Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Федор Лукьянов: "У России остаются хорошие шансы вступить в ВТО"


Ход саммита комментирует эксперт по внешней политики России, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов.


- Первый вопрос, естественно, по повестке дня саммита. Совершенно очевидно, что она уже была изменена, в том числе из-за событий на Ближнем Востоке. Итак, ваша оценка, о чем сегодня говорят лидеры восьми стран в Санкт-Петербурге?


- Повестка дня, безусловно, изменена – это совершенно закономерно, глядя на то, что разворачивается на юге Ливана. Хотя я не думаю, что вся эта повестка полностью переписана. Позиции по ливано-израильскому конфликту стороны уже выразили. Понятно, что позиции эти не совпадают. По крайней мере, Соединенные Штаты явно стоят несколько особняком, фактически оказавшись на стороне Израиля. Россия и в целом европейские страны скорее склонны критиковать Израиль за чрезмерное применение силы. Так что я не уверен, что страны - участницы сегодняшних заседаний способны конкретно предложить какие-то пути решения.


Что касается остальных тем, которые были изначально заявлены, то они, безусловно, остаются. Очень характерно, что параллельно с начавшейся «восьмеркой» в Нью-Йорке принята резолюция, осуждающая Северную Корею за ядерные испытания. Это свидетельство определенного единства великих держав по отношению к крупнейшим кризисам.


- Говоря о той повестке дня, которую предложила Россия первоначально (энергетика, образование и инфекционные болезни), не могли бы вы прокомментировать, как, по вашему мнению, пойдет обсуждение, например, вопроса об энергетике - основного вопроса для России, и что предполагается в результате этих обсуждений? Представитель России Игорь Шувалов говорит, что, возможно, будет принят какой-то не сенсационный, но, по крайней мере, неожиданный документ, который, возможно, будет подтверждать позиции России в этом вопросе.


- Трудно сказать, что имеет в виду Шувалов. По вчерашним сообщениям очень любопытна была оговорка или краткое замечание министра энергетики Христенко, который подтвердил, что Россия может ратифицировать энерго-хартию. Правда, на определенных условиях: при условии увязки этого с какими-то другими вопросами по транзиту. Если так случится, это будет очень серьезным сдвигом, поскольку конфликт из-за энерго-хартии, из-за условий торговли и транспортировки энергоносителей - это одна из самых ключевых проблем в понимании энергобезопасности, так как Европа и Россия в данном случае стоят на диаметральных позициях.


А что касается в целом декларации, то она, как я понимаю, в общем-то, готова. Вообще энергобезопасность, что довольно интересно, действительно была выдвинута Россией как основной приоритет, главная тема саммита. Это было еще в прошлом году, а в нынешнем ситуация довольно сильно изменилась, потому что изменилось поведение России. Россия, очевидно совершенно, чувствует свою силу в данном вопросе и занимает гораздо более уверенную позицию, чем еще полгода или год назад. И получилось, что энергетика, будучи официально главным приоритетом, немножко отодвинулась в тень именно в силу того, что позиции сильно расходятся. А на таких саммитах еще на этапе подготовки шерпы, как правило, стараются максимально разгрузить повестку от вопросов, которые имеют конфликтный потенциал.


- То есть вы считаете, что, возможно, не будет принят вообще никакой итоговый документ по поводу энергетики и энергетической безопасности?


- Нет, так я не считаю. Документ, безусловно, будет принят и наверняка всеми высоко оценен. Но, скорее всего, он будет носить предельно общий характер, описывать самые общие принципы необходимости укрепления безопасности, а все, что касается конкретно реализации, будет, наверное, предметом двусторонних переговоров и торга уже в дальнейшем, после «восьмерки».


- И два слова о других пунктах повестки. Почему вообще появились образование и инфекционные болезни? Вы ожидаете в этой связи чего-нибудь интересного?


- Я не думаю, что там будет что-то неожиданное. Это окологуманитарные темы, безусловно, предельно важные для глобального развития, которые в той или иной форме каждый год появляются в повестках дня «восьмерок». И каждая страна-председатель старается продемонстрировать свою приверженность решению этих проблем. Возможно, будет сделано какое-то заявление о выделении дополнительных средств или о создании какого-то фонда по инфекционным болезням. Но в целом, мне кажется, на этом саммите в силу общей мировой обстановки и в силу того, что он совпадает с таким количеством конфликтов, так сказать, геополитическая составляющая будет доминировать.


- Вопрос, который косвенно связан с «большой восьмеркой», – это вопрос о ВТО. Как вы считаете, можно ли теперь считать закрытым, по крайней мере, на ближайшие годы, вопрос о вступлении России в ВТО в связи с последними заявлениями по поводу несогласованности позиций США и России?


- Надеюсь, что нет. Потому что если верить тому, что говорят российские представители, Герман Греф в частности, вопрос остался серьезный, но, в общем-то, один. Мне кажется, что не надо драматизировать то, что произошло в завершении переговоров вчера. В каком-то смысле это может быть даже лучше, потому что ВТО, как вчера справедливо заметил президент Буш, - это такой процесс, когда каждая из сторон добивается на переговорах максимально возможных уступок. И в этом смысле советская традиция завершить что-то к какой-то славной дате, или к юбилею, или к саммиту, не вполне конструктивна. Так что, думаю, переговоры продолжатся. Реакция России на неудачу, мне кажется, вполне спокойная, а это означает, что все-таки остается шанс на вступление в конце этого года или в следующем году.


XS
SM
MD
LG