Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Эптон Синклер разделил Америку на нас и на них»


«Эптон Синклер написал 80 книг, плюс бесконечные речи, письма и политические проекты»

«Эптон Синклер написал 80 книг, плюс бесконечные речи, письма и политические проекты»

100 лет назад вышел один из самых известных (в том числе и среди российских читателей) американских романов – «Джунгли» Эптона Синклера. К этому юбилею вышли две новые биографии американского классика: Энтони Артур «Наивный радикал Эптон Синклер» (Anthony Arththur, Radical Innocent: Upton Sinclair) и Кевин Маттсон «Эптон Синклер и новое американское столетие» (Kevin Mattson, Upton Sinclair and the Other American Century).


Сто лет назад американский писатель Эптон Синклер в романе «Джунгли» ввел в обиход англоязычных стран название Babbly Creek – «Булькающий ручей». Это приток реки Чикаго, шириной метров в 60, в который в начале XX века спускали отходы скотобойни. Жир, грязь и химикалии странно трансформировали ручей таким образом, что в нем все время что-то двигалось и шевелилось, как будто там жила огромная рыба, а на поверхности постоянно булькали и лопались пузыри углекислого газа. Местами поверхность ручья превращалась в корку, и тогда по ней бродили курицы. Однажды на ручье, где обитали только рабочие-упаковщики со скотобойни, появился изобретательный незнакомец. Он начал собирать жирную грязь с поверхности и делать из нее пищевой жир – лярд. Рабочие устроили заговор, прогнали его и стали собирать грязь сами.


Комментируя описание Синклером этого ручья и всего тогдашнего мясокомбината, рецензент двух новых биографий Синклера, Дэвид Томсон, пишет:


Всё это могло бы быть у Диккенса, в романе 1865-го года «Наш общий друг». Там тоже описана река – черная, грузовая Темза, и работа одного из персонажей романа – вылавливать из нее трупы. Эптон Синклер, конечно, не Диккенс, но по сочности материала они вполне сравнимы. Правда, Синклер, доживший (в отличие от Диккенса) до 90 лет, успел увидеть, как его «Джунгли» были расчищены. Он умер в 1968 году, когда Америка стала здоровее и умнее от потребляемого в изобилии красного мяса, которое хранится теперь в холодильниках десяти тысяч супермаркетов.


Две новые биографии Эптона Синклера (Энтони Артура и Кевина Мэтсона) написаны людьми, которые любят Синклера, но, я бы сказала, сдержанной любовью. Чтобы действительно почувствовать, каким ярким безумцем и великим энтузиастом был Эптон Синклер, надо читать его самого – «Джунгли» или «Король Уголь». Тем не менее, обе биографии прекрасно дополняют его портрет. Запоминается масса любопытных фактов. Например, роман «Джунгли» (который кажется результатом опыта всей жизни) был написан после всего двухмесячного знакомства автора с мясной индустрией. Или, скажем, такая деталь: Чарли Чаплин, который был другом Эптона Синклера, говорил, что не помнит его без улыбки. Этот бытописатель нищеты, грязи и горя был улыбчивым и веселым человеком. Томсон пишет:


Может показаться, что даже грязь он описывал с улыбкой – с улыбкой удивления и сознания совершенного долга. Он в каком-то смысле любил грязь – так же, как фермер любит навоз .


Эптон Синклер написал 80 книг, плюс бесконечные речи, письма и политические проекты. Он написал так много всего, что когда в 1934 году попытался сделать политическую карьеру (с очень популярной программой), противники нашли в его статьях заявления, прямо противоречившие каждому пункту его программы. Тем не менее, именно книги Эптона Синклера привели к реальным реформам в Америке, в частности, – к закону о контроле над пищевыми продуктами 1906 года – так называемый Pure Food Act . Рецензент Томсон пишет:


Эптон Синклер был человеком действий. Его политическая программа, являвшаяся, по сути, теоретическим социализмом, предлагала передать в государственное владение все жизненно важные сферы хозяйственной деятельности и сделать налогообложение привилегией, предназначенной только для богатых. Его книги (особенно «Джунгли») оказали большое влияние на Драйзера, на Синклера Льюиса и на Стейнбека, хотя все эти писатели, как романисты, превзошли своего вдохновителя.


Широта интересов Эптона Синклера была такова, что когда в начале 1930-х в Калифорнию, где он жил, приехал Эйзенштейн, Синклер стал не только его лучшим американским другом, но и сотрудником. Их совместный план экранизации драйзеровской «Американской трагедии» не удался, и тогда Синклер устроил Эйзенштейну поездку в Мексику. О результате этой поездки пишет Дэвид Томсон:


Эйзенштейн в Мексике заснял огромное количество материала для фильма «Да здравствует Мексика!» – материала поэтического, загадочного и восхитительного. Одно плохо – наивный Синклер не понимал сложного и скрытного Эйзенштейна (с его нестандартной сексуальностью, с его ужасавшей Синклера любовью к порнографии и одновременно – к высокому искусству). А еще меньше Синклер понимал советских лидеров, которые к тому времени уже решили покончить с Эйзенштейном. Поэтому фильм остался незавершенным, с многократными повторами. Синклеру пришлось собирать, монтировать и резать фильм по своему разумению, и позже его обвиняли в том, что он воспользовался искусством Эйзенштейна для своей собственной карьеры.


Но Эптон Синклер был не из тех, кого останавливают неудачи, сплетни или скандалы. И в 1940 году он начинает целую серию романов о Лэнни Бадде, один из которых (роман 1941 года «Между двух миров») был удостоен Пулитцеровской премии. Вся серия называлась «Конец мира», и, несмотря на мрачность темы, была настолько популярна, что сделала Синклера богатым человеком.


Читабелен ли Эптон Синклер сейчас? Злободневен ли? Вот что думает об этом Дэвид Томсон:


Многие критики пытаются объяснить нынешнюю злободневность Синклера тем, что американская еда все еще подозрительна, равно как и её производители. Но главное, конечно, не в этом, а в том, что Эптон Синклер разделил Америку на нас и на них. «Они» – это правительство, богачи, корпорации. «Мы» – это читатели. Когда-то, с 1930-х до 1970-х годов, в Америке были правительства и политики, забота которых о стране была очевидна. Потом, постепенно, общество снова разделилось на них и на нас... и мы оставлены на произвол судьбы – особенно очевидно это стало после урагана «Катрина». Не пора ли нам искать себе нового Эптона Синклера?



XS
SM
MD
LG