Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Больная стопа и лечебные супинаторы


Ольга Беклемищева: Мы говорим об ортопедической помощи людям, испытывающим боль при ходьбе. Все знают о супинаторах и лечебных стельках, но это далеко не весь арсенал современной ортопедии. Сегодня у нас в студии доктор Василий Шуров, травматолог-ортопед, руководитель медицинского отдела студии ортопедии Step . И в нашем разговоре, как всегда, примет участие профессор Даниил Борисович Голубев, наш постоянный медицинский американский эксперт.


Василий Александрович, стопа – сложный такой анатомический орган, который в течение жизни испытывает массу всяких нагрузок. Естественно, там много что может испортиться. А что там может испортиться в первую очередь?



Василий Шуров: Вы совершенно верно сказали – это очень сложный анатомический орган. Он состоит из костной ткани. Там 26 костей в стопе. Соответственно, множество суставов различной сложности и конфигурации, мощный связочный аппарат, мощная жировая клетчатка, которая идет по нижней поверхности, собственно, формирует пятку и способствует смягчению при ходьбе, и мышцы голени, которые обеспечивают натяжение, поддержание костного свода. Соответственно, любая из этих структур может нарушиться, что, несомненно, проявится и болевым синдромом, и нарушением походки. То есть плоскостопие – это проблема комплексная.



Ольга Беклемищева: Плоскостопие – это основная проблема, которая вбирает в себя все проблемы, случающиеся с нашей стопой во время жизни или нет?



Василий Шуров: Скажем так, под тем термином, который у нас понимается, все наиболее распространенные мнения, что плоскостопие – это неправильное положение стопы. Хотя, если брать медицинскую терминологию, там под плоскостопием понимается конкретная фиксированная пронация отведения стопы с уплощение продольного свода. А мы, как обыватели, понимаем это как любую проблему, когда у нас возникает боль в стопе.



Ольга Беклемищева: Но это не совсем так, по-моему, сейчас обыватель уже стал более грамотный и жалуется на шпоры, жалуется на мозоли, жалуется на все остальное. Но, наверное, это не суть важно. Важно то, что в результате нагрузки, ранее привычной, обычной, человек вдруг начинает испытывать боль.



Василий Шуров: Да, совершенно верно.



Ольга Беклемищева: И вот тогда, очевидно, нужно задуматься о том, что же делать с этой стопой. На самом деле что можно сделать, если к вам пришел человек и сказал, что ему больно ходить?



Василий Шуров: Ну, мы для начала побеседуем, выясним, когда возникла боль, сколько у него продолжается болевой синдром, какой он выраженности, когда начинается – утром или вечером. То есть соберем подробный медицинский анамнез. Затем мы его проведем в смотровой кабинет, попросим разуться, посмотрим ногу, стопу на предмет, там, потертостей, мозолей, каких-то травм. Затем мы сделаем отпечаток на плантографе, который уже является медицинским документом, который нам предоставит более конкретную информацию о степени распределения давления по стопе, о каких-то зонах перегрузки, об искривлениях. Соответственно, все это проверим руками еще раз, посмотрим, убедимся, соотнесем и сделаем вывод о той проблеме, которая у него есть.



Ольга Беклемищева: То, что вы предложите лечение, я не сомневаюсь. А что значите – зоны перегрузки? Из-за чего они возникают?



Василий Шуров: Проблемы плоскостопия. То есть стандартно наша стопа задумывалась, как очень хорошая рессора, она имеет аркообразную форму (в форме арки), и давление сил распределено наиболее равномерно в так называемом нейтральном положении стопы, которая обеспечивает оптимальную биомеханику при ходьбе, обеспечивает оптимальную рессорную, балансировочную, толчковую функцию стопы. Это очень прочный механизм. Все-таки наша стопа несет весь вес тела…



Ольга Беклемищева: А если подумать о том, какой он бывает, то невольно хочется снять шляпу.



Василий Шуров: Вес зачастую резко набирается, резко сбрасывается, и нагрузки могут быть незапланированные, в том числе физические, то есть действительно стопа обладает очень большой прочностью. И когда возникают сдвиги, называемые уже плоскостопием, это говорит о том, что серьезно подорваны ее компенсаторные способности, и, соответственно, восстановление их тоже потребует существенных усилий.



Ольга Беклемищева: А восстановление – это реально или все-таки, если процесс зашел далеко, то можно только помочь не болеть, а вылечить уже нельзя?



Василий Шуров: Тут у нас дифференцированный подход. Когда мы говорим о детях, там действительно реально можно говорить о лечебном эффекте. То есть действительно правильно сформировать, стопа развивается, она очень подвержена нагрузке, подвержена влиянию, ее можно сформировать, в каком-то направлении направить. Когда мы говорим о взрослых, действительно, скорее всего, невозможно исправить деформацию стопы с помощью ортеза. Ортез все-таки направлен на равномерное распределение нагрузки по стопе. То есть, когда оно нарушено, уже плоскостопие поддержать, распределить нагрузку, обеспечить комфортность ноге – вот это задача ортеза. Само плоскостопие уже не вылечишь.



Ольга Беклемищева: Это все, очевидно, ожидаемо, но грустно. Может быть, есть какие-то упражнения, которые можно делать, и все-таки отодвинуть тот момент наступления болезней стопы на возможно дальний срок?



Василий Шуров: Упражнения – несомненно… Но надо понимать, что стопа однозначно предназначена для очень сильных нагрузок.



Ольга Беклемищева: Она и так постоянно упражняется.



Василий Шуров: Да, она постоянно упражняется. Утром встал – у тебя сплошное упражнение целый день, особенно у женщин на каблуках, шпильках с минимальной опорой, там и балансировочные очень хорошие упражнения на устойчивость. Чтобы ее действительно прокачать, укрепить, это требуются очень большие усилия, это требуется регулярности, это требуется поймать момент, что называется, пока этого всего нет, это ожидается. А когда уже случилось, это, конечно, приветствуется нами, но как основной метод лечения… Это входит в состав лечения, но уже основной роли не несет, к сожалению, если механизм нарушен.



Ольга Беклемищева: Вы сказали – поймать момент. А что может заставить человека насторожиться? Когда можно почувствовать приближение каких-то проблем стопы?



Василий Шуров: Во-первых, это генетическая предрасположенность. Если он знает, что у него родители с этой проблемой маются, он уже может какие-то предварительные шаги в этом направлении предпринять. Если он сам планирует свой организм подвергать каким-то нагрузкам, заняться каким-то спортом или его профессиональная деятельность связана с длительным стоянием. Особенно неприятно длительное стояние. То есть если при ходьбе идет все-таки укрепление, то, когда человек стоит, просто стоит, длительная статическая нагрузка, это очень неблагоприятно: повреждаются связки, повреждаются суставы. Поэтому рекомендуются всякие гимнастики трудовые, постоянно не стоять, делать перерывы. Основные вещи такие.



Ольга Беклемищева: А есть ли какие-то заболевания, при которых можно сказать, что, скорее всего, проблемы со стопой будут, общие заболевания?



Василий Шуров: Диабет. Стопа диабетика – это общеизвестная проблема. Ну, там опять-таки на первом месте идет полиангионейропатия, то есть поражение мелких сосудов, мелких нервов, это страдания пациентов по типу смятого, мокрого носка. Тут плоскостопие может утяжелять все эти проблемы, так как оно усиливает перегрузку, усиливает давление. Естественно, если усилить давление на пораженный нерв, то усилится и болевой синдром, нарушится трофика и усилится течение, скорость этого заболевания, и финал…



Ольга Беклемищева: И еще ревматоидный артрит, подагра.



Василий Шуров: Да, подагра – крайне мучительное заболевание. Если, естественно, мы говорим о плоскостопии, когда опять-таки возрастает давление на передний отдел, на первый плюснефаланговый сустав, который, как правило, поражается при подагре, то это, соответственно, значительно усиливает страдания пациента.



Ольга Беклемищева: Итак, вот стелька и лечебный супинатор могут оказать поддержку, некоторую помощь. Можно ли подобрать это таким образом, чтобы не было болевого синдрома?



Василий Шуров: Опять-таки зависит от фазы болевого синдрома, зависит от сопутствующей терапии. Чтобы мы говорили в чистом виде – будешь носить стельку и все пройдет, - я думаю, такой гарантии ни один доктор не даст. Как правило, это лечение сложное, комбинированное, длительное, потому что проблемы тоже не одномоментные очень часто. Я не рассматриваю какие-то вещи, связанные с травмой, а именно когда такие хронические, общие, системные заболевания, когда они осложняются еще и плоскостопием.



Ольга Беклемищева: А сейчас я хочу задать вопрос нашему американскому эксперту Даниилу Борисовичу Голубеву. Даниил Борисович, кто в Соединенных Штатах делает лечебные супинаторы- фирмы или сами врачи, и кто их оплачивает?



Даниил Голубев: Прежде всего хочу уточнить, что в американской медицине не используется термин «лечебный супинатор». Больным в случае необходимости прописывается так называемая «ортопедическая стелька», которая корригирует и супинацию, и пронацию стопы. Такую стельку прописывает пациенту так называемый «подаэтрист», то есть специалист по ногам, имеющие специальную лицензию по этой медицинской специальности. Подаэтрист с помощью специальных материалов снимает слепок со стопы пациента и направляет этот слепок в специализированную лабораторию, где по нему изготавливают строго индивидуальную ортопедическую стельку. Стоят такие стельки довольно дорого. Но многие медицинские страховки оплачивают эту работу, хотя бы частично. Остальное доплачивает сам пациент. Самая распространенная государственная страховка «Медикэр» (которую имеют все жители старше 65 лет, которые имеют какую-либо трудовую пенсию) ортопедические стельки не оплачивает, и пациент должен возместить всю ее стоимость.



Ольга Беклемищева: Спасибо, Даниил Борисович. Василий Александрович, Даниил Борисович говорил об индивидуальном изготовлении стелек. И, собственно говоря, я пригласила вас из вашей студии просто потому, что у вас обозначено, что вы изготавливается стельки индивидуально. Почему? Потому что я в свое время приобретала стельки для своей дочки. Мне, естественно, сказали, что плоскостопие – нужно носить стельки. В государственной структуре, это было совершенно не дорого, но это было настолько жесткий тяжелый объект, который моя девочка не смогла носить. По сравнению с этим, естественно, то, что предлагает современная медицина, наверное, должно быть легче и лучше. А вот насколько важна именно индивидуализация подбора? Может быть, все-таки размер – это основное?



Василий Шуров: Нет, конечно. Размер – это не основное. Разные типы плоскостопия – продольное, поперечное. Иногда оно комбинируется, вальгусная деформация, варусная…



Ольга Беклемищева: А что это такое – варусная деформация? Вальгусная – это рядом с большим пальцем, да?



Василий Шуров: Вальгусная – это, образно говоря, когда стопа стоит на внутренней поверхности, повернута. А вальгусная – это когда на наружной, то есть это деформация в голеностопном суставе, искривление.



Ольга Беклемищева: Косолапие.



Василий Шуров: Да, косолапие. В народе это называется косолапие. Соответственно, тут только индивидуальный подход, какой свод разгружать – внутренний, наружный, насколько корректировать, на какой угол отклонение, насколько вообще просел продольный свод, на какую высоту, какая должна быть поддержка, где расположить разгрузочные супинаторы, как зафиксировать пятку, должна ли там в какой амплитуде двигаться, то есть очень много нюансов. Где, собственно, болевые зоны, где нужны дополнительные вставки для разгрузки, для снятия этого болевого синдрома, чтобы человек действительно смог это носить. То есть можно ему замечательную дать стельку, но если больно, он ее не будет носить, как бы он не хотел.



Ольга Беклемищева: А что значит – вставки?



Василий Шуров: Это специальные мягкие материалы. У них много коммерческих названий, но в основном это вспененный латекс, это резина вулканизированная. Они очень мягенькие. И вот именно в точке боли они смягчают контакт.



Ольга Беклемищева: То есть именно в стельку, в супинатор вставляется кружочек более мягкого материала под ту область, которая испытывает основную боль?



Василий Шуров: Да. Потому что изначально наша задача – это все-таки поддержать свод, чтобы он выполнял рессорную функцию, чтобы он не проседал.



Ольга Беклемищева: Самую важную функцию.



Василий Шуров: Да. Это достигается именно жесткой основой стельки. В дальнейшем всякие мягкие вставки мы уже делаем тоже индивидуально, также как и высоту этого свода, который делается по отпечатку, именно так, как рассказал уважаемый профессор. Делается пуантограмма, делается во вспененном полиуретане индивидуальный отпечаток, негатив. По нему формуется гипсовый позитив, и уже из современных полимерных пластиков формуется эта основа стельки жесткая, поддерживающая свод.



Ольга Беклемищева: И они гораздо легче, чем то, что я видела раньше?



Василий Шуров: Они гораздо легче, они гораздо гигиеничнее, удобнее, позволяют вытаскивать из обуви, в обувь перекладывать, мягенькие, в них очень много удобств, они действительно великолепно амортизируют.



Ольга Беклемищева: И следующий вопрос - тоже актуальный для слушателей. А сколько они приблизительно стоят со всем этим подбором?



Василий Шуров: Стоят они… я не знаю, он не обозначил, сколько это стоит в Америке. У нас индивидуальные стельки стоят 3,5 тысячи рублей. Консультация доктора бесплатно. То есть там не нужно ничего делать или можно обойтись готовыми, мы это все до пациента доносим. Если речь идет об индивидуальных - то полностью осмотр, диагностика, снятие всех этих необходимых размеров и изготовление. Делаются они приблизительно 10 дней.



Ольга Беклемищева: Как вам кажется, во всех ли случаях человеку нужно идти и заказывать себе такую стельку или не во всех?



Василий Шуров: Как правило, человеку сложно разобраться, почему болит. Если болит стопа, очень разумно прийти к доктору, который разбирается в проблемах стопы, в частности, к ортопеду. Потому что если это ортопедическая проблема, он ее решит. Если это не его проблема, он, по крайней мере, обозначит диагностический поиск. Он скажет – это тебе к эндокринологу, к сосудистому хирургу, у тебя, скорее всего, сосуды. По крайней мере, он человеку обозначит, даст ему ориентир, как ему действовать, то есть в каком ключе, чтобы решить эту проблему.



Ольга Беклемищева: Как ортопеды разделяют эти болевые синдромы, когда они, собственно говоря, ортопедические, а когда флебологические?



Василий Шуров: Естественно, для этого нужен человек со своей проблемой, мы с ним общаемся, снимаем. Как правило, бывает еще момент, когда это комбинировано. Тут мы взвешиваем уже: если это больше подагрическое, мы все-таки просим снять болевой синдром прежде чем подбираем стельку, потому что человек ее физически не сможет носить с острой болью, либо начинаем с каких-то очень мягких стелек. В частности, сейчас силиконовая линия пользуется очень большой популярностью. Там действительно ножка как в подвешенном состоянии. Но, опять-таки, при подагре это тяжелое страдание. Если это диабет, это школа диабетиков, это эндокринологи, мы – уже как вспомогательная структура. Если это травмы, то недолеченные травмы особенно, неправильно вправленный вывих – это изначально травматологи решают, потом уже мы в процесс реабилитации гармонично входим.



Ольга Беклемищева: А если у человека тромбофлебит, варикозное расширение вен?



Василий Шуров: Если у человека тромбофлебит, варикозное расширение вен, мы направляем к сосудистому хирургу, чтобы выяснить степень поражения, уровень, потому что, допустим, ему можно еще предложить компрессионный трикотаж. На Западе это очень распространено, у нас уже тоже около 10 лет. Один из эффективнейших способов лечения этих проблем. Ну, и попутно, соответственно, сосудистый хирург или флеболог, или просто хирург, специалист по венам, назначает флебопротектор, какую-то гимнастику, либо предлагает какие-то оперативные способы лечения, это уже зависит от степени поражения и от самой проблемы.



Ольга Беклемищева: И, наконец, самая такая мучительная, мне кажется, проблема из всех, которыми занимаются ортопеды, специалисты по стопе, это так называемая «пяточная шпора». Даниил Борисович, а как лечится пяточная шпора в США?



Даниил Голубев: Под синдромом «болезненная пяточная шпора» американские подаэтристы и ортопеды понимают воспаление так называемой «плантарной фасции», которая прикрепляется к пяточной кости, то есть своего рода переостит. При определенных условиях при ходьбе эта фасция как бы «вытягивает» шпору и поэтому возникает боль. Если боль обусловлена только этим механизмом, а не ревматическим артритом, например (то есть нужен четкий дифференциальный диагноз, прежде чем лечить), то начинается консервативное лечение, специальное забинтовывание, противовоспалительная медикаментозная терапия, массаж со льдом, жесткие ортопедические стельки-супинаторы. При сильных болях делаются стероидные уколы. По опыту многих подаэтристов, решающего успеха в лечении можно добиться с помощью функциональных ортопедических стелек, сделанных по слепку. В крайних случаях – хирургическое вмешательство с разрезом кожи и удалением части фасции. В последнее время с успехом используется ультразвуковая остеотрипсия с помощью специального прибора «Оцетрон», действующего по типу разрушению камней в почках. Результаты остеотрипсии очень впечатляют.



Ольга Беклемищева: Вот Даниил Борисович рассказал об американском опыте, а в России также лечат пяточные шпоры?



Василий Шуров: В принципе также. Единственное, что ультразвуковое дробление пока у нас такого широкого распространения не получило. Могу объяснить почему. Во-первых, велика вероятность рецидива. Во-вторых, пяточная шпора – это все-таки острое явление, это подошвенные фасции так называемые, которые действительно могут быть спровоцированы остеофитом, разрастанием в области пяточной кости, ревматическими процессами, травмами, чем угодно. Это состояние острое. Очень велика вероятность, что, подобрав подпяточник грамотно, либо целиковую стельку с мягкой зоной комфорта в области этой шпоры, качественно разгрузив, подобрав противоболевую терапию, это состояние удастся купировать, и острота уйдет, собственно, уйдет боль. Многие люди всю жизнь проживают с этой пяточной шпорой, и она у них клинически ничем не проявляется. То есть как-то вмешиваться, сразу дробить – у нас так не принято, с ходу тащить человека к инвазивным процедурам.



Ольга Беклемищева: А что значит «противоболевая терапия» в данном случае?



Василий Шуров: Противоболевая терапия – это, опять-таки, как указал профессор, можно уколоть в очаг (непосредственно набирается стероидный препарат, подавляющий воспалительную реакцию, и он комбинируется с анальгетиком), можно перорально принимать обезболивающий препарат и в принципе противовоспалительной группы, они обладают выраженным анальгетическим эффектом, облегчают жизнь. Все это подбирается индивидуально.



Ольга Беклемищева: И какой эффект лучше – при пероральном применении или при уколе?



Василий Шуров: Лучше, конечно, при уколе, это непосредственно в очаг, действует локально на проблему. Пероральное применение – тут еще момент, что на весь организм действует, что не очень нужно. И сколько там накопится в пятке… Но обезболить обезболит.



Ольга Беклемищева: И подпяточник, это очень хорошо.



Василий Шуров: Подпяточник обязательно, он разгружает однозначно.



Ольга Беклемищева: Переживется острый момент, а там, глядишь, все и само вылечится.



Василий Шуров: Конечно.



Ольга Беклемищева: Надо обратить внимание, что ортопедическая помощь – это не лечение, а это именно помощь для того, чтобы нога при ходьбе не болела. Но она совершенно необходима. А сейчас с новостями от Евгения Муслина вас познакомит Тамара Ляленкова.



Тамара Ляленкова: Канадские исследователи из университета в городе Эдмонтоне в провинции Альберта впервые разработали аппаратуру, стимулирующую наращивание костной ткани и регенерацию сломанных зубов. Новый прибор основан на использовании слабых ультразвуковых импульсов и уже успешно испытан в зубоврачебной практике. «В первую очередь мы планируем наш метод использовать для лечения треснувших и больных зубов и для исправления асимметричных челюстных костей, а потом собираемся помогать детям, хоккеистам и всем тем, у кого выбиты зубы», - говорит главный разработчик прибора университетский профессор-изобретатель, специалист по микроэлектронике Джи Шен. Прибор доктора Шена представляет собой миниатюрное ультразвуковое устройство размером с горошину, которая вставляется в ротовую полость больного и закрепляется либо на специальной скобе, либо на съемной пластиковой коронке. Она мягко массирует десны ультразвуковыми импульсами и стимулирует наращивание костной ткани на сохранившуюся часть зубного корня. Для полного восстановления зуба требуется примерно 120 ежедневных 20-минутных сеансов в течение четырех месяцев.


Федеральное агентство по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств FDA одобрило первое лекарство, существенно улучшающее зрение пациентов, больных с так называемой дегенерацией желтого пятна, основной причиной слепоты у пожилых людей. Новое лекарство Люцентис помогает при мокрой форме дегенерации, когда кровь начинает сочиться из кровеносных сосудов, находящихся за сетчаткой, что ухудшает зрение и часто приводит к слепоте. Люцентис выпускается биотехнологической калифорнийской компанией «Ценентех». Будучи впрыснуто в глаз, это лекарство, как показали клинические испытания, проводившиеся в течение года, останавливало рост кровеносных сосудов и предотвращало дальнейшее ухудшение зрения у 95% больных, а у 30% зрение даже улучшалось. Ни одно другое лекарство пока не давало подобного результата. Люцентис, однако, чрезвычайно дорогой препарат. Инъекции необходимо делать 1-2 раза в месяц, а каждая доза стоит сейчас 1950 долларов.


Жирная пища, сладкие газированные напитки и малоподвижный образ жизни общепринято считать главными причинами эпидемии ожирения, охватившей всю нашу планету. Так, Всемирная организация здравоохранения винит во всем глобальный переход на более калорийную диету, содержащую больше жиров, соли и сахара, и падение физической активности населения из-за развития транспорта, урбанизации и сокращения доли ручного труда. Однако, группа авторитетных американских специалистов высказала предположение, что современная эпидемия ожирения вызвана совершенно другими, не столь очевидными причинами. В качестве таких причин они, например, называют некоторые промышленные химикаты, нарушающие метаболизм и способствующие образованию жира в человеческом организме, прекращение курения, что часто приводит к повышению веса, кондиционирование воздуха, создающее комфортный температурный режим, при котором люди едят больше, чем при повышенных температурах (недаром кривая распространения кондиционеров в США является точным отражением кривой распространения ожирения). Наконец, предполагают специалисты, - генетика. Толстяки все чаще женятся на толстухах, и эта черта генетически закрепляется в их потомстве. Ученые называют и другие, еще более экзотические причины, показывающие, что эпидемия ожирения – это чрезвычайно сложная, многофакторная проблема, справиться с которой будет чрезвычайно трудно.



Ольга Беклемищева: И Василий Александрович, по поводу новостей, эпидемия ожирения… А человек с повышенным весом, он должен дожидаться, когда у него появится этот болевой синдром или лучше все-таки предпринять какие-то меры и заказать супинатор пораньше, и это как-то улучшит его прогноз?



Василий Шуров: Начнем с того, что каждый доктор человека с повышенным весом должен склонять все-таки к пище Святого Антония, так скажем, к умеренности, к воздержанности. Основное, что человек с излишним весом может сделать для стопы, – это похудеть или хотя бы резко не набирать вес. Я прекрасно понимаю, что не всегда это возможно, очень много тут нюансов и психологических, и физических, и приходится перестраиваться. А заказать профилактическую стельку, да…



Ольга Беклемищева: Имеет смысл?



Василий Шуров: Имеет смысл, конечно. Ну, разгрузить стопу, увеличить опорную поверхность. Что происходит со стопой? Она не выдерживает веса, она пытается увеличить свою опору, она съезжает вниз, распластывается, становится плоской, чтобы удерживать нормально это все. Мы ей опору даем искусственно стелькой, то есть она поддерживается, эта аркообразная структура, соответственно, амортизационная функция стопы не нарушается. Но, опять-таки, худейте, очень большое пожелание, и вы сильно облегчите…



Ольга Беклемищева: И от врачей-ортопедов тоже, да?



Василий Шуров: Правда, улучшите и качество жизни, и ее продолжительность, это уже доказано, это обсуждению не подлежит.



Ольга Беклемищева: И до нас дозвонились слушатели. Первой дозвонилась Надежда из Петербурга.



Слушатель: Спасибо за хорошую передачу! Хотела спросить Василия Александровича, есть ли в Санкт-Петербурге какие-то филиалы его центра, есть ли работающие активно, хорошие ортопеды, может быть, он кого-то назовет? Мне нужно внука показать, и я сама тоже страдаю от этого. У него вальгусная стопа, и все очень неважно.



Василий Шуров: В Ленинграде известная школа травматологов-ортопедов, в частности, ее еще в начале прошлого тысячелетия Роман Романович Вреден там основал. Там институт травматологии и ортопедии мощнейший. Координат я вам так сходу не вспомню, не скажу, но в принципе это можно уточнить и при желании туда съездить.



Ольга Беклемищева: А детское?



Василий Шуров: Я думаю, и детское отделение там же или, по крайней мере, они направят, куда нужно.



Ольга Беклемищева: Про Романа Романовича Вредена Василий Александрович тут перед началом передачи вспоминал дивную историю. Расскажите, пожалуйста.



Василий Шуров: Это уже относится к периоду, когда Роман Романович был признанным мировым светилом. Его не узнала одна пациентка, спросила, проходя в коридоре: «А где здесь доктор Вредин?» На что Роман Романович сказал: «Не столько вреден, сколько бесполезен».



Ольга Беклемищева: Хотя это совершеннейшая неправда.



Василий Шуров: Ну, великие шутят.



Ольга Беклемищева: Для Надежды хотелось бы еще раз подчеркнуть, что мы сейчас рассказываем о немецкой технологии изготовления стелек, мы не сказали это с самого начала, но именно так, которая привезена в Москву, которая повторяет ту немецкую школу, которая уже лет 50 известна. Не знаю, есть ли точно такие студии в Питере, но просто мой личный опыт подсказывает, что очень хорошие врачи и в Питере тоже есть, а вот материалы, которые используются для изготовления государственных стелек, они, конечно, чересчур жесткие. Я понимаю, что Василий Александрович вам этого не скажет, но я уже, со стороны потребителя, могу заявить, что лучше все-таки поискать что-то помягче.


И следующий слушатель - Владимир, тоже из Петербурга.



Слушатель: Будьте добры, два вопроса. Первый: может ли ортопед помочь в случае, когда стопа болит из-за подагры? И второй вопрос: как определить, что причиной является подагра?



Василий Шуров: Подагра – это заболевание, связанное с нарушением обмена мочевой кислоты. Есть доктора, называемые артрологи, есть терапевты, которые прекрасно это диагностируют, травматологи, ортопеды, тут уже компетенция доктора. В принципе, да, лечение может подобрать доктор и в поликлинике районной.



Ольга Беклемищева: Ортопед, насколько я понимаю, прежде всего может помочь разгрузить стопу, если подагрический сустав именно на стопе.



Василий Шуров: Разгрузить, обезболить. Схема подагры достаточно стандартна, и лечение там только отличается дозировкой, кратностью курсов. Но это все оценивается – тяжесть течения, другие обстоятельства… И непосредственно нужен пациент для этого, его нужно обследовать, провести клиническое обследование, взять анализы, изучить, и диагноз подагры, как правило, затруднений не составляет.



Ольга Беклемищева: А ортопед поможет именно со стопой, да?



Василий Шуров: Да.



Ольга Беклемищева: И следующий слушатель – это Карен из Москвы.



Слушатель: К вам большая просьба. У моей дочери (ей 55 лет) узелок на одной ноге около пальцев, с двух сторон имеются такие выступы. У нее это очень давно. Никаких болей, ничего не было. А вот последнее время у нее страшные боли. Куда можно обращаться и как можно лечить?



Василий Шуров: Можно обратиться к нам, мы подберем стельку, порекомендуем обезболивающие препараты. Но, вообще, надо смотреть. Конечно, там мне сложно сориентировать. Но, по крайней мере, я при необходимости могу и в стационар отправить к докторам, это не проблема. Именно выступы и боль – это к нам.



Ольга Беклемищева: Насколько я знаю, достаточно распространенная вещь у женщин где-то после 40-45, когда появляются такие как бы шишки. Это из-за чего?



Василий Шуров: Ну, это так называемый «халюкс вальгус» – деформация первого плюснефалангового сустава. Он бывает изолированным, бывает при плоскостопии. Это, так сказать, полиэтиологическое заболевание: тут и генетическая предрасположенность, и особенности соединительной ткани у женщин, и особенности обуви, этот каблук высокий, когда давление съезжает на передний отдел стопы. Много факторов, но результат один – именно выраженная деформация и отклонение под углом большого пальца, так называемая «шишка», которая натирается, болит, которая воспаляется с артритной симптоматикой.


И тут прежде всего должна быть хорошо подобрана обувь. Один из принципов подбора обуви правильно – вот именно, чтобы самая широкая часть обуви приходилась на область первого плюснефалангового сустава, вот именно этой шишки, чтобы она никуда не съезжала, чтобы обувь не была слишком остроносой, остромысой, чтобы не сдавливала ничего. Это однозначно. И каблук.



Ольга Беклемищева: Сейчас на самом деле хорошая такая модная тенденция круглых носков.



Василий Шуров: Замечательная тенденция. Мы ее приветствуем.



Ольга Беклемищева: А вот когда опять сменится на острые носки?



Василий Шуров: Значит, возрастет нагрузка на нас.



Ольга Беклемищева: А вообще, как правильно подбирать обувь, если заботиться именно о комфорте ходьбы, о том, чтобы со стопой не случилось чего-нибудь в дальнейшем плохого?



Василий Шуров: Есть некоторые моменты в правильном подборе обуви и в уходе за ней. Для начала мы скажем, что обувь лучше подбирать во второй половине дня, потому что стопа достигает максимального размера ближе к вечеру, она немножко отекает, немножко распластывается от двигательной нагрузки, вот это надо учитывать, чтобы потом обувь не жала. Должен быть запас по длине, где-то хотя бы миллиметров пять от самого выступающего пальца до внутреннего края мыска. Это однозначно. Желательно измерять свою ножку, чтобы с размерами не путаться. Сейчас очень удобно, я обратил внимание, есть на внутренней стороне крышки от коробки линейка разлинованная, человек может приложить, измерить. Очень часто ноги имеют разную длину, нужно ориентироваться по той ноге, которая больше, чтобы таких затруднений не было. Пятка должна надежно удерживаться задником во время ходьбы, потому что, когда она постоянно смещается, выскакивает, происходит трение ахиллова сухожилия в области пяточного бугра, часто возникают бурситы.



Ольга Беклемищева: То есть вот эта обувь без задников не очень желательна?



Василий Шуров: Нет, без задников – там нечем натирать. А вот когда там задник есть жесткий, но пяточка не фиксирована, она постоянно по нему скользит, происходит трение в этой области. Здесь поверхностно лежит сумка ахиллова сухожилия, она часто воспаляется от этого, очень болезненная вещь, хронизация происходит. Лучше, чтобы ножка сидела плотно. Еще пожелание – пальцами человек должен иметь возможность пошевелить в этой обуви, посгибать, поразгибать, потому что, когда стянуто, это тоже не очень хорошо, некоторая свобода ноге должна быть. Но, опять таки, она не должна там гулять, чрезмерно большую обувь не стоит брать, это тоже не хорошо.



Ольга Беклемищева: Я надеюсь, эти советы помогут. Следующий слушатель – Андрей, он, правда, не указал, откуда он.



Слушатель: Я из Москвы. Доктор, у меня такая проблема. У меня одна нога короче и немножко уже. Вы не подскажете, это может спровоцировать плоскостопие? И куда мне обратиться? В ваш центр можно обратиться за помощью?



Василий Шуров: Немножко короче – вам никто не измерял, насколько она короче?



Слушатель: Где-то сантиметра на два, может быть.



Василий Шуров: Вы выражено хромаете?



Слушатель: Не очень, но обращали внимание со стороны. У меня характерное потрескивание кости.



Василий Шуров: Да, я понимаю. К чему я задал вопрос о выраженности хромоты, потому что два сантиметра – это все-таки очень существенная разница, у вас должно быть очень заметно, как вы хромаете, перекос по тазу. Я все-таки надеюсь, что меньше. Так вот, если до сантиметра, можно решить этот вопрос стелькой, утолщить одну стельку на сантиметр. Если больше – то это компенсируется ортопедической обувью. Опять-таки, мы вас можем направить на изготовление.



Слушатель: Доктор, а куда мне обратиться?



Ольга Беклемищева: Вы можете назвать телефон вашего центра.



Василий Шуров: Да, я назову телефон: 101-39-37.



Слушатель: Как называется центр ваш?



Василий Шуров: Студия ортопедии Step . То есть вы звоните, обозначаете проблему, нас с вами соединяют, мы подбираем время удобное для вас, для меня, встречаемся, все это смотрим, решаем.



Ольга Беклемищева: И следующий слушатель – это Сергей Викторович из Москвы.



Слушатель: У меня хондроз, и отнималась правая нога. Сейчас болит нога при ходьбе и особенно при стоянии. У меня есть прибор – ванночка, которая вибрирует и в ней есть рифленые валики. Может ли эта ванночка хоть чем-то мне помочь, и если да, то как ею пользоваться и не злоупотреблять?



Василий Шуров: Давайте мы с вами уточним. Остеохондроз – еще и спина болит, помимо ноги?



Слушатель: Да, болела спина. Сейчас спина не болит, болит только нога. Нога даже отнималась.



Василий Шуров: То есть, скорее всего, идет речь о поражении на уровне позвоночника, когда компрессируется нерв. Все-таки поражения на уровне стопы отличаются болью, но при этом ничего не отнимается. В любом случае можно к нам обратиться. Мы подберем очень хороший бандаж, зафиксируем поясницу. Все-таки основная проблема там. Нерв где-то сдавливается, поэтому нарушается его функция, отнимается нога, вот это ощущение. Ванночки замечательны, они улучшают трофику, но именно в стопе, там, где вы их применяете.



Слушатель: Можно ею пользоваться?



Василий Шуров: Можно, конечно. Тем более если вы чувствуете какое-то улучшение, я только за.



Ольга Беклемищева: И следующий слушатель – Николай Алексеевич из Москвы.



Слушатель: У меня год-полтора назад на левой ноге средний палец внезапно стал подлазить под второй палец и, видимо, как следствие этого, на втором пальце на второй фаланге стала косточка расти. Это создает неудобства иногда при ходьбе, даже не иногда, а частенько. Но я стараюсь как-то отодвинуть этот палец ночью, вечером, массирую его, но ничего не получается. В чем причина и каково лечение должно быть?



Василий Шуров: Не видя до конца, сложно быть уверенным, но похоже на молоткообразные пальцы. Вы его натираете сверху в области сустава?



Слушатель: Ну, я массирую.



Ольга Беклемищева: Нет, мозоли у вас там есть?



Слушатель: Да, мозоль нарастает на втором пальце на средней фаланге.



Василий Шуров: На средней фаланге, совершенно верно. Есть варианты. Можно решить стельками. Нужно, вообще, смотреть, насколько выражено у вас плоскостопие. Есть межпальцевые прокладки, которые позволяют зафиксировать этот палец, в особенности в обуви, когда он не лезет под другой палец, ничего не толкается, но, опять-таки, надо подъезжать к нам, посмотрим, порекомендуем.



Ольга Беклемищева: Из-за чего это происходит? Ведь это достаточно общая проблема, когда с возрастом пальцы начинают «прятаться» один под другой? Что это?



Василий Шуров: Это именно плоскостопие, перегрузка, когда происходит соскальзывание, прокручивание плюсневых костей, как следствие, за собой «тянет» пальцы. Ношение узкой обуви, тут очень много нюансов.



Ольга Беклемищева: То есть на самом деле стопа каким-то образом пытается все равно какой-то свод образовать, хотя бы чудовищным способом?



Василий Шуров: Да.



Ольга Беклемищева: Вы как раз до начала нашей передачи говорили, что стопа – такая удивительно приспосабливаемая вещь, как щупальце осьминога…



Василий Шуров: Но я так сравнил, потому что, действительно, к любой поверхности – хочешь, по острым камням, когда босиком, некоторые люди по стеклу могут, канатоходцы… Ведь все-таки стопа блестяще адаптируется к любой поверхности.



Ольга Беклемищева: И даже когда у нее возникают какие-то проблемы, вызванные плоскостопием, какой-то деформацией травматической или в результате системного заболевания, она все равно ищет какой-то способ…



Василий Шуров: Ищет какой-то способ, но часто это патологические решения, которые усугубляют, которые протекают с болью. Формируется какой-то порочный круг. Она вынуждена нести эту сверхнагрузку – вес тела. И все, что пытается, путем напряжения мышц группы голени, путем сползания костей, увеличения площади опоры, это все, в конечном счете, увеличивает болевой синдром, норма нарушена, она выведена из нейтрального положения, уже функции выполняются неадекватно. Наша задача – ее вернуть.



Ольга Беклемищева: То есть основное предназначение всех этих ортопедических пособий – стелек, супинаторов – это возврат стопы в нейтральное положение.



Василий Шуров: Да, в нейтральное положение.



Ольга Беклемищева: Если убрать потом эту стельку, вот мы вернули стопу в нейтральное положение…



Василий Шуров: У детей вероятность того, что все правильно сформируется, очень высока, у взрослых, к сожалению, как правило, это длительное ношение, очень длительное.



Ольга Беклемищева: Практически на всю оставшуюся жизнь.



Василий Шуров: Оно того стоит.



Ольга Беклемищева: Вот это то, что мы можем сказать. И еще одному слушателю мы успеваем ответить. Геннадий Родионович из Петербурга.



Слушатель: Я уже пенсионного возраста, но в течение всей жизни у меня правая стопа была на полразмера больше левой.



Василий Шуров: Да, это нормально.



Слушатель: Обычно бывает левая больше, чем правая, у меня наоборот.



Василий Шуров: Кому как повезет.



Слушатель: Это чисто арифметически она на полразмера… Вообще, она просто больше. Левая стопа у меня всегда была комфортная в любой обуви, а на правой достаточно быстро все разбивалось вдрызг. И, в конце концов, в предпенсионном возрасте я очень сильно переболел подагрой. И сейчас у меня такой вопрос. Существуют фабрики ортопедической обуви. Могут ли я туда обратиться, если у меня нет никаких медицинских свидетельств о том, что я болел? Я болел сильно, но к медикам не обращался.



Василий Шуров: Сейчас проблема какая – то, что обувь изнашивается быстро или что ходить больно?



Слушатель: Дискомфортно очень ходить.



Василий Шуров: Именно в правой ноге, которая длиннее?



Слушатель: Вообще-то, сейчас обе ноги страдают при ходьбе, и просто хотелось какую-то более комфортабельную обувь, поскольку выбор обуви всегда был страшной проблемой.



Василий Шуров: Я думаю, сейчас с этим попроще.



Слушатель: Нет, стандартная – хожу, но мучаюсь.



Василий Шуров: У вас большой размер, что ли, вообще ноги?



Слушатель: Нет, у меня короткая, широкая и с большим подъемом, и плюс к этому последствия подагры.



Василий Шуров: Я думаю, что все-таки лучше начать со стельки, а потом уже обувь подбирать индивидуально именно ортопедическую.



Слушатель: Дело в том, что даже по ширине они у меня разные.



Василий Шуров: Так стелька индивидуальная, она будет соответствовать ширине каждой ноги отдельно.



Слушатель: Стелька-то да, но башмаки одинаковые будут. Даже возникала криминальная мысль…



Василий Шуров: Ага, разные ботинки в магазине свистнуть.



Слушатель: Да.



Василий Шуров: Тогда да, наверное, остается только ортопедическая обувь. Я чувствую, вы намучились.



Ольга Беклемищева: Но она ведь очень некрасивая, насколько я понимаю?



Василий Шуров: Ну, сейчас на наш рынок западная приходит потихоньку, она, конечно, поприличнее. А, в общем, наша – да, не забалуешь.



Ольга Беклемищева: Поэтому просто можно сделать более широкую стельку для более маленькой ноги…



Василий Шуров: Более широкую… но у него еще проблема – засунуть эту стельку в обувь, найти эту обувь широкую, я так понял. Все-таки это проблема. Либо слишком велика, либо узка. Ноги разные. Это действительно проблема.



Ольга Беклемищева: И еще я хотела бы обратить внимание наших слушателей на то, что обувь (Василий Алексеевич рассказал о том, как ее правильно подбирать) очень большое значение имеет в нашей жизни. Последние минуты, которые у нас остались, я бы хотела попросить Василия Алексеевича рассказать о кроссовках. Сейчас молодежь всячески их носит, их рекламируют, как ортопедически правильную, ортопедически продвинутую обувь со встроенными супинаторами и так далее. Но что-то меня мучают сомнения. Что лучше все-таки для человека в городской жизни – кроссовки или?..



Василий Шуров: Каждая обувь имеет свое назначение. В офис в кроссовках не пойдешь. Для спорта, для прогулок кроссовки замечательны, тем более современные, современных фирм, где амортизаторы и в подошве, и в стельке, суперпрочная подошва, дышащие материалы, при надавливании он выдавливает горячий воздух, при подъеме стопы заполняется прохладным. То есть они настолько продуманные, очень прочные и под каждый вид спорта нужно, исходя из задач, выбирать, великолепны.



Ольга Беклемищева: Спасибо! Ну что же, это меня успокаивает. Желаю вам всего доброго и не болеть!


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG