докуда?



Николай Рундквист: Эта экспедиция по сотому меридиану: мы стартовали на крайней южной точке Евразии, это мыс Пиай в Малайзии, и через девять месяцев путешествия пешком, на велосипедах, сплавом по рекам достигли по сотому меридиану Северного полярного круга на территории Эвенкии в России.



Светлана Кулешова: И решили больше так надолго из дома уезжать?



Николай Рундквист: Пока да. Мы очень капитально напутешествовались. И такой глобальной экспедиции я пока не планирую. Но я не могу сказать, что этого никогда не будет. Но пока нет.



Светлана Кулешова: Николай Антонович, возвращаясь к экспедиции «Дорогами Башкирии», в чем суть этого проекта?



Николай Рундквист: Основная задача этого проекта, как мы уже обсуждали, это сбор материалов для издания альбома, посвященного 450-летию воссоединения Башкортостана и России. Но и кроме того, естественно, эта экспедиция призвана в какой-то степени демонстрировать и пропагандировать здоровый образ жизни. И в общем-то, она привлекает внимание башкирских и не только средств массовой информации.



Светлана Кулешова: Кто, как и, чем руководствуясь, определял маршрут этой экспедиции?



Николай Рундквист: Маршрут экспедиции составлял я с учетом пожеланий заказчика. В основном он спланирован таким образом, чтобы посетить как можно больше природных, исторических, архитектурных и иных достопримечательностей Башкортостана.



Светлана Кулешова: И сколько их на маршруте пути, или это не считано?



Николай Рундквист: Это, конечно, не считано, их достаточно много. Башкортостан – вообще довольно интересный объект. Есть какие-то, допустим 20-25 точек, о которых мы знаем. Но путешествуя между этими 25 точками, мы по ходу обнаруживаем еще какие-то интереснейшие места. Поэтому такого списка пока нет. Но тем не менее, я думаю, что после путешествия он появится.



Светлана Кулешова: Очень серьезная, на мой взгляд, проблема большинства путешествий – это как раз прокладывание маршрутов между некими номенклатурными точками. Допустим, на Урале надо побывать на перевале Дятлова и где-то еще. В Башкирии есть такие места, которые тоже можно назвать номенклатурными объектами?



Николай Рундквист: Ну, в общем, да. То есть где мы уже побывали, это гора Еремель, река Белая, река Уфа, озеро Банное. Вот это объекты, которые мы уже посетили, которые номенклатурные, которые известны за пределами Башкортостана.



Светлана Кулешова: Но вы же не любите места, где проходят все.



Николай Рундквист: Во-первых, это не совсем так. Места, где ходят все, все люди, как правило, не ходят там, где уж очень плохо. То есть эти места достаточно красивы. Другое дело, что там действительно слишком людно. Но с другой стороны, между этими объектами есть какие-то участки, где и интересные находятся достопримечательности, и они менее известны и менее популярны.



Светлана Кулешова: Какие открытия принесла эта экспедиция, какие нашли достопримечательности, которые достойны всеобщего внимания?



Николай Рундквист: Сразу мне вспоминается одно озеро на границе двух районов. Оно по красоте своей мало в чем уступает известному озеру Банное. Озеро Салтакуль называется на границе Абзелиловского и Баймакского районов. Оно так расположено, там нет дорог. Видимо, поэтому его никто не знает. То есть таких объектов очень много.



Светлана Кулешова: Сейчас пройдено три этапа. Был горный, был водный и был велосипедный этап. Что запомнилось больше всего?



Николай Рундквист: Вообще, я с самого начала своих путешествий отдавал предпочтение пешему походу. Поэтому самые приятные, самые яркие впечатления от пешего похода. Мы пересекали три хребта и совершили не только восхождение на гору Еремель, но мы там провели три дня и основательно всю еремельскую подкову обходили, что не характерно обычно для туристских путешествий. Для туриста важно залезть, уйти, залезть на следующую гору и так далее. А здесь мы планомерно три дня ходили по этой подкове и обнаружили на самом Еремеле неизвестные практически никому места очень красивые.



Светлана Кулешова: Николай Антонович, у вас впереди еще только автомобильный этап. Что предполагается посетить во время этого этапа?



Николай Рундквист: Во время автомобильного этапа планируется посетить крайний юг Башкирии и западную часть. На восточной части мы уже побывали. И западную часть всей Башкирии: от городов Мелеуз и Стерлитамак до Нефтекамска на севере. И в том числе столицу Уфу.



Светлана Кулешова: Интересный все-таки подход – экспедиция для того, чтобы сделать фотоальбом, фотоальбом для того, чтобы подарить президенту Башкортостана к 450-летию. А фотоальбом делают не башкирские фотографы, а какие-то варяги, выходит.



Николай Рундквист: Во-первых, на территории Башкортостана бесконечное количество издательств, и они тоже готовят свои альбомы. А с другой стороны, когда мы общались с правительством Башкортостана, которое, кстати, без всяких проволочек включило нашу экспедицию в официальную часть празднования 450-летия воссоединения, правительство даже отметило, что это очень занятно, и никогда такого у них не было, чтобы об их Башкортостане кто-то другой пытался что-то рассказать. Поэтому это такой взгляд со стороны, но взгляд соседа, поскольку мы граничим с Башкортостаном, я думаю, будет интересен. И мне кажется, что такой альбом, взгляд стороннего наблюдателя, чем-то будет привлекателен.



Светлана Кулешова: Есть уже какие-то рабочие названия для фотоальбома? Вот по экспедиции «Губерния-66» вышел одноименный альбом. А этот тоже будет просто «Дорогами Башкирии»?



Николай Рундквист: Там очень много разных вариантов. На сегодняшний день мне очень нравится «Вместе с Башкирией». Обычно такие республики, когда делают альбомы о себе, пишут «Вместе с Россией». А вот мне здесь кажется очень интересное название «Вместе с Башкирией».



Светлана Кулешова: А еще какие были варианты?



Николай Рундквист: Там был такой шуточный вариант «Башкирия без понтов», но, естественно, с таким названием… Оно, кстати, очень нравится, но с другой стороны, альбом с таким названием Муртазе Рахимову неудобно как-то дарить.



Светлана Кулешова: А вы хотите показать природу или вообще всеохватный сделать альбом?



Николай Рундквист: Всеохватно, конечно, не получится, получится это уже какое-то энциклопедическое издание будет. Но мы хотим показать основные достопримечательности, как природные, так и исторические, архитектурные, ландшафтные. Конечно, это будет не энциклопедия, это альбом о наших впечатлениях о республике.



Светлана Кулешова: Николай Антонович, слушателям мы задаем вопрос, как они оценивают туристический потенциал Башкортостана. А вы как оцениваете?



Николай Рундквист: Я очень высоко оцениваю. То есть я оцениваю высоко туристский весь потенциал Урала, а Башкортостан – одна из красивейших частей Урала. Даже некоторые в Башкирии говорят, что у нас такие красивые места, как в Швейцарии. Так мне кажется, что это в Швейцарии некоторые места столь же симпатичны, как в Башкирии.



Светлана Кулешова: Для кого интересен Башкортостан в первую очередь – для россиян или для иностранцев?



Николай Рундквист: Я думаю, одинаков для тех и для других, для любителей путешествий. Может, даже он интересен и для иностранцев больше, потому что они, наверное, вообще ничего не знают о Башкортостане. Россияне то хоть слышали, что такая существует республика.



Светлана Кулешова: Наверное, вам сложно оценить, как бы там путешествовалось не экстремальным путешественникам, как там с гостиницами, с закусочными придорожными? Или все-таки есть какой-то опыт в этом направлении?



Николай Рундквист: Да наблюдения-то всегда есть в любом случае. С гостиницами там приблизительно такая же ситуация, как по всей стране, то есть они есть, они совершенно разного класса: от каких-то изб колхозника так называемых до 4-5-звездных отелей. Но особенность такая, что в России цены на гостиницы немножко высоковаты. Но это как во всей России приблизительно. Что касается придорожных закусочных, то по какой-то причине их в Башкортостане, мне показалось, меньше, чем в других регионах. С чем это связано, я не знаю.



Светлана Кулешова: Вы путешествовали и по России, и по другим странам. Есть ли какие-то внешние отличия в путешествии по России и по Башкирии?



Николай Рундквист: Если сравнивать Россию с Башкортостаном, то я думаю, особых отличий нет. Все-таки Башкортостан – это часть России. Тут никуда не уйдешь. Специфика, характерная для всей России. Но чем-то отличается, конечно, от иностранных государств.



Светлана Кулешова: А все говорят, что в Башкортостане деревни, по крайней мере, лучше, чем в России.



Николай Рундквист: Я опять подчеркну, что Башкортостан – часть России, но с другой стороны, да, есть такие республики однозначно, в которых села намного лучше средних по России. Это Татарстан, Башкортостан. Там даже самые маленькие села прибраны, заборы покрашены, стоит новенькая мечеть в этом селении. И в этом смысле они более выгодно отличаются от деревень некоторых других регионов.



Светлана Кулешова: Николай Антонович, как изменилось ваше отношение к путешествиям за годы, проведенные в путешествиях? Насколько я знаю, первый раз вы встали под рюкзак в 1979 году.



Николай Рундквист: Действительно, тут такой значительный опыт. Причем говоря об опыте, могу сказать, что он далеко не всегда полезен. Я пришел к парадоксальному выводу, что иногда из-за своего опыта мне не удается сделать что-то такое оригинальное. Но тем не менее, коль скоро я это понимаю, я думаю, что мне со своим избыточным опытом удается бороться. Конечно, последовательно все изменялось. Сначала я путешествовал просто как турист, в свободное от работы время мы с друзьями ходили в обычные туристские походы, в которые ходили в 70-80-е годы очень многие. Потом в начале 90-х какой-то период времени я считал себя профессиональным путешественником, практически больше ничем не занимаясь. Но где-то к середине 90-х годов это стало невозможным. И я занялся издательской деятельностью, и при этом время от времени удавалось совершать какие-то длительные экспедиции. А последнее время экспедиционные проекты обычно являются частью какого-то более крупного проекта. То есть, допустим, проект «Губерния-66» включал в себя съемки фильма, подготовку издания альбома и так далее. И в рамках этого проекта была осуществлена экспедиция.



Светлана Кулешова: А если говорить о целях, не касаясь причем денежной стороны, раньше, допустим, ходили общаться, теперь отдыхать от общества. Какие-то такие моменты есть?



Николай Рундквист: В общем-то, пожалуй, таких моментов нет. С самого начала и до сих пор я часто об этом задумываюсь, и часто такой вопрос задают: что больше всего привлекает в путешествиях? Так вот парадокс-то заключается в том, что я считаю себя человеком самодостаточным, но с другой стороны, именно в путешествиях мне обычно больше всего интересно общение со своими товарищами.



Светлана Кулешова: А отношение к комфорту меняется с возрастом?



Николай Рундквист: Отношение к комфорту, наверное, меняется. То есть если в первых путешествиях мы никогда не задумывались о каких-то элементах роскоши, то в последнее время я не против где-то и в хороших условиях проводить время.



Светлана Кулешова: Что в путешествии приносит самую большую радость?



Николай Рундквист: В первых путешествиях самую большую радость приносило восхождение на какую-нибудь вершину или преодоление какого-то перевала сложного. А в последние годы мне самую большую радость приносит какой-то удачный кадр. Причем иногда бывает так, что большая съемка проведена и, допустим, уже дома в камеральной обстановке я смотрю эти фотографии и обнаруживаю какую-то фотографию, которая мне очень нравится, но я даже не предполагал о ее существовании. И поэтому бывает так, что самый прекрасный момент путешествия:



Светлана Кулешова: :уже за границами путешествия.



Николай Рундквист: Да, бывает и так.



Светлана Кулешова: А еда какое место занимает в списке путешественнических удовольствий?



Николай Рундквист: Еда вообще, с точки зрения здравого человека, занимает всегда одно из первых мест. То есть еда – это очень важно, очень приятно для довольно большого количества людей. Поэтому в путешествии еда – это почти религия.



Светлана Кулешова: Какие самые фантастические, самые вкусные блюда из экспедиций вы помните? Вообще, можно ли что-то такое удивительное готовить в походных условиях?



Николай Рундквист: В общем-то, можно, можно готовить все что угодно. Особенно здесь мне вспоминается путешествие по Чукотке в 1997 году, оно отличалось таким голодом, то есть у нас довольно мало было продуктов, потому что экспедиция была очень длительная и чисто пешеходная – на себе много не унесешь. Так мы там готовили и салаты разные, из разных полевых мышек.



Светлана Кулешова: Из полевых мышек салаты готовили?



Николай Рундквист: Нет, из полевых мышек мы в основном готовили мясные блюда и пирожки всякие. Когда мы встретились с чукотскими охотниками и рыбаками, они нас кормили вообще всякими экзотическими продуктами типа содержанием желудка моржей и так далее, тухленьким мясом китов. И в общем, это довольно оригинальная еда.



Светлана Кулешова: Неужели вы решались все это пробовать?



Николай Рундквист: Дело в том, что сейчас, может быть, я бы и не решился, но тогда кушать хотелось, поэтому пробовали.



Светлана Кулешова: О планах, последний вопрос традиционно задается о планах.



Николай Рундквист: Планов каких-то сверхконкретных у нас пока нет. И последние экспедиции мы стараемся привязать к каким-то заказам в плане издания литературы, альбомов и так далее. А с другой стороны, мы в марте планируем совершить путешествие по Африке – там, где мы еще никогда не были, и попытаться взойти на Килиманджаро, пока там еще окончательно не растаял снег.



Светлана Кулешова: Отлично. Успехов!



XS
SM
MD
LG