Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Предвыборная борьба Российской Партии жизни и «Единой России» на Урале


Программу ведет Евгения Назарец. В программе принимают участие - Евгений Ройзман, депутат Государственной Думы Российской Федерации, лидер Свердловского отделения Российской партии ЖИЗНИ , глава регионального списка, и Дмитрий Уткин, председатель исполкома Совета Свердловского регионального отделения Российской партии ЖИЗНИ .



Евгения Назарец: Свердловское региональное отделение Российской партии ЖИЗНИ считает, что предложенный местной ячейкой «Единой России» меморандум о недопущении криминала во власть направлен исключительно против лидеров и союзников Российской партии ЖИЗНИ на выборах в Свердловскую областную Думу. В ответ Партия ЖИЗНИ призывает участников предвыборной гонки подписать соглашение о недопустимости использования административного ресурса на региональных выборах.


И сегодня речь пойдет о предвыборной борьбе Партии ЖИЗНИ и «Единой России» на Урале. И в качестве повода – об одном из последних событий на этом фронте. Известный в России исполнитель в стиле «шансон» Александр Новиков решил поддержать Российскую партию ЖИЗНИ на выборах в Свердловскую областную Думу. Политическое решение певца и продюсера пошло в ущерб его бизнесу, заявил на пресс-конференции сам Александр Новиков и обвинил в этом «Единую Россию».


По словам Александра Новикова, неприятности в бизнесе начались после того, как он обнародовал свое решение помогать депутату Государственной Думы Евгению Ройзману, который также является лидером регионального отделения Российской партии ЖИЗНИ и возглавляет ее список на выборах в Свердловскую областную Думу.



Александр Новиков: Чиновники, которые состоят в политсовете «Единой России», вынудили мою студию покинуть здание, в котором она располагалась, путем поднятия аренды почти в 10 раз. Здание находится в ведении одного из функционеров, который состоит в политсовете «Единой России», фирма «Серебряное кольцо», которой отданы в управление все памятники архитектуры. И в одном из таких памятников располагалась студия, в которой я работал.



Евгения Назарец: Певец и признанный уральский авторитет Александр Новиков усматривает в происходящем также связь со своей недавней встречей с председателем Российской партии ЖИЗНИ Сергеем Мироновым. «Видимо, в рядах «Единой России» это расценили как факт моего вступления в партию и сразу же стали принимать меры», - предполагает Новиков. По его мнению, главной мерой стало инициированное свердловскими «единороссами» подписание с оглашения о противодействии проникновения криминала во власть.



Александр Новиков: Ни для кого не секрет, почему возник этот меморандум. Я судимый. Но они не знают, что судимость моя, она не то что снята, а приговор отменен Верховным Судом Российской Федерации. Я считаюсь незаконно осужденным. Что касается Евгения Ройзмана, так я понятия не имел даже, что он судимый. Это не имеет никакого значения к сегодняшним выборам. Человек может быть судимым в жизни, может оступиться. Это же не навсегда. Существует закон, который регламентирует. Можно сегодня сидеть в следственном изоляторе и баллотироваться в депутаты или в президенты. Этого же никто не запрещает. Когда я прочитал этот меморандум, мне так было смешно. И я вспомнил одного милого дядю из руководства «Единой России», с которым мы сидели в соседних камерах. Им-то что будут делать?



Евгения Назарец: В региональном отделении «Единой России» понимают, что вопросы взаимоотношений человека с законом в правовом государстве законом же и регламентируются. «Единороссам» ревизия рядов накануне областных выборов не понадобится, дает понять начальник отдела агитационной и пропагандистской работы региональной ячейки «Единой России» Денис Селезнев.



Денис Селезнев: У нас, в принципе, когда анкеты заполняются, они уже проверяются. То есть на этапе вступления в партию.



Евгения Назарец: Соглашение о противодействии проникновения криминала во власть подписали девять партий, включая саму «Единую Россию». В ответ на ее «антикриминальный» меморандум у свердловского отделения Российской партии ЖИЗНИ есть свой. Глава РПЖ в Свердловской области Евгений Ройзман обратился к лидерам всех политических партий в регионе с предложением подписать соглашение об отказе использовать административный ресурс во время предвыборной кампании.


И сегодня в Екатеринбург ской студии Радио Свобода - Евгений Ройзман, депутат Государственной Думы Российской Федерации, лидер Свердловского отделения Российской партии ЖИЗНИ , глава ее регионального списка, и Дмитрий Уткин, председатель исполкома Совета Свердловского регионального отделения Российской партии ЖИЗНИ .


Сначала мне все-таки интересно, что же произошло со студией Александра Новикова? Она сейчас не работает?



Евгений Ройзман: Нет, ему пришлось просто переехать. Там суть-то заключается в следующем. Была одна аренда, а как только это попало в руки «Единой России», то аренда увеличилась для людей в 10 раз. И Александру выкатили эту аренду. Во-первых, ему стало просто обидно. Мы с ним разговаривали, и он говорил: «Я их всегда поддерживал. Я поддерживал губернатора, я им помогал на выборах. Я ни разу за это не взял ни копейки». А мы-то видели, как он работает. Он-то трудяга. Он все делает по-честному. Его-то не в чем упрекнуть. И он говорит: «Вот для них такая мелочь. Вдруг взяли и выселили из студии». А представляете, что такое для музыканта его уровня перевезти аппаратуру всю. Ну, просто нарушили весь процесс. И, конечно, он как оплеванный. Я его очень хорошо понимаю.



Евгения Назарец: Ну, как оплеванный – это понятно. Но как бизнесмен он возобновит работу студии? Вы, может быть, чем-то можете ему помочь?



Евгений Ройзман: Ну, если бы Новикова можно было бы сломать таким способом, поверьте, его бы сломали 20 лет назад.



Евгения Назарец: Дмитрий, как вы полагаете, это все-таки следствие того, что он обнародовал свои контакты с Партией ЖИЗНИ, с Евгением Ройзманом?



Дмитрий Уткин: Безусловно, это связано только с этим. Потому что буквально на следующий день это произошло. Вышел материал у нас в СМИ по поводу поддержки Евгения Ройзмана, Партии ЖИЗНИ, где Александр Новиков прямо заявляет, что «да, я, возможно, вступлю в ряды Партии ЖИЗНИ или буду ее поддерживать, буду ее сторонником». И это произошло сразу. Причем аренду ведь могли и раньше поднять. Ведь в ведении этих людей и раньше находилась эта студия. И буквально сразу после его заявления это и произошло. То есть в 10 раз подняли аренду, и он был вынужден искать другое помещение. У него 20 человек остались без работы. Ну и творческий процесс нарушен.



Евгения Назарец: Вот если логически рассуждать, если люди делают какое-либо действие – в данном случае поднимают аренду и оказывают административное давление на студию Александра Новикова, - то они рассчитывают на какой-то результат. Простите, никак не могу предположить, на какой результат рассчитывали в данном случае. Вступит в «Единую Россию» и не вступит в Партию ЖИЗНИ? Может быть, вы мне объясните?



Евгений Ройзман: Понятно, что, в общем-то, собрались люди не семи пядей во лбу, и они это наглядно всем продемонстрировали. А особенно со своим меморандумом. Ну, хотите, ищите криминал? Так в зеркало посмотрите. И то, что они заявили, что люди с криминальным прошлым... Главное, чтобы не было криминального будущего. Потому что если сейчас посмотреть, кто сидит – мэры, губернаторы, там они целыми парламентами... «единороссы» умудряются - местными парламентами просто садятся в тюрьму. И, в общем-то, им есть о чем задуматься.



Дмитрий Уткин: Евгений правильно сказал, что это люди недалекие, это абсолютно правильно. Потому что, понимаете, вот надо что-то сделать, а умственных возможностей, как говорится, сделать что-то не хватает. То есть нашли первое, что в голову пришло: «да, точно, у него студия, сейчас мы его выселим».



Евгений Ройзман: Куча русских пословиц есть на эту тему.



Дмитрий Уткин: Да. Причем это люди, которые с Новиковым, скорее всего, лично не общались и не знают его, что он за человек. И даже не подумали о том, какие последствия будут.



Евгения Назарец: Да, есть одна русская пословица, ну, не сильно русская, может быть, скорее, он пошла от наших чиновников, но которую можно в этом случае употребить: «Хотели как лучше, а получилось как обычно». Да?



Евгений Ройзман: Ну да.



Евгения Назарец: И я хочу пригласить наших радиослушателей к разговору на тему, которую мы предлагаем. Вопрос такой: как вы считаете, почему авторитетные люди и многие политики в регионах все-таки не считают для себя возможным поддерживать «Единую Россию», несмотря на всю ее мощь и, с точки зрения других политиков, престижность в качестве политической силы?


Кстати, у вас есть ответ – почему? Например, для многих... ну, для вас лично – это понятно, вы на него ответите. А в принципе, вы можете судить о других, почему далеко не всех так неудержимо тянет в «Единую Россию»?



Евгений Ройзман: Почему в КПСС тянуло? Просто это партия власти, партия, которая узурпировала на местах...



Евгения Назарец: Да, она дает шансы не только сделать карьеру, но и что-то сделать, поскольку большой административный ресурс имеется.



Евгений Ройзман: Не уверен. Вот здесь я не уверен. Я считаю, что «Единая Россия» дает какой-то ресурс, но она же его и отнимает. Пока ты свободный человек, пока ты не входишь в «Единую Россию», ты волен делать то, что ты считаешь нужным. Как только ты заходишь в партию... ресурс дадут тебе или не дадут – это еще вопрос, а то, что узду накинут, если ты будешь слишком активным, это совершенно точно. Поэтому здесь бабушка надвое сказала.


Когда ты работаешь конструктивно, тебе нет никакой разницы. Потому что дети у всех одни – и у «Единой России», и у коммунистов, и у ЛДПР, и у «Родины» - у нас у всех одни дети. И у нас у всех задача – чтобы в стране было как-то лучше жить. Поэтому по любым конструктивным вещам ты всегда договоришься со всеми.


А что касается вот этой политики, ну, неохота в этом участвовать просто.



Евгения Назарец: Вернемся к антикриминальному меморандуму, который предложило региональное отделение «Единой России», который подписали девять партий, включая саму «Единую Россию». Почему вообще Партия ЖИЗНИ и ее лидеры решили, что он адресован им? Вам кто-то об этом сказал?



Евгений Ройзман: Там ситуация была другая. Вот я был в Москве. Шли пленарные заседания Государственной Думы. Они собрались что-то подписывать. Это PR -акция «Единой России». С чего вдруг я буду участвовать в PR -акции «Единой России»?! Это первое.


Второе. Когда «Единая Россия» подписывала какой-то антифашистский пакт... Вообще слово «пакт» сразу напоминает Молотова и Риббентропа. Тем более, они антифашистский пакт подписывали. Миронов не стал подписывать, потому что он говорит: «Подождите, давайте сначала посмотрим, что мы подписываем». И вот эти PR -акции – это мыльные пузыри. Вот я действующий депутат Государственной Думы, у которого огромная куча работы – по 500-600 человек в неделю проходит через приемную, – и будут принимать участие в каких-то глупостях, которые затевают местные лидеры «Единой России»?!



Дмитрий Уткин: Причем, понимаете, существует же избирательное законодательство. Все списки, которые представляются в избирательную комиссию, тщательно проверяются. И если там есть судимые люди, то эти списки просто не допускаются к участию. Это абсолютно точно. И причем руководителям на местах это все известно на самом деле. И фактически это, действительно, попытка найти в чужих рядах кого-то... причем ведь можно обвинить кого угодно абсолютно, имея СМИ, имея возможности большие для оповещения населения. То есть можно абсолютно из ничего раздуть эту тему.



Евгений Ройзман: А мы-то предложили очень простую повестку: «Хотите что-нибудь подписать? – нет проблем. Давайте подпишем меморандум о недопустимости использования административного ресурса во время выборов». Потому что сейчас в «Единую Россию» просто людей насильно загоняют, а особенно бюджетников, служащих. Предложили подписать, что «раз вы такие, ну, давайте подпишем, что не будем использовать административный ресурс – раз. И второе – давайте подпишем меморандум о равном доступе к средствам массовой информации во время выборов».



Дмитрий Уткин: Да. Причем там, действительно, ведь ужасные вещи происходят. Вот к Евгению люди на прием приходят, просто те люди, которые вообще никуда не обращались. Предположим, вот сейчас ремонты в школах идут. То есть приходят учителя и говорят: «Понимаете, нам новые парты привезли, но сказали: «Мы вам новые парты дадим, но надо, чтобы пять учителей вступили в «Единую Россию». Да поверьте, ни при каком коммунизме такого не было. И причем все люди, которые сейчас у нас депутаты большинство в «Единой России», все были в Коммунистической партии в свое время. Они как-то об этом забывают, в общем-то.



Евгения Назарец: Подождите, я у «Единой России» интересовалась: «А что дальше с этим меморандумом?». Они говорят: «Да ничего больше». А на ваш взгляд, все-таки пойдут в ход конкретные имена, фамилии, конкретный компромат? Раз уж заговорили о том, что намекают, что в каких-то партиях есть люди с криминальным прошлым или с криминальным настоящим.



Евгений Ройзман: Я скажу, чем это может закончиться. Просто «Единая Россия» пробудит интерес у журналистов к своим рядам и к своим спискам, и они потянут за ниточку и вытащат за хобот такого слона... я не знаю, куда они прятаться будут.



Евгения Назарец: А может быть, все-таки Партии ЖИЗНИ было легче это все подписать, ерунду эту, и теперь не давать объяснений по поводу снятой судимости Александра Новикова?



Евгений Ройзман: Я в Москве сидел, мы-то в это время работали...



Евгения Назарец: То есть, по большому счету, и шанса не дали, да?



Евгений Ройзман: В это время было заседание комитета, пленарное заседание Государственной Думы, в субботу было заседание Государственной Думы. Все работали.



Евгения Назарец: Вот ко второму меморандуму, за которым ваше авторство, про административный ресурс сначала. Какие партии его подпишут? Кого в подписантах-то вы рассчитываете увидеть, если вдруг его начать подписывать? Кроме «Единой России», которая, наверное, не подпишет.



Евгений Ройзман: Это на самом деле забавно. Здесь «Единая Россия» попадает в очень сложную ситуацию. Если они все будут делать честно, то им надо, конечно, подписывать этот меморандум. Но если они его подпишут и будут продолжать все делать честно, то надо отказаться от административного ресурса.



Евгения Назарец: И вернуть Александру Новикову студию и маленькую арендную плату.



Евгений Ройзман: Но у «Единой России», кроме административного ресурса... я просто не понимаю, что у них есть еще. Это притом, что в «Единой России», особенно на федеральном уровне, достаточно настоящих, достойных людей, с которыми можно иметь дело, к которым можно относиться со всем уважением. Но то, что творится на местах, это просто смешно.



Евгения Назарец: Вот это деление на хороших и плохих внутри каждой партии меня очень смешит, откровенно говоря. Александр Новиков и вы говорите, что... он на пресс-конференции тоже эту мысль проводил, что «есть «Единая Россия», а есть Россель, есть Путин и так далее. Вот они хорошие. А там есть много всяких мелких людишек и чиновников от партии аппаратчиков». «Единая Россия», по сути, про Партию ЖИЗНИ то же самое намекает: «Партия ЖИЗНИ, наверное, она вроде бы и ничего, но вот там есть люди с криминальным прошлым...». И в результате получается, что две стороны одной медали.



Евгений Ройзман: Мы уже говорили про криминальное прошлое и про криминальное будущее. Здесь на самом деле немножко дело в другом. Вот мне то, что происходит, вот то, что делает «Единая Россия», мне не нравится как явление. Потому что им осталось на самом деле только выбрать политбюро. Понимаете, что происходит? Причем КПСС, конечно, где-то была и мощнее, но где-то была и гораздо порядочнее. Там не было такой коммерческой направленности откровенной и просто такого захвата, узурпации власти.



Евгения Назарец: Дмитрий, как вы считаете, удастся ли в данном случае свердловских избирателей приучить к тому, что все партии нужно воспринимать вот именно так: «В них есть и хорошие, и плохие люди. Давайте смотреть, кто у них хороший и кто главный»? Это ведь, по-моему, нереально.



Дмитрий Уткин: Знаете, я считаю, что избиратели должны партию как-то определять по ее делам, по людям, которые там находятся, и по делам. То есть вот у нас идея... ну, даже не идея, это точно так будет, у нас будет список, предположим, партии, и каждый человек, который будет в этом списке, он будет понятен. То есть вот этот человек, он сделал то-то и то-то, за ним такая-то биография...



Евгений Ройзман: Его реальные дела.



Дмитрий Уткин: Да. И все люди, которые будут в этом списке, они будут работать. Предположим, Евгений не будет в областной Думе, но он будет в Госдуме работать на областную Думу, и это гораздо важнее в данном случае.



Евгений Ройзман: Вот у нас сейчас около 5 тысяч человек написали заявления, сколько-то уже приняли, сколько-то примем в будущем. Порядка 5 тысяч человек. Пока у нас нет ни одного чиновника. Все люди с земли, люди, которые сами создавали свой бизнес, создавали кучу рабочих мест, которые себя как-то проявили в жизни. Собираются нормальные люди. Потому что очень много людей вот с этой узурпацией власти «Единой Россией» отошли на обочину и смотрят, чем это все закончится. И они не участвуют в политическом процессе. И сейчас Партия ЖИЗНИ зашла на эту поляну, и мы даем людям возможность просто участвовать в принятии решений. Мы собираем нормальных людей.



Евгения Назарец: О делах Партии ЖИЗНИ. Что за вами – это понятно – это борьба с наркотиками, основание в Свердловской области Фонда «Город без наркотиков». Что кроме этого в активе Партии ЖИЗНИ с приходом этих настоящих людей появляется? Какие еще программы?



Дмитрий Уткин: У нас очень много людей, кто занимался общественной деятельностью. У нас, например, Саша Доросинский, известный автогонщик. И вообще вот это все движение, которое сейчас возникло, это благодаря ему...



Евгений Ройзман: Да полностью с нуля человек, парень молодой создал свой бизнес, создал 1,5 тысячи рабочих мест. И многие-многие другие, вот такие же совершенно реальные, хорошие, порядочные люди. Есть люди, которые... вот у нас Зоя Васильевна, она отработала всю жизнь в правоохранительных органах, она была начальником следствия кировского. Только за последнее время, работая в моей приемной, удалось человек 10 вытащить из тюрьмы, невинно осужденных. Вот именно она работала. То есть ей просто за это памятник надо поставить. И так далее.



Дмитрий Уткин: Можно долго перечислять.



Евгения Назарец: Понятно. Просто на слуху в основном вот эта программа борьбы с наркоманией.



Евгений Ройзман: С нами Фонд «Трезвый Екатеринбург». Представьте себе, несколько парней работали по борьбе с суррогатами, сумели выстроить отношения с милицией. Я их поддерживал постоянно депутатскими запросами. Провели порядка ста операций за год. Смертность в области уменьшилась. На 357 человек меньше умерло за год работы. Ну, понятные результаты.


И когда мы с Мироновым разговаривали, я говорю: «Сергей Михайлович, давайте позиции сверим. Что вы считаете основной проблемой?». Он говорит: «Я считаю основной проблемой то, что мы вымираем каждый год». И основные составляющие этой проблемы – это алкоголизм и наркомания. И это не решается потому, что коррупция сумасшедшая. Вот, в общем-то, и картина. И есть, где силы приложить, и есть, чем заняться.



Дмитрий Уткин: Я немножко добавлю. Вот с приемом в партию интересные вещи происходят. К нам приехало очень много из области людей, и приезжают. То есть узнали, что есть такая партия, что осуществляется прием в партию. И приехало очень много представителей небольшого бизнеса – у кого магазины, заправки, еще какой-то небольшой бизнес. То есть у них такая ситуация. У них есть 20-30 человек работающих, и с ними никто на местном уровне из чиновников не хочет разговаривать. То есть их периодически вызывают куда-то и говорят: «Так, ты должен заплатить за это столько-то, за то столько-то...».



Евгений Ройзман: Говорят: «Денег дай».



Дмитрий Уткин: Да. Они говорят: «Вы понимаете, у нас вот такие-то проблемы». А им отвечают: «Все, ладно, идите. Потом придете. Сначала вы вот это заплатите». И так постоянно продолжается. И просто люди столкнулись с тем, что у них нет возможности как-то свои интересы отстаивать. И вот этот ресурс партии, они в нем увидели, что это объединение каких-то нормальных людей, которые пытаются защищать интересы населения.



Евгений Ройзман: И уже президент вслух сказал: «Нельзя узурпировать, не должно быть одной партии. Должна быть какая-то альтернатива». Представляете, сумасшедший профицит бюджета у нас. И на уровне областной Думы этими деньгами будет распоряжаться «Единая Россия». А у меня нет никакой уверенности в том, что «Единая Россия» справедливо будет распоряжаться этими деньгами.



Евгения Назарец: Вот еще прежде, чем оказаться депутатом Госдумы, прежде чем оказаться в Партии ЖИЗНИ, вы, Евгений, очень много сил потратили на то, чтобы хоть какие-то отношения с властью выстроить в качестве лидера Фонда «Город без наркотиков». И в то время часто случались инциденты, когда эта самая власть руками правоохранительных органов, по вашим словам, пыталась разобраться с вашей деятельностью.


Сейчас, так или иначе, вы наладили не совсем дружелюбные отношения с «Единой Россией». Вы не боитесь того, что это будет препятствовать вашей деятельности, помимо депутатской, но в том числе и ей? Какие у вас отношения с «Единой Россией» вообще?



Евгений Ройзман: У меня хорошие отношения, а особенно с конкретными представителями. То есть мне не нравится «Единая Россия» как явление, ну, она мне, как гражданину, не нравится как явление.



Евгения Назарец: А вам предлагали вступить в «Единую Россию»?



Евгений Ройзман: Конечно. Мне предлагали вообще во все партии вступить. И с «Единой Россией» были очень серьезные переговоры. Но в тот момент на меня уже началось давление, и как альтернативу предлагали вступление в «Единую Россию»...



Евгения Назарец: Давление какое?



Евгений Ройзман: Ну, что я сейчас буду об этом говорить...



Евгения Назарец: Уговаривали просто или говорили, что чего-нибудь расскажут про вас?



Евгений Ройзман: А что про меня можно сказать? Я здесь родился и вырос, про меня здесь все и все знают.



Евгения Назарец: Ну, соврать что-нибудь.



Евгений Ройзман: А это ко мне не пристает. Я к этому привык. Ну, шакалы воют, а караван идет.


Я, действительно, встречал много достойных людей в «Единой России». И что касается губернатора. Я к нему на самом деле отношусь с уважением. Он трудяга, он действительно трудяга. Но я к нему отношусь с уважением не как к лидеру «Единой России», а как к губернатору Свердловской области, за которого мы все голосовали. И я считаю, что в данном случае мы все имеем равные права, а не только члены «Единой России». Это наш губернатор, и мы за него действительно голосовали, он выборный. Изначально это выборный губернатор.


И я думаю, что пройдут выборы, спадет острота, и будем дальше работать. Потому что на самом деле работы много. И я еще раз говорю, задачи-то у нас одни. У нас у всех дети растут. У нас у всех пожилые родители. Нам надо, чтобы наши родители спокойно ходили по улицам, чтобы мы не переживали за наших детей, чтобы не заваливали нашу область, наш город наркотиками. Ну, простые, в общем-то, задачи.



Евгения Назарец: Да понятно, что задачи простые. Методы просто выбираются еще более простые, и от этого все выглядит довольно глупо, особенно в предвыборную кампанию.


И все-таки официальная предвыборная кампания вот-вот начнется, я имею в виду агитацию. Какой тактики все-таки намерена придерживаться Партия ЖИЗНИ? Какого рода будет агитация?



Евгений Ройзман: Обратите внимание, за нашими плечами нет ни одной проигранной кампании. И мы всегда вели себя одинаково: мы никого не критиковали, никого не трогали, мы рассказывали о том, что мы можем, что мы уже сделали, что мы собираемся делать дальше. Нам есть что сказать. Нам не обязательно кого-то ругать. Потому что они сами себя отругают, как вот с этим меморандумом. Ну, на всю страну себя показали. Красиво Александр сказал: «Купаются в идиотизме».



Евгения Назарец: Понятно, да. Он поэтически выразился. Я, правда, эту цитату не смогла включить в тот рассказ, который подготовила, но, тем не менее, там было много перлов, которые заслуживали того, чтобы прозвучать и в эфире в том числе.


А вообще, если подразумевать, что в основном это будут встречи с избирателями. Я правильно догадываюсь?



Евгений Ройзман: Мы же находимся в очень сложной ситуации. Вообще стартовая позиция изумительная – полностью отрезаны от СМИ, конфликтная ситуация с мэрией, конфликтная ситуация с областной администрацией, конфликтная ситуация с полпредством – ну, все чудеса. Как мы собираемся работать?.. Ну, будем работать. Мы, в общем-то, в этих ситуациях бывали.



Евгения Назарец: Встречи с избирателями тоже нужно где-то проводить. Популярный метод срыва их – это тоже административное давление на администрацию этих учреждений, где устраиваются встречи.



Евгений Ройзман: Да. Но здесь надо понимать, что мы, в общем-то, тоже не мальчики для битья. И мы умеем в полевых условиях работать гораздо лучше, чем «Единая Россия». И мы здесь родились и выросли, нам здесь бояться нечего.



Дмитрий Уткин: Есть такое выражение: голос из подполья звучит во много раз громче.



Евгений Ройзман: Ну, значит, будем из искры раздувать чего-нибудь.



Евгения Назарец: Я слышала, что теперь даже у обычных слушателей, не погруженных в дела бизнеса, есть такое понятие «ребрендинг», когда, в общем-то, суть остается той же у бизнеса, но у него появляются новые, какие-то визуальные и публичные проявления в виде логотипов или чего-то еще. С Партией ЖИЗНИ, такое ощущение, что в последние годы произошло как раз обратное. Название «Партия ЖИЗНИ» осталось, а вот в этом сосуде совершенно другое наполнение. Прежние лидеры Партии ЖИЗНИ – это в большей степени врачи, люди тихие, не шумные, интеллектуальные – они все равно остались в Партии ЖИЗНИ? И какая роль сейчас им отводится?



Дмитрий Уткин: У нас Ян Львович Габинский, главный кардиолог Екатеринбурга, возглавлял здесь Совет длительное время. И Ян Львович заложил очень прочный фундамент для партии. Он при относительно небольшой численности, используя свои возможности, которые у него были, он нормально вел работу партийную, ну, в той степени, в какой он мог и какие у него были возможности. Я считаю, что он очень большой вклад внес.



Евгения Назарец: И все-таки вот это изменение формата партии, простите за такие слова, произошло не так уж задолго до выборов. Это помешает или это, вы считаете, не такой уж важный фактор?



Дмитрий Уткин: Вот это изменение, оно показывает большую ориентацию партии именно на население, на более широкие его слои, скажем так.



Евгений Ройзман: И потом, ведь очень много молодых людей вступили, которые готовы бороться, которые ничего не боятся, которые хотят сделать страну лучше. Очень много позитивных людей. Совершенно позитивная партия.



Дмитрий Уткин: Для нас, в общем, это было довольно неожиданно. Я уже рассказывал, когда люди стали узнавать, что Евгений Ройзман... То есть мы фактически везде об этом и говорим, что сначала были люди, которые были ориентированы на Яна Львовича Габинского, какой-то круг людей, а потом Евгений Ройзман и его сторонники. А сейчас уже постепенно приходят люди... Вот сейчас Александр Новиков пришел, и его поклонники...



Евгения Назарец: А он вступит в партию?



Дмитрий Уткин: У нас же такая ситуация: мы как раз не хотим делать акцент на вступлении в партию.



Евгения Назарец: То есть партбилет – это не главное?



Дмитрий Уткин: Нет. У нас как бы что сторонники партии, что члены партии – тут как бы нет особой разницы. Но там вот какая ситуация. Некоторые люди просто очень хотят быть членами партии, вот хотят иметь членский билет, то есть им это интересно, им этого хочется. А некоторые люди не хотят вступать в партию. Они нас поддерживают, но по каким-то причинам не вступают в партию. Но мы абсолютно не разделяем, никакой разницы нет.


И идет такой разговор, что вообще на базе Партии ЖИЗНИ будет сформирована Социал-демократическая партия. Ну, это где-то через пять лет может быть. То есть мы будем как-то приходить к формату европейскому, мировому в партстроительстве в нашей стране.



Евгения Назарец: Евгений, вы уже сказали сегодня, что у вас был выбор, в какую партию вступать. Я вот глубоко сомневаюсь в том, что выбирая, куда же все-таки вступить, кого поддержать или, по крайней мере, с кем оказаться, вы выбирали именно ту самую партию, тихую партию медиков, по крайней мере региональное отделение, которая что-то там про выхухолей говорит. У меня такое ощущение было, что вы пришли в Партию ЖИЗНИ, чтобы создать партию.



Евгений Ройзман: На самом деле это действительно так. Мы искали бренд. Вот я скажу, как есть, мы искали бренд. Потому что благодаря «Единой России» был принят совершенно, я считаю, идиотский закон – отменили выборы по одномандатным округам. Я считаю, что депутат, который прошел от своего округа, - это единственная возможность у людей посмотреть в глаза тому, кого они выбирали. Партии в глаза не посмотришь. И тут «Единая Россия» принимает закон, что все выборы только по партийным спискам. Ну и мы все, нормальные, обычные люди, оказались на обочине. Какие партийные списки?! Я достаточно скептически к этому отношусь ко всему.


Но нас загнали в такую ситуацию, и мы были вынуждены искать флаг, искать бренд. Посмотришь: этот флаг какой-то коричневый, этот уже какой-то дыроватый, а этим махали-махали и замахали уже совсем этот флаг. Сами понимаете, куча флагов. И вдруг смотрим – есть совершенно незапятнанный бренд – Партия ЖИЗНИ. Партия не сделала ничего плохого.



Евгения Назарец: Ну, может быть, и не так уж много хорошего, но и плохого ничего не сделала пока еще.



Евгений Ройзман: Скажем, что не так уж много хорошего, а просто сделала немного, но плохого не сделала ничего. И у нас появилась возможность этот бренд у нас на региональном уровне наполнить добрым, хорошим, настоящим содержанием, что мы и сделали. Вот и все.



Дмитрий Уткин: Это попытка провести принцип: политика в интересах населения. То есть принцип должен быть такой. В «Единой России» очень много людей, которые какие-то свои интересы защищают, ну, по разным причинам они туда приходят. А здесь действительно вся политика партии должна быть ориентирована на интересы человека. То есть жизнь человека должна быть на первом месте, как ее улучшить, как сделать ее более достойной, качественной и так далее.



Евгения Назарец: Я вас благодарю за участие в программе. И надеюсь на следующую встречу.


XS
SM
MD
LG